Часть 4

      Агнес ждала чуда. Ждала, пока услышит стук трости или голос профессора. Однако ничего из этого не следовало. Видимо, у Виктора не получилось убедить йордла пересмотреть свое отношение к Заунитке. Внутренние часы все же сломались и теперь Агнес понятия не имела какое время суток сейчас, как и какой день её пребывания тут. Холодная и скользкая каша уже не казалась такой мерзкой, как и не отчищенная вода. Правда, теперь её тошнило не от запаха, а от вкуса.       Сидя на бетоне, девушка откинула голову назад, борясь с непреодолимым желанием выпустить наружу проглоченные подачки. Пока не услышала шаги. Что-то внутри провалилось, отбивая усталость и тошноту, заставляя сердце колотится в разы быстрее.       — Совет уже вынес приговор? — её голос охрип ещё больше, на столько что она даже удивилась когда миротворец ответил ей.       — Да. Но один из советников попросил отсрочку. — брови мужчины нахмурились, а лицо передернуло в отвращении. Агнес сделала бы так же, если бы не привыкла к запаху исходящему от себя и от камеры в целом. — Велели передать тебе это. — Мужская ладонь всунула несколько листов бумаги между решеткой и прежде чем Агнес коснулась их, отпустила. «Высокомерный мудак, чтобы у тебя руки отсохли.» упав на колени, Агнес собрала листы до кучи, внимательно вчитываясь в содержимое.       — Сколько у меня времени?       — До рассвета. — из тонких губ миротворца выскользнул смешок.       брови автоматически насупились. Если времени до рассвета, то сейчас определенно ночь. Или нет? «И как я пойму что время закончилось?». Глаза усердно пробегали по строчкам. Формулы по биохимии на первом листе были ей более чем знакомы, с ними сложностей определенно не возникнет. На втором листе был расписан план сбора биомеханической конструкции и как она поняла, нужно доработать его исходя из итога первого листа. На последнем же, третьем листе был чертеж замысловатого каркаса для какого-то устройства, которое она не видела ранее. И казалось бы, с ним все было в норме. «Хм, как пример? Или он имеет какое-то ключевое значение.» Оглянув листы, девушка разложила их на полу, поочередно рассматривая, Пока не услышала отдаляющийся гул ботинок. «А чем…»       — Стой, ничего больше не передали? — Агнес вжалась в решетку, боясь что миротворец не услышит её. — Ручку к примеру?       — Ручку? — мужчина остановился и приподнял сжатый кулак, в котором можно было заметить что-то блестящее. Агнес вытянула руку через решетку, однако вновь услышала издевательскую насмешку. — Нет, не припоминаю ничего такого.       Дверь захлопнулась, а девушка вновь села на пол, со все силы ударяя подошвой ботинка по решетке. «Крыса Пилтоверская.» Она лихорадочно осматривала камеру в поисках хоть чего-нибудь, чем можно было бы написать ответ. Агнес ползала по углам, понимая что чем дольше ищет, тем больше вероятности что не успеет. Обхватив небольшой камень, девушка принялась царапать стену, однако это не взыскало никакого эффекта: камень попросту скользил по стене не оставляя после себя следов.       «Ну же, давай, думай.» если раньше Агнес казалось что время медленно течет, как патока, то сейчас время стало для неё убегающей водой. Уткнувшись лицом в колени, тонкие пальцы вцепились в собственные волосы, потягивая их то туда, то сюда. Глаза открылись и мгновенно принялись осматривать решетку. «Что может заменить чернила?» Белые дрожащие от волнения ладони пробегали по каждому пруту решетки, в поисках несовершенств. «Черта с два я потеряюсь возможность выбраться от сюда из-за какого-то ничтожества.» Глаза заискрились когда палец наконец-таки напоролся на что-то острое. Вооружившись камнем, Агнес принялась отгибать угол металла, но высвободить получилось лишь один сантиметр. «Подойдет. Очень даже.» сомнения отступили в тот момент когда девушка приложила ладонь. Тело бросило в жар, не смотря на то что в камере было до нельзя холодно.       — Давай. — прижав левую ладонь к маленькому острию и навалившись телом, Агнес обхватила свое предплечье правой рукой. — Это будь того стоить. — прошипев эти слова себе под нос, правая рука резко с размаху опустилось на предплечье, заставляя ладонь соскользнуть по металлу.       Рубиновые капли падали на бетон, разбиваясь на несколько поменьше. Зажав нижнюю губу зубами, Агнес мотнула головой. Терпеть боль она умело отменно, но вот причинять её самой себе было в новинку. Дрожащие пальцы сложились в «лодочку», не давая крови вытекать на пол. «Не сильно глубоко.» присев на корточки, Заунитка вчиталась в переплетенные между собой цифры и буквы биохимических формул. Кивнув самой себе, Агнес встала едва пошатнувшись и подойдя к стене макнула два пальца в ещё теплую кровь, что местами уже успела свернутся.       С решением первого задания, проблем, как она и думала, не возникло. Возникли же они в другом месте: приходилось постоянно давить на ладонь, не позволяя ей затягиваться, а кровь сворачивалась достаточно быстро. Кончики пальцев ныли от непрекращающегося трения об шероховатую стену.       «Отсюда уже и выжимать нечего.»       Ткань ветхой и дурно пахнущей майки треснула когда Агнес потянула за её край. Перевязывая лоскутом рану, она про себя отметила как неприятно показывали и немели пальцы левой руки отказываясь сгибаться.       Заглушенный вскрик.       Макнув деревянные пальцы в свежий «резервуар» из правой ладони, она вновь мазнула ими по стене. Времени, как и сил, уходило много, учитывая то что она писала полные формулировки не сокращая их до привычный Заунских. По окончанию, Агнес туго перевязала и вторую ладонь, в этот раз оторвав лоскут от штанов. Устало сев на пол, еле шевелящиеся пальцы впились в лист с чертежом. Он нигде не пригодился. Вряд ли его вложили как пример и она очень сомневалась что он случайно сюда попал.       За закрытой дверью послышались шаги и шорохи. «Неужели…» пожав губы и тряхнув головой девушка вновь уперлась глазами в чертеж.       «Что же не так?»       Казалось чертеж был идеален: ни сучка, ни задоринки. Механизмы сочетались друг с другом, конструкция и отдельные компоненты должны были быть выполнены одним и тем же материалом.       «Думай, быстрей.»       Ни один компонент не конфликтовал с собой, габариты были вполне приемлемые. Все это было похоже на мечту перфекциониста, пока Агнес не обратила внимания на ось механизма.       «Вот оно!»       В момент когда дверь скрипнула, оповещая об окончании времени, рука скользнула к до боли знакомому месту на решетке. Палец что есть силы впился в уже затупившийся кусок металла, вынуждая кожу под ним рваться. Не поднимая взгляда девушка водила пальцем по листу бумаги, сокращая все слова, стараясь успеть. Обозначив лишь самое главное, она подняла взгляд на вошедших людей.       — Что…       Пара миротворцев с наручниками скривились осматривая камеру, в то время как профессор удивленно, а Виктор выжидающе. Взгляд плавно соскользнул им за спины, отмечая что смуглый широкий парень и темнокожая девушка тоже были здесь с ещё одной парой миротворцев.       — Агнес Леветт, Вы выбрали весьма занятный метод… — глаза йордла скользнули по стенам, что были исписаны её собственной кровью. — Почему не воспользовались ручкой?       — Ручкой? — наигранно приподняв брови в изумлении, Агнес подвинулась ближе к решетке, поддерживая зрительный контакт. — Мне кажется Вы что-то путайте, профессор. Мне передали только бумаги.       Довольная улыбка растянулась по осунувшемуся женскому лицу, а взгляд непроизвольно метнулся к тому самому миротворцу, чье лицо в мгновении ока стало невозмутимым.       — Что на счёт чертежа? — профессор Хеймердингер подошел ближе намереваясь протянуть руку к решетке, однако мужская ладонь с длинными тонкими пальцами скользнула меж прутьев раньше. Агнес протянула смятый и исписанный свежей кровью лист, ожидая увидеть хоть каплю отвращения на остром лице ученого. Но на удивление тот без колебаний взял лист, пачкая собственные пальцы.       — Виктор? — профессор метнул взгляд к подопечному, намереваясь услышать от того объяснения, на что получил ленивый разворот листа.       — Сокращения из Зауна. — Хеймердингер кивнул, видимо соглашаясь с тем чтобы Виктор дешифровал все самостоятельно и он продолжил. — Ось скорректирована верно и теперь позволяет поддерживать сидящие на ней детали, конфликт металлов решен путем замены меди на цинк.       «Конфликт металлов?»       Её взгляд метнулся к листу бумаги и лишь на секунду поднялся на самоуверенные янтарные глаза.       — Хм, отлично. — кивнув пару раз, профессор внимательно посмотрел в серые глаза. — Виктор настоятельно рекомендовал мне включить Вас, Агнес, в список лояльности. Он объяснил это тем, что когда Вы предстали перед Советом, он увидел на вашей руке сокращения. Он не сказал какие, но старательно уверял меня в том что Совету стоит пересмотреть свое решение. Как вы сами думайте… — подойдя ближе к решетке, йордл сложил руки, серьезно оглядывая заключенную. — Способны ли вы внести вклад в развитие и поспособствовать прогрессу?       — Не мне оценивать свои силы, профессор. — облизав пересохшие губы, Агнес удерживала взгляд на Хеймердингере, на мгновение подумав о том какой он всё же маленький.       — Тогда мне хотелось бы лично оценить их в полной мере. — кивнув самому себе, йордл направился к выходу, однако дойдя до двух недоумевающих миротворцев почти безразлично кинул: — Вызовите ей врача, не медля. Она должна будет предстать перед советом в течении получаса. Виктор. — он повернулся к ученому, что все так же держал окровавленный чертеж. — Объясни ей правила системы лояльности. Если она откажется хоть от одного пункта, я уже ничем не смогу помочь.       Дверь захлопнулась, оставляя Агнес наедине с учёным.       Она выдохнула, опуская голову. Неужели все прошло так, как обещал Виктор?       — Конфликт металлов? Серьезно?       — Да. — Виктор махнул листом, переводя взгляд на Агнес. — Странно что ты решила все задания без единого изъяна, но прокололась на самом легком.       — Спасибо.       — Поблагодаришь тогда, когда совет примет решение. А пока, мне нужно рассказать тебе о системе и её правилах.       Худощавые пальцы сложили помятый и уже подсохший лист бумаги вдвое, пряча его в кармане.       Ведь сокращений по поводу металлов там и в помине не было.