Часть 13

Неделя прошла как в тумане.Я ходила на пары, но не слышала преподавателей. Открывала конспекты, но не видела букв.Я перестала есть. Не специально, просто не хотелось. Желудок сжимался от одной мысли о еде, а может, от всего остального. В универе я старалась быть незаметной. Заходила сразу после открытия дверей что бы ни с кем не столкнуться, садилась на первые ряды, а уходила сразу после звонка. Но я же староста. Мне надо было собирать справки, проверять посещаемость, общаться с деканатом. Раньше я справлялась с этим играючи, а теперь каждое «привет» от однокурсников вызывало желание провалиться сквозь землю. Одногруппники косились, но не лезли. Но как-то у меня все же спросили — Ты какая-то бледная, — заметил как-то парень со второго ряда. — Не болеешь? — Нет, всё нормально, — ответила я и отвернулась. Аня перестала появляться на парах. Мы не виделись. Не писали друг другу. К слову, я так и не разблокировала её.Но так было даже лучше, не знаю как бы вела себя на учебе будь бы она рядом. Влад тоже больше не писал, после того сообщения в ночь тусовки — тишина. Хотя я его тоже заблокировала, он прекрасно знал мой адрес, и другие соцсети где можно было со мной связаться. Простое осознание того, что ему это было просто не так нужно как мне засело в голове. И я не знала, что хуже: его молчание или её. К середине недели я поняла, что не помню, когда ела в последний раз. Голова кружилась, когда я вставала, но это было даже удобно — так я могла списать своё состояние на усталость, а не на стресс. Мне не хотелось признавать что все то, произошедшее так сильно меня подкосило. Ведь это такой пустяк. Я сидела в аудитории после последней пары, тупо глядя в окно, когда дверь открылась. — Староста группы П-31? Я обернулась. В дверях стояла завхоз из деканата — вечно недовольная тётка, которая знала всех по фамилиям, но делала вид, что видит впервые. — Да, это я, — я встала, чувствуя, как ноги дрожат. — Че вы тут одна сидите — она окинула пустую аудиторию взглядом. — Да, просто — я не успела придумать оправдание, признаться честно, в последнее время я уж слишком много торможу — тут. — Вас вызывали — договорить она мне не дала, просто развернулась и вышла, оставляя за собой открытую дверь — Насчёт общежития. — гулко послышалось из коридора Сердце пропустило удар. Потом забилось где-то в горле. Я выскочила за ней в коридор, наспех запихнув в сумку тетради. Неужели? После стольких месяцев ожидания, после всех этих заявлений, справок и обещаний «ну, может, в следующем семестре»? В кабинете пахло старыми бумагами и пылью. За столом сидела заведующая — женщина с усталым лицом и в очках на цепочке. — Садитесь, — кивнула она на стул. Я села, чувствуя, как ладони вспотели. — Ваша заявка рассматривалась с прошлого семестра, — начала она, листая какие-то бумаги. — Освободилось место в блоке на втором этаже. Соседка — девушка с вашего курса, фамилия… — она заглянула в листок, —. Если вас устраивает, можете заезжать в ближайшие дни. Я смотрела на неё и не могла вымолвить ни слова.Комната. Место в общаге. То, ради чего я вкалывала. Ради чего тащила эту долбаную должность старосты. Ради чего согласилась на ту авантюру с документами для Влада. Всё, ради чего я пахала, не спала ночами, таскала чужие справки и закрывала чужие хвосты. — Устраивает, — выдавила я. Голос прозвучал чужим. — Тогда подпишите здесь, здесь и здесь, — она подвинула ко мне бумаги. Я взяла ручку. Рука дрожала. Я смотрела на строчки, но буквы расплывались перед глазами. Подписала, где сказали, поставила дату, даже не глядя. — Всё, можете забирать документы и готовиться к переезду. Заселение — с понедельника. Я вышла из кабинета, сжимая в руках папку с бумагами. Шла по коридору, глядя прямо перед собой. В голове было пусто. Абсолютно пусто. Я должна была радоваться. Прыгать до потолка. Звонить Ане, кричать в трубку, что я наконец-то получила эту грёбаную комнату. Планировать, что взять с собой, как обставить, где поставить. А в действительности мне было даже не с кем поделиться. Родителям сейчас не до меня — у них свои проблемы, а я давно уже взрослая, сама должна справляться. Друзей в Москве у меня нет. Больше нет. Я наконец получила то, что хотела. Но почему-то хотелось просто сесть на холодный асфальт и разреветься. Переезд занял меньше двух часов. Вещей у меня было немного — чемодан, набитый одеждой, рюкзак с книгами, ноутбук да косметичка. Всё, что нажила за год учёбы в Москве. Всё, что помещалось в багажник одного такси. Но вот махинации с арендодателем старой квартиры прошли заняли намного больше времени и нервов, что даже вспоминать это особо не хочется. Я загружала это барахло сама. Водитель даже не вышел помочь — сидел в телефоне, пока я таскала сумки, и лишь мельком глянул в зеркало заднего вида, когда я, запыхавшаяся, плюхнулась на заднее сиденье. Что подтверждало новую философию моей жизни «Помочь себе могу только я сама.» Голодовка которую я объявила своему организму давала о себе знать, в глазах после таких физических нагрузок потемнело. И мне казалось, что вот вот и я упаду в обморок. Но слава богу, все обошлось. Я растеклась на заднем сидении и устало наблюдала за происходящим в окне. Новое общежитие встретило запахом хлорки и затхлости. В коридорах гудели голоса, где-то хлопали двери, смеялись девчонки — их смех отдавался эхом от голых стен, делая здание похожим на огромный улей. Соседкой оказалась невысокая блондинка с параллели, мы пару раз пересекались во время учебы, но ни разу не разговаривали. Когда я вошла, она сидела на своей кровати, поджав под себя ноги, и листала что-то в телефоне. Увидев меня, мельком глянула поверх экрана, кивнула и снова уткнулась в телефон. — Привет, я твоя новая соседка — представилась я, ставя чемодан у своей койки. — Ага, — ответила она, даже не сняв наушники. Я не обиделась, меня даже успокоило, что она не лезла с расспросами. Молчание было единственным, что я сейчас могла вынести от другого человека. Комната оказалась маленькой. Две железные кровати, застеленные бельём, два стола, шкаф. На подоконнике стоял фикус в горшке — и я боюсь что это не единственное живое существо, кроме нас двоих.Тараканов не было обнаружено, но это пока. Но на апартаменты класса люкс я не рассчитывала, поэтому была довольна и этим. Я поставила чемодан, выдохнула и принялась раскладывать вещи. Честно, сама не ожидала такой прилив сил от себя. Сначала разобрала одежду. Джинсы, свитера, несколько платьев, которые я носила раз в год. Всё это отправилось в шкаф, на пустые вешалки, что сиротливо побрякивали при каждом движении. Потом принялась за рюкзак с книгами. Учебники по экономике — на них ещё остались пометки, которые я делала для его занятий. Методички по статистике. Пара детективов для души. И вдруг пальцы наткнулись на то, чего я не ожидала. Книга. Та самая, которую он подарил тогда, в кафе. Я открыла её. Страницы были тёплыми на ощупь, будто всё ещё хранили тепло его рук. На некоторых — мои карандашные пометки, которые я делала, когда готовилась к нашим «урокам». На одной — небрежный рисунок котенка, который он нарисовал, когда ему было скучно. Я провела пальцем по выцветшим чернилам, и вдруг увидела себя в той кафешке напротив универа. Слышала его голос: « Ты иногда мне напоминаешь котенка, такого же милого и наивного» Я перелистнула на форзац. Его почерк. Крупный, уверенный, с наклоном вправо. «На всякий случай. Если мои тупые вопросы доведут тебя до отчаяния — тыкни меня цитатой». Слёзы пришли не сразу. Сначала просто защипало в носу, потом глаза наполнились, а потом я уже не могла дышать. Я села на койку, прижимая книгу к груди, и разревелась.Соседка, подняла голову, глянула на меня, но ничего не сказала. Просто вытащила из тумбочки пачку бумажных платков, протянула мне и снова уткнулась в телефон. Я плакала от всего сразу. От того, что наконец получила эту ебучую комнату, но не с кем это разделить. От того, что потеряла Аню. От того, что Влад оказался не тем, кем я себе придумала. От того, что я сама оказалась не той. Не такой сильной. Не такой умной. Я плакала, пока не кончились слёзы. Потом вытерла лицо рукавом, посмотрела на книгу и открыла на первой попавшейся странице. «Всё пройдёт. И это тоже». Я усмехнулась сквозь слёзы. Это был его очередной «прикол» надо мной? Подарить мне книгу с фразами о мудрости, когда я была глупее всех. Подарить мне надежду, когда всё, что в итоге осталось — это пустая комната и сопливый платок в руке.