Глава 22. Стань моей

— А в лицо тебе не заехать два раза? — вежливо поинтересовалась я. В его опасных глазах заиграл огонь. Не нравится, как с ним разговариваю. Все боятся, а я отвечаю дерзко. Но он сам виноват! — Почему два? — спокойно спросил Келт, чуть подавшись вперед. — Для надежности. Потому что с первого ты, видимо, не понимаешь! — воскликнула я. — Твоей собственностью буду только у тебя во снах! — Значит, отказываешься? — Его глаза прожигали меня насквозь. Но я не отводила свой взгляд. — Отказываюсь, — гордо вздернула я подбородок. Еще чего. Может быть, мне вокруг него с поклонами ходить или вприсядку? — Окей. Тогда скажу всем, что пошутил. Ты не моя девушка, — выдал он. — Ты так не сделаешь, — тихо сказала я. На его лице появилось веселое выражение. — Уверена? — Ты не такой. — Не такой — это какой? — Не полный придурок. — Нет. Ты не поняла, с кем связалась, Чар. Я именно такой. Полный придурок. — Он цедил каждое слово, будто повторяя за кем-то. — Я не спаситель. Не герой. И не такой хороший, как твой дружок. Не настоящий тобот. Хотя в нутри меня не сердце,не мозг,а ядро и искусственный интеллект — Какой дружок? — растерялась я. — Сама знаешь, какой. — Что ты несешь… — Значит, отказ, да? Окей, скажу, что мы не вместе. И пусть делают с тобой, что хотят. Мне всё равно. Пока, детка. ⠀С этими словами Келт встал, надел толстовку и направился к выходу — дождь, кажется, закончился. Я уставилась ему вслед. Независимый вид, широкие расправленные плечи, уверенная походка, аура человека, который знает, как поставить на место любого. Кроме меня, разумеется. У меня сердце ушло в пятки. Да неужели он сделает это?! Забыв о десертах и кофе, я схватила рюкзак и кинулась следом. Я догнала его прежде, чем он вышел из кофейни, и дернула за рукав толстовки. — Постой! Келт обернулся. На его красивом лице с правильными чертами заиграли отблески фонарей. От ресниц на скулы падала тень. — Что? — Я согласна, — торопливо сказала я. А что мне оставалось делать?! Коновалова и ее компания не успокоятся, пока я не уйду из школы. Не дадут мне жизни. Ни мне, ни Лере. Я должна защитить ее. И ее, и себя. — На что согласна? — спросил Келт. — На то, что ты предложил! — выкрикнула я. — А что я предложил? — продолжил он валять дурака. — Делать все, что ты хочешь, — сквозь зубы проговорила я. — Кому делать? — играл Келт. — Мне делать! — выкрикнула я, теряя терпение. — Ладно, принято, голубоглазая, — кивнул он, наконец. — Идем. Хотя… Сначала надень кофту правильно. Я чертыхнулась — оказывается в туалете натянула свитер задом наперед. Молодец, Катя! Опозорилась! Оскар за женственность! — Это не кофта, а свитер, — поправила я Келта, стараясь делать вид, что не смущена. — Да мне по барабану. Хоть тулуп. — Сам ты… тулуп. — Что? — Да так, просто мыслю вслух. Пришлось снимать свитер — хорошо, что под ним была футболка с короткими рукавами. Увидев царапины, Келт нахмурился, а я поспешила поскорее надеть свитер. — Надо забрать кофе и пирожные, — опомнилась я. Он пожал плечами — мол, делай, что хочешь. Я быстро купила контейнер, переложила сладкое в них, запихала в рюкзак и вернулась к нему. — Идем, — не глядя на меня, сказал он. — Куда? — Просто иди за мной. Без вопросов, голубоглазая. — А почему ты меня так называешь? — удивилась я. — Констатирую факт, — ответил он. — А зачем… — Не беси меня своими вопросами, — попросил Келт. Вот зануда! Едва он отвернулся, я скорчила ему неприятную рожицу, а он, все так же не поворачиваясь ко мне, покачал головой, явно давая понять, что обо мне думает. Я не сразу сообразила, что Келт смотрел на мое отражение в стекле и все видел. Ну что за неудача за неудачей! Мы покинули кофейную и вышли на улицу. Дождь уже закончился, а воздух казался свежим, влажным, будто бы мы были в лесу. Я знала, что запах дождя вскоре угаснет, и с удовольствием втягивала его в легкие. И пока я наслаждалась им, Келт, скотина, ушел вперед. Пришлось догонять. Шел он уверенно, сунув руки в карманы, и быстро — так все парни ходят, независимо от того, какого роста. Девчонкам все время приходится догонять! — Эй, Келт! — Что еще? — Учти, спать с тобой не стану. Понял? — на всякий случай сказала я. Он вдруг весело рассмеялся. И даже замедлил шаг. — Я тебя так нравлюсь, голубоглазая? Постоянно говоришь об этом. — Эй! — Да я и не планировал спать с тобой. Ты не в моем вкусе и все такое. Но если хочешь, могу порадовать. — Себя порадуй, — прошипела я. Опять его пошлые намеки! — Как-то ты дерзко выражаешься для собственности, — ответил Келт. В его глазах плясали знакомые демоны. — Будь скромнее. Не то придется сказать, что ты не моя девушка. Будет забавно, не находишь? — Нахожу, что ты кретин редкостный, — снова зашипела я, но тихо-тихо. — Что ты сказала? — сощурился Келт. — О, мой повелитель, ваше величие пронзает небеса и достает до Луны, — издевательски пропела я и склонилась. — Не бросайте в беде, выручите меня! О, прекрасный из прекраснейших. И поклонилась еще дважды. Мы зашли под арку дома, и Келт вдруг схватил меня за предплечье и прижал к стене. Встал напротив, упираясь рукой о стену чуть выше моей головы, и склонился ко мне. Да так близко, что я почувствовала уже знакомый аромат жвачки и кофе. Колени задрожали, сердце забилось испуганной, но я отвернулась от него. — Хватит валять дурака, голубоглазая. Не провоцируй меня. Сказал же — я не хороший мальчик, с которым можно развлекаться. Ты будешь делать все, что я скажу, — тихо сказал он мне на ухо. Я чувствовала его дыхание на своей щеке, и по телу бежала дрожь. Моя ладонь уперлась в его грудь. Горячую, твердую, сильную. — Мы же договорились. — Именно. Договорились. Веди себя смирно. Помогаешь мне в учебе. И будешь наводить порядок у меня дома. В постель не потащу, и не надейся, — прошептал Келт. И все же случайно коснулся губами моей щеки. Он замер, и я тоже замерла. Подумала вдруг — если сейчас повернусь, он точно меня поцелует. Хотела ли я этого? В тот странный миг хотела. Безумно! До дрожи. Хотела попробовать его губы на вкус. Понять, какие они — мягкие или жесткие? Как он целуется? Нежно или с напором? Хотела обнять за плечи. Зарыться пальцами в волосы. Взять в ладони его лицо. Хотела узнать, каково это — целовать парня? Его сердце часто билось под моей ладонью — я чувствовала его удары. И хотела, чтобы оно билось еще чаще — из-за меня. Я все-таки повернулась и смело заглянула в глаза Келта, не понимая, почему моя рука скользит по его груди вверх, к плечу. — Я согласна на эту сделку, — прошептала я, не отрывая взгляд от его лица. — Но пообещай, что защитишь меня ото всех. Меня и мою подругу. — Обещаю. Я буду рядом и никто не посмеет тронуть тебя. И ее — тоже. Где-то вдалеке раздался сильный гром. Словно снаряд разорвался. Я вздрогнула, и Келт прижал меня к себе, словно желая защитить от чего-то. А я прильнула к нему — такому большому, горячему и сильному. — Обещай, что весь этот год будешь рядом. Что не бросишь и не предашь. Не знаю, откуда брались эти слова. И зачем я вообще говорила их. Но по-другому в тот момент не могла. Эти слова шли из души. — Обещаю. Я буду с тобой до конца, голубоглазая, — хрипло сказал он, склонившись еще ближе и почти касаясь моего лица губами. И я поняла, что вдоль позвоночника бегут мурашки. Келт был слишком близко ко мне. Запретно близко. Но я хотела, чтобы был еще ближе. Еще бы мгновение, всего лишь одно крохотное мгновение, и поцелуй бы точно случился. Он скрепил бы наши обещания, вскружил бы головы, заставил бы забыть обо всем на свете, но… Келт резко отстранился. — Идем за мной, голубоглазая, дело есть, — бросил он через плечо и первым зашагал вперед, во двор. — Какое? — Большое. Идем. Я смотрела на его широкую спину и чувствовала, как мое собственное сердце стучит, как ненормальное. Так, сердце, что ты в нем нашло? Это просто всплеск адреналина, не иначе! — Постой! — крикнула я, видя, как Келт удаляется от меня быстрой походкой. И по лужам бросилась за ним. Схватила его под руку, заставив удивленно оглянуться, и улыбнулась. — Ты так быстро ходишь, что я не успеваю. Келт лишь фыркнул, но шаг замедлил. А я, идя вместе с ним, вдруг почувствовала спокойную уверенность и силу. Рядом с ним мне было совсем не страшно. А сердце все еще колотилось, как бешенное. — Слушай, а ведь у тебя же есть девушка, — вдруг вспомнила я Сашу. — Мы не встречались, — не оборачиваясь, ответил он. — Как это? — оторопела я, вспомнив, как они целовались на его балконе. — Отношения без обязательств. Я ничего ей не обещал. И ничего не требую от нее. Я смерила его спину недобрым взглядом. Продуманный какой, а! Словно прочтя мои мысли, Кел вдруг сказал: — Я всегда остаюсь честным с девушками. Не придумывай ерунды. В ответ я лишь вздохнула. Саша считает наверняка иначе.