Часть 11 ДЕЛО УЧИТЕЛЯ – ПРОДОЛЖЕНИЕ

— Пивз! — Помона Стебль могла лишь пялиться на полтергейста, который задом наперёд вплыл в её кабинет. Призрак остановился и повернулся к ней лицом с застенчивой улыбкой. — Спраути! — приветствовал он её с притворным энтузиазмом. — Ты не возражаешь, если я спрячусь здесь хотя бы на несколько минут, а, моя дорогая глава Пуффендуя? Помона прищурилась. Что такого сделал Пивз, что ему теперь нужно прятаться? — Пивз! Что ты натворил?! — спросила она самым твёрдым голосом, на который была способна, — а это было немного, ведь она была профессором с очень мягкими манерами. Пивз надулся. — Пивзи ничего не делал! — защищался полтергейст. — Пивзи не виноват ни в чём, в чём Спраути обвиняет Пивзи! Помона нахмурилась ещё сильнее. — Если это так, почему ты прячешься? — спросила она всё так же строго. Полтергейст надулся ещё больше. — Уизли из хаоса преследуют Пивзи! Пивзи не нравится, когда его преследуют, поэтому Пивзи решил спрятаться! — объяснил Пивз, звуча странно растерянно, будто сам не знал, что и думать о странном поведении близнецов Уизли. Помона удивлённо моргнула. — Близнецы Уизли преследуют *тебя*? — недоверчиво переспросила она. — Почему? Пивз посмотрел на неё так, будто она сошла с ума. — Пивзи не знает, — ответил он. — Пивзи поступил разумно и сбежал. Как ни удивительно, Помона могла только согласиться с этим пунктом. Если близнецы Уизли начали тебя преследовать, самый разумный вариант — развернуться и бежать, не дожидаясь объяснений. То, что Пивз сделал единственную разумную вещь в подобной ситуации, с другой стороны, звучало странно в ушах Помоны. Она никогда не считала Пивза абсолютно вменяемым. — Я… думаю, я понимаю, — наконец сказала она. Пивз кивнул. — Я так и думал, — сказал полтергейст, на этот раз звуча на удивление серьёзно. — Я просто не понимаю, почему ты выбрал мой кабинет, чтобы спрятаться… Полтергейст закатил глаза. — Потому что даже близнецы Уизли дважды подумают, прежде чем войти в кабинет профессора, особенно если они там не нужны, — раздражённо объяснил Пивз. — И если бы тебя там не было, сработала бы защита кабинета, и они тоже не смогли бы войти, Помона. Помона вытаращила глаза. Это звучало совершенно не как Пивз. Секундой позже вернулся тот Пивз, которого она знала всё время учёбы в Хогвартсе. — И Пивзи любит смотреть на хорошие розыгрыши! — добавил Пивз, широко улыбаясь. — Защита Спраути — лучшая в школе! Помона нахмурилась. — Что ты имеешь в виду, говоря, что моя защита — лучшая в школе *для розыгрышей*? — подозрительно спросила она. Она даже не знала, что в её кабинете есть какая-то защита, тем более «розыгрышная». Ухмылка Пивза стала шире. — Их сделал лучший шутник, когда-либо ходивший по коридорам Хогвартса! — ухмыльнулся Пивз. — Разве это не фантастическая мысль — знать, что в твоё отсутствие в твоём кабинете абсолютно безопасно — даже от шумных студентов или директора, Спраути? Помона не совсем была уверена, как ответить на это заявление. — Я не совсем уверена, должна ли я радоваться, узнав, что на мою дверь наложил заклятие какой-то шутник, — наконец сказала она. — На самом деле это непрактично, если студент пытается найти меня здесь, когда меня нет в кабинете. Пивз пожал плечами. — Пока они просто стучат и не пытаются ворваться силой, ничего не случится, — сказал Пивз, выглядя грустным, хотя был вынужден это признать. — Их заколдуют, только если они попытаются силой проникнуть внутрь. На это Пивз надулся. Помона моргнула. В целом, это звучало лучше, чем она думала, но это не означало, что ей это понравилось. — И всё же, — сказала она. — Думаю, мне придётся попросить директора просмотреть это и снять чары. Лицо Пивза озарилось ухмылкой. — Пожалуйста, сделай это! — сказал Пивз. — И позови Пивзи посмотреть! Пивзи тоже любит развлечения! Помона удивленно уставилась на полтергейста. — И если ты этим займёшься, ты также можешь отправить директора снять проклятие с кабинетов других профессоров! Это будет весело! — добавил Пивз, с обожанием глядя на Помону. — Теперь Пивзи знает, почему Помона была выбрана главой Пуффендуя! Она именно такая, какой и должен быть настоящий глава Пуффендуя — в отличие от неудачного выбора главы Слизерина! Помона не могла не фыркнуть от удовольствия. — Я не совсем уверена, насколько ты лучше всех можешь судить о том, каким должен быть настоящий глава Пуффендуя, — сказала она, забавляясь. Она никогда не думала, что полтергейст судит о способностях главы факультета по их умению разыгрывать людей, но, наверное, следовало догадаться. Пивз был полтергейстом — на чём же ему ещё преуспевать, как не на хаосе, шалостях и беспорядке? Пивз моргнул. Затем его лицо приобрело задумчивое выражение. — Если ты никому не скажешь, я скажу тебе, — наконец решил Пивз с озорной ухмылкой. — Итак, что скажешь? *** — Иногда я задумываюсь о нашей карте, — смущённо сказал Фред. Джордж фыркнул. — Ты не один, — сказал он. Они уже некоторое время пытались найти *Хельгу Пуффендуй*, но проклятая точка забрела туда, куда они не могли проследить, так что в конце концов они на время сдались и планировали вернуться в башню Гриффиндора и попробовать ещё раз позже — как вдруг наткнулись на имена *Салазар Слизерин* и *Годрик Гриффиндор* посреди коридора. Фред опустил взгляд на карту, затем снова поднял глаза. Затем Джордж забрал у него карту и сделал то же самое. Они обменялись взглядами. Нет, всё было по-прежнему. Мальчик перед ними смотрел на них бесстрастно, приподняв одну бровь; его кепка лежала рядом с ним на балюстраде. — Ну что, хватит таращиться, мин херран? — спросил их Гарри Поттер наконец, через пять минут, когда близнецы всё ещё не могли сделать ничего, кроме как пялиться с открытыми ртами на него и кепку рядом с ним, прежде чем уставиться на карту в своих руках, которая переходила из рук в руки после каждого их взгляда. Это послужило сигналом для того, чтобы первый близнец наконец заговорил. — Я думаю, — сказал он. — Это либо что-то, — добавил другой. — Это серьёзно неправильно — — С нашей картой — — Или что-то пошло не так в истории — — И Салазар Слизерин — — И Годрик Гриффиндор — — В конце концов, не были заклятыми врагами — — А вместо этого решили путешествовать во времени — — Преследовать нашу школу на первом курсе — — И его кепка… Мальчик перед ними только поднял бровь, затем повернулся к Годрику. — Похоже, что даже то, что я хожу повсюду и объявляю своё имя, на самом деле не раскрывает моё прикрытие, гвайн, — сухо сказал он. — Можно подумать, что после двух месяцев моего настаивания на том, чтобы меня звали Салазар, по крайней мере одно из имён прижилось! Нет, им нужна волшебная карта, вплетённая в моих подопечных, чтобы идентифицировать меня как человека, которым я настаивал быть всё это время! — Не смотри на меня так, — ответила кепка. — Я представлялся как Годрик каждому декану Гриффиндора и каждому директору школы в течение последней тысячи лет, но никто из них мне так и не поверил. «Я знаю, что ты Шляпа Годрика», — говорят они. «Я знаю, что тебя создал Годрик», — говорят они. «Но ты не настоящий Годрик, просто что-то, что осталось от него», — *объясняют* мне! Как будто я не тот, кто должен знать лучше! Боги! Хельга перестала представляться где-то в начале второго тысячелетия, потому что ей никто никогда не верил! Единственными директорами, которые когда-либо верили мне, были те, кто был главой Когтеврана до того, как занять пост директора! По какой-то причине единственные, кто верит, что мы всё ещё существуем, — это главы домов, основанных на *логике* и *объяснениях* всех вещей! Так что не волнуйся, вряд ли кто-то раньше складывал два и два и узнавал нас! Боги, даже нынешний директор школы не верил мне, а он годами верил в миф о Дарах Смерти, не имея никаких доказательств! Мальчик обдумал это. — Точка, — сказал он, а затем повернулся к Фреду и Джорджу Уизли. — Итак, — сказал один из них. — Ты действительно тот, — сказал другой. — Салазар и Годрик, — закончил за них Гарри. — Да. Затем он указал на карту. — А теперь позвольте мне взглянуть на это, мин херран, — добавил он. Оба близнеца нахмурились. — Почему? — подозрительно спросил один из них. — Потому что, если вы этого не сделаете, я сниму защиту с изящного заклинания, которое заставляет её работать так, как она работает. — Почему?! — воскликнули близнецы. — Потому что я не потерплю подобного заклинания в моих оберегах, если оно может причинить вред остальным ученикам в любом виде, агита?! — ответил Гарри ледяным тоном, и близнецы внезапно поняли, как первокурсник мог когда-то быть самым страшным тёмным лордом в истории. Шляпа фыркнула. Мальчик повернулся к шляпе, услышав этот звук. — Я серьёзно, Годрик, — сказал он, его глаза были холодны. Шляпа мгновенно перестала смеяться. — Боги, ты серьёзно! — воскликнула она, затем обратилась к близнецам Уизли. — Отдайте ему карту. Сейчас же! Фред и Джордж обменялись ещё одним взглядом, но наконец неохотно отдали своё сокровище. В тот момент, когда Гарри взял его в руки, карта засветилась разными цветами. — Что? — удивлённо воскликнул Джордж. — Он мастер оберегов, — ответила шляпа на незаданный вопрос. — Выяснить, какие заклинания наложены на что-либо, для него детская забава. Гарри фыркнул. — Я *кузнец оберегов*, гвайн, — поправил он шляпу. — Для меня разобраться в заклинаниях в этой книге намного проще, чем в детской игре! Шляпа фыркнула. — Прости, Са’зу, — произнесла она. — Постараюсь запомнить, когда в следующий раз мне придётся кому-то объяснять твои способности! — Са’зу? — растерянно спросил Фред. Гарри закатил глаза. — Меня зовут мин херра, — ответил он, затем подержал карту так, чтобы кепка тоже могла на неё взглянуть. — На ней напечатаны пути отхода с инструкциями, как их активировать, вино. — Чёрт, — сказала шляпа. — Нехорошо. Совсем нехорошо… Фред и Джордж обменялись смущёнными взглядами. — Почему? — спросили они. Гарри вздохнул. — Если эта штука попадёт в руки врага, мин херран, Хогвартс будет захвачен через пути отхода, или же пути могут быть перекрыты до того, как ученики смогут сбежать. На этот раз взгляды, которыми обменялись Фред и Джордж, были полны ужаса. Они никогда раньше так не думали о карте. — Добавьте к этому, что враг мог бы видеть, где бы вы ни спрятали своих защитников, — мрачно добавил Гарри. — Итак… ты собираешься уничтожить её? — подавленно спросил Джордж. Конечно, он понимал опасения основателя, но это не меняло того факта, что карта была довольно удобным инструментом для розыгрышей. Гарри задумался. — Давай, Са’зу! — сказала шляпа. — Ты не можешь отнять то, что они используют, чтобы повеселиться! Гарри нахмурился, глядя на шляпу. — С каких это пор ты вступаешься за пару шутников, гувин? — спросил он. Фред и Джордж обменялись смущёнными взглядами. — Что ты имеешь в виду «с каких это пор он вступается за пару шутников»? — спросил Фред. — Разве он не был самым шутливым из вас четверых? — добавил Джордж. — Я?! — взвизгнула шляпа. — Нет! Я всегда защищался только от… — Конечно, Годрик! — весело перебил его Гарри. — И это не ты просил обереги от войны розыгрышей! — Я сделал это только потому, что это был единственный способ, которым у меня вообще был шанс… — Я совершенно уверен, что если бы я попросил Пивза или Р’эну, на этот раз они были бы на моей стороне, гувин! — Гарри злобно ухмыльнулся. — Они никогда не на твоей стороне! — прорычала шляпа. — Вот именно, — самодовольно сказал Гарри, ничуть не смущённый восклицанием шляпы. — И это только докажет тебе, что я прав. Отверстие шляпы, похожее на рот, открылось и больше не закрывалось. — Итак… если Гриффиндор не был самым шутливым из вас четверых, — начал Фред. — Кто был? — спросил Джордж. Гарри и шляпа обменялись взглядами, прежде чем шляпа заговорила. — Сазар, — прорычала она, в то время как Гарри сказал, ухмыляясь: — Я. — Ты должен был уже догадаться, — добавила шляпа. — Со всеми этими проклятыми розыгрышами, которыми полон замок с тех пор, как Са’зу снова прибыл в этом году! Фред посмотрел на Джорджа. Джордж посмотрел на Фреда. — Нам следовало пойти в Слизерин, — с благоговением сказали они друг другу. — Эй! — возмущённо запротестовала шляпа. — Что не так с Гриффиндором? Гарри злобно ухмыльнулся. — В нём нет меня, гвайн, — сказал он. Шляпа застонала. — В последний раз говорю, Са’зу: нет! — воскликнула она. — У меня не осталось бы дома к концу учебного года, если бы я распределила тебя в Гриффиндор — и ты это знаешь! Гарри пожал плечами. — То, что я не в Гриффиндоре, не меняет того факта, что это неправильно, гвайн, — самодовольно сказал он. Ни Фред, ни Джордж не могли возразить. Шляпа просто застонала снова. *** — Ну что, ты решила, Спраути? — спросил Пивз главу Пуффендуя с широкой улыбкой. Помона нахмурилась. Она знала, что Пивз в основном хотел её молчания в обмен на объяснение, почему он думает, что именно он лучше всех может судить, кто хороший глава Пуффендуя, а кто нет. Конечно, Помона знала, что единственным разумным ответом было бы сказать «нет» на предложение Пивза — ответ, которого директор и все остальные ожидали от Помоны не задумываясь. Как ни удивительно, Помона не смогла. Она знала, чего от неё ожидали, но в то же время она *хотела услышать* объяснение Пивза, даже если оно сопровождалось её молчанием. Мгновение или два эти два варианта боролись в голове Помоны; затем один из них победил. — Я больше никому ничего не скажу, — пообещала она. Полтергейст послал ей акулью улыбку. Знакомый силуэт полтергейста внезапно растаял, уступив место стройной фигуре голубоглазой призрачной женщины с огненно-рыжими волосами. Упомянутая женщина наклонилась к Помоне и прошептала ей что-то на ухо. — Если кто и знает, как должна вести себя глава Пуффендуя, так это я, — сказала она. — Потому что *я* — Хельга Пуффендуй.