Глава 7. Час волка

      После той бури, которая была утром, вечер казался лёгким ветерком, возможно, даже штилем. Казино было открыто для посетителей, и среди них были наши колумбийские полицейские в гражданском. В то время как Майкл и Хоакин предпочли более простые и строгие чёрные костюмы, девушки нарядились куда более интересно: на Джудит было изысканное вечернее платье и простой макияж, но Марина… Марина оставалось верной себе и своему любимому цвету: чёрная рубашка, чёрная юбка, чёрно-белые чулки в полоску, чёрная джинсовая курточка по пояс, чёрная помада и чёрные тени. На фоне остальных она выглядела совсем не как профессиональный полицейский – скорее наоборот, как студентка-первогодница, которой вот-вот стукнет восемнадцать, и её рост никак ей не помогал с имиджем. Однако, дресс-код казино “Солстисия” дозволял и не такие вольности.       Все, кроме Тёрнер, были веселы, немного пьяны и в целом в хорошем настрое; она сама даже не притронулась к своему напитку и пребывала в размышлениях, будто и не участвуя в этом празднике.       - Джудит, чего грустишь? Давай, выпей с нами!       - Знаешь, Майкл… Что-то у меня дурное предчувствие по поводу нашего маньяка. Будто сегодня он снова выйдет на охоту. Москит… сколько крови невинных он готов выпить?       - Не забивай голову всякой ерундой. Знаю, ты любишь работать и в нерабочее время, никогда не даёшь себе нормального отдыха… Давай хотя бы в этот раз ты отвлечёшься от своих мыслей и, наконец, выпьешь с нами.       - Что ж… Пожалуй, ты прав.       Она взяла свой бокал и неохотно выпила своё игристое. Оно оказалось довольно хорошим – лёгкое, не сильно сухое, немного даже освежающее. Однако, нём было что-то… печальное. Виноград для него вырос где-то на границе между Колумбией и Боливаром, так что, возможно, это вино действительно наполнено кровью и скорбью тех, кого настигли огни гражданской войны.       - Ну что, легче?       - Мне нужно… немного времени.       Майкл решил перейти на более отвлечённую тему.       - Посмотри на сцену. Видишь вон ту, высокую с белыми волосами, с трубой? Это и есть Сонатин Фернандес – лидер группировки. Для неё эти выступления – своего рода хобби, способ расслабиться после своей нелёгкой работы.       Джаз, который она играла, хоть и вправду был более расслабленный и спокойный, в нём всё ещё было немного грусти и меланхолии старого ветерана. Эту грусть почувствовала и сама Джудит, и эта грусть нивелировала всякий увеселительный эффект выпитого ей бокала вина.       Внезапно, раздался звонок. Тёрнер немного приглушила звук и выбежала на улицу, только затем взяв трубку.       - Вы мне дадите сегодня отдохнуть?       - Офицер Тёрнер, мы… обнаружили труп вице-мэра. Выезжайте немедленно.       Это в момент парализовало её, и она не смогла ничего сказать. Она чувствовала, что произойдёт что-то неладное, и в этот раз её чутьё её не обмануло.       - Офицер Тёрнер? Офицер Тёрнер!       Она, наконец, вышла из оцепенения и ответила:       - Поняла. Скоро буду.       Когда она вернулась в зал, Марины уже не было за столом. Вернее, она была за столом, только этот стол был с блэкджеком. Двое её напарников точно так же сидели и вели непринуждённую беседу о всяких типично мужских вещах. Она забрала свою сумочку и сказала:       - Мне надо идти. Срочный вызов по работе.       - Чёрт возьми, они тебе хоть раз дадут нормально отдохнуть? Может, нам поехать с тобой?       - Вы можете остаться. Предупредите Марину, чтобы она меня не искала. Приятного вам отдыха. Я пошла.       С этим, она быстрым шагом пошла к выходу и села в машину к ближайшему таксисту, одному из многих, дежурящих ночью у казино. Парни остались наедине.       - Что ж, - прервал тишину Майкл, - раз уж мы тут одни, давай закажем что-нибудь покрепче. Официант, подойдите сюда! Принесите нам, пожалуйста, бутылку виски, два стакана и лёд… А хотя не, лучше холодных камней!       Напиток принесли, и они начали медленно, но верно опустошать содержимое бутылок, при этом Маршалл выпил несравнимо больше Кастелло. После такого, он сделался изрядно пьяным, и начал показывать своё не самое чистое нутро. Сперва, вместо спокойных ответов он начал кричать на собеседника. Потом, он шлёпнул проходившую мимо официантку по заднице. И, наконец, начал приставать к другой с предложением интима, в результате чего та начала кричать и звать на помощь. Да, в пьяном состоянии он терял голову и становился очень… любвеобильным, если так можно выразиться. Естественно, такая любвеобильность очень не понравилась владельцам заведения, поэтому помощь прибыла почти мгновенно. Так же мгновенно подбежала к столику и Марина, ошарашенная такой наглостью своего коллеги.       - Какого хера у вас тут происходит???       - Э… э… М-Марина, любовь моя… Про-прошу… ик… помогиии мне… ска-скажи им, ч-что я из…       В этот же момент, Хоакин прикрыл ему рот. Наконец, к ним подбежали трое в зелёных рубашках, двое из них скрутили Маршалла, а один из них обратился к Кастелло:       - Как я понял, он ваш приятель. Обеспечьте его безопасную транспортировку до дома или до гостиницы. Мы не хотим никаких неприятностей с полицией. Заранее спасибо за ваше сотрудничество.       - Марина… ты закончила? Выиграла что-то?       - Почти ушла в ноль. Так что да, я закончила. Так и знала, что не надо было приглашать Майка с нами.       - Ладно… тогда выдвигаемся.       - Может, зайдём ещё куда-нибудь?       - Я сегодня сильно устал. Лучше посплю лишние пару часов. Так что, если ты хочешь продолжить кутить, делай это сама. Хотя не думаю, что ты сможешь особо покутить без денег. У тебя хоть на такси деньги есть?       - Я заранее это предусмотрела. А так, ты прав. Я лучше тоже отосплюсь. Пошли к такси?       - Я… хочу ещё прогуляться. Освежить мозг. Так мне будет легче с утра.       - Тогда… прощаемся. Пока, Хоакин. Береги себя.       - Пока, Марина. Взаимно. …       Джудит прибыла на место преступления, надев свой серый тренч поверх платья. Оно было в какой-то тёмной непримечательной аллее в северном районе. Хотя, его темноту в таком ярком городе можно считать чем-то примечательным.       - Офицер Тёрнер… как я вижу, мы вас отвлекли от хорошего вечера.       - Ничего… показывайте, что у вас тут.       Бездыханное тело пожилого мужчины в луже собственной крови. Маленькая дырка на шее. Тот же почерк, что и в прошлые разы. Ни одного следа. Мотивация Москита становилась всё более и более непонятной. Не было видно ни одной нити, скрепляющей эти убийства в единую картину. Тёрнер чувствовала… отчаяние. Ядовитое отчаяние и желание просто бросить это дело, уехать назад в Ткаронто и никогда больше не вспоминать этот инцидент. Пусть это будет чьей-то другой проблемой. Но… она не могла. Её совесть бы сожрала её живьём. Если бы только она могла засунуть её куда-нибудь подальше, как ей и говорил Кастелло. Теперь, ей приходится идти через целое поле терний и терпеть душевную боль, но дойти до конца, довести дело до финала, поставить на нём точку. Она должна. …       Франциска и Сонатин вышли к реке. Ночью вода в ней казалась тёмной, как смоль, как масляное пятно, на поверхности которого радугой отражались огни города и свет двух лун. Может, это и послужило основой для той старой легенды. В такой атмосфере, они начали беседу.       - Знаешь… если я зову кого-нибудь прогуляться и поговорить, разговор обычно серьёзный. Без исключений.       Франциска задрожала от страха. Но Фернандес продолжила.       - Как только Брандо сказал мне о предстоящей операции, я сразу поняла, что информация прибыла не от отдела разведки. Он просто не очень искусный лжец, а я не такая наивная дурочка. Свидетели говорят, что вы с ним приходили сюда для какого-то разговора. Значит, эту информацию откопала ты. Хотя, откопала ты её не сама. Кто-то тебе серьёзно помог. Кто-то… из полиции. Тогда ответь мне на один вопрос. Как долго ты с ними сотрудничаешь?       - Сутки. С тех пор, как они меня задержали. Я согласилась на сотрудничество, чтобы они… не накрыли нашу точку в “Проксиме”.       - Вот оно как. Значит, тебя заставили. На самом деле, я подозревала такой расклад. Но… ты знаешь, что мы делаем с теми, кто работает с полицией. А я тебе доверяла… Видимо, старею. Сдаю позиции, делаюсь слишком мягкой.       В этот момент, улицу оцепило с несколько десятков людей Солстисии с трёх сторон, образовав арену. Сама она вытащила складной стилет и направила его к горлу Франциски.       - Перед тем, как умереть, ответь мне на один вопрос. Одна из девчонок передала мне одну любопытную штучку.       Она достала из-за пазухи какую-то белую железяку. Бигль сразу поняла, о чём она.        - Что-то похожее на наплечник. С логотипом. “Родос Айленд”, значит. Тогда, вот мой вопрос. Ты, случайно, не знакома с женщиной по имени Доберманн? Я слышала, что она сбежала именно к нам. Отвечай честно.       - Доберманн… она… была моим наставником.       Сонатин усмехнулась, и убрала нож.       - Наставник, значит… Это уже намного интересней. Я всегда хотела… Хорошенько набить ей ебальник за то, что она сделала. Я сделаю для тебя исключение. Я не стану сразу убивать тебя. Вместо этого, я предлагаю тебе… победить меня в честном бою. Если тебе это удастся, я закрою глаза на этот случай. Но если ты проиграешь… то распрощаешься со своей жизнью.       Она встала в середине этой арены, и кто-то из толпы бросил ей чёрный кейс. Фернандес достала из него две половины длинного копья и одним поворотом древка сложила их вместе.       - Ну, посмотрим, какие воины выходят из-под крыла этой старой ссыкливой суки Доберманн.       Один из её подопечных подбежал к ней, она сняла свой затёртый китель и отдала его ему.       - Готовься!       Момент тишины. Они смотрели друг на друга с лютой злобой и лёгкой грустью. Франциска сказала своё слово:       - Хех. Знала бы ты, сколько раз я дралась с копейщиком на тренировках. Я будто готовилась к этой драке всё это время.       Сонатин в ответ лишь ухмыльнулась.       Они пошли в атаку друг на друга. Бигль сделала подкат и попыталась сбить Фернандес с ног, но та перепрыгнула её. В итоге, они лишь поменялись местами. Вторая атака. План Франциски был предельно прост – подобраться к ней как можно ближе, чтобы Сонатин не смогла свободно размахивать своим копьём, обезоружить её и продолжить битву на своих условиях. Сонатин, в свою очередь, нужно было сохранить своё преимущество в драке и любыми средствами не подпустить Франциску слишком близко. Она сделала ещё один рывок, чтобы провести колющий удар, но Бигль отступила вправо. Фернандес продолжила – она провела удар в её сторону, но та так же уклонилась и устремилась вперёд. Она резко повела копьё на себя, в результате порезав плечо её кожаной куртки, но юная Перро лишь продолжила свой рывок. Она приблизилась и сделала толчок плечом, Сонатин пошатнулась, но продолжила стоять. Франциска развернулась, чтобы схватить её руку, но ловким движением та схватила своё копьё обеими руками и потянула его на себя, зажав её шею между своим телом и копьём и начав душить её. Это было её ошибкой.       Бигль также схватилась руками за копьё и потянула его вниз в попытке вырваться из захвата. От её невероятной силы, оно начало сгибаться и выскальзывать из рук Фернандес. Наконец, раздался щелчок, и копьё было разломано надвое, освободив горло рыжей Перро, которая тут же отпрыгнула от Сонатин, оставив её стоять в смятении. Они вновь пересеклись взглядами. Фернандес отбросила обломки своего оружия и встала в боксёрскую стойку. Третья атака. Бигль сделала ещё один рывок, и они начали обмениваться ударами. Казалось, здесь решит только выносливость обеих сторон, но нет. Победителем выйдет тот, кто первый решится прекратить махать кулаками и даже позволить себе пропустить несколько ударов, чтобы сделать одно грамотное движение и перевернуть ход боя в свою сторону. Франциска… сделала именно это. Она встала на месте и начала принимать череду ударов по своему лицу и телу, что вызвало полнейшее смятение у Сонатин. Это была её последняя ошибка – остановившись, она открыла свою слабую точку и получила кулаком в самый её центр. Её лёгкие охватил спазм – она не могла вдохнуть свежую порцию воздуха и не могла найти в себе силы продолжать. Но Франциска лишь продолжила – она схватила её за торс, подняла её на свои плечи и бросила себя вместе с ней на землю. Та приземлилась на спину и ощутила всю силу, всю массу её тела.       Драка была окончена. Фернандес лежала на земле в полусознательном состоянии, а над ней стояла Франциска, державшись за порезанное плечо. Несколько бандитов подбежало к своей начальнице, но та лишь отогнала её от себя. Юная Перро протянула своей сопернице руку и помогла ей встать. Сонатин тяжело дышала и пошатывалась. Через несколько мгновений, она нашла в себе силы говорить.       - Аххх… оххх… девчонка… ты… зверь… аххх… столько силы… я тебя… недооценивала… и Доберманн… тоже…       Франциска засмущалась.       - Я… спасибо, что так высоко… говорите обо мне. Я сама зачастую недооцениваю свои силы.       - Эххх… я… хочу услышать… что ты о ней думаешь…       - Давайте вернёмся в штаб. Вы дрались… скажу так, вы немного заржавели.       - Знаю… знаю…       Она дала сингал своим, чтобы они возвращались по своим местам. Один из них побежал и отдал ей её китель. Бигль бросила её руку на свои плечи, и они неторопливо пошли в сторону штаба. Сонатин достала свой портсигар, но он оказался пуст.       - Вот чёрт…       В молчании они добрались до главного зала штаба. Их встретили удивлённые Анна и Брандо.       - Где вы были? Что с вами произошло?       - Мы… решали один вопрос.       - Я позову медиков, подождите!       Когда пришли медики, они уже сидели в креслах в кабинете, а Анна принесла им воды. Среди медиков была и Фанни, которая, увидев Бигль, стыдлива отвернула свой взгляд.       - Не волнуйся, Фанни, я не злюсь на тебя. Рано или поздно, сеньора Фернандес всё равно бы узнала.       - Родос Айленд… они же фармацевты и врачи, верно?.. Может, у них найдётся для меня работёнка?       - У нас не только они, есть ещё обслуживающий персонал, полевые работники. А по поводу работы, знаешь… когда я доберусь туда, я спрошу у медицинского отдела.       - А у вас… все такие же сильные и крутые, как ты? Этот вопрос заставил её засмущаться.       - Ну… у нас есть люди и посильнее, и покруче моего. Ты бы только видела, какой у них есть артс!       У Фанни загорелись глаза. Родос Айленд… Такое загадочное, но такое тянущее к себе место. Из всего того, что она слышала про него, он казался самым настоящим раем для заражённых, Место, где все они могут работать вместе ради общего блага, и для блага всех заражённых Терры. Её мечтания прервала Сонатин.       - Что, хочешь уйти от нас?       - Я, эээ…       - Я не буду тебя держать. Делай так, как тебе нужно. Не сочти за оскорбление, но мы и без тебя сможем справиться. Медики закончили обрабатывать их раны и делать перевязки, и Фернандес попросила выйти из кабинета всех, кроме неё самой и Франциски.       - Ну… расскажи теперь про Доберманн.       - Она… была с нами строгой. Заставляла выкладываться по полной.       - Хех, узнаю, узнаю…       - Но при этом она знала наши пределы. Никогда не заставляла нас работать на износ, даже наоборот поощряла нас работать в том темпе, в котором мы можем. Но я… обычно её не слушала, тратила всё своё свободное время на тренировки и помощь более старшим оперативникам. Мне всегда казалось, что я недостаточно хороша.       - Вот оно как.       - Но она при этом не была очень открытым человеком. Не очень хотела вдаваться в подробности своего прошлого. Я только знаю, что она была в армии парламента, а потом в ряду Истинных Боливарцев…       - Откуда она и позорно сбежала.       - Она сбежала… потому что заразилась. И потому что её заставили бросить своих подчинённых на произвол судьбы, чтобы спасти шкуру вышестоящих. Эти слова были для Сонатин словно удар молнии. Теперь всё стало на свои места, и у неё была полная картина того, что с ними произошло.       - Я… У меня… нет слов. Она никому об этом не сказала, никто об этом не знал. Да, мне казалось, что она просто ушла, но она… Ладно. Думаю, тебе интересно услышать, как мы с ней познакомились. Так вот. Когда она пришла к нам, я была тут уже около двух лет. Офицеры то и дело перебегали от одной стороне к другой, это было в порядке вещей. Но Доберманн… Я сразу почувствовала, что она… необычная. Её солдаты были для неё, как родные братья и сёстры. Для многих офицеров солдат – это расходный материал, но она презирала саму мысль об этом. Мы с ней быстро подружились. С ней было просто общаться. Думаю, именно она на меня так повлияла. Но потом… её заставили сделать то, что она больше всего ненавидела. Я не знала, что это стало для неё последней каплей.       - Наверное, вы занимались разведкой?       - Да. Думаю, это очевидно. Я и сама была офицером, всё-таки. Командиром роты разведчиков. Мы прошли многое вместе с ними. Некоторые из них стали сооснователями синдиката. Выбрали для этого полумёртвый на тот момент Рио-Эклипсе. Сначала мы зарабатывали деньги для Истинных Боливарцев, но потом они начали просить всю большую и большую долю. Я использовала против них их собственную глупость и освободилась от их оков.       - И что же вы сделали?       - Мне пришла информация о том, что заработанное они просто оставляли себе. И это в то время, когда их солдаты страдали от нехватки чуть ли не всего. Этот факт я и применила как таран против них же. Тогда они и решили оставить меня в покое. А в городе восцарил хрупкий мир, который мы и наблюдаем сейчас.       - Понятно… Они ненадолго затихли. Время было уже близко к полуночи. Франциска посмотрела на свою собеседницу. Она была очень уставшей. Да и она сама была явно не первой свежести.       - Знаете… А ведь Франциска – моё ненастоящее имя. На Родосе я известна, как оперативник Бигль.       - Хех. Тогда я тоже признаюсь. Я не Фернандес. Я – Сонатин фон Фердинанд. Да, мой дед получил дворянский титул. За службу Королю-чародею. Не очень люблю отсвечивать этим фактом, поэтому и назвалась другой фамилией ещё со времени моего участия в гражданской войне. А какая у тебя причина скрывать своё имя?       Её собеседница начала смотреть вниз с грустным взглядом.       - Я… вам рассказывала.       - Ах да, точно. А как ты думаешь, ты достойна вернуть себе своё старое имя прямо сейчас, после всего того, что ты сделала сама, без нашей помощи?       - Даже не знаю. Мне нужно ещё время, чтобы об этом подумать.       - Значит, не готова. Тогда буду и дальше называть тебя Франциской.       - А я тогда буду называть вас Сонатин Фернандес.       Обе засмеялись. Время перевалило за полночь, и Сонатин, наконец, позволила ей идти отдыхать. Рабочая неделя только началась, и завтра предстояло много работы. …       Хоакин прогуливался по какой-то небольшой, ярко освещённой улице. Он думал о том, как его операция чуть было не провалилась. Где были провокаторы со стороны Солстисии в нужный момент? Их насчитали всего около трёх – явно недостаточно, чтобы следователи заподозрили синдикат в разжигании конфликта. Явный случай утечки информации. Они точно узнали, что именно в это время именно в этом месте будут провокации, и им точно об этом кто-то рассказал. Но кто же? Об этом плане знали только трое: он, Маршалл, и… Тёрнер. Да, она – единственный вариант в этом случае, учитывая то, какая она моралистка. Надо будет ещё узнать то, по каким каналам она сливала информацию, как и то, почему она не оповестила клан Моссберга. Может ли это быть связано с тем агентом Солстисии, которого они задержали на днях?       Но тут, его мысли оборвались. Их заместило всё возрастающее и возрастающее чувство гнева, желание убивать, ломать и уничтожать, которое невозможно было чем-либо заглушить. Он начал судорожно осматривать окрестность – он точно знал, что этот гнев не должен был быть обрушен на невинного человека. Автомобиль. Явно недешёвый. Неважно, чей он. Хоакин готов возместить ущерб. У него неограниченный бюджет. Ведь он далеко не простой офицер полиции. Он – агент Мэйлэндера. Его настоящее задание – передать город под контроль Колумбии. Деньги, которые его страна заработает на этом, многократно превысят всякие издержки.       Он схватил лежавший рядом с мусоркой кусок арматуры и подошёл к своей стальной жертве. Удар. Удар. Сирена сигнализации автомобиля заорала как будто от боли, но Кастелло был глух к её крикам. Ещё несколько ударов, и он заставил её замолчать. Удар. Ещё удар. С каждым ударом он превращал её в аморфную массу из металла и стекла всё сильнее и сильнее.       Наконец, гнев отступил, и он бросил арматуру в сторону. Он почувствовал сильнейшую головную боль, от которой повалился на бетон. Чем боливарцы его… напоили? Боль отступила так же внезапно, как и пришла. Теперь он мог встать и продолжить свой путь к гостинице. …       Река Эклипсе. В ней то и время люди находили свой печальный конец, хотели ли они этого или нет. Раз в неделю в ней стабильно находят мёртвые тела самоубийц и жертв криминальных разборок. Иногда машины теряют управление и тоже попадают в реку, но это редко приводит к жертвам – она хоть и глубока, но не настолько, чтобы двери авто было невозможно открыть из-за давления воды на двери и окна. Однако в этот раз угодившая в реку машина такси стала клеткой для её несчастных пассажиров. Внутри неё было два трупа. Первый из них – пожилой водитель такси. Второй же… белобрысый Савра в строгом чёрном костюме.