Учитель. Лира.

      — Ну, слушай, Аэлья, я же извинился за тот случай! Хватит уже дуться, — убираясь на кухне, Элиос бросил взгляд на девушку, но та лишь отвернулась, продолжая хранить молчание. — Ну правда, Аэлья. Я не виноват в том случае! Эта всё шуточки Зинтарса!       Грохнув о столе глиняную миску, чей стук, казалось, могли услышать и из дальних комнат, девушка сурово посмотрела на юношу.       — То есть, ты не сам зашёл ко мне в комнату, едва держась на ногах, улёгся в мою кровать и обняв меня, говорил о том, как тебе тепло и мягко спать со мной?! — даже воспоминания об этом случае заставляло обоих краснеть, но, в душе девушки ещё и пылал гнев. — Даже когда выгнать тебя пыталась, ты продолжал лапать меня и цепляться за ночную рубашку!       — Да говорю же, Аэлья, это всё Зинтрас! Он...       — Учитель Зинтарс никогда бы не стал спаивать тебя, и тем более, толкать в спальню девушки! — отвернувшись, она дала понять юноше, что их разговор окончен.       Элиос хотел добавить что-то. Найти какие-то слова. Может, даже, придумать оправдание получше. Но... ничего не шло в голову. Вернувшись к уборке, он решил вернуться к этому разговору позже. Тем более, после уборки у них ещё тренировка с Ваиллой, а уж она-то, тренировка, по мнению юноши, должна помочь ему помириться с Аэльей.       Ближе к полудню, когда кухня была вычищена, котлы отмыты и посуда лежала на своих местах, Элиос дожидался Аэлью у выхода, чтобы вместе уйти на площадку. Через несколько минут она вышла, но, демонстративно не замечая юношу, прошла мимо него, направляясь к площадке. Он попытался перехватить её и попробовать снова заговорить, но девушка игнорировала его.       Выйдя на площадку, они направились в небольшой домик, где хранились тренировочные доспехи. Облачаясь в них, юноша снова постарался поговорить с Аэльей, но та в который раз игнорировала его. Ему было дико неудобно перед девушкой за тот случай, но Элиос был твёрдо уверен, что его вины в том нет.       Да, он поддался на уговоры Зинтарса и Кунгара «посидеть по-мужски». Да, он мог догадаться, что там будет что-то крепче чая. Да, ему показалось странным, что эти двое попросили его принести с кухни мешочек вяленного мяса и овощей немного. Но кто же знал, что они будут подливать ему настойку из печени гнилостого ползуна?! Её ведь, не распознать на запах и на вкус, а уж с мясом и подавно, пока пьянеть не начнёшь.       Одеваясь, Элиос до сих пор испытывал жгучее чувство стыда за то, что случилось после. Когда он основательно напился, Зинтрасу пришла в голову, по его мнению, гениальная идея — отвести Элиоса спать, а самому с Кунгаром продолжить пьянствовать. Да вот, случайно ли, или намеренно, но этот рыжий шутник, перепутал комнаты и отвёл Элиса прямо в спальню к Аэлье, а что дальше, и вспоминать стыдно...       — Ты идёшь уже? — голос Аэльи привёл Элиоса в чувства и посмотрев на неё, он кивнул.       — Да, конечно... — тряхнув головой, избавляясь от лишних мыслей, юноша постарался улыбнуться, но вышло как-то натянуто. — Сегодня Ваилла, да? Снова оружие?       — Учитель Ваиила, для тебя. Хотя она и не любит, когда её так зовут, но мы, ученики, обязаны уважать её, — эта черта характера немного бесила Элиоса, ведь Аэлья зачастую зацикливалась на этом и даже в обычных беседах поправляла его. — Сегодня, если ты, конечно, полностью протрезвел, мы должны заниматься с клинками Теней.       — Конечно я трезв! — вспыхнув, Элиос натянул шлем и затянув верёвку, заметил краем глаз, как он пропал. — Прошло уже четыре дня, с чего бы мне быть не трезвым...       — Тогда, чего стоишь? Пошли. Сам знаешь, как она не любит опоздания.       Кивнув, юноша вышел из домика вслед за Аэльей. Подойдя к площадке, они не увидели там Ваиллу. Обычно, она приходит вместе с ними, либо чуть задерживается. Обрадовавшись, что сегодня им не влетит за опоздание, ребята принялись за разминку, дабы не терять время перед тренировкой.       В который раз, Элиос поражался гибкости и пластичности девушки. Хотя, она, Аэлья, конечно, не сравнилась бы с той девушкой, которую он любил. Аэлья хоть и обладает притягательным и непокорным характером, но выглядит довольно... несуразно. Если бы Элиос не знал, что она старшего его на три месяца, то сходу бы подумал, что ей не больше десяти лет. Правда, говорить ей это в лицо, он не стал.       Как следует, размявшись, ребята не стали дожидаться Ваиллы, и взяв по деревянному мечу, начали обычную тренировку. Кроме них, мечей, на площадке теперь не хранили другое оружие. На прошлой неделе, один из учеников, в порыве ярости и обиды из-за поражения серьёзно покалечил своего оппонента. Тени выхаживали раненного три дня, но ничего не смогли сделать, и пришлось похоронить девушку, сжигая её тело в огромном костре. С тех пор, на площадке и запрещено любое оружие, кроме кулаков и деревянных мечей.       Элиос и Аэлья уже не раз сходились в тренировочном бою и примерно знали движения друг друга. Как однажды выяснилось, девушка подсматривала за учителем фехтования, что обучал сына дворянина, в чьём доме она была слугой. И в свободное время, она тренировалась с обычной палкой, повторяя движения.       И вот, сейчас, сойдясь на центре ристалища, они скрестили мечи и пристально посмотрели друг на друга, проверяя выдержку и ожидая первого движения.       — Скажи, Аэлья, а как ты попала к Жнецам? — крепко держа меч, юноша не сводил с неё взгляда. — Меня вот, отправили сюда, как наследника предка, — кроме Дженны, Зинтарса и Кунгара, никто не знал, что он потомок Йостреа.       — Поместье моего лорда, Фитроина, было разрушено. Дом прислуги, где жили мы с семьёй, сгорел и выжила я одна. Потом, как мне говорили взрослые, ещё и какие-то твари напали на наши земли, — отведя меч юноши влево, девушка чуть опустила его вниз. — До сих пор не знаю, кто это был. Жнецы, что прибыли убивать их, не рассказали мне. А потом, и вовсе, забрали меня к себе и стали воспитывать. — Элиос заметил, что девушка заметно напряглась, вспоминая о тех событиях.       — Это, довольно тяжело слышать и мне жаль, — поддавшись ей, Элиос позволил своему мечу опуститься, но в следующий миг, повернул его, чтобы меч девушки скользил вниз.       — Я смирилась, и какое-то время жила в одном… месте, — принимая игру Элиоса, девушка позволила себе немного расслабиться, и лёгкая улыбка заиграла на её губах. Она поняла, чего добивается юноша, и это было... приятно. — Несколько лет назад, если ты слышал, на деревню Делье, напали воины Мёртвого Трона. Сами себя, они зовут Прах. И, они... очень религиозны и ненавидят нас.       — То есть, ты ещё не отошла от той трагедии, как случилась новая? — отбив её атаку по ногам, Элиос сделал шаг назад. — Но, подожди, ведь Империя, насколько я знаю, просто так, не вторгается в земли Королевства. У них… какой-то договор или союз.       — После той бойни в землях Лорда, меня, выжившую, назвали причиной этой трагедии и стали охотится. Якобы, я привлекла монстров на земли, — сделав шаг вперёд, она занесла меч, намереваясь ударить в голову, но юноша принял удар вскользь, заставив её «провалиться». — Это я узнала, когда Прах вошёл в деревню и стал искать меня, попутно убивая всех людей, кто там находился за «укрывательство отродья». — Аэлья дёрнула рукой, словно потрясая запястьем и поморщилась. Элиос удивился, ведь он просто отклонил атаку, а не причинял ей вреда.       — Всё понятно, — Элиос не стал пользоваться шансом, чтобы нанести удар Аэлье, а просто отступил. — Спасибо, что рассказала. И? Какова теперь, твоя цель?       Развернувшись, Аэлья кивнула юноше и, подойдя, чуть опустила меч, давая понять ему, что хочет перерыва.       — Найти тех тварей, что напали на дом моего Лорда и отомстить. И, по возможности, поквитаться с теми, кто убивал невинных людей, приютивших сироту. Это должно быть, очевидно, разве нет? — Стукнув по его мечу, девушка стала ходить кругами, и Элиос повторял за ней.       — А если те твари уже мертвы? — Встретившись с непонимающим взглядом девушки, Элиос поспешил прояснить свою мысль: — Ну, именно те, что напали на земли Лорда и Делью? Вдруг сдохли, или их убили другие Жнецы, или с другими тварями столкнулись. Что будешь делать тогда?       Задумавшись, Аэлья продолжила идти по кругу и изредка взмахивать мечом. На миг, юноше показалось, что она стала вести себя как кукла, чей заводной механизм внезапно дал сбой. Но стоило Элиосу снова позвать её, как она тряхнула головой, избавляясь от не прошенных мыслей.       — Буду искать свидетельство того, что они окончательно сдохли, а не спрятались где-то, — потянувшись, девушка снова приняла стойку. — Продолжим?       Тренировка продолжалась ещё час. Основательно устав, они, не сговариваясь, оба пошли к стойке, вернуть деревянные мечи и передохнуть на лавочке. Элиос не знал, стоит ли что-то говорить, чтобы разбавить эту тишину, нарушаемую лишь шелестом листьев, гонимых ветром. Но взглянув на Аэлью, он понял, что ничего и не нужно говорить. Девушка просто наслаждалась тишиной и покоем, давая себе отдохнуть и восстановить силы. Последовав её примеру, Элиос откинулся на лавочке и прикрыл глаза, позволяя усталому телу немного расслабиться.       Едва ему удалось расслабиться, как он ощутил у своей шеи ледяную сталь клинка. Чья-то рука держала оружие так, что если юноша попробует встать, то лезвие пройдёт диагонально и шансов выжить, у него не будет. Паника нарастала в душе юноши, и он гадал, кто и зачем так поступает. Скосив взгляд, он заметил, что Аэльи рядом нет, и улыбнулся, чуть расслабившись.       — Слушай, я думал, мы всё выяснили и тот случай в спальне, был просто…       — Ну-ка, Малёк, — голос Ваиллы раздавшийся прямо над его ухом был как ведро ледяной воды зимой, — расскажи мне, что там за случай?       — А… учи-учитель Ваилла? — оторопев, юноша не знал, как ему оправдаться и не сдать Зинтарса. — Я п-просто, ну, понимаете…       — Да оставь ты их в покое уже. Тебе же не идёт роль злодейки. — Зинтарс как всегда был навеселе. — Ну, только если ты не играешь госпожу, в нашей спальне.       Ваилла резко убрала клинок от шеи Элиоса, и до юноши дошел смысл сказанного Зинтарсом. Он резко подскочил с лавочки и парой больших прыжков добежал до стойки с мечами, схватил один из них и встал в стойку. Но, нужды для этого не было. Ваилла уже пнула Зинтарса, что держал Аэлью и закрывал ей рот, не давая издать ни звука. Рядом с ними стоял Кунгар и молча наблюдал за всей сценой.       — Ай! Да ладно тебе, Ваилла! — отпустив девушку, Зинтарс тут же спрятался за её спиной, опасаясь гнева своей жены. Это выглядело довольно комично, ведь на их фоне, Аэлья была словно маленький воробушек, в окружении матёрых воронов. — Подумаешь, пошутил! Тебе надо чаще улыбаться, а то, в старости, будешь выглядеть как сухая слитирка!       — Зинтарс, — улучив момент, Ваилла смогла отпихнуть Аэлью и девушка подошла к Элиосу, наблюдать за тем, что будет дальше. — Я не побоюсь пойти на суд Жнецов и добровольно отдам жизнь, но тебя, я прибью прямо сейчас! Достал уже!       — Ох-хо-хо! — мужчина явно веселился и убегал от Ваиллы, постоянно дразня её и уклоняясь от её ударов и попыток поймать его. — Чую я, ночью меня ждёт веселье!       — Я отрежу твоё хозяйство и скормлю его хлюпам, а тебе, пришью кое-что от хлюпа, ты, озабоченный кусок…       Элиос понял, что сейчас ему ничего не грозит, вернул меч обратно и, кивнув Аэлье, они отошли подальше, наблюдая за гонкой своих учителей. Подойдя к Кунгару, ребята поприветствовали его кивком, и мужчина ответил тем же. Конечно, наблюдать за этим действом можно было бесконечно. Зинтарс всегда находил способ доводить собственную жену до белого каления, получал за это и на следующее утро, как ни в чём не бывало, продолжал.       Аэлья, смотря на потуги своей учительницы догнать мужа и оторвать ему, «все выступающие части тебя, приготовить и с удовольствием накормить этим хлюпов», не смогла сдержать улыбки и сначала тихо, а после, не сдержавшись, засмеялась открыто и звонко. И, к её удивлению, Элиос поддержал её настроение, тоже рассмеявшись. На их счастье, Ваилла была слишком увлечена погоней за мужем, а Зинтарс, пробегая мимо них, подмигнул и, оббежав сарай, где хранилась тренировочная форма, скрылся из виду.       Остановившись, Ваилла ещё погрозила ему вслед и только сейчас заметила, что её ученики смеются без остановки, тут же напомнила им о дисциплине. Она нахмурилась, шагнула ближе и, не говоря ни слова, врезала каждому по шлему с громким "клац!" и смех мигом затих, сменившись виноватыми взглядами. Кунгар в этот момент, лишь тихо усмехнулся, поглаживая свою фиолетовую бороду, что начала расти после одного, довольно неудачного эксперимента. Связанного с тремя порциями потроххов каменных крыс, шестью небесными корнями и несколькими склянками с секрецией слизнекошек. Алхимик надеялся получить элексир, что прибавил бы сил, а получил своеобразное «украшение» Правда, Элиос тут был не причём, но Зинтарс был иного мнения и вечно подкалывал Кунагара.       — Никогда не смейте расслабляться, даже если вы на тренировочной площадке и спарринг окончен. — Ваилла сурово посмотрела на них. — Жнец всегда, обязан быть настороже и проявлять осторожность.       — Но, учитель, мы же просто… — Аэлья попыталась оправдаться, но Ваилла жёстко прервала её.       — Вы оба наказаны, — Элиос и Аэлья понимали, с таким тоном не спорят. — Следующие две недели, вы будете помогать Кунгару с препарированием и заготовкой вытяжек. — Осознав, чем им предстоит заниматься, ребята не смогли сдержаться и передёрнули плечами. — Не сметь. Провинились — будете отрабатывать.       — Слушай, Княжна Морозная, чего ты их пугаешь-то? — подошедший Зинтарс обнял Ваиллу за талию и прижал к себе. — Подумаешь, всего-то провоняют потрохами всякой невкусной нечисти.       На миг, Элиос подумал, что Ваилла сейчас как врежет своему мужу, но, она лишь прижалась к нему и глубоко вздохнула. А вот Аэлье стало не по себе. Девушка закашлялась и хотела что-то сказать, но Зинтарс, улыбаясь, продолжил свою мысль.       — Особенно вкусны потрошки слизнекошек, — он прямо с наслаждением рассказывал об этом. — Печенька и лёгкие особенно вкусные. Но, надо аккуратно вырезать их, не повредив, вычистить, удалить все сосуды крупные, дать стечь желчи, а потом, разрезав пополам, приправить солью, щекочущей и кислой правами и чихательным порошком. И всё это жарить на углях, пока не перестанет течь сок! М-м-м! Деликатес!       — Тут ты не прав, брат Зинтарс, — прервал своё молчание, Кунгар. — Таким способом, мы готовим потрошки только по праздникам, или в честь какого-то события. Рождение нового Жнеца, или победы над очередной сущностью. Ну, или для нашего Хранителя, Дженны. По её запросу.       — Эх, прав ты старик, — вздохнув, Зинтарс обнял Ваиллу ещё крепче. — Что-то я замечтался о вкусе этом и забылся. Так-то, мы их просто жарим и подаём на ужин. — Заметив бледные лица Элиоса и Аэльи, он улыбнулся. — А вы чего такие кислые? Сами уже, не раз и не два ели поторшки и ничего! За обе щеки набивали себе рты, ещё и мыча от удовольствия!       Не выдержав, Аэлья отвернулась и, отбежав за угол сарая, все слышали лишь её рвотные позывы и едва различимый голос. Девушка клялась сама себе, что никогда в жизни, больше не прикоснётся к чему-то, что не приготовит лично.       — Слабые вы пошли, — довольно усмехнулся Зинтарс. — Такую еду, мы не всегда подаём, успокойтесь, да и готовим её так, чтобы никто не отравился и не помер. Научились.       — Хватит брюзжать Зинтарс, — Ваилла пихнула его локтём в бок. — Итак ученицу мне напугал и служкам теперь придётся убирать двор. Так, мы вообще, чего сюда пришли… — Она посмотрела на Элиоса. — Вы с Аэльей, на две недели переходите под начало нового учителя.       — Но, а как же тренировки? Занятия? И, наше наказание у Кунгара? — удивлённо спрашивал Элиос.       — Всё, кроме наказания, отменяется, — холодно заявила Ваилла. — Дженна хочет, чтобы ваша пара, получала, кхм… «как можно большее и всестороннее развитие, с изучением не только практики боя, но и теории, происхождения Ордена и тех, с кем он борется». — Ваилла скривилась, а Элиос был удивлён тем, как точно учитель смогла передать интонацию Дженны. — В общем, с этого дня, вы будете обучаться у госпожи Лиры, хозяйки нашего зверинца. Выполнять все её указания беспрекословно. Она хоть и кажется тихой и добренькой, но…       — Только она знает, — Зинтарс встрял в разговор и усмехнулся, — какая сущность может оказаться в твоей спальне в очередную ночь. И не советую доводить до того, чтобы рядом с тобою, однажды, оказалась одна маленькая, но очень красивая бабочка… — Подмигнув, Зинтарс улыбнулся. — И поверь мне, ты явно этого не захочешь снова. Лучше слушайся её. О, и любительнице пугать кустики, тоже об этом расскажешь.       — И запомни, Малёк, — Ваилла слегка понизила голос, — если ты, посмеешь самому мелкому зверьку себя поцарапать — я душу из тебя вытрясу на тренировках, чтобы подобное не повторилось. А если, кого-либо из вас двоих, кто-то из обитателей Зверинца подерёт, я лично добью. Из принципа. Мне слабаки не нужны.       — Эй, жена, — усмехнувшись, Зинтарс нагло шлёпнул Ваиллу по заднице, — ты бы такой энтузиазм проявляла в спальне, а не тут.       Ваилла снова проигнорировала подкол мужа, и это удивило Элиоса. Зинтарс, мягко обнял Ваиллу и увёл её с тренировочной площадки, оставив юношу наедине с Кунгаром и Аэльей. Последняя, если юноша понял верно, тихо ругала наставников, периодически «пугая кусты».       — Мда… Слабые вы какие-то, молодые люди, — вздохнув, Кунгар медленно присел на лавочку. — При одном упоминании потрошков, уже бегут в кусты. Хотя, ты вот, Малёк, ещё ничего. Зеленоват, правда, но держишься. А вообще, Зверинец, хорошее место, для изучения магических существ и того, как с ними бороться в более-менее естественной среде обитания. И вы там подчерпнёте знаний, если сможете выжить.       — Спасибо, учитель. — Элиосу и правда, было сложно сдерживаться. Он часто видел, из чего, готовятся ужины, ведь помогал по кухне и не мог не знать этого. — Так, вам что-то нужно? Вы не ушли с Ваиллой и Зинтарсом.       — А, да, нужно. Ты, ученик мой, пока будешь под надзором Лиры, соберёшь для меня, вот эти ингредиенты, — он протянул Элиосу небольшой кусочек пергамента, на котором был список необходимого и небольшой предмет, завёрнутый в тряпку и крепко обвязанный верёвкой. — Не волнуйся, тебе, вряд ли, самостоятельно, придётся что-то добывать из списка, у Лиры часто есть запас всего нужного. Но, будь готов и руками поработать. А вот это, передашь ей сразу, как придёте завтра. Скажешь, что от меня. Завтра за вами придут и проводят.       — Хорошо, учитель, — забрав пергамент и свёрток, Элиос кивнул. — А что насчёт наказания нашего? Ну, работа у вас?       — Забудь, — мужчина отмахнулся, — Ваилла понимает, что вам двоим там придётся довольно тяжко. Собери то, что мне нужно и принеси потом и всё твоё наказание. Ну, удачи тебе, Малёк. И этой, девчульке тоже.       Когда и Кунгар ушёл, Элиос пошёл в кусты, куда убежала Аэлья, и нашёл её сидящей поодаль. Девушка мелко дрожала и обнимала себя за колени, уставившись в одну точку. Услышав приближение юноши, она наскоро вытерла слёзы, и минимально приведя себя в порядок, выслушала его, относительно нового поручения от учителей.       — Хорошо, я поняла тебя, — бесцветным, лишённым эмоций голосом сказала Аэлья. — Спасибо, что сказал.       — Утром жди у моей комнаты, если проснёшься раньше, ладно? — девушка кивнула. — Лучше не заставлять провожатого ждать.       Не став задавать вопросов, Аэлья лишь кивнула и отправилась переодеваться. Подождав снаружи, Элиос попросил девушку дождаться его. Хоть и переоделся он быстро, как ему казалось, но, когда он вышел из сарая, Аэльи нигде не было. Она просто ушла, оставив его одного. Огорчённый, юноша пошёл в свою комнату, где и остался до конца дня.       На следующее утро, собравшись, Элиос захватил свёрток и пергамент, что дал ему накануне Кунгар. Сложив всё в сумку, юноша встретил в коридоре Цвенри, который был провожатым для Зверинца. Но, Аэлья так и не пришла, и Элиос вызывался сходить за ней. Пройдясь по коридору, он думал о том, что могло случиться с девушкой, что она не пришла, хотя они и договорились.       Остановившись у двери, Элиос постучал по ней, но ответа не было. Прислушавшись, он не услышал ни единого звука, хотя обычно, в это время, девушка уже одета и выходит из комнаты. Постучав по двери, ему показалось, что он услышал голос девушки и взялся за ручку, чтобы открыть дверь.       — Ты снова хочешь ввалиться ко мне без спроса? — тихий голос Аэльи, раздавшийся за спиной, заставил юношу вздрогнуть. Подойдя ближе, девушка оттолкнула его и, открыв дверь ключом, вошла внутрь, оставляя дверь открытой.       Зайдя внутрь, Элиос испытал, лёгкое ощущение смущения и припомнил, как он уже бывал тут и по какой причине. Отогнав эти воспоминания, он обратился к Аэлье:       — Нам уже пора идти. Дженна отправила за нами Цвенри, чтобы он проводил нас до зверинца. — Элиосу показалось, что Аэлья не слышит его, погружённая в свои раздумья, но девушка кивнула. — Он ждёт нас у входа на площадку для тренировок.       — Спасибо, что сказал. Я сейчас подойду.       Покинув её комнату, Элиос направился к выходу и едва не столкнулся к Цвенри, который, как раз, хотел войти. Видимо, он устал ждать их и судя по его раздражённому лицу, так и было.       — Малёк, а вот и ты. Хорошо. Где тебя и… где эта деваха-то? — посмотрев за спину юноши, будто бы Аэлья пряталась там, Цвенри нахмурился.       — Уже идёт. Что-то случилось?       — Ага, случилось. Конечно, случилось! — Жнец выглядел довольно рассерженным и расстроенным. — Вы со мной случились! Два мелких хлюповых выкормыша! Вместо того, чтобы отправится со своими друзьями, по запросу одной отдалённой деревеньки, которую мучают бестии сумрака, я вынужден быть вашим провожатым и ждать вас. Ясно же было сказано, — каким-то, неуловимым движением, Цвенри умудрился достать Элиоса до носа и щёлкнуть по нему, — с рассветом, чтобы оба были на тренировочной площадке, а вы что?! Час уже нет вас! Аж идти пришлось по комнатам! Нет, я всё понимаю, дело молодое, горячее. Хочется и подольше поваляться в кроватке, после ночки-то, и помедленнее одеваться, но надо же…       — Стоп, Цвенри, подожди! — Элиосу пришлось повысить голос, чтобы перебить раздражённого Жнеца. — Мы ничем таким не занимались! Спали долго, да, но по своим комнатам!       — А? — услышав это, мужчина сильно удивился. — То есть, как это? Ты не… того-этого с ней? А я смотрю на вас, ну чисто хорошая пара, будущие родители хорошего наследника, или наследницы, для Жнецов. Оба крепкие, хорошо познаёте науки боя, ум тоже есть, вроде как, — он задумчиво почесал голову. — Стал быть, ни-ни у вас?       — Нет, Цвенри, ничего такого нет, — сам не зная почему, Элиос покраснел, будто ему было стыдно за это перед Жнецом.       — Ну и ладно. — Пожав плечами, он кивнул подошедшей Аэлье. — Ну, всё, идём.       Путь до зверинца напоминал поход в лабиринт. Они довольно быстро углубились в запутанные улочки Храма Памяти. Ни Элиос, ни Аэлья тут ещё не бывали, но, к удивлению, обоих, они легко запоминали маршрут, словно всегда тут жили и были уверены, что обратную дорогу, они найти смогут. Цвенри же, уверенно шёл вперед, но был молчалив и на вопросы о предназначении того, или иного здания, предпочитал отмалчиваться или махнуть рукой.       Поразившись тому, насколько огромно то место, в которое он попал, Элиос решил, позже, самостоятельно исследовать его и сделать для себя карту этого места, чтобы лишний раз, никого не отвлекать.       Спустя время юноша сначала услышал крики скальных воришек, а после и ощутил ароматы и прохладу моря. Как оказалось, они приближались к горному хребту, что отделял Храм от моря. Выйдя из-за очередного поворота, Элиос и Аэлья оказались перед большим, каменным забором, лазурного цвета. Юноша хотел спросить, что за камень использовался, но его внимания привлекла другая деталь. Украшение забора, а точнее, его вершина – небольшие, но на вид, очень прочные наконечники копий, были загнуты внутрь забора. Их было так много, словно кто-то хотел разом поймать множество рыбы.       — Так, всё, пришли, — Цвенри подошёл к воротам и с силой, ударил в них несколько раз. — Сейчас выйдет служка, и я сдаю вас ей, а сам ухожу. Итак, время потерял на вас сколько…       — Постой, а ты не знаешь, для чего копья внутрь загнули? — спросил Элиос.       — Эти что ли? Хэх, — усмехнувшись, Цвенри посмотрел на юношу. — А чтобы вы, Мальки, не сбежали, когда внутрь зайдёте. Или, чтобы потом, если вас обратят во что-то жуткое, ваши тушки не пришлось ловить по всему Храму.       — Вы, надеюсь, шутите?.. — обняв себя за плечи, Аэлья посмотрела на забор.       — А по мне видно, что я шучу? — Цвенри рассмеялся собственной шутке, но что-то в его смехе было зловещее и жуткое. — Нет. Не шучу. Эти ограды, не позволяют ничему, и никому, из обитателей Зверинца, покинуть его. Даже обращённым и заражённым. Да и ворота тут… особые. Так, всё, ждём тут и молчим.       Спустя несколько минут створка ворот открылась, и в проёме Элиос заметил странное мерцание. Будто бы в этом месте, застыла толща воды, на которую смотришь из глубин. Служка, оказавшийся парнем, лет двадцати, спокойно прошёл сквозь эту преграду, и, поздоровавшись с Цвенри, расспросил его о последних новостях. Недолго переговорив, Жнец объяснил суть своего визита и «сдав» Элиоса с Аэльей, быстрым шагом ушёл, оставив их наедине.       — Что же, прошу вас, молодые Жнецы, пройти в Зверинец, — приветственно кивнув, он повернулся и жестом пригласил ребят войти. — Госпожа Лира уже знает, что вы пришли, и я проведу вас к ней.       — Знает? Но, откуда? Мы же только что… — Аэлья осторожно осмотрела ворота.       — Проходите и сами поймёте, — развернувшись, Служка вошёл в ворота и стал ждать их внутри.       Пожав плечами, Элиос последовал за ним и, замерев лишь на миг, сделал шаг вперёд, пройдя сквозь толщу «воды». Но, вместо того чтобы промокнуть, Элиос ощутил, как на него буквально навалилось умиротворение и странный покой. Все его тревоги и опасения остались где-то там, позади, за воротами. А тут, просто покой и тишина.       Обернувшись, он увидел, как Аэлья прошла за ним, но в её глазах было волнение и небольшой страх. Она всё время озиралась, опасаясь чего-то или, кого-то. Но, тут было довольно тихо и безмятежно, если не считать криков скальных воришек, что юноша решил немного расслабиться и не забивать себе голову на странности девушки. Он ведь, не мог и не желал отвечать за неё, хоть их часто и ставили в пару.       Следуя за Служкой, который представился как Оливер, они миновали довольно просторный двор, с несколько десятками загонов. Большая их часть была закрытой с куполом сверху, но некоторые были простым участком земли, окружённым заборчиком. Оливер рассказывал Элиосу и Аэлье, что этот двор, служит для работы с новоприбывшими магическими существами. Через другой вход, прорубленный в скале и идущий прямо к пирсу у моря, сюда привозят новых «обитателей». А эти загоны, не что иное, как место временного обитания, пока существа не будут усмирены и отправлены в новое место жительства.       — А как вы определяете, куда потом отправить магическое существо? — Аэлья спросила так тихо, что Элиосу её голос показался, шелестом ветра. — И как «работаете» с ними?       — Ты довольно молода, но вопросы задаёшь правильные, — да и голос Оливера слышался Элиосу как-то странно тихо. — Видишь ли, Госпожа Лира, что заведует Зверинцем, обладает… скажем так, особенностью. В её власти приручить любого зверя, обычного или магического, стоит ей назвать его. Правда, я до сих пор не уверен – магия это, или врождённый талант к дрессуре. Молодой Жнец, с тобой всё хорошо?       — Да, — с лёгкой улыбкой ответил юноша, прикрыв глаза. — Тут так легко и хорошо, что мне даже не хочется никуда идти. Можно завалиться, вон под то дерево и поспать пару часиков? А лучше дней… — сладко зевнув, он потёр глаза.       — А, я вижу. Сейчас, — Оливер достал из кармана маленькую брошь и прицепил её на воротник одежды Элиоса. — Тебе станет немного лучше.       Сонливость почти полностью отступила и спокойствие, как сильно навалившееся на юношу, практически ушло, оставив ему ясный, хоть и порядком отдохнувший ум.       — Я, что?.. — Элиос тряхнул головой и посмотрел на Аэлью. — Хотел спать пару дней под деревом?       — Ага, — с издёвкой ответила девушка, усмехаясь. — И ещё так сладко зевал, точно, как младенец. — Потянувшись, чтобы ущипнуть его за щёку, она не отказала себе в удовольствии рассмеяться.       — Ты интересен, молодой Жнец Элиос, — Оливер задумчиво посмотрел на юношу. — То, что с тобой случилось, результат влияния барьера, что установлен тут. Он успокаивает и усмиряет агрессию, или снижает её до минимума, если существо достаточно сильное. Но, чтобы оно сработало на простого Жнеца… Скажи мне, молодой Жнец, ты, случайно, не обладаешь магическими способностями? Или, были ли в твоём роду предки, кто ими обладал?       — Элиос и магия? — держась за живот, Аэлья уже не сдерживать смех. — Я, скорее поверю в то, что он умеет красиво и витиевато выражаться, словно бы дворянин какой, чем в то, что он маг.       Посмотрев на девушку, Элиос снисходительно улыбнулся и вздохнув, произнёс:       — Милостивая дева Аэлья, да будет вам известно, что я происхожу из достаточно обеспеченной и древней семьи, чьи корни связаны с Императорскими, — Элиос отвесил лёгкий поклон. — Ваши сомнения, по поводу моего обучения грамоте и этикету, задевают меня, словно лёгкий бриз — не ранит, но заставляет улыбнуться. В доме наших предков из века в век учили, что истинное благородство проявляется не в громких речах, а в сдержанности, изяществе и уважении к собеседнику — будь то мудрый старец, или молодая дева, как ты. Я приучен чтить слово, подобно драгоценной мозаике: каждое должно лечь на своё место, не нарушая общей гармонии. Посему, если желаете продолжить столь очаровательную беседу — я к вашим услугам. А сейчас, давайте продолжим то, на чём остановились, а именно — идти в Зверинец.       Оливер улыбнулся, услышав, как разговаривает Элиос. А уж, видеть, как Аэлья, до этого момента улыбающаяся и весёлая, становится удивлённой и смущённой, было довольно забавно. Пока девушка пыталась осознать, что только что услышала и дать какой-то ответ, Элиос обратился к Оливеру:       — И нет, я не маг, — юноша обратился к Оливеру. — Но, есть в роду один человек… Оливер, я могу рассчитывать на то, что дальнейшие слова, будут между нами?       — Конечно, молодой Жнец. Мне не трудно сберечь то, что ты не хочешь говорить всем. Но, что на счёт неё? — он кивнул на Аэлью.       — Не выгонишь же её. Хотя… — Элиос задумчиво посмотрел на верёвки, что лежали около стены и Аэлья, проследив за его взглядом, тут же вспыхнула:       — Только попробуй. Рискни приблизиться к ним или даже думать об этом! — Аэлья сжала кулак и сунула его под нос юноше. — Я тебе этого не прощу!       — Ладно, ладно, — подняв руки в примирительном жесте, Элиос слабо улыбнулся. — Я и не собирался. Просто хотелось чуть нервы успокоить шуткой.       — Шуточки у тебя хуже, чем у Зинтарса, — прикрыв глаза, она расслабилась. — Ладно, говори, давай.       — Мой предок, когда-то служил в Ордене Жнецов. И, если я, верно помню, то он был на достаточно хорошем счету и уважаем. Вы, — Элиос посмотрел на Оливера и Аэлью, — слышали, когда-нибудь про Йостреа Льееса? Он был Стражем-Жнецом, что...       — М-милорд! — Оливер мгновенно опустился на колено и прижал правую руку к сердцу. — Нижайше прошу прощения, что не признал вас сразу! Ваш достопочтимый предок, оставил всем Жнецам чёткие инструкции, как следует обращаться с вами, когда вы прибудете к нам!       — Оливер, пожалуйста… — растерявшийся Элиос не сразу сообразил, что нужно говорить. — Не надо этого, уф, прошу, встань с колен. И не надо ко мне таких почестей. Я, наоборот, этого не хочу. Да и в завещании, мне чётко было сказано, что я тут, всего лишь ученик, а не какая-то особа.       — Хорошо, милорд Элиос, — поднявшись с колен, Оливер снова прижал руку к груди и поклонился.       — Слушайте… а этот, Йостреа, что, так знаменит? — вопрос Аэльи вызвал удивление у Оливера. — Просто, я не успела прочесть ни единой книги тут и про историю мне не рассказывали, а только учили сражаться.       — Предок милорда Элиоса, Йостреа Льеес, является одной из самых значимых фигур в нашем Ордене. Наряду с Хранительницей Дженной, он когда-то возглавлял Орден, в час нужды, — слушая Оливера, ни Элиос, ни Аэлья не перебивали его. — Как Страж, он всегда сражался в первых рядах. И был, если верить историческим записям, довольно искусным магом и алхимиком. О его битвах на Крайнем Рубеже до сих пор ходят легенды и многие, отправляются туда добровольно, чтобы покрыть себя той же славой. Но, пока что, это не удавалось никому. Так же, Йостреа, был основоположником того, что Жнецы не просто боролись с магическими существами, но и стали изучать их и…       Элиос, конечно, знал, частично, о своём предке, но кое-что для него, было в новинку. Способности предка к магии нигде не упоминались. А вот, почему он сам, тяготеет к алхимии, теперь ясно. Аэлья же, слушая рассказ Оливера, по-другому взглянула на Элиоса.       — …и, наконец, Йостреа, единственный известным нам, Страж, что покинул этот мир естественной смертью. Он умер в окружении двух семей. Своей собственной и Жнецов, тех, кого он воспитывал лично, — посмотрев на Элиоса, Оливер кратко поклонился ему. — Простите милорд, но трудно сберечь то, что знают все. Но, я могу обещать вам, что не буду называть вас «милорд», если рядом есть ещё кто-то.       — Спасибо, конечно, но… лучше относись ко мне, как к простому ученику, — Оливер кивнул. — Так же, как и к Аэлье.       — Хорошо, молодой Жнец Элиос, — Оливер приглашающе махнул в сторону каменного здания, выстроенного в скале. — Идёмте. Госпожа Лира, нас уже ждёт.       Войдя внутрь, Элиос ощутил неясную тревогу и беспокойство. Чистые, хорошо освещенные и без единой соринки мусора коридоры, казались чем-то чуждым и, слишком правильным. Проходя мимо очередного поворота, Элиосу показалось, что камни, находящиеся в основании стен, сверкают едва заметным, пепельным светом. Как жаркие угли, лежащие в костре и обдуваемые ветром. Даже сами факелы, что стояли в нишах, казались абсолютно новыми и чистыми, без следов копоти или нагара.       Идя дальше, по запутанным коридорам, Элиос удивлялся, как чётко и точно он запоминает каждый поворот и что за ним находится. Они уже успели миновать склады с продуктами, что были почти у самого входа. Следом шла кухня, из которой доносился едва уловимый аромат свежего хлеба с сонными зёрнами. Потом, несколько закрытых комнат, напоминающих ту, в которой он живёт. Оружейная, за решеткой, которой, виделись несколько комплектов доспехов, которые они с Аэльей одевали на тренировках и оружие, что уже не было деревянным, а настоящим.       Пройдя ещё несколько пустых и сплошных коридоров, они остановились у большой, массивной, деревянной двери, обитой железом и чем-то, что напоминало камень. Остановив ребят, Оливер приложил руку к одной из металлических пластин на двери и что-то прошептал, на незнакомом для них языке. И стоило последнему слову сорваться с его уст, как дверь, тихо щёлкнув, отворилась наружу, впуская их.       — Прошу, молодые Жнецы, — Оливер отступил от двери, давая Элиосу и Аэлье место, чтобы пройти. — Это, Зверинец. Входите.       Замерев на секунду, Аэлья решительно сделала шаг за дверь, и Элиос последовал за ней. Шедший следом Оливер, прикрыл дверь и та, издав тот же тихий щелчок, плотно закрылась. Он уверил ребят, что ничего опасного с ними в стенах Зверинца не случится, если они сами не навлекут на себя проблем. А дверь – один из элементов удержания магических существ, чтобы те свободно не разгуливали, где им вздумается.       Пройдя очередной коридор, они вошли в небольшой, но очень красивый кабинет. Большие и массивные шкафы из чёрного дерева, чьи дверцы украшены туманным стеклом. За ним, стеклом, проглядывались книги, банки и небольшие сосуды, чьё содержимое было неизвестно. Изящные столы, выточенные из застывшего липкого сока, морского древа, и, стоящие на кованых ножках. На них, хоть и небрежно, но в каком-то своём, особом порядке, были разложены книги и пергаменты, исписанные текстами. Вдоль стен стояли с десяток удобных и больших кресел и стульев, которые хорошо смотрелись бы в благородном доме, а не в Зверинце. Но, ни на каменных стенах, ни на вымощенных камнем полах, не было ничего, что могло бы, украсить, это место. Будто бы хозяину этого кабинета не было дела до этого момента. Его устраивал и такой внешний вид.       Ближе к дальней стене, рядом с другой дверью, ведущей вглубь Зверинца, стоял массивный стол, с множеством ящиков внизу. На нём был тот же хаотичный порядок, что и на других, но Элиос также приметил, стоящую там тарелку с чем-то съестным и бокал с напитком, от которого шёл едва заметный пар.       — О! Вы уже пришли? — весёлый и задорный девичий голосок, разорвал тишину. — Рада вас видеть, молодые Жнецы. Я Лира Цектовит. Хозяйка этого, маленького, но в то же время прекрасного, мира чудесных зверушек! Будьте как дома, молодые Жнецы!