Глава 20

Утро на Перекрёстке ничем не отличалось от другого времени суток. Свет не существовавшего в этой реальности солнца не гас, поэтому Тереза проснулась резко, будто проспала нечто важное. Их маленький лагерь уже не спал. Маргарет сидела у костра, наблюдая, как Сэрбис кипятил воду в небольшом котелке. Чародейка зевала; кудрявые волосы разметались в стороны, а рука поглаживала округлившийся живот. Хардинг сидела рядом, заплетая косички. По другую сторону костра Луканис, сев на корточки, пил кофе. После небольшого завтрака лагерь быстро свернули. Им предстоял подъём в гору, на вершине которой находились элувианы. Один из них должен привести отряд в Скайхолд. Маргарет ожидаемо отстала, и Тереза замедлилась, решив составить ей компанию. Луканис и Хардинг как раз обменивались шуточками, а Сэрбис фыркал, слушая их, изредка вставляя свои комментарии. — Ты давно была на юге? — негромко спросила де Рива. Чародейка усмехнулась, пожав плечами. — Всё зависит от того, что считать югом. Если Вольную Марку тоже, тогда не так давно. Несколько месяцев перед... — она замешкалась, подбирая слова, — началом войны мы прожили в Оствике у моих родителей. Тереза припомнила, что слышала об Инквизиторе и его сестре. Все знали, что отец Филиппа и Маргарет был тейрном Оствика - правителем города-государства. — А родители?.. — Остались в городе, — Резерфорд слабо улыбнулась. — Отец ни за что бы не бросил своих людей, а мама — его. К счастью, порождения тьмы пока не добрались до Оствика. Надеюсь, и не успеют. Тереза заметила, как в глазах чародейки вспыхнула тревога, и поспешила сменить тему, коря себя за отсутствие такта. — И каково возвращаться в Скайхолд? Я столько слышала об этом легендарном месте! — Волнительно, — признала Маргарет. — Десять лет назад крепость бурлила энергией тех, кто примкнул к Инквизиции в надежде остановить зло. После распада её покинули. Наверное, будет непросто увидеть величественный Скайхолд в запустнении. Тереза улыбнулась. — Я слышала, крепости много столетий. Вероятно, тишина идёт ей на пользу. Маргарет кивнула, но волнение в глазах выдавало тревогу. — Сейчас главное, чтобы элувиан уцелел. Кто знает, не уничтожили ли его порождения тьмы с тех пор, как Филипп им воспользовался. Всё остальное не столь важно. Вопрос вертелся на языке. Обычно де Рива удавалось сдержать любопытство, но рядом с чародейкой это было отчего-то весьма сложно. — Чем ты занималась после Инквизиции? — спросила Тереза, надеясь, что Маргарет не разозлится из-за личного вопроса. Та лишь улыбнулась. — Мы с Калленом помогали Кассандре и Филиппу восстанавливать орден Искателей в Ферелдене. Там стоит небольшая крепость, и мы прожили в ней несколько лет. Затем нам двоим пришлось уехать в Минратос, когда я забеременела. Так и получилось, что десять лет прошло, а домом толком и не обзавелись. То Тевинтер, то Ферелден, немного Оствик. — И где тебе комфортнее? — В Минратосе, — призналась Маргарет. — Конечно, Каллену в Тевинтере непросто, но он... привык. Последняя фраза выдавала нотки сомнения. Чародейка посмотрела прямо, словно желала убедиться, что остальные шли далеко впереди, а затем, хитро улыбнувшись, спросила: — И как так вышло, что ты та Ворона из прошлого Красса? Тереза смутилась, но на губах против воли появилась улыбка. — Лучше спроси, как Красс оказался загадочным тевинтерцем из моего прошлого, — парировала она. — Я не знаю. Издёвка Создателя, не иначе. Я не ожидала когда-нибудь встретить его опять. Маргарет рассмеялась. — У Красса всегда талант появляться внезапно. В Инквизиции Филипп много путешествовал, закрывая разрывы и помогая людям. Однажды вернулся в Скайхолд и похвастался нам с Дорианом, что поймал лидера венатори в Западном Пределе. Тогда у брата была дурацкая привычка спрашивать нас об именах тевинтерцев: не знакомы ли мы. Представляешь? — усмехнувшись, чародейка продолжила: — И можешь представить мой шок, когда он сказал, что того самого лидера венатори звали Красс Сэрбис. — Кошмар! — Тереза неподдельно содрогнулась. — И что ты сделала? Сказала Инквизитору правду? Маргарет покачала головой, широко ухмыляясь. — Нет, просто пробралась к Сэрбису в темницу, желая узнать, так ли это. А там меня подкараулил злой, как тысяча демонов, командир Инквизиции, но это уже другая история, — она помолчала несколько мгновений, точно вспоминала былое. — Как бы то ни было, Красс — надёжный друг. Я рада, что он встретил Нэв, хоть та меня и не любит. Добравшись до вершины, Тереза сразу заметила величественные зеркала, устремлявшиеся ввысь — элувианы. Она насчитала семь и взглянула на Маргарет. Чародейка смотрела на них так, будто чувствовала что-то, чего не видел никто другой. Она походила вокруг каждого, бормоча под нос слова на древнем тевене. С длинных пальцев периодически срывались искры. Наконец, Резерфорд замерла перед тем, что располагался правее всех, и вскинула руки в магическом пассе. Элувиан ожил. Закончив, Маргарет повернулась к остальным. — Этот. — Уверена? — негромко поинтересовался Сэрбис. Тереза бросила на него незаметный взгляд: маг выглядел взволнованным. — Не хотелось бы оказаться где-то в пещере Андерфелса. Чародейка подняла бровь. — Сомневаешься во мне, Красс? Маг помолчал, но тотчас покачал головой. — Я пойду первым — проверю, нет ли опасности. Он вошёл в элувиан, и все замерли в напряжённом ожидании. Сэрбис вернулся минутой позже и кивнул. — Чисто. Можно идти. Тереза смотрела, как маг, а затем Маргарет и Хардинг исчезли в элувиане, и поймала хмурый взгляд Луканиса. Воспользовавшись мгновением наедине, де Рива поцеловала его и шагнула в магическое зеркало.

***

Выйдя из элувиана, они оказались в небольшой комнате. Перед ними — закрытая и простая деревянная дверь, вокруг — каменные стены. Воздух был затхлым, словно здесь давно никто не находился. Луканис вышел следом за Терезой, и его дыхание щекотнуло шею. — Вот и хвалёный Скайхолд? — пошутил он. — Я-то предполагал нечто более... грандиозное. Маргарет фыркнула и шагнула к выходу, но Сэрбис преградил ей путь. — Не так быстро, — категоричным тоном заявил он. — Сперва я проверю, безопасен ли сад. — Я с тобой, — вызвался Луканис. Тереза знала: Делламорте не мог оставаться в стороне. Красс молча кивнул, и мужчины вышли за дверь. Маргарет обняла себя за плечи. — Будет скверно, если Скайхолд захватили порождения тьмы. — Сквозь армию мы точно не проберёмся, — пробормотала Хардинг. — Тогда придётся отступать. Гномка была непривычно серьёзной, и Тереза задумалась, давно ли она видела её такой. Мужчины вернулись через несколько минут, и Сэрбис уверенно произнёс: — Можно выходить. В саду безопасно. Название Тереза посчитала едва ли подходящим, когда, наконец, очутилась за дверью. Вдали виднелась каменная беседка и земля, поросшая высокой травой. Маргарет вздохнула. — Когда-то здесь выращивали эльфийский корень, чтобы у целителей никогда не было в нём недостатка, — зачем-то бросила она. Сэрбис повернулся и смерил чародейку насмешливым взглядом. — Уж не груз ли прожитых лет в тебе заговорил, Марго? Резерфорд подняла тонкую бровь и бросила фразу на тевене, смысл которой в переводе на всеобщий не нуждался. Тереза ощутила, как на губах расцвела ехидная усмешка. Красс, впрочем, ничуть не обиделся на колкость, а лишь усмехнулся, словно рассчитывал именно на подобную реакцию. — Надо спешить, — напомнила Нитка, прерывая вполне безобидную пикировку. Она выглядела такой сосредоточенной, что де Рива без труда представила подругу на десять лет младше, но столь же ответственно подходившую к любым поручениям, данными Инквизицией. — Как скажет наша разведчица, — шутливо поклонился Сэрбис. Ледяной взгляд, которым мага наградила гномка, послужил достойным ответом. — Сколько напряжения, — пробормотал Луканис на антиванском, и Тереза заметила, что его чёрные глаза смеялись. — Представляешь, какая из этого вышла бы пьеса? — Королевский двор пришёл бы в восторг, — отозвалась она. Сэрбис решительно направился вперёд, и Хардинг, явно не совсем довольная таким поворотом, пошла за ним. Тереза закусила губу, сдерживая смешок: высокий маг и пытавшаяся догнать его гномка смотрелись комично. — Соберись, — прошептала себе Ворона на антиванском. Делламорте услышал. Он взял её за руку, поднёс к губам и поцеловал. — Мы справимся, — тихо, но решительно сказал он. — Не волнуйся, Тесс. Сэрбис и Хардинг уверенно прошли сквозь сад и направились к одной из многочисленных дверей. Здесь Красс замедлился, пропуская гномку вперёд, и на долю секунды Тереза поймала его хмурый взгляд. Это заинтересовало, но она промолчала. Всё встало на места, когда, пройдя сквозь коридор, Хардинг вывела их в большой зал. Потолок вздымался ввысь. У дальнего конца находилось окно во всю стену, украшенное причудливой мозаикой, изображавшей знамя Инквизиции, а перед ним стоял величественный трон. По бокам зала высились каменные статуи — символы Вольной Марки. Легенды об этом месте доходили и до Антивы, не в последнюю очередь благодаря посещавшим Скайхолд аристократам. Здесь Инквизитор вершил суд над врагами, и Тереза покосилась на хмурившегося Сэрбиса. Серые глаза мага застыли на троне. Представив Красса, закованного в наручники перед Филиппом, она ощутила, как внутри всё сжалось. Для него зал явно служил напоминанием, кем он когда-то был. Маргарет оглядывалась с улыбкой. Заметив настроение Сэрбиса, она как бы невзначай бросила: — Здорово очутиться здесь годы спустя и почувствовать, сколько осталось за плечами и кто мы теперь. Тактичная фраза подействовала: Красс заметно расслабился, и Тереза почувствовала тепло к чародейке. Та хлопнула в ладоши. — Показать вам покои Инквизитора? — Брось, Марго, вряд ли у нас есть на это время, — пробурчал Сэрбис, и Нитка нехотя кивнула, точно соглашаться с ним было для неё особым испытанием. Тереза увидела, как Маргарет поникла, и ощутила сочувствие. К тому же ей было любопытно немного осмотреть Скайхолд, раз уж они здесь оказались. — Неужели у нас нет лишнего часа? — вкрадчиво поинтересовалась де Рива, обращаясь к Крассу. Сэрбис издал непонятный звук — то ли досада вперемешку с раздражением, то ли глухая злость. — И правда, — поддержала Маргарет, очаровательно улыбнувшись. Красс закатил глаза: — Я понял. Это твой остроумный план, Создатель, — с тяжёлым вздохом обратился он к потолку. — Я достаточно прогневил тебя, и ты ниспослал мне сразу двух несносных женщин, способных вить из меня верёвки. — Третья ждёт на Маяке, — милым тоном прибавила Маргарет. — И стоит ли считать Эвелину? — Молчи, — с деланным раздражением парировал Сэрбис. — Давайте, только быстро. Без воспоминаний уж слишком. Маргарет просияла. Хардинг неожиданно тоже улыбнулась: — Всё-таки было бы глупо очутиться в Скайхолде и не осмотреться. Резерфорд повела их к трону, а затем указала на левую дверь: — Там жил Филипп во времена Инквизиции. — Не очень-то удобно, — заметил Луканис, оглядев зал. — Невозможно выйти или войти незамеченным. Может, у Инквизитора был тайный ход? Маргарет покачала головой: — Не было. — Опрометчиво, — констатировал Делламорте. Чародейка завела их внутрь, и, поднявшись по каменным ступеням, они вошли в некогда покои Инквизитора. Тереза обомлела: балконная дверь была распахнута, и просторную комнату укутывал снег. Маргарет нахмурилась и поёжилась. — При Филиппе здесь было более уютно, — пошутил Сэрбис. Они прошлись по крепости. Резерфорд показала им крепостную стену и две башни. В одной некогда жил командир Инквизиции, а в соседней располагались маги и кабинет Первой чародейки. За десять лет всё пришло в запустнение, но Маргарет больше не позволила себе измениться в лице. Оказавшись в своём старом кабинете, она провела рукой по каменной стене с улыбкой. — Скайхолд изменил всю мою жизнь, — с лёгкой ноткой ностальгии констатировала она. У моста крепости отряд столкнулся с порождениями тьмы, но уже играючи разделался с ними. Тереза заметила, что Делламорте и Сэрбис действовали словно по договорённости, прикрывая спины друг друга. Вероятно, это оправдывалось тем, что она сама была поддержкой, а Хардинг и Маргарет атаковали издалека. Спуск с горы занял время. Дорогу, некогда проложенную Инквизицией, покрывал толстый слой снега. И хотя Красс сжигал его магией, расчищая путь, уже стемнело, когда они оказались у подножия горы. Снизу Скайхолд впечатлял ещё больше, но Хардинг нахмурилась, определённо не обращая внимания на крепость. — Мы не можем идти ночью вслепую. С опытной разведчицей никто спорить не пожелал, и они разбили лагерь в гуще деревьев в надежде, что порождения тьмы их не учуют. На рассвете Хардинг проснулась и настояла, чтобы все поторапливались. Гномке явно хотелось скорее преодолеть горы, где их с лёгкостью могли загнать в ловушку. Впрочем, Тереза допускала мысль, что Ниткой овладело нетерпение от предстоявшей встречи с родителями. Как бы то ни было, возражений не последовало, и к концу дня отряд, наконец, вышел на равнины Ферелдена.

***

Путь до Внутренних земель занял сутки. Когда перед глазами появился густой лес, Хардинг подозрительно шмыгнула носом, но все тактично промолчали. Скверна была повсюду. Она покрывала землю, обвивала толстые деревья плотными кольцами, и её пузыри встречались тут и там. Нитка лопала их из лука, и периодически Сэрбис пытался уничтожить их магией, прежде чем это успевала сделать она. Порождений тьмы было много, хотя благодаря Хардинг им удалось миновать основную орду. После особо тяжёлого боя Маргарет откинула прядь кудрявых волос с влажного лба и негромко заметила: — Не помню, говорила ли раньше, но... спасибо, что отправились со мной в такую опасность. Луканис ощутил, как губы тронула улыбка. Руки и ноги гудели от постоянного напряжения, едва восстановшийся сон вновь нарушился, но Делламорте знал: это временные трудности, а вот помощь другу (а именно таковой он начал считать Маргарет) бесценна. Тереза, стоявшая рядом, махнула рукой. — Не стоит, Марго. — Ещё как стоит, — возразила чародейка, но Сэрбис перебил её: — Поблагодаришь, как вернёмся в Минратос или хотя бы на Маяк. Маг словно в воду глядел: вдалеке показались порождения тьмы. Луканис почувствовал беспросветное изнеможение, но пальцы только крепче сжали рукоятки клинков. Лагерь войска показался на горизонте вечером третьего дня. Рядом возвышался каменный замок. — Редклиф, — произнесла Хардинг. Повисло молчание. Слова казались излишними, хотя Луканис задался про себя вопросом, чувствовали ли остальные то же облегчение, что и он. Лагерь расположился в огромном поле, изрезанном следами повозок и копыт. Сотни шатров разных цветов и гербов выглядывали из-за частокола вперемешку. Даже издалека слышался гул множества голосов, звон кузнечных молотов. Приблизившись, Луканис уловил запах жареного мяса и почувствовал, как сильно проголодался. Подул ветер, и аппетитный аромат улетучился, сменившись терпким запахом конского навоза. Тереза вздохнула. Перед лагерем высились деревянные частоколы, стоявшие в два ряда. Между ними — дозорные башни с флагами. Луканис без труда распознал ферелденский, орлесианский и даже флаг распущенной восемь лет назад Инквизиции. У входа обнаружилось пятеро стражников. Они были одеты в тяжёлую броню со шлемами. При виде отряда они заметно напряглись. Луканис вопросительно глянул на Сэрбиса. Маг невозмутимо пожал плечами, и Маргарет решительно вышла вперёд. Чародейку надёжно укутывал свободный чёрный плащ, скрывавший живот. — Моё имя Маргарет Павус Резерфорд, — заговорила она. — Я жена командира Каллена и сестра Инквизитора. Со мной боевой маг Красс Сэрбис, разведчица Инквизиции Нитка Хардинг и два Антиванских Ворона — Тереза да Рива, известная как Рук, и Луканис Делламорте. Я прибыла из Минратоса, чтобы поговорить с мужем. — Ага, конечно, — хмыкнул один из солдат. — А я Императрица Орлея! — Замолчи, Ллойд, — оборвал его другой. Луканис заметил, как тот пристально изучает Маргарет. — Если вы жена командира, то, вероятно, вам известно, какую должность занимает его брат в лагере? Чародейка театрально вздохнула. — Брансон — капитан стражников, организует оборону лагеря на случай внезапного нападения. Его супруга, как и сёстры Каллена, заняты в снабжении. Стражник, задавший вопрос, поклонился. — Прошу прощения, миледи. Сами понимаете, времена нынче... — Не беспокойтесь, — Маргарет улыбнулась. — А эти вам зачем? — не утерпел Ллойд, и второй стражник вновь на него прикрикнул. — По-твоему, леди Резерфорд должна путешествовать в столь опасное время без охраны? Кретин!.. Их пропустили. Внутри лагеря оказался целый город: повсюду сновали солдаты разных армий — их отличала броня. Луканис заметил нескольких магов, отрабатывавших удары огнём на специальной площадке. Засмотревшись, он чуть не столкнулся с молодым пареньком, тащившим ящик с зельями. Где-то чинили повозку, потерявшую колесо, кто-то натягивал шатёр, а другие кормили лошадей. — Марго! — послышался звучный голос Сэрбиса, пытавшегося перекричать шум лагеря. — А ты знаешь, куда идти? Чародейка застыла, на красивом лице на миг промелькнула досада, но она небрежно пожала плечами. — Разберёмся, Красс. Они шли сквозь лагерь, и внезапно Хардинг громко ахнула. Чуть дальше у палатки стояли двое немолодых гномов. Рыжие, хоть и с проседью волосы женщины определённо выдавали родство. Луканис заметил, как Нитка вопросительно покосилась на Терезу. Де Рива изумлённо посмотрела в ответ. — Шутишь? Иди давай, потом разыщешь нас. Хардинг просияла и побежала навстречу родителям. Луканис почувствовал тепло в груди и радость за подругу. Их неприязнь с Ниткой осталась давно в прошлом, сменившись взаимной симпатией. Несмотря на то что лагерь гудел словно переполненный улей, Делламорте ощущал на себе внимательные и далёкие от приветливых взгляды. — На тебя тоже пялятся? — спросила Тереза на их языке, и он кивнул. — В конце концов, мы первые Антиванские Вороны, ступившие на землю Ферелдена, за много-много лет. — Что? В центре лагеря? — послышался спереди голос Маргарет, и внимание Луканиса обратилось к чародейке. — И как туда пройти? — Да просто прямо, — махнул в сторону запада неказистый на вид лысоватый мужичок, тащивший какой-то сундук. Солнце скрылось за горизонтом. Повсюду вспыхивали факелы, освещавшие путь. Откуда-то доносились ферелденские песни. Наконец, вдали показался шатёр, значительно выделявшийся на фоне остальных. Высокий, из тёмно-синей материи, он скорее напоминал походную цитадель. Толстые канаты натягивали стены. У входа стояло трое стражников. Шлемов на них не было, но вид каждого говорил, что внутрь просто так попасть нельзя. Маргарет, не колеблясь, направилась к ним. — Если они её не пустят, мне жаль стражников, — пробормотал Сэрбис, оказавшийся рядом с Терезой. — Командир велел никого не пускать, — безапелляционным тоном заявил стражник чародейке, украдкой поглядывая на стоявших за ней. — Идёт военный совет. — Правда? — вкрадчиво поинтересовалась Маргарет. Она дёрнула головой, и Луканису показалось, что внутри неё правила боролись с желанием увидеть мужа. Наконец, Резерфорд уверенно произнесла: — Пять месяцев. Пять месяцев я не видела мужа. И сейчас, клянусь самим Создателем, я хочу посмотреть, кто из вас решит меня остановить. Стражники вытаращились на неё с таким изумлением, будто никогда не видели кого-то столь отчаянного. Губы Луканиса тронула улыбка. — Если это правда жена командира, нам проще её пропустить, — пробормотал один из стражников остальным. — Пусть сам с ней разбирается. — Точно, — кивнул второй. — Проходите, леди Резерфорд. А эти? — Эти? — в голосе Маргарет послышался лёд с нотками высокомерия. — О, всего лишь лучший убийца магов, Первый Коготь Антиванских Воронов Луканис Делламорте, Тереза де Рива, известная как Рук, и Красс Сэрбис — агент Инквизитора. Они идут со мной, и это не обсуждается. Луканис услышал, как Сэрбис издал тонкий писк, словно изо всех сил сдерживал смех. Тереза закусила губу, её плечи едва заметно подрагивали. «Вечер обещает быть интересным», — подумал Делламорте, и они последовали за чародейкой.

***

Первым, что почувствовала Тереза, оказавшись внутри просторного шатра, было тепло. Глаза рассмотрели массивный деревянный стол, на котором высились фигурки: здесь явно планировалась битва. Наконец, де Рива ощутила изумлённые взгляды и посмотрела на присутствовавших. Инквизитор Филипп Тревельян, чуть позади — его жена, леди Кассандра. У левого края стола стоял, вероятно, командир некогда распущенной Инквизиции — Каллен Резерфорд. В Антиве у него было много почитателей, и по сей день можно дёшево приобрести на рынке изображения весьма фривольного толка с широкоплечим кудрявым мужчиной со светлыми волосами. С другой же стороны... Тереза сглотнула. Пристальный взгляд, светлые глаза, рыжеватые, аккуратно уложенные волосы и дорогое обмундирование не оставляли ни малейших сомнений — перед ней король Ферелдена Алистер Тейрин собственной персоной. Рядом стоял мужчина, которому, судя по внешнему виду, было около пятидесяти. Тёмно-каштановые волосы, серьёзен и хмур. Тереза не знала, кем он был, но предположила, что явно ферелденский военачальник. А вот стоявший чуть позади короля показался смутно знакомым, и де Рива сглотнула. Если смуглый светловолосый эльф тот, о ком она подумала, ситуация осложняется ещё больше. В шатре военного совета стояла тишина. Лица присутствовавших единогласно отражали шок из-за неожиданного появления. Наконец, Маргарет негромко, но уверенно прервала затянувшееся молчание: — Прошу прощения за вторжение, но мне нужно переговорить с командиром Калленом. Тереза бросила на супруга Маргарет изучающий взгляд. Тот казался весьма обескураженным. Переведя глаза на Инквизитора, де Рива заметила неподдельное беспокойство на его лице. Каллен приоткрыл рот, словно хотел что-то сказать, но не мог подобрать слов от неожиданности. К счастью, король пришёл ему на помощь: — Что же, вероятно, перерыв пойдёт всем на пользу. Филипп, моргнув, с готовностью подхватил: — Его Величество определённо прав. И всё же давайте не будем забывать о приличиях. Позвольте представить: моя младшая сестра Маргарет Павус Резерфорд, Старшая чародейка Имперского Круга Минратоса. Её сопровождает Красс Сэрбис, боевой маг группировки «Драконы Тени», которые выступают за изменение существующего порядка в Тевинтере. Слева от него — госпожа Тереза де Рива, та самая Рук, которая борется с Эльгарнаном и Гиланнайн на севере. Филипп представлял всех с таким видом, словно они находились на званом приёме. Губы Инквизитора тронула вежливая улыбка, говорившая о вышколенных манерах. — Предполагаю, что с госпожой де Рива стоит Луканис Делламорте, знаменитый Антиванский Ворон, недавно занявший место Первого Когтя. Тереза вскользь удивилась, что Инквизитору известно и об этом, но она отмела мысль в сторону, вглядываясь в предполагаемого Зеврана. Эльф, услышав имя Луканиса, побледнел и сделал шаг назад. От де Рива не укрылось, что его рука потянулась к поясу. — Позвольте представить Его Величество короля Алистера Тейрина, правителя Ферелдена, — продолжил Филипп своим высокосветским тоном, и Тереза подавила смешок. — Возле него командир королевских войск тейрн Фергюс Кусланд, а чуть позади — тайный советник Его Величества... — Филипп сделал паузу, точно что-то осознав. Закончил он менее уверенно и значительно тише: — Зевран Араннай. Тереза посмотрела на Луканиса. Тот осклабился, а чёрные глаза не отрывались от эльфа. Её догадка подтвердилась. Именно Зевран был тем Антиванским Вороном, которому больше двадцати лет назад поручили убить Серого Стража в Ферелдене. Араннай задание провалил и — что более возмутительно — примкнул к Героине Ферелдена. Чего стоила выходка Зеврана дому Араннай, Тереза знала хорошо: их имена были у всех на слуху. С ними не желали иметь дел, и дом, покрытый позором, медленно шёл ко дну, будто попавший в бурю корабль. С предателями у Антиванских Воронов разговор всегда был коротким. Ответ на измену один — смерть. За Зевраном охотились уже больше двадцати лет. И всё же... вот предатель, перед ней. Живой, советник короля Ферелдена. Эльф осклабился. — Надо же, первые Антиванские Вороны в Ферелдене за двадцать лет! Едва уловимое движение, и в руке Луканиса оказался кинжал. Тереза успела вмешаться, схватив его за рукав. — Не самый подходящий момент, не думаешь? — негромко поинтересовалась она на антиванском. Делламорте недовольно поморщился, но кинжал убрал. От Терезы не укрылось, как все заметно расслабились. — Может, ужин? — невозмутимо предложил Филипп. Маргарет покачала головой. — Это без меня. Взяв мужа за руку, она покинула шатёр вместе с ним. Тереза сглотнула, чувствуя на себе взгляды остальных. — Неплохая мысль, — робко согласилась она.

***

Снаружи оказалось холодно: дул сильный ветер. Маргарет поёжилась, закутываясь в плащ, и глянула вниз: живота не видно. Затем — на Каллена. Он казался уставшим, будто не спал много ночей подряд. Но даже несмотря на это, янтарные глаза светились. Чародейка улыбнулась в ответ. — Марго, скажи, что с Эвой всё в порядке, — негромко попросил Каллен. Она кивнула. — С ней всё хорошо. Скучает, конечно же, — Маргарет выдавила слабую улыбку. Ей самой далось невероятно сложно покинуть дочь, отправившись на юг. За Эвелиной и Тони, сыном Филиппа, присматривали Дориан и Аквинея, мать кузена, которую по такому случаю пригласили из семейного поместья в Каринусе. — Тогда... — Каллен вздохнул, взъерошив волосы. — Пойми меня правильно, Марго: я безумно рад тебя видеть, но... что ты делаешь здесь? Я же писал, как опасно на юге... — Надо поговорить, — оборвала она, прежде чем он успел сказать что-то ещё. Каллен кивнул. — Мой шатёр рядом. Маргарет направилась за ним. На родном лице мужа она видела отчётливую тревогу. Зная его характер, чародейка понимала: Каллен пытается просчитать возможные сценарии и причины её неожиданного появления. С каждым шагом он хмурился всё сильнее. Наконец, они дошли до небольшого шатра, который скорее напоминал палатку. Сложно было предположить, что в ней жил командир южных войск против армии порождений тьмы. Тем не менее Каллен завёл её внутрь и, разобрав заваленный бумагами старый письменный стол, зажёг несколько свечей. Повернувшись к ней, он ничего не говорил, но в глазах отчётливо застыл немой вопрос. Маргарет вздохнула. Сердце колотилось как сумасшедшее. Пальцы потянулись к завязкам плаща, и он распахнулся. Под ним была чёрная магическая мантия, обтянувшая живот. Глаза Каллена округлились, а лицо вытянулось. — Ты... Чародейка сглотнула: от волнения к горлу подступила тошнота. — Я хотела напомнить, что в Минратосе тебя ждёт семья, — негромко сказала она. Каллен несмело улыбнулся и сделал шаг навстречу. Робко коснувшись её лица, вторую руку он положил на живот. — Дыхание Создателя, Марго... — Молчи, — прошипела чародейка, чувствуя, как глаза наливаются слезами. Командир усмехнулся и рывком притянул её к себе, а затем с пылом поцеловал. Его пальцы уже нащупывали застёжки на мантии. — Ты не представляешь, как я соскучился...

***

После того как Маргарет и Каллен вышли, в шатре ставки командования повисло неловкое молчание. Король и его советники вспомнили о важном деле и тоже покинули остальных. От Сэрбиса не укрылось, как Делламорте смотрел на эльфа, сопровождавшего короля. Любопытство не считалось пороком в Империи, и Красс ощущал именно его всем своим существом: что же за история связана с Антиванскими Воронами и советником короля? Судя по крайне несодержательным репликам к последнему, у Воронов свои счёты. Зевран же упомянул двадцать лет, и Сэрбис сделал логичный вывод: речь о событиях, случившихся во время Мора. Жаль, что он не слышал об этой истории раньше: в тридцать первом ему было девятнадцать, и в ту пору он думал только о двух вещах — как бы разжиться деньгами и уложить в кровать побольше девушек. Вспомнив о славном прошлом, Красс хмыкнул, о чём сразу же пожалел: все взгляды устремились к нему. Впрочем, тушеваться на людях никогда не было его привычкой, поэтому, широко ухмыльнувшись, Сэрбис театрально покачал головой. — Vishante kaffas, уже и задуматься нельзя! Он поймал серьёзный взгляд Инквизитора, и улыбка тотчас погасла. За минувшие десять лет Красс не раз принёс лорду Тревельяну и его семье пользу, но стоило Филиппу строго посмотреть на него, Сэрбис неизменно чувствовал себя вновь перед троном в большом зале Скайхолда со скованными руками. — Что вы делаете на юге? — требовательно спросил Инквизитор. Красс с досадой констатировал: вопрос задан именно ему. Сохраняя внешнее спокойствие, он ответил: — Это дело Маргарет. Ей нужно поговорить с Калленом, и она попросила нас сопроводить её. Уклончивый ответ явно не понравился Филиппу. Мужчина нахмурился. — Что-то случилось? Красс почувствовал: ему ничего не грозит. Тревельян просто беспокоился о сестре. — Инквизитор, тебе прекрасно известно, что я не имею привычки выдавать чужие секреты. Этот вопрос задай своей сестре. Филипп хмыкнул, на его губах дрогнула тень улыбки. — Было опрометчиво и опасно... — Как будто ты не знаешь Марго, — решительно вмешалась Кассандра, супруга Инквизитора. Весь её вид говорил о беспокойстве. — Как Энтони? — выпалила она. Красс с грустью подумал о мальчике, в глазах которого неизменно видел тоску по родителям, и замялся, подбирая слова. — Скучает, — не стал юлить он. — Но каждый день занимается. С мечом тоже. Недавно мы тренировались вместе, и я даже показал Тони пару приёмов. Кассандра внимательно слушала его, но под конец негромко фыркнула. — Ты? — скептически спросила она. Сэрбис изобразил обиду, приложив руку к груди. — Вы раните в самое сердце, леди Тревельян! — театрально воскликнул он. — Боевым магам полагается владеть разными видами оружия, к вашему сведению! — Очень в этом сомневаюсь, — парировала Искательница. Красс исподлобья посмотрел на неё, по-прежнему улыбаясь. — Желаете испытать меня, миледи? — произнёс он небрежным тоном, зная, что дипломатичный Филипп обязательно вмешается в пикировку. Так и вышло. — Как Эвелина? И Дориан? — задал Инквизитор миролюбивый вопрос. Сэрбис подмигнул его супруге и спокойно ответил: — Эва усердно занимается вместе с Марго и делает успехи. Скучает по Каллену и мастерски играет на этом: вьёт из меня верёвки, — притворно пожаловался он. — Дориан же занят с Мэй и остатками Драконов Тени. Филипп кивнул. Кассандра, вероятно, вспомнив об обещанном гостям ужине, молча вышла из шатра. Во всяком случае, Крассу очень хотелось в это верить: последний раз отряд ел ранним утром. — Как дела с богами? — Филипп обратился к Терезе, и Сэрбис увидел: ей словно стало не по себе. Впрочем, растерянность Антиванского Ворона длилась какое-то мгновение. Моргнув, де Рива уверенно ответила: — Пока затихли. Мы пытаемся выяснить, что они затеяли, и ищем воспоминания Соласа на Перекрёстке. Надеемся, что они дадут подсказку. — Вы же задержитесь ненадолго? — спросил Инквизитор. — В последнее время люди упали духом, и мне кажется, что твоё присутствие, Тереза, способно их приободрить. Де Рива неопределённо пожала плечами, посмотрев на Луканиса. Тот мягко улыбнулся, и она уверенно ответила: — Надо обсудить это с Маргарет. Чутьё Сэрбиса не подвело: вернулась Искательница, за которой следовали двое слуг, державших подносы. В шатре запахло жареным мясом и свежим хлебом. Красс почувствовал, как рот наполняется слюной. Поначалу все ели молча, но привычка наблюдать за другими никуда не делась. Сэрбис видел, как Луканис подливал Терезе вина, а она поглаживала его по руке, безмолвно благодаря. Кассандра же подкладывала Филиппу овощи из своей тарелки. Внутри с привычной и до боли знакомой силой проснулась тоска по Нэв. Красс сдержал тяжёлый вздох, понадеявшись, что скоро они встретятся. — Я почему-то вспомнил семейные ужины в Оствике, — неожиданно заговорил Инквизитор. Его карие глаза дружелюбно поблёскивали. — Только по соседству тогда не было ни короля Ферелдена, ни порождений тьмы. Кассандра тепло улыбнулась, и Сэрбис едва не вытаращился на Искательницу. Хоть он видел её до этого в неформальной обстановке, улыбки были для неё редкостью. — Мне не хватает дискуссий о военной тактике с лордом Тревельяном-старшим, — призналась она. В её голосе прозвучала грусть. Красс подумал, что надо бы разрядить обстановку, и на ум пришла идея. — Искательница, я расскажу тебе историю, как один прекрасный тевинтерец попал в лапы к самому известному отравителю среди Антиванских Воронов и сумел вырваться только благодаря своему исключительному таланту... — И безмерной болтливости? — скептически поинтересовалась Кассандра. — Не без этого, — кивнул Красс, ни капли не смутившись. Тереза заёрзала на стуле, и движение выдало нетерпение с головой. — Давай! Я хочу знать, как ты сбежал из темницы семейного поместья! Сэрбис хмыкнул, довольный вниманием, и заговорил, не скупясь на подробности. Пару моментов он приукрасил ради живости рассказа, но, судя по довольным лицам, все были в восторге. Когда он закончил, де Рива откинулась на спинку стула, качая головой. — И после этого ты хочешь познакомиться с Вьяго? — Обижаешь... — начал Красс, но послышались шаги: вошли Каллен и Маргарет. Все обернулись. Чародейка по-прежнему была закутана в свой чёрный плащ, но растрёпанные кудри, струившиеся по плечам, намекали, что разговор между командиром и его супругой прошёл хорошо. Каллен немного улыбался, и Красс ощутил намёк на радость: он знал, как тот любит дочь. Ещё одному ребёнку командир, выросший в большой семье, точно обрадовался. Филипп с беспокойством посмотрел на сестру. — Марго... — Она беременна, — объявил Каллен, просияв и сразу помолодев. Филипп и Кассандра ахнули и принялись обнимать чародейку. — Тост! — провозгласил Делламорте, поднимаясь на ноги. — В Антиве говорят: если хочешь, чтобы любовь жила долго, дай ей имя и колыбель. От себя добавлю: пусть он или она живёт в мире и спокойствии, за которые мы сражаемся. Он поднял кубок. Маргарет просияла, и Кассандра тихо прибавила: — За жизнь. Бокалы со звоном встретились. Все улыбались, и Красс подумал, что давно не видел никого из присутствовавших такими расслабленными. Было приятно на несколько часов забыть о тягостных испытаниях и сражениях, неотъемлемых спутниках любых войн. «Именно ради таких моментов мы и не сдаёмся», — философски подумал Сэрбис и пригубил из кубка.