Глава 18 Спасение

Нельзя обработать рану, не зная, насколько она глубокая. Как нельзя утолить боль, скрывая ее. Нужно это принять. Смириться и с кровью, чтобы что- то исправить.

Dragon Age: Inquisition

Солас

Рваный хрип сотряс грудную клетку. Шепард рвано втянула воздух и распахнула глаза. В них отражался недавний ужас, а сон ещё не стёр свои границы. Вкус тухлых забродивших яблок и крови осел на кончике языка. Шепард затрясло, и она соскочила с кровати, смотря на неё, будто та и есть настоящий монстр. Первым порывом стало снести её к чертям. Но вспомнив, как Гаррус трепетно убирал весь бардак, учинённый ей, осеклась. Гаррус. Его имя среди прочего выделялось колоколом. Оно пришло во спасение, и Шепард ощутила столь сильную тягу, что не смогла сопротивляться. Надев первую попавшуюся обувь, Шепард в чём есть – длинные спортивные штаны и бесформенная кофта – выбежала из каюты. Казалось, стены Нормандии сжимаются вокруг неё. Голос матери всё ещё звенел в ушах. Что, если она права, и Шепард всё ещё заперта в стеклянном гробу, в тело тычут сотни игл, а сама она просто проект, кусок мяса для всех учёных Цербера? У Гарруса было темно. Лишь скудные огоньки светились едва уловимым голубым цветом. В груди Шепард сердце всё еще неистово билось, и разум отголосками кричал, что стоит предупредить, но почему-то потребность в Гаррусе заглушала все доводы. Подкравшись, Шепард легонько коснулась его пальцами. И тут же пожалела. Гаррус слышал, как кто-то вошёл. Слышал, как этот кто-то крался. Он всё ещё находился в дрёме и не совсем понимал, что на корабле нет посторонних, а случись такое, сработал бы сигнал тревоги. Выучка лет сработала на отлично. Стоило незваному гостю подойти достаточно близко, Гаррус немедленно среагировал. Под подушкой турианец всегда держал короткий штык-нож. Он просто не мог по-другому. Омега научила его защищаться всегда. Толкнув неизвестного ногой, Гаррус припечатал его к стене. Ладонь крепко держала нож и прижимала его к шее гостя. Гаррус тяжело дышал и ни черта не видел. Но стоило аромату лаванды долететь до него, Гаррус отпрянул как ошпаренный. - Шепард?! Какого чёрта?! Я едва не зарезал тебя! Гаррус потянулся к выключателю, и тусклый свет озарил помещение. Шепард стояла у стены и… Гарруса пробрал её взгляд. Там столько ужаса и боли, что он невольно отступил. Он напугал её. Сделал именно то, чего клялся не делать. Показал ей себя настоящего. - Гаррус? – губы Шепард задрожали. – Скажи, что всё это по-настоящему! Что я настоящая. Турианец замешкался, не совсем понимая, что происходит. Он подумал, что напугал её своим выпадом, но даже затуманенный сном разум подсказывал, что дело далеко не в этом. Он внимательно осмотрел её. Одежда, в которой она спала. Щёки красные и мокрые – от слёз. Губы дрожат, а правая ладонь сминает ткань у груди. Шепард приснился кошмар. - Гаррус! – крикнула она громче. – Это правда или нет?! - Шепард, – моргнул он, – ты… да. Да, Шепард. Это всё… настоящее. - Скажи так, чтобы я поверила! – рявкнула она. Гаррус подошёл ближе, схватил её за плечи и сжал их. Чуть наклонился ниже, чтобы смотреть прямо в глаза. - Я офицер Нормандии Гаррус Вакариан, заявляю, что ты – СПЕКТР Джейн Шепард, самая сильная и отважная женщина, которую я знаю. И ты самая настоящая, даже существенней, чем многие среди нас. Шепард смотрела ему в глаза так пристально, что у Гарруса засосало под ложечкой. Но вот настороженность постепенно сходила с лица, и облегчение заметно проступало на лице. Тяжело выдохнув, женщина осунулась, опустила плечи и приблизилась к Гаррусу, обняв его. Он застыл на мгновение, а потом с лёгкостью обвил руками. Раньше Гаррус не поверил бы, что с лёгкостью сможет касаться, обнимать и легонько поглаживать женскую спину. - Кошмар? – тихо спросил он, и Шепард кивнула ему в плечо. Гаррус подхватил Шепард под ноги, она охнула. - Ты что делаешь?! - Укладываю спать, капитан нужен нам бодрым и полным сил. - Но Гаррус… я могу пойти к себе. - Но ты уже здесь. И я обещал защищать тебя, помнишь? Так что ложись. Осмелев, Шепард выдвинула ультиматум. - Только если ты со мной. - Даже на моих руках ты продолжаешь командовать. - Тебя… смущает это? – Шепард почувствовала, как покраснела. - Нет. Мне это чертовски нравится. Гаррус, словно пушинку, опустил её на импровизированную постель и устроился рядом. Веки тут же потяжелели, но на Шепард вновь накатил страх. Ей нужно что-то, что даст ей уверенность. Тогда Шепард смело взяла ладонь Гарруса. Без перчаток они казались горячими, а когти были весьма острыми. Но Шепард это не напугало. Положив ладонь под щёку, она с удовольствием отметила, что лёгкое покалывание дарит уют. Утро принесло облегчение. Шепард открыла глаза с решимостью. Сегодня она признается Гаррусу. Пусть он оттолкнёт её, но Шепард хоть попытается. А если… если ответит взаимностью, то это… - Шепард. – Гаррус стоял у дверей. Глаза его горели недобрым огнём, и вся решимость Шепард испарилась. – Его нашли. Сидониса нашли. Пар струился клубком из ароматного чайника. Вся каюта Тейна пропахла сладостью ягод. Ему очень нравилось именно сочетание земных ягод с добавлением парауса из Цитадели. Этому рецепту его научила Шепард. Жизнь на корабле, в постоянной изоляции имела как свои плюсы, так и минусы. Не иметь какого-то обряда или своего рода традиции, из-за которых дни не сливались воедино, практически невозможно. Поэтому к дружеским беседам с Тали, добычи ценных ресурсов, с Джокером, отчётности с Джейкобом, и медитации с Самарой добавились чайные посиделки с Тейном. Они быстро сдружились и нашли общий язык. Тейн, как ни странно, понимал её. Почти как Гаррус, но по-другому. Тейн мог часами слушать её разговоры о жизни, о прошлых глупостях и даже Кайдене. Шепард также рассказала ему о том, что происходило с ней у Цербера. Поэтому сейчас, Тейн точно представлял, почему Шепард столь взвинчена и расстроена. И дело даже не в том, что он лично присутствовал там. Нет. Он просто чувствовал её. - Ты должна поговорить с ним. – Мягкий тембр голоса всегда успокаивал Шепард. - Он явно дал понять, что не хочет этого. - Ему было больно, он расстроился. Сейчас Гаррус нуждается в тебе больше, чем когда-либо, Джейн. Частичка её души понимала, что Тейн прав, но другая… Другая, помнила, как он явственно сказал ей, что говорить с ней больше не намерен. Шепард мысленно унеслась в прошлый день. Ниточки привели, как ни удивительно, к Харкину. Когда Гаррус объявил о Сидонисе, Шепард, ничего не спрашивая, отдала приказ СУЗИ и Джокеру лететь на Цитадель. Шепард также объявила Тейну собираться, ведь и у него там были дела. И пока дрелл пытался найти сына, Гаррус и Шепард отправились на поиски Тени. Всё это время Гаррус молчал. Он казался нервным и злым. Постоянно срывался на других, действовал радикально и жестоко. Шепард не упрекала. Ей хорошо известно это состояние. Да и особой эмпатией она давно не обладала. Жизнь выбила из неё все сентиментальное дерьмо. Но когда Гаррус прижал Харкина, а потом и вовсе повалил на пол, сдавливая ногой грудь, Шепард не смогла остаться в стороне. Она аккуратно надавила на плечо Гарруса, и тот отошёл, пусть был и не совсем доволен. - Это Терминус так изменил тебя, Гаррус? Харкин подал голос, и Шепард едва сама не стукнула придурка. Но её взгляд скосился на турианца. Ничего, кроме, жажды мести и праведного гнева, она не нашла. - Нет. Но Сидонис… открыл мне глаза. Организуй встречу! Нехотя Харкин подчинился. Гаррус поднял пистолет и стал разглядывать его. И впервые Шепард поняла, о чём её всегда предупреждал Гаррус. Границы между правильным и неправильным стёрлись, обнажая чистую суть. Злоба, боль, страдание и горечь предательства перевешивали все светлые доводы, что жили в турианце. Архангел утаскивал её Гарруса. И Шепард не могла позволить этому случиться. И произошло именно то, чего она боялась. Харкин собрался уходить, но Гаррус схватил его за шею. - Не думаю. Ты стал преступником, – даже голос Гарруса изменился. Он фанатично верил в то, что говорил. Гаррус карал и считал это верным. Считал себя тем, кому это позволено. - Итак… Ты собираешься грохнуть меня? Это не в твоём стиле, Гаррус. - Грохнуть тебя? – Гаррус махнул головой, будто сгоняя наваждение. – Да брось. Я просто поубавлю твою прыть. Перезарядив пистолет, он направил его на Харкина и почти было выстрелил, но Шепард успела схватить турианца за руку. Гаррус, видимо, в своей безумной кондиции, не сообразил сразу, что происходит, и пытался оттолкнуть своего капитана. - Убивать его совсем необязательно. Ему не скрыться от СБЦ. Гаррус замер, а потом всё же отдёрнул руки, но больше не стал пытаться пристрелить Харкина. - Похоже, тебе сегодня везёт. – Выплюнул он. - Ага. Надеюсь, скоро мы это повторим. Гаррус с размаха врезал ему в лоб. - Что? Я не пристрелил его. Шепард удалось выдавить ухмылку, несмотря на все противоречия и чувства неизбежности внутри. Они сидели в челноке. Сроки поджимали, но никто из них не торопился его покинуть. Время натянулось, нависло и подгоняло. Но что Шепард, что Гаррус понимали, стоит им выйти, всё изменится безвозвратно. Шепард всю дорогу взвешивала все «за» и «против». Первой мыслью было всё же попытаться отговорить Гарруса от возмездия. Следом пришла другая: а как она смеет? Конечно, Гаррус рассказывал ей, что происходило с ним на Омеге, но также Шепард знала, что рассказывал он не всё. Что ощутил Гаррус, увидев, что все его друзья мертвы? То же, что и Шепард, когда потеряла команду или в сто крат хуже? Когда она уже решила не вмешиваться, Шепард вспомнила, как Гаррус остановил её, когда она собиралась казнить доктора. Он не дал ей скатиться в бездну, всегда поддерживал. Пусть и в странной форме. Шепард поняла, что как бы Гаррус ни отдалялся от неё в прошлом, он всё равно был рядом и старался её защитить. Возможно, прочитав всё на лице капитана, Гаррус зло бросил: - Говори что хочешь, это не изменит моего мнения. – Он помедлил. – Мне неважно, какие у него были причины – он подставил нас… Он заслуживает смерти. То, с какой уверенностью он это сказал, вызвало холодок в сердце Шепард. Архангел. Не Гаррус. - Я понимаю, что ты принял решение, но неужели ты действительно хочешь убить его? - Я ценю твоё участие… Но я – не ты. Шепард это задело. Но она велела себе успокоиться. - Он – не твоя проблема. - Неужели? Я всегда ненавидел несправедливость. Мысль о том, что Сидонис мог уйти безнаказанным… – Гарруса передёрнуло. – Почему он жив, а десять хороших друзей лежат в братской могиле? Он повернулся к ней. Шепард едва видела отголоски того, кого знала. Всё еще не незнакомец, но уже кто-то едва узнаваемый. Тот, кого Гаррус надёжно прятал внутри себя. - Извини, Шепард. Словами это не исправить. Стоя перед мушкой, Шепард чувствовала себя неуютно. Но страха не было. Она доверяла Гаррусу больше, чем себе. Сидонис не внушал ужаса или злости. Лишь липкую мерзкую жалость. Шепард слушала его слова и думала только о том, что может действительно дать Гаррусу выстрелить? Как мог этот турианец рассказывать о собственной боли, когда его трусость привела к смерти? Но Шепард делала это не ради Сидониса. Она стояла между выстрелом, слушала недовольства Гарруса только ради него самого. - Оставь всё как есть, Гаррус. Он уже расплачивается за содеянное. - Он заплатил недостаточно! У него всё ещё осталась жизнь… - Посмотри на него! – Шепард надеялась, что у неё выйдет достучаться, но, если нет… она больше не станет препятствовать. – Разве он жив? Здесь некого убивать. - Мои люди… заслуживали большего. - Скажи Гаррусу… Хотя что там говорить, оправдываться нечем… Сидонис звучал глухо и прискорбно. Но Шепард уже не надеялась. Она сделала шаг в сторону. Если Гаррус хочет именно этого. - Просто… уходи. Скажи, пусть уходит… Они шли молча. Но поступь Гарруса – тяжелая и громкая – давала понять его настроение. Но стоило им подойти к челноку, как он резко обернулся к ней. - Я знаю, что ты хочешь поговорить об этом. Но я не хочу. Не сейчас! - Я понимаю, всё прошло не так, как тебе хотелось, но мне кажется, что это к лучшему. Гаррус сухо рассмеялся. - Тебе кажется? А я вот так не думаю, Шепард. Я ценю твоё участие, но я должен был принять решение самостоятельно. - Я понимаю, что тебе больно. - Вот именно – ты понимаешь! Разве ты забыла, как пыталась убить того учёного? - И именно ты, — остановил меня, Гаррус! – Шепард подошла ближе, хотела коснуться его. Но Гаррус отступил. В груди стало больно. - Я не хочу сейчас говорить. Гаррус сел в челнок. - Не думаю, что это так. – Шепард больше не могла говорить об этом и поспешно перевела тему. – Как там Колят? - Лучше. Мы поговорили. Спасибо, Шепард. Ты спасла нас обоих. После того как Гаррус ушёл молча на Нормандию, Шепард отыскала Тейна, и они вместе отправились спасать его сына. День был долгим, она порядком устала. И поэтому едва сдержалась, говоря с Бейли. Но в итоге всё кончилось хорошо. - Не за что. Тейн, ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. - Как и ты. А теперь иди. Шепард знала, куда именно он отправлял её. Топчась на месте, словно подросток, Шепард не решалась пройти к главной батарее. Но кое-как поборов страх, Шепард всё же решилась. Надеясь застать Гарруса за работой, Шепард удивилась, найдя его в спящим. Он крепко сжимал подушку, тихо сопя. Шепард хотела уйти, но что-то потянуло её к нему. Опустившись на свободный краешек постели, Шепард смущённо провела пальцами по мандибулам, обвела контур лица, по гребню. Гаррус не просыпался, а она не хотела будить. Но её уже ждала Самара. Но всё же так быстро покинуть его она не могла. Поискав лист бумаги и ручку, Шепард наскоро написала.

Гаррус, я не знаю, хочешь ли ты меня видеть, поэтому прокралась сюда, пока ты спал. Ты очень милый, когда сопишь.

Знай, я очень сожалею, что расстроила тебя и не дала выполнить твою миссию. Но если бы мы у меня была вторая попытка, я бы ничего не изменила. Твоя душа слишком ценна для меня, и я буду бороться до последнего вздоха. Когда ты проснёшься, меня уже не будет. Мы на Омеге, Гаррус, я не хотела тебе говорить до последнего и брать тебя тоже туда не намерена. Знаю, что ты разозлишься, но надеюсь вымолить твоё прощение сувениром с ненавистной тебе станции.

Твоя, Шепард.

Сложив письмо, Шепард посмотрела на Гарруса в последний раз. Твоя.