Глава 60

      112 год от З.Э.       Королевская Гавань       Дейрон Нимерос Мартелл       — Я все еще не могу поверить, что ты убедила его посетить Драконий Камень в столь сжатые сроки… — Я наблюдал, как отплывают несколько кораблей, самый центральный из которых везет короля.       — Он также хотел поговорить с моим дядей, поэтому, когда я рассказала ему о том, что находится в пещере, он, казалось, проявил достаточный энтузиазм. В любом случае, сейчас мало что происходит, просто повседневные придворные выходки. — Рейнира вздернула подбородок, явно гордясь собой, напоминая мне кошку, которая хочет, чтобы к ней проявляли нежность. — Хотя я и сама боюсь полета и хотела бы просто попасть на корабль вместе с ним… — Я закатил глаза и, притянув ее к себе, целую в щеку.       — Ты полетишь со мной, чтобы вдруг не упасть. — Она не такая уж хрупкая, и ее раздраженный вид подтверждал, что у нее те же мысли, но я мог, по крайней мере, попытаться усадить ее в седло рядом со мной.       — Ты просто хочешь еще раз показать мне эти яйца, не так ли? — Я не мог сдержать улыбку и кивнул, думая о том, как удивит их всех, когда одно из них вылупится, я чувствовал это всем своим существом.       Но, с другой стороны, многие люди, в жилах которых течет та же кровь, что и у меня, были одержимы идеей высиживать яйца, которые «превращались в камень», и многие из них умирали. Учитывая, что это «будущее», но все же остается в силе, что эти каменные яйца имеют странное влияние в моей крови. Но, по крайней мере, в моей ситуации у меня есть запасной вариант, Ширакс и Сиракс нашли общий язык и в конце концов должны приготовить яичницу. Маленький застенчивый дракончик превратился в крутого персонажа, и он просто сияет, когда рядом с ним оказывается симпатичная драконица, перед которой он может покрасоваться.       — Я говорю тебе, что они вылупятся, ты своими глазами увидишь, как из этого черного яйца появится возрожденный Балерион. — Она шутливо покачала головой и обняла меня за талию так же, как я обнял ее.       — Как скажешь, любовь моя. Честное слово, я буду сидеть на этих яйцах как наседка, если понадобится… Я хочу увидеть этих драконов собственными глазами и убедиться, что Дрогон действительно растет быстрее.

***

      Драконий Камень       Визерис Таргариен       — Здесь достаточно места, ваша светлость, Рейнире, казалось, было вполне комфортно всю дорогу сюда. Я доставлю вас в ту пещеру, и у вас даже спина не заболит, поверьте мне. — Я смотрел на большого черного дракона, который навевал приятные воспоминания, но его зеленые глаза резко контрастировали с моим почившим драконом.       — Полагаю, другого выхода нет… — Я мог бы попросить Деймона доставить меня туда на его Кровавом Змее, но после того, как он даже не подошел поприветствовать меня на пристани, я немного разозлился на него.       Отбросив мысли о брате, я сосредотачился на том, чтобы приблизиться к дракону и взобраться по веревочной лестнице на седло. Дракон даже не шевелится, когда я подошёл и взял веревку в руки, еще раз показывая мне, как сильно он изменился. От «Каннибала» до одного из самых ручных драконов, которых я когда-либо видел за всю свою жизнь.       Моя дочь и леди Мирия уже улетели в пещеру на другом драконе, сказав, что мне будет удобнее в большом седле. Но с каждым шагом и ухватом за седло я чувствовал, что запыхался все сильнее. Я не помнил, чтобы когда-то это было и вполовину так сложно…       Ухватившись за последнюю ручку, я подтянулся, становясь на колени и полз вперед, чтобы поудобнее устроиться в седле. Я заметил множество седельных сумок с торчащими из них стрелами и даже копье, притороченное к седлу. Одна седельная сумка расположена спереди, и это привлекло мое внимание тем, насколько надежно она закреплена множеством ремешков.       — «Колыбель», как я ее называю. — Дейрон удивил меня, когда я повернулся к нему и увидел, что он разглядывает седельную сумку. — Я думаю, это самое безопасное место в мире, но в любом случае, если вы не хотите, чтобы я держал вас за бока, я предлагаю отодвинуться назад и ухватиться за боковые ручки. — Я покачал головой, отступая назад, чувствуя, как мое сердце бьется немного быстрее, зная, что однажды я поднимусь в небо, даже если только для того, чтобы добраться до пещеры высоко над землей.       — Так вот где ты хранишь яйца? — Спросил я, когда он сел в седло. — Возрожденный Балерион? — Уточнил я, немного забавляясь мыслью о том, что мой старый дракон возродится в этом мире.       Он кивнул, протягивает руки и с привычной легкостью расстегнул ремешки и замки, и вскоре откинул крышку, открывая маленький сундучок. Открыв его, он достал черное яйцо с маленькими красными завитушками, разбросанными по чешуйчатой поверхности, и протянул его мне. Мои глаза расширились от ощущения тепла, но в то же время я чувствовал, что оно тяжелее живого яйца, которое уже проклюнолось. Жар, вероятно, исходил от солнца и дракона, на спине которого сидело яйцо, но я все равно не мог сдержать улыбки, видя яйцо, которое, как утверждает мой зять, вернет Балериона.       — Я так понимаю, кремо-золотистое будет Мераксес, а зелено-бирюзовое — Вхагар? — Даже если старая драконица все еще где-то покоится, это, скорее всего, ненадолго, эти яйца, безусловно, имеют правильную окраску, но с небольшими добавлениями.       — Я еще не знаю, но уверен, что это будет «Крылатая тень», которая, пролетая над городами, накроет их. — Он убрал яйцо обратно и смотрит на него мгновение, прежде чем убрать его и закрыть коробку.       — Крылатая тень. — Конечно, похоже на имя, которое носил бы Балерион, но я не помню, чтобы кто-нибудь называл его так.       В любом случае, если он вылупится, я уверен, что это будет могучий дракон, достойный будущего короля или королевы в образе моего внука. Если он не вылупится, то есть еще много яиц из недавней кладки Пламенной Мечты, и недавно даже сообщалось о четырех новых детенышах на Драконьей горе. Число диких драконов будет расти, поскольку Каннибал пересел на диету, и это будет проблемой, если за этим не следить внимательно.       Что-то должно произойти, чтобы они не выросли слишком большими и не остались дикими, если слишком многие из них заявят свои права на Драконью гору, начнутся драки. Это может распространиться на деревни или даже привести к тому, что драконы покинут остров в поисках теплых и безопасных домов. Последнее, что нам нужно, — это чтобы драконы ушли и кто-то нашел способ заявить на них права, либо с помощью драконьего семени, либо каким-то другим способом.       Я подумаю об этом, либо нам нужно время от времени охотиться на них, либо нам нужно больше всадников на драконах, чтобы заявить на них права…       Дейрон и Рейнира вносят свой вклад, но, боюсь, я ничем не могу помочь в решении этой проблемы. Но Деймон, безусловно, мог бы наконец навестить свою жену и завести несколько детей, один из них должен быть лордом Рунного Камня и Ройсом, а остальные могли бы взять фамилию Таргариен и претендовать на дракона. Я не уверен, что Ройс сможет претендовать на дракона… на данный момент драконы есть в достаточном количестве домов, и мне повезло, что Мартеллы поженили двух других своих детей с Веларионами, в которых уже текла драконья кровь.       Но, несмотря на это, у меня найдется время для этих вопросов после исследования пещеры… Я хотел посмотреть, что моя дочь называет записанным текстом пророчества Эйгона.

***

      Проходя по пещере, я чувствовал, как мое сердце бешено колотится в груди от недолгого полета, а также острую боль от того, что Балерион больше нет. Я до сих пор помню, каково это — впервые взлететь на нем, и каким сильным я себя чувствовал в тот момент. Подобное зрелище, открывшееся со стороны Гелитокса, разбередило старые раны, которые, как я думал, давно зажили и были забыты.       — Как ты себя чувствуешь? — Спросила Рейнира с явным беспокойством в голосе, и я отмахнулся от нее.       — Я должен беспокоиться о тебе, дочь моя, не беспокойся обо мне, я просто погружен в свои мысли. — Она кивнула, но, похоже, чувствовала себя не в своей тарелке, и я открыл рот, чтобы заговорить, но останавился, видя, как зажигаются новые факелы.       Дейрон принес еще несколько, зажег их и разбросал по земле перед большой стеной, освещая ее. У меня подкосились ноги, и я замер, как будто кровь заледенела, когда я смотрел на очень большое произведение искусства на стене. Она ни в коей мере не выглядит свежей, как сказала моя дочь, и я перевёл взгляд с одной ее части на другую.       — История начинается здесь, когда люди и Дети Леса объединяются с теми, кто кажется великанами. — Рейнира не обращала внимания на то, что я останавился, и шла вперед, опираясь руками о стену. — В ней показано, как они сражались, а затем отбросили «врага» назад, прежде чем была построена Стена. — Я сделал несколько шагов вперед, чувствуя, как в мои вены возвращается огонь, более горячий, чем когда-либо прежде.       — В конце фрески люди снова сражаются с врагом, но на этот раз Стена уже возведена, и… Драконы. — Закончил я за нее, кладя руку на стену и проводя по ней пальцами, что напоминало мне ощущения от моей модели Валирии, которую я создавал.       Я не был уверен, что сказать… Я знал, что Рейнира не пригласила бы меня сюда из-за каких-то дурацких рисунков, но это выходило за рамки того, что я думал. Она сказала мне, что просмотрела истории о «Долгой Ночи» и считала, что это именно так. Она также верила, что Темнота, которую видел Эйгон, — это то, что снова наступит Долгая Ночь, а эти голубоглазые существа — настоящая угроза. Я провёл пальцем по одному из голубоглазых мужчин и чувствую холодок, который вскоре проходит, как будто его и не было, но волосы на моей руке встают дыбом.       — Это… Предупреждение.

***

      Деймон Таргариен       — Закончил играть с детьми? — Спросил я, увидев, как входит мой брат. Я ждал его несколько часов, и если бы знал, что это займет у него так много времени, я бы его разыскал сам.       — Единственный ребенок, которого я вижу, — это ты сам. — Он ответил на удивление резким тоном, прежде чем вздохнуть. — Деймон, мне многое нужно тебе сказать, и я хочу, чтобы ты отнесся к этому серьезно. — Мы смотрели друг другу в глаза, и я видел в них твердость, которая редко появлялась у него, когда он был серьезен.       — Что случилось? — Спросил я, замечая его явное беспокойство, и он сел напротив меня, потирая лоб.       — Мне нужно, чтобы ты кое-что выяснил, у меня есть к тебе другие просьбы, например, навестить твою жену, но у меня есть кое-что, что ты должен сделать. Я не могу послать никого другого… Я вполне мог бы послать кого-нибудь еще, может быть, даже сотни, чтобы разобраться в этом. Но сейчас я хочу, чтобы ты кое-что для меня разузнал и послушал, как некоторые люди рассказывают о давно минувших временах. — Я поёрзал на стуле, чувствуя себя странно от настойчивости в его голосе, но кивнул.       — Что мне нужно сделать? — Он поворачивается и смотрит в окно, где я вижу, как улетает большой черный дракон, а за ним — маленький.       — Стена на севере, посмотрим, как твой дракон поведет себя рядом сней, но ты должен быть осторожен… — Он поднял руку и посмотрел на нее странным взглядом. — Однажды я услышал от бабушки, что Среброкрылая отказалась лететь за Стену, а её драконица делала все, о чём та просила. То, что я только что узнал, может дать некоторые ответы на вопрос, почему это так, но сначала я должен рассказать тебе, что происходит. Похоже, все идет по пути, которого я не ожидал, учитывая, насколько серьезно он относится к пророчествам и видениям.       Я ненавидел пророчества и видения.