Глава 25

После разговора с Инквизитором Тереза извинилась и направилась в сад, пообещав скоро вернуться. Над Минратосом постепенно сгущались сумерки. Де Рива достала из наплечной сумки портсигар, из него — сигарету и закурила. Горький дым проник в горло. От удовольствия захотелось прикрыть глаза, что Тереза и сделала. Она невидяще смотрела на очертания некогда роскошного сада именитого тевинтерского магистра. Все мысли занимал предстоящий ритуал Эльгарнана и Гиланнайн. Тереза затянулась дымом. Теперь им известно не только место, но и дата. От Соласа де Рива знала: эванурисы хотели воссоздать кинжал из красного лириума, чтобы разорвать Завесу. Тогда Тень и реальность утратят границу, и привычный мир изменится навсегда. Вдохнув дым, Тереза с удивлением заметила, как дрожали пальцы. Внутри поднималась буря, которую едва ли можно унять, пока хотя бы примерно не поймёшь, с чем предстоит столкнуться. Чуткое ухо Антиванского Ворона уловило едва слышный скрип двери. Повернув голову, Тереза увидела Луканиса. Он застыл на мгновение в проёме, и карие глаза спрашивали разрешения. Девушка кивнула, и Делламорте приблизился. — Филипп попросил задержаться на ужин, — негромко сказала Тереза, вновь затягиваясь дымом. — Затем мы вернёмся на Маяк. Луканис серьёзно смотрел на неё. Казалось, он пытался уловить малейшую эмоцию девушки. — Ты тревожишься. Ритуал? Кровь застучала в ушах. Тереза нехотя кивнула, докуривая. Затушив сигарету, взглянула на Делламорте. Она давно заметила: стоило ей показать нервозность и неуверенность, Луканис мгновенно становился самым спокойным человеком на свете, которого ничто не могло выбить из равновесия. — Хочешь вернуться на Маяк сейчас? — спросил он. Де Рива покачала головой. — О чём вы говорили с Инквизитором? — негромко поинтересовался Делламорте, явно отвлекая её от мрачных мыслей. Это сработало: Тереза улыбнулась и ответила уже с меньшим напряжением в голосе: — О важности команды и поддержке. Луканис фыркнул. Затем, к её удивлению, кивнул. — Чем мы, как Антиванские Вороны, часто пренебрегаем, — подытожил он. Тереза пожала плечами, хотя прекрасно знала: Луканис прав. До того как встретила Варрика, де Рива рассчитывала только на себя. Да, она всегда могла опереться на Вьяго, но предпочитала действовать в одиночку. Кузен давал контракты, лишь изредка пытаясь помочь, что Тереза отвергала. Когда ты не просто член дома, а связан с ним кровью, нельзя подвести. За годы службы Вьяго пришёл на помощь однажды: в Карастесе. Теперь же, когда она пыталась спасти мир, кузен помог не один раз, и Тереза была ему признательна. — Неплохой урок мы вынесли из всего этого? — тихо спросила она, и Луканис усмехнулся. — Раньше довериться кому-то казалось невозможным, — согласился он. — А теперь я… — Делламорте замолк, и Тереза осклабилась. — Дай угадаю. Доверяешь мне безоговорочно? — Я хотел сказать, что доверил бы тебе свою жизнь, — хмыкнул Луканис, делая шаг к ней. — Хватит смеяться, Тесс! Ты точно такая же антиванка, как и я! — И тоже доверяю тебе, — она заставила себя перестать глупо хихикать. — Ты ведь это знаешь, правда? Делламорте заметно расслабился и кивнул. Тереза разглядела намёк на гордость в его чёрных глазах. — Тогда пойдём. Наверное, неправильно заставлять Инквизитора ждать.

***

Когда они вошли в дом, то услышали шум и смех из-за приоткрытой двери в просторном холле особняка Павусов. Тереза ощутила прикосновение Луканиса к руке и с благодарностью улыбнулась в ответ. Затем вошла, и он следом. Свет в столовой был приглушён, создавая приятную атмосферу. Кругом мерцали свечи. В воздухе витали приятные ароматы, и де Рива только сейчас осознала, насколько проголодалась. Опустившись на свободное место, Тереза посмотрела на сидящую напротив Маргарет. Чародейка подмигнула. Хотя выглядела она по-прежнему измученной, глаза счастливо блестели. Де Рива понимала: дело явно в сидящем с ней Каллене. Она чувствовала на себе взгляды. Сын Инквизитора практически пожирал её глазами, и Тереза улыбнулась мальчику, отчего тот мгновенно смутился. Правда, ненадолго. — Что ж, все наконец собрались, — заметил Дориан Павус и оглядел стол. Де Рива покосилась на магистра: выглядел он неважно, что было логично, учитывая творящийся в Минратосе хаос. Под глазами залегли тени, лицо осунулось с последней встречи. Неожиданно Инквизитор встал. В руке он сжимал бокал. — Мне удалось уговорить Кассандру и Каллена вырваться в Минратос не только, чтобы повидаться с семьёй, но и немного отвлечься. Конечно, это далеко не всегда возможно, когда идёт война, а противник силён. Но… — Филипп сделал многозначительную паузу и тепло улыбнулся, — я уверен: мы сражаемся ради таких моментов, чтобы в будущем их было ещё больше. Все молчали, но Тереза заметила улыбки на лицах каждого. Посмотрев на Инквизитора, она осторожно заметила: —  Я теперь понимаю, почему за тобой пошла Инквизиция, Филипп. Тревельян хмыкнул, и послышался негромкий смех со всех сторон. Дориан притворно застонал: — Не поощряй его! Он и без того обожает произносить речи! Столовая наполнилась негромки беседами и звоном приборов. Тереза слушала рассказы Инквизитора о бытовых моментах из лагеря. Она не могла не отметить, с каким интересом Филиппа слушал его сын Энтони. Он едва мог усидеть на месте, не обращая внимания на строгие взгляды леди Тревельян, и, кажется, забывал есть. Ужин шёл своим чередом, пока мальчик, повернувшись к Воронам, неожиданно не спросил: — Так а вы правда убийцы? — Энтони! — возмутилась Кассандра. Тереза поёрзала на стуле, а затем бросила на Луканиса вопросительный взгляд. Тот поднял брови, но невозмутимо ответил: — Да. — А скольких вы убили? — с оживлением спросил Энтони. Строгость матери его явно не смутила. — Достаточно, — спокойно отозвался Луканис. — Я давно перестал считать. Глаза мальчика округлились, и Тереза негромко пробормотала на антиванском: — Ты его сейчас испугаешь. Делламорте фыркнул и пригубил вино из бокала, бросив на неё взгляд, в котором плескался смех. — А больше, чем Красс? — прозвучал заинтересованный детский голос. Со всех сторон послышались смешки. Тереза поняла, что и сама смеётся. — Это не то, чем стоит гордиться, Тони, — строго вмешалась Маргарет. — Ну вот, — притворно огорчился Сэрбис. Разговоры продолжились. Все общались весело и непринуждённо. Нэв рассказывала командиру распущенной Инквизиции о посещении Некрополя, и тот слушал так внимательно, что его рот чуть приоткрылся. Кассандра — неваррка по происхождению — изредка вставляла едкие замечания, по которым Тереза поняла, что леди Тревельян погребальные традиции родного королевства не одобряла. Де Рива оглядела стол. Инквизитор, его сестра — тевинтерская учёная, магистр, бывший храмовник, неваррская Искательница, боевой маг и известный детектив Минратоса. Странная компания для спокойного ужина. Половина из них точно могла оказаться по разные стороны баррикад сравнительно недавно. «Варрик бы точно написал из этого увлекательную историю, — подумала Тереза. — Надо обязательно ему рассказать». Она поймала себя на мысли, что поступила правильно, приняв предложение Инквизитора.

***

Сознание вернулось резко. Голова была тяжёлой, и Тереза почувствовала боль во всём теле. С трудом пошевелилась. Сесть оказалось слишком трудно. Глаза уставились в пустоту, напоминающую небо. Только серого цвета. Горло пересохло. Сглотнув, Тереза приложила усилия и повернула голову на бок. В затылке отозвалась боль, и только тогда пришло осознание: она лежала на холодном каменном полу. Вблизи ничего не было заметно. Поборов слабость, Тереза с трудом села. Голова мгновенно закружилась. К горлу подступила тошнота. Де Рива постаралась сконцентрироваться на дыхании, чтобы неприятное ощущение отступило. Когда, наконец, удалось взять верх над телом, она огляделась. Образы случившегося заполонили сознание. Их оказалось так много, что Тереза зажмурилась. Виски свело от боли. — Мьерда, — сорвалось с губ. Фрагменты воспоминаний не давали полной картины. Тереза вспомнила: им удалось остановить ритуал. Кажется, Луканис убил Гиланнайн. А потом?.. Она помнила, как увидела его лежащим на земле. Бросилась к нему. А дальше?.. Солас? Левый висок прострелило болью, и перед глазами наступила тьма.

***

  — Ты должен был её защитить! — неистовствовал Злость. Луканис, чья голова и так разрывалась от боли после пережитого, продолжал молоть кофейные зёрна. В столовой Маяка и без демона царил полный хаос. Каким-то чудом команде удалось сбежать с Острова Проклятых Слёз, только легче от этого не было никому. Нитка Хардинг, милая и очаровательная гномка, с которой как Луканис, так и остальные члены команды Рук провели бесчисленное количество времени, погибла. Она пожертвовала собой, чтобы спасти остальных. В груди что-то тянуло, как будто боль утраты неотступно приносила и физическую. — Мы должны найти Рук! — послышался голос Эммрика. Некромант пытался воззвать к спокойствию остальных, но это было не так-то просто. — А Беллару? — не в первый раз вопросила Нэв. Магесса была слегка ранена: на лице глубокая ссадина. «Что и говорить, миссия далась тяжёлой ценой», — пронеслось в голове Луканиса. Он поднял глаза на остальных членов команды. Разум — за исключением Злости — безмолвствовал. Они потеряли слишком многих: Беллара, очаровательная эльфийка с острым умом, судя по всему тоже была мертва. Тереза… Луканис тяжело вздохнул и поставил кофемолку на столешницу, а затем заставил себя сосредоточиться на происходящем в столовой. Нэв громко спорила с Эммриком, не желая прислушиваться к аргументам. Даврин пытался их успокоить, но выходило у Серого Стража из рук вон плохо. Тааш, потерявшая Хардинг не только как подругу, сидела на полу у входа. Взгляд косситки казался отсутствующим. Луканис внутренне содрогнулся: не так давно Тааш потеряла мать, а теперь и Нитку. Чувство безвозвратной утраты грозили захватить его существо, но Делламорте знал: слабость показывать нельзя. Или?.. Что если Тереза действительно мертва? Словно услышав его мысли, Эммрик громко воскликнул, пытаясь достучаться до Нэв: — Рук в Тени! — неваррский учёный приводил аргументы, которые едва ли могли проникнуть и осесть в измотанном разуме Луканиса. Особенно связанные с магией. — Он говорит дело, — прошипел Злость. — Тереза должна быть жива. Дверь в столовую распахнулась, и на пороге возник Сэрбис. Луканис бы удивился, но сил никаких не было. Разумеется, появление мага не осталось незамеченным. Нэв, только что оживлённо спорившая с Эммриком, внезапно замерла, всхлипнула и бросилась в объятия Крассу. Тот растерянно застыл, обхватив её за талию, и что-то спросил на тевене. Сил у известного детектива ответить, судя по всему, не было. Даже издалека Луканис видел, как затряслись её плечи. Сэрбис оглядел столовую, кивнул остальным и наконец нашёл глазами Делламорте. — Что происходит? — растерянно спросил он. Луканис вздохнул. Не было ни сил, ни желания рассказывать о случившемся. — Не удалось остановить ритуал? — напирал Красс. Злость в голове прошипел что-то о нетерпеливости Сэрбиса, и Ворон в кои-то веки был готов согласиться с демоном. — Удалось. Собственный голос напомнил звон рапиры в бою. Сэрбис, явно не удовлетворившись ответом, оглядел столовую ещё раз. Его маленькие глаза замерли на Даврине, который успокаивающе поглаживал грифона Ассана. — Где Тереза? — нарушил молчание маг. Что ответить на это, Луканис не знал. Ощутил только, как внутри словно царапнуло чем-то острым. Беспомощно махнув рукой, Делламорте вернулся к кофемолке. Ручка послушно повернулась, механизм делал свою работу, а в голове по-прежнему было пусто. Луканис не мог допустить мысли, что Тереза мертва. — Рук попала в Тень, — заговорил Эммрик. Делламорте вскользь подумал, что некромант постарается заручиться поддержкой Сэрбиса. — Я считаю, её можно найти. Нэв же утверждает, что Рук умерла. — Как и Хардинг, — Нэв отстранилась от Красса. Её лицо покраснело, а по щекам бежали слёзы. — И Беллара. Сэрбис охнул. Его глаза наполнились сочувствием, и он уставился на возлюбленную. — Извините, я… — магесса замолкла на полуслове и, преодолев расстояние до двери, вышла. Эммрик с сочувствием вздохнул. — Нэв считает, что даже если Рук жива, нам никогда её не найти, — заговорил он, обращаясь к Сэрбису. — Я всё же полагаю, это возможно. Если произвести верные расчёты… Он принялся объяснять магу тонкости, и Луканис утратил интерес к разговору. Наконец, покончив с перемалыванием кофе, он принялся за варку. Очнулся только, когда Сэрбис, вероятно, полагавший, что говорил тихо, поинтересовался у Эммрика: — Луканис в порядке? Говорливый некромант замолк на несколько мгновений, прежде чем спокойно ответить: — Смотря что вы понимаете под этим, Сэрбис. Гиланнайн мертва, и это хорошая новость. Но наша дорогая Хардинг пожертвовала собой… Беллара, по всей вероятности, тоже мертва… А Рук находится где-то в Тени, — в голосе Эммрика послышалась печаль. — Нам понадобится любая помощь! Красс, мы можем на вас рассчитывать? Боюсь, Нэв нужно прийти в себя… Луканис поднял глаза и глянул на тевинтерца. Тот серьёзно кивнул, хотя было видно, что он — редкое зрелище! — не уверен в собственных силах. — Я могу также привлечь магистра Дориана Павуса и его кузину Маргарет Резерфорд, — задумчиво сказал Сэрбис. — Уверен, вчетвером мы точно что-то придумаем. — Превосходно! — Эммрик заметно оживился и хлопнул в ладоши. — Значит, с этим решили! Я буду у себя, начну расчёты. С этими словами некромант удалился. Даврин тяжело вздохнул. Луканис заметил, как тот смотрел на Тааш, сидящую на полу. Серый Страж поднялся на ноги, Ассан сразу же последовал за ним. Даврин опустился перед девушкой. — Хочешь поговорить? Голос Стража звучал спокойно, и Луканис порадовался, что кто-то взял поддержку Тааш на себя. Будь Тереза здесь, она бы мигом всё решила. Нашла нужные слова. У него же… не было сил, пока он не знал, жива ли она. Охотница на драконов кивнула. Даврин помог ей встать, и вместе они вышли из столовой. Сэрбис хмурился. Когда хлопнула дверь, маг приблизился. — Ты как? — робко спросил он. Луканис ощутил желание придушить тевинтерца. — Что за идиот, — согласился Злость. — Её найдут, я уверен, — пробормотал Красс, и Делламорте сжал челюсть, чувствуя, что готов взорваться. — Мне кажется, твоя поддержка куда больше пригодится Нэв. Я с собой сам разберусь. — Хорошо, — Сэрбис поднял руки, показывая, что сдаётся. — Луканис, а… Вьяго в курсе? Он смотрел на мага. Тот был значительно выше, шире в плечах и наверняка сильнее. Но он убивал и более крупных. — Я не лезу в дела Воронов, — примирительно заметил Красс. — Но здесь дело не в вас. Тереза — его кузина. Вьяго должен узнать. Больше всего Луканиса злило, что демонов маг прав. Следовало отправиться в Тревизо и сообщить неутешительную новость Пятому Когтю. — Если ты не… В общем, я могу это сделать. — Нет, — прорычал Делламорте, приходя в себя. Затем вздохнул и провёл рукой по щеке. — Я разберусь, Сэрбис. Ты прав. Просто… побудь с Нэв, ладно? Постарайся её отвлечь. Может, если Маргарет и Дориан не откажутся помочь… Разум с трудом формулировал мысли, но Красс его понял. — Я всё улажу, — пообещал маг. — Иди, если нужно. Луканис кивнул и направился к выходу из столовой. Кофе оказался позабыт, перед глазами по-прежнему плыло, и предстоящий разговор с Вьяго только ухудшал и без того шаткое состояние.

***

— Ивенчи прячется в своём особняке, — Матео показал на карту. — Но чаще в крепости. Его близкие покинули Тревизо и направились в столичную резиденцию. Вьяго задумался. Поймать губернатора было первоочерёдной задачей всех Антиванских Воронов, и де Рива надеялся возглавить операцию лично. Предательства в Антиве никогда не прощали. — Продолжать наблюдение, — велел Вьяго, откинувшись на спинку кресла. Матео склонил голову в знак уважения и удалился. Пятый Коготь смотрел ему вслед, и внезапно в разуме вспыхнул вопрос: был ли в курсе, интересно, король о предательстве Ивенчи? Хотя к отцу по крови Вьяго едва ли питал хоть какие-то чувства, глупая надежда на его незнание тотчас проклюнулась. Отогнав неуместную мысль, он поднялся на ноги, ища глазами Тейю. Эльфийка обнаружилась возле торговца Флетчера. У неё в руках была записная книжка. Вопрос был явно деловым. Вьяго расслабился и повернул голову. Внезапно внутри что-то оборвалось: он заметил Луканиса, направляющегося в его сторону. Первый Коготь был один, что сразу же вызывало подозрения. Какие именно, Вьяго не успел додумать — Делламорте приблизился. Его выражение лица было нечитаемым, но де Рива понял: ритуал прошёл не по плану. — Где Тереза? — выпалил он, прежде чем Луканис успел что-то сказать. Ворон замялся, но ответил: — В Тени. — Ты имеешь в виду, что на Маяке, да? — Вьяго всматривался в него, но безрезультатно. — Нет, — Луканис опустил глаза. — Нам удалось остановить ритуал. Я убил Гиланнайн. Но Тереза попала в ловушку, в Тень. Эммрик и другие маги уверяют, что она жива, и начали её искать. Горло сжалось. Вьяго попытался вздохнуть, но тщетно. Удерживая на лице маску, он отвёл взгляд. Луканиса, судя по всему, мнимое спокойствие не обмануло. — Что за ловушка? — наконец поинтересовался Вьяго. Голос прозвучал хрипло. — Как я могу помочь? Делламорте молчал. Обычно это говорило либо о нежелании вступать в разговор, либо о мыслях, которые он не хотел озвучивать. Интуиция подсказывала: впервые Луканис не знал, что делать. Это задело куда сильнее, чем Вьяго мог представить. Пальцы сами сжались в кулаки. — Мы, конечно, едва ли знаем многое о Тени, — пробормотал он. — Но можно же что-то сделать! Собрать наших магов… — Сэрбис пообещал привлечь Дориана и Маргарет, — перебил его Делламорте. — Эммрик пришёл в воодушевление. У нас… потери. Беллара, судя по всему, мертва. И… Хардинг. Вьяго уловил, как тяжело давались Луканису эти слова. В голове было пусто. И хотя де Рива больше всего ненавидел чувствовать себя беспомощным, сделать он ничего не мог. — Наши маги тоже придут на помощь, если нужно, — тихо сказал он. Луканис кивнул и провёл рукой по щеке, переминувшись с ноги на ногу. — Мне пора. Я просто… хотел, чтобы ты знал. Вьяго ощутил растерянность. — Луканис, если я хоть что-то… — Я знаю, — перебил Делламорте опять. Было видно, что и его случившееся изрядно выбило из равновесия. — Спасибо. Я… постараюсь связаться, когда что-то станет известно. Де Рива смотрел ему вслед. Что делать, он не знал. Внутри всё клокотало от подступающей паники. Резко развернувшись, Вьяго поймал встревоженный взгляд Тейи. Затем направился прочь — подальше от штаб-квартиры Антиванских Воронов. Чем скорее, тем лучше.

***

Тереза открыла глаза. Вокруг ничего не поменялось. Вроде бы чувствовала она себя чуть лучше. Полежав на неудобном каменном полу несколько минут, девушка собралась с силами и села. Всё поплыло, но совсем ненадолго. «Кажется, сотрясение», — пронеслось в сознании. Приложив немало усилий, Тереза огляделась. И вспомнила. Солас обманул её. Она угодила в тюрьму, где некогда веками находились Гиланнайн и Эльгарнан. Куда попал Солас после ритуала в руинах Арлатана. А теперь эльфийский бог обмана запер и её здесь. Мысль о нём приносила горечь. Уж если могущественный маг не мог выбраться из этой ловушки, что говорить о ней? Магией Тереза обладала, как сказал бы Луканис, не больше кирпича. А умения Антиванского Ворона едва ли могли помочь в этом отдалённом уголке Тени. Или всё-таки это была не совсем Тень? Решив не думать о подобных нюансах, де Рива попыталась встать, но голова тотчас закружилась. Тереза обхватила себя руками. Пора было подумать о самом тяжёлом. Разум подбрасывал давно забытые моменты. Знакомство в таверне Антивы и озорной блеск глаз гномки. Рассказы о Ферелдене, где та выросла. Тепло, с которым Нитка всегда говорила о семье. Их шутки и разговоры обо всём на свете. С Хардинг всегда было легко. Она умела располагать к себе, как никто другой. К горлу подступила тошнота. Поверить, что Нитки больше не было, что её верная спутница в охоте за Соласом — и остальном хаосе — пожертвовала собой, чтобы спасти их, казалось невозможным. И всё же она это сделала. Отвлекла Гиланнайн, дав возможность Луканису нанести решающий удар. Ценой собственной жизни. К глазам подступили слёзы, и Тереза позволила себе предаться слабости. Сколько прошло времени, когда она наконец перестала плакать, не знала. Горе пожирало изнутри, и тоска обещала стать её единственным спутником в этом Создателем забытом месте.

***

Выйдя из элувиана Маяка, Луканис неожиданно ощутил усталость. — Совсем разомлел рядом с ней, — неодобрительно забормотал Злость. Закатив глаза, Делламорте молча признал: в словах демона крылась истина. Именно благодаря Терезе ему более-менее удалось вернуть сон, не живя на одном только кофе. Конечно, сыграло роль и то, что Злость перестал бунтовать после их негласного уговора и больше не пытался как покинуть тело, так и мешать Луканису отдыхать. Для отдыха времени точно не было. Делламорте потёр колючую щёку и направился в столовую Маяка. Сделав кофе, он вошёл в основное здание и приблизился к двери Эммрика. Затем постучал. — Войдите, — послышался голос некроманта. Оказавшись в его весьма уютно обставленном кабинете, Делламорте сразу заметил каменный стол, на котором будто не так давно Эммрик допрашивал труп Зары Ренаты. Профессор стоял возле доски и чертил замысловатые схемы, смысл которых Луканис едва ли мог понять. Напротив сидела Маргарет, поглаживая круглый живот. Сэрбис стоял, уставившись на схемы с таким видом, что Делламорте живо представил, как в голове мага работали шестерёнки. Заметив его появление, все встрепенулись, и Луканис поймал взгляд Красса. — Как отреагировал Вьяго? — Что за идиотские вопросы? — мгновенно отозвался Злость. Ворон был вполне солидарен. — Как ты думаешь? — ворчливо поинтересовался Луканис, буравя Сэрбиса не самым приятным взглядом. — И правда, Красс, вопрос глупый, — Маргарет поёжилась. Её карие глаза не отрывались от доски с пометками Эммрика. — Давайте подытожим: Тереза заперта на каком-то участке, созданном во времена эванурисов. Солас заточил Эльгарнана и Гиланнайн в древнюю тюрьму, где теперь оказалась Тереза, — чародейка хмурилась. — Во время прошлого ритуала боги вырвались наружу, а туда угодил Солас. — И это значит, что из-за защиты это место отличается от привычной структуры Тени, — согласился Эммрик. Несмотря на тяжёлую ситуацию, глаза некроманта сияли, будто он был рад вернуться к привычной стезе. Маргарет неторопливо поднялась и подошла к доске, всматриваясь в непонятные символы. — И мы вряд ли сможем обнаружить её, — негромко заметила она. — Как Солас умудрился высвободиться и заточить туда Терезу? Луканис поймал взгляд Эммрика. Судя по всему, у некроманта имелась теория, но озвучить он её не решался. Делламорте тяжело вздохнул: хотя Тереза не говорила о связи с Соласом никому, он знал. — Во время ритуала в Арлатане она ударилась головой до крови, — ответил Луканис: если эта информация спасёт её, он был готов нарушить слово и рассказать. — Потом Солас ей объяснял, что это не магия крови. Говорил, что та ему отвратительна. Сэрбис красочно выругался. — Вы же Антиванские Вороны! — воскликнул он. — Ты вообще известный охотник на магов! Как вы могли не понять, что он врал?.. — Тереза не верит Соласу, — глухо ответил Луканис. — Мы понимали, что дело нечисто, но… — Но не обратились ни к кому из нас, — подытожил Эммрик. Голос мага наполнился печалью. — Очень опрометчивое решение, Луканис. — Фактически это не магия крови, — вмешалась Маргарет. — Солас ведь не использовал кровь Терезы как источник силы. Красс с раздражением вздохнул. — А есть ли разница? Он связал себя с ней кровью, раздери его демоны! — С научной точки зрения разница есть, — заметил Эммрик. — Практически же… особенно учитывая ситуацию Рук, весьма спорно. Но это детали. Будь у нас лириумный кинжал, которым Луканис убил Гиланнайн, мы могли бы попробовать воспользоваться им для поиска Терезы. — Но его забрал Солас, — мрачно произнёс Делламорте. Он допил кофе в один глоток, поставил чашку на рабочий стол Эммрика и сложил руки на груди. — И что делать? Он видел, как всегда словоохотливые маги молчали. Затем Эммрик переглянулся с Маргарет. — Нам нужно больше времени, — наконец сказала чародейка. — У неё его нет, — прошипел Луканис. — Не факт, — возразил Эммрик. — Время в Тени протекает совсем иначе, чем в нашем мире, а как обстоят дела в тюрьме, мы не можем предположить. Вполне вероятно, что… — Нам нужно её вернуть, — прорычал Делламорте. Он знал: маги сделают всё возможное. Собственное же бессилие выводило из себя. — Мы делаем всё, что в наших силах, Луканис, — заверил его профессор Волькарин. Слов больше не было. Делламорте кивнул и, развернувшись, покинул покои Эммрика. Если некромант прав, то мешать им не стоило.

***

— Сколько ты уже не спал? Злость звучал на удивление… заботливо?.. Луканис сжал челюсть. Он не отходил далеко от комнаты Эммрика уже который день. Разумеется, магам требовался отдых, особенно беременной Маргарет, но малейшее промедление выводило из себя. Эмоции Делламорте старался не показывать. Получалось или нет, он не знал. На Маяке все были подавлены. Даврин пытался поддержать каждого, в том числе и Луканиса, но Делламорте в такие моменты качал головой и покидал комнату. Когда сквозь элувиан приходил Вьяго, ответов у Луканиса не становилось больше. Пятый Коготь мрачнел с каждым днём, а сам Делламорте старался не смотреть в зеркало: время без сна едва ли шло на пользу. Если он и мог чувствовать что-то помимо пожирающей тревоги, то это, конечно, был Злость. Демон воспринял исчезновение Терезы так же болезненно, как и сам Луканис. Что удивило, так это неумелые попытки Злости поддержать. — Она обязательно вернётся, — говорил демон. — Откуда ты можешь знать? — глухо бормотал Делламорте. — Без неё плохо. — А то я не знаю! — Маги найдут способ!.. — Как-то слишком долго они ищут, — вспыхивал Луканис. — Это не так просто, как нам бы хотелось, Злость! Она уже неделю в Тени! Без еды и воды! Думаешь, человек может продержаться столько? Демон ненадолго замолкал, а потом бросал фразу, надоевшую до зубного скрежета: — В Тени время идёт иначе. Маги заявляли то же самое, но это не приносило ни малейшего облегчения. Маргарет могла хоть тысячу раз сослаться на научные данные имперских Кругов, Луканису не становилось от этого легче. Он видел в глазах магов понимание, их собственное беспокойство за Терезу. Тогда он выходил, не желая мешать. Доска Эммрика была исписана непонятными формулами и символами с двух сторон, и оставалось надеяться, что у магов получится.

***

Тереза не знала, сколько предавалась отчаянию. Наконец, она поняла, что никаких сил не осталось, и вытерла слёзы. Хотелось пить. Сглотнув, Ворона поругала себя за опрометчивость. Сидеть без дела она больше не видела смысла, хотя в теле по-прежнему была слабость. Тереза поднялась на ноги и прислушалась к себе. Затем, убедившись, что она способна идти, направилась по руинам. Всё вокруг было серым и безжизненным, точно покрытым многовековой пылью. Тереза закусила губу, замерев у провала в стене. За стенами виднелась пустота, едва напоминающая Тень. — Уж если Солас — древний эльфийский маг — не мог отсюда выбраться, что говорить обо мне? — пробормотала она на антиванском. Мелодичность родного языка успокаивала. И всё же сидеть на одном месте не хотелось, и де Рива медленно побрела по руинам. Несколько минут спустя вдали показались статуи, и Тереза застыла на месте, всматриваясь в них. Они напоминали… Хардинг и Беллару. — Как это возможно? — удивилась она вслух на родном языке, а затем цокнула, отвечая себе. — Глупая, это же Тень. Внутри поднялась тошнота, а горло сжалось. И Нитка, и Беллара были мертвы из-за неё. «В нашем деле потери неизбежны», — учил дядя Марсело. Слова, едва ли способные приносить облегчение, но её первый наставник повторял их так часто, что тогда они воспринимались как истина. Уже став старше, лишившись дяди и тёти, Тереза поняла: слова, подобные молитве, Марсело не переставал повторять, чтобы поверить в них самому. Пятый Коготь, лишившийся брата, должен был служить примером для остальных членов дома. В первую очередь, согласно неписаному правилу, для семьи. Тереза сталкивалась с потерями, будучи Антиванским Вороном. Но всё же большинство работало в одиночку, потому она не успевала сильно привязаться к тем, к кому удача повернулась другой стороной. Смерть встречали обещаниями отомстить, воспоминаниями о славном прошлом, вкусным вином. А затем жизнь продолжалась. И хотя имена павших вспоминались, боль не была такой, когда убили её родителей. Команда, команда, вставшая плечом к плечу с ней в борьбе против богов, были совсем другим делом. Тереза прекрасно помнила, как нелегко было доверять, когда только она присоединилась к Варрику и Хардинг в поисках Соласа. Вероятно, это общая проблема всех Антиванских Воронов, подумалось ей. Внезапно перед глазами вспыхнуло воспоминание. Мёртвый Луканис — игра воображения. Перед тем как она попала в эту темницу. Тереза помнила, как вскрикнула, бросилась к нему. Перевернула до омерзения податливое тело, а потом… перед ней оказался уже не Луканис. Варрик. Тереза смотрела на статуи вдалеке и вспомнила ритуал в лесу Арлатан. Как Солас ранил Варрика кинжалом. Но потом? Ведь он был на Маяке. Да, известный писатель Тедаса отстранился от дел, поручил ей завершить начатое и проводил всё время в месте, которое они называли лечебницей. По спине побежали мурашки. Тереза поняла, что никогда не видела, чтобы кто-то разговаривал с Варриком на Маяке. Когда она навещала гнома, он давал ей советы и поддерживал. Направлял. Стал наставником, в котором она нуждалась, даже если было нужно казаться непоколебимой в глазах остальных. Неужели и Варрик мёртв?.. Очередная подлость со стороны Соласа? Зачем? Горло сжалось. Тереза с трудом сделала вдох, покачала головой и решительно направилась к статуям. Если это место — Тень, она обязана во всём разобраться.

***

Тереза не осмелилась приблизиться к статуям вплотную. Встала вдали и смотрела. Они казались совсем настоящими, и к глазам подступили слёзы. В гибели Нитки сомнений не было: она пожертвовала собой на глазах Терезы. Насчёт Беллары де Рива не была так уверена. Она обычно не очень любила надеяться, предпочитая скорее худшее. И всё же в случае с эльфийкой ей очень хотелось надеяться. Тереза вытерла бегущие по щекам слёзы и посмотрела вдаль. К её удивлению, стены руин как будто расступились, и из проёма показался свет. — Демонова Тень, — пробормотала она под нос. Справедливо рассудив, что терять нечего, Тереза направилась к свету. Она шагала осторожно, привычно, хотя прекрасно понимала: здесь никто на неё не нападёт. Едва ли в этом уголке Тени, древней темнице древних богов, водились духи или демоны. Приблизившись к проёму, Ворона застыла. — Это же… Руины, открывшиеся перед ней, были слишком знакомыми. Она не могла ошибиться: каменная лестница, на которой Солас пытался разрушить Завесу. Храм в лесу Арлатан, с которого всё началось. Она припомнила, как попала туда через элувиан с Варриком, Нэв и Хардинг. Теперь казалось, что времени прошло так много, словно ритуал в храме Солас проводил в прошлой жизни. Будто жизнь не перевернулась с ног на голову окончательно с того самого дня. Тереза смотрела на руины, а перед глазами, точно взаправду, вспыхивали воспоминания. Как они сражались с могущественным демоном, а затем Варрик сказал, что попробует убедить Соласа отступить. Де Рива поморщилась. Внутри что-то сжалось. Память не пускала дальше. — То, где всё началось, — откуда-то раздался голос Варрика. Тереза несмело улыбнулась и осмотрелась. Гнома не было видно. Вероятно, порождение её фантазии, которое влияет на Тень? И всё же она сделала шаг вперёд. Затем ещё один. Преодолев около сотни, она робко спросила вслух: — Что я здесь увижу? — Думаю, ты уже знаешь, — ответил Варрик. От этих слов стало не по себе. Тереза ускорила шаг и приблизилась к стене, откуда во время настоящего ритуала друг, отказавшись отступать, направился к Соласу. Перед глазами вспыхнул свет. —...Ну а если он меня не послушает, то… Бьянку уж точно, — призрачный Варрик усмехнулся и повернулся, направляясь к Соласу. Голос звучал эхом. Вспышка. — Тебе нужно меня выслушать! Варрик вскинул арбалет и прицелился в Соласа. Вспышка. Гном попытался выхватить лириумный кинжал из рук Соласа. Завязалась борьба. Эльф резко повернулся, вероятно, рассчитывая оттолкнуть Варрика, но… кинжал угодил тому в грудь. Вспышка. Тереза увидела, как её призрачный силуэт с криком бросился к Варрику. — Нет! Призрачная де Рива перевернула гнома, из груди которого торчал кинжал. — Нет-нет-нет! Варрик! Будто из последних сил он прижал ладонь к кинжалу и со страшным хлюпаньем вырвал из груди. Затем отбросил от себя в сторону. — Рук… — пробормотал он. — Варрик! — вскрикнула призрачная Тереза. Настоящая же приблизилась и, стараясь не смотреть на саму себя, увидела, как взгляд Варрика Тетраса остекленел. — Нет, — выдохнула она. По щекам побежали слёзы. Внезапно перед глазами вновь вспыхнуло, и Тереза увидела, как её призрачный силуэт отбросило потоком магии в стену. Вспышка. Тереза приблизилась к призрачному телу Варрика. — Солас убил тебя, — прошептала она. — Создатель, как я не поняла?.. Ты так мне помог. Позвал к себе, поверил в меня… — де Рива сглотнула слёзы. — Ты говорил, что делать, когда я сама не знала. Дал веру в людей, которой у меня никогда не было… Мы бы не зашли так далеко без тебя. — Мне жаль, малышка, — послышалось сбоку. Тереза повернула голову и увидела… Варрика. — Так это правда? — вырвалось у неё, и де Рива тотчас мысленно обругала себя. И всё-таки так хотелось услышать, что она заблуждалась… Варрик грустно кивнул. Тереза сглотнула. — Мне кажется, я просто не могла принять, что тебя больше нет. Поэтому и воображала себе наши разговоры на Маяке, твои шутки… — её голос осёкся, но она через силу выдавила: — Потому что признать твою смерть значило бы… что я позволила этому случиться. Варрик хмыкнул, и Тереза встретилась с ним глазами. — Это был мой выбор — поговорить с Соласом, — твёрдо сказал он. — Я понимал риски, просто… не верил. Он был моим другом. — Другом, — эхом откликнулась де Рива. Её душили слёзы, но она глубоко вздохнула, силясь взять себя в руки. — Да, — подтвердил Варрик. — Это было моё решение, Рук. Моя жертва. И это то, в чём точно не следует идти по моим стопам. — Но… — Как писатель, я точно знаю: у каждой истории есть конец. У моей же он настал немного раньше, чем я планировал. Но ведь так и бывает, правда? — он печально улыбнулся. — Я буду скучать, Варрик, — прошептала Тереза сквозь слёзы. — Я тоже, малышка, — серьёзно ответил гном. — Но тебе ещё нужно закончить собственную историю. Твоя выйдет превосходной. Уже, на самом деле. Тереза ощутила прикосновение к плечу и улыбнулась Варрику. Слова не шли на ум. И когда она уже открыла было рот, гном неожиданно сказал: — Спасибо тебе за всё, Рук. — Что? — Тереза уставилась на него. — Варрик, это всё ты… Я… — Тебе нужно вернуться к статуям, — перебил её гном. — Давай, малышка. Это поможет тебе сделать шаг к тому, чтобы выбраться отсюда. Кажется, надо убить ещё одного древнего эльфийского бога. Она взглянула на статуи, видневшиеся вдали, и тяжело вздохнула. Внутри всё сопротивлялось, но Варрик был прав. Тереза склонилась и крепко обняла его. — И тебе спасибо, — прошептала она.