Глава 43. Подарки

Любимчик не останавливался, уходя всё дальше в случайном направлении. Ему хотелось просто запереться, спрятаться от остальных. Прошло минут десять, прежде чем он немного остыл, зайдя в Раздевалку и оперевшись на свой шкафчик. От мыслей его отвлекло новое сообщение во втором лицейском чате – писал Ханза: «Возможно, искать подарки в нашей ситуации будет сложно, потому я постараюсь помочь. У меня есть блокнот и ручка, если хотите подписать открытку кому-то, что-то нарисовать и так далее – подходите. Не стесняйтесь – страниц хватит целому классу! Это касается всех, в том числе уже ушедших из Кафе.» Шинку со вздохом выключил справочник. Последние слова Бухгалтера были адресованы в том числе и ему. В Любимчике боролись благодарность Ханзе за уважительно предложенную помощь и раздражение недавним происшествием. В итоге он остановил себя, не став писать Чоурики, хотя понятия не имел, что может подарить кому-то кроме открытки. «Я и не обязан в это играть. Лишь вновь стану объектом насмешек. Такато…» – подумал он, отстранённо рассматривая жёлтые шкафчики. Но Кавара не успел додумать о Атлете. Дверь открылась, и в Раздевалку влетел Такато: – Вот ты где! Я уж думал ты сбежал и даже меня не позвал, ха! Ну и… Шинку скрестил руки на груди: – Я не хочу разговаривать. – И извинений тоже не примешь? – озадаченно спросил Кошиши. – Я… – хотел подтвердить Любимчик. – Естественно, кто же принимает извинения без подарка! – показал зубы Такато. – Что? – растерялся Шинку. Кошиши наклонился, став объяснять с сочувствующим видом: – Эм, понимаю, может у тебя проблемы с этим… Концентрацией внимания, но у нас сегодня игра в подарки… – Нет-нет, я это помню! – поспешил заверить Шинку. – И раз Комомо сказала, что подарок нужно вручить человеку, которого хотел бы сегодня поздравить больше всего… То это ты! – Как, не Шутама? – от удивления не сдержался Шинку. Такато густо покраснел: – С чего мне вдруг хотеть подарить что-то Арамине, ха? Да, я подарил ей во временное пользование спортивную кофту, и вообще она красавица… Точнее нет, вовсе не красавица. Точнее нет, красавица, только никому не говори! Хотя… все и так видят? Одним словом, по улыбке видно, насколько она добрый человек, злые люди не улыбаются. И вот, она явно подарит что-то мне, а я в ответ скажу, что потратил свой подарок на извинения перед другом! Её большое сердце это оценит. Ну большое потому что доброе, это не связано с объёмом… – Спасибо большое за подарок, – улыбнулся Кавара, чья злость поступком Такато улетучилась. – Я же ещё ничего не подарил! – расхохотался Атлет и подскочил к своему шкафчику, открыв его. Атлет начал активно рыться, будто шкафчик служил его складом вещей. «Ого, кто-то сделал склад из шка…» – подумал Кавара, для интереса открывая свой. Там лежали полотенца, мыло и... баскетбольный мяч. – Почему нельзя складывать мячи в свои шкафчики? – пожал плечами Шинку, вынимая мяч. – Ого, ты играл в баскетбол? – озадаченно спросил Атлет, – Хотя, теперь понятно, куда он делся! Я во время расследования прошлого Дела одолжил Ютаке, а он так и не вернул. Шинку с отвращением выпустил мяч из рук. – А вот и подарок! – с озорством сказал Атлет, протягивая Любимчику солнцезащитные очки, – Я называю их «Супер Космические Очки Крутого Парня»! Изначально было семь пафосных слов, но два я уже забыл. Выглядят как обычные солнцезащитные очки, но, между нами, уверен, что они магические! – Магические? – с вежливым интересом просил Кавара. – Ну да, раньше через них было хорошо видно, а теперь нет. Разве не чудеса? – наивно сказал Кошиши. – Возможно, тебе просто нужны очки для зрения? – спросил Любимчик. – ХА-ХА, моё зрение идеально! Я могу найти человека в тёмной комнате с закрытыми глазами по звуку дыхания. «Но ведь это слух» – смутившись, подумал Любимчик. Неуверенно приняв очки, он благодарно кивнул: – Но не слишком ли это много? Они, вероятно, важны для тебя. – Не волнуйся, когда выберемся – я попрошу подарок назад, ведь меня ждёт блестящее будущее, связанное с ними. Шинку постарался не обращать внимание на то, что в случае спасения это было бы необязательно, лишь спросив: – Какое будущее? – Продюсерское! – гордо ответил Атлет, – Я давно хочу стать продюсером, а все они носят крутые солнцезащитные очки. После Лицея собираюсь поступить в какую-нибудь академию искусств! Кавара сдержал удивление: – Но разве спорт… – Спорт важен! – сказал Атлет, – Но меня всю жизнь тянуло к фильмам. В Лицее чего-то такого не было, потому поступал на историю, она хоть чем-то похожа. – Возможно, вы с Шутамой станете там одногруппниками, – с улыбкой заметил Шинку, пообещавший себе стараться не судить людей по внешности. – ЧТО? – поднял брови Такато, – ХуДоЖнИкИ тОжЕ уЧаТсЯ тАм? КАКОЙ ЧУДЕСНЫЙ ДЕНЬ! Это ведь значит ЧТО МОЖЕТ БЫТЬ… Атлет осёкся и вновь покраснел: – Эм, это значит, что как и говорил, она мне АБСОЛЮТНО НЕ ИНТЕРЕСНА! Да, именно так. Пойду отнесу мяч в Спортзал, что ли? Кошиши от смущения направился не к выходу, а к двери между мужской и женской раздевалкой, врезавшись в неё при попытке открыть. – Нас заперли? Не волнуйся, Шинку, сейчас вылома… – Это другая дверь, – Любимчик спешно остановил Атлета. – Но почему она закрыта? Будто кого-то смущает что парень может пройти из своей раздевалки в раздевалку к девушкам, – пожал плечами Такато. – Это вполне может смущать, – сказал Шинку, – Потому, как видишь, на нашей стороне есть возможность закрыть дверь изнутри. На их, вероятно, тоже. И правда, на двери располагалось что-то вроде блокировщика-задвижки. – Нечестно, наша задвижка открыта, а их закрыта. Вот вам, продолжатели дела Сталкера, ха! – рассмеялся Кошиши, переместив задвижку, – А впрочем… Он побежал в дверь напротив – из мужской раздевалки в мужскую душевую, потянув Любимчика за собой. Шинку, пользовавшийся душем в туалетных комнатах, ещё не бывал здесь. Цветовая гамма была такой же, как и в самой раздевалке, а единственным предметом интерьера были прозрачные душевые кабинки. – А эта Сенши видимо любит непристойности, – сказал Такато, подперев руками пояс, – Но если наши кабинки прозрачные, то прозрачные и кабинки в женской, а тогда… Мы должны это проверить. – Мы не должны это проверя… – начал Кавара, но Такато уже утянул его в Коридор. Однако, к облегчению Любимчика, попытки Атлета войти в женскую половину оказались неудачными – дверь здесь также была закрыта. – Это как? – почесал подбородок Такато. Шинку вернулся в мужскую раздевалку: – Смотри, похоже дверь в раздевалку тоже можно закрыть изнутри такой же задвижкой. – Наконец-то БЕЗОПАСНОЕ МЕСТО в ЭтОм ЛиЦеЕ? – шутливо менял тон Такато. «А ведь он прав» – подумал Шинку, преодолевая инстинктивное желание запереться в Раздевалке и не выходить из неё до спасения. – Но почему все двери женской заперты, – задумчиво спросил Такато. – Видимо, там кто-то есть и… – отшатнулся от двери Любимчик. – ОЙ! Ладно, я занесу, ведь… ПОРА БЕЖАТЬ! – Кошиши с мячом на всей скорости помчался в сторону Спортзала. – Эй, я ведь ничего тебе не подарил взамен… – неуверенно бросил вслед Кавара. Но Такато уже скрылся из виду. Шинку от волнения захотелось пить. Сложив очки в карман, задумчиво побрёл вверх по боковой лестнице, направляясь на Третий Этаж к «водопою». На последнем повороте Кавара понял, что у него явно не получается побыть одному. Возле кулера стояла Миса с недовольным видом, оперевшись спиной на дверь чёрной будки. – Что случилось? – спросил Любимчик, видя, что Социолог сильно расстроена. Канезуми подняла на него глаза: – А, да так… Что, заслуживающего внимания, вообще может произойти с какой-то там мной? – Но… Даже если нет, я готов помочь. – Ой, плохое качество, – пожала плечами Миса, но смягчилась, – Просто я зря надеялась. Меня никто так и не поздравил. Хотя Миса говорила «никто», Любимчик понимал, что она ожидала подарка от конкретного человека. – Но если тебя не поздравили, возможно они и недостойны твоего внимания? Социолог лишь грустно произнесла: – Я так старалась, столько делала. Вот скажи честно, тебе уже сделали подарок? Кавара замялся и Миса опустила голову: – Видишь? Ты можешь порадоваться за своё существование. Она подала ему стакан воды и выпила свой залпом, будто это был алкоголь. – Возможно, стоит пойти в Медпункт и поискать успокоительные? – спросил Любимчик. – Как скажешь, идём, – ответила Социолог. Но долго молча она не смогла идти: – Не нравится, что я иногда слегка опаздываю. Подумать только! Будто это повод меня игнорировать. Ты бы не стал дарить подарок человеку, который слегка задерживается? – Для меня это не повод не дарить подарок, – ответил Шинку. – Ну а почему нет? Оказывается, это повод находиться в одиночестве, – сказала Канезуми, – Ты знал, что Мицунари не нравится поэзия без рифмы? Может, поэтому… Да, наверное. – О чём ты? – уточнил Любимчик. – Лично мне кажется, что поэзия без рифмы вполне нормальна. Не знаю, наверное поэтому Мицунари так ко мне относится, – вновь пожала плечами Миса. – Не думаю, что люди здесь оценивают по одному незначительному критерию, – покачал головой Шинку. Социолог возразила: – Конечно оценивают, просто посмотри на лица окружающих! На словах о социологии они сразу теряют интерес. А ведь у меня полно других интересов: фотография, логика. Миса протянула ему сделанные за завтраком фотографии. – Довольно… профессионально, – заметил Любимчик. – А Мицунари сказал «посредствионально». И как понять, это комплимент или критика? Аж сострадать захотелось. – А в каком смысле тебя интересует логика? – Как философская дисциплина, – объяснила Канезуми, оживая и даже улыбаясь, – Мне нравится смотреть на поведение и поступки через её призму. А её виды и широкие трактовки помогают понимать очень многое, и в социуме, и в индивиде. Кавара кивнул: – Звучит амбициозно. – Это захватывающе! Всё сразу можно разложить на правила, разгадать как кроссворды. В классической логике можно заявить, что если идёт дождь, то улицы мокрые. Но появляются софисты и заявляют, что если улицы не мокрые, когда дождь не идёт, а дождь это вода, то снег не является водой. А затем и вовсе приходит модальная логика с «возможно» и «необходимо», меняя суть рассуждений. Хотя так ли всё это важно? На меня всю жизнь обращали мало внимания, так что сомневаюсь. Они дошли до Медпункта. Миса погрузилась в поиск успокоительных, а Шинку осмотрелся. – Ого, наконец-то он додумался не спать без постели… – пробормотал он, заметив, что спустя столько дней с кровати Мутаке наконец пропало бельё. – Что ты говоришь? – спросила Канезуми подходя. – Размышляю вслух, – ответил Шинку, – Извини, я сам немного нервничаю. – Ну, это очевидно при нахождении в Убийственной Игре. Здесь надо думать о практических вещах, хотя можно и играть в шахматы, как Комегура. – Почему ты говоришь о нём таким тоном? – спросил слегка задетый Шинку, – Вы с ним поссорились? – Нет, – ответила Миса, поправляя шляпу, – Просто в нашей компании… Ну, Мицунари, Йоко, Ханза, Канари, я, Кохана, Комегура… Одним словом, его так называют, и нет никаких проблем, он не обижается. Мицунари говорит, что ему так больше нравится, это шутка, в чём тогда вопрос? – Не думаю, что кому угодно было бы приятно от такого, – возразил Кавара. – Да нет, Комегура душа компании! И с Коханой мы лучшие подруги! – слегка нервно рассмеялась Миса. Помолчав с грустным видом, она добавила: – Но ты прав… Я ещё слишком социофобна и мне нужно работать над собой. Пойду успокаиваться. И Канезуми печально покинула Медпункт. «Её так расстроило отсутствие подарка…» – подумал Кавара – «Но тогда зачем я жду? Спасибо за пример, Такато, теперь я знаю, что должен сделать». Шинку направился в Кафе. Предчувствие его не обмануло – там всё ещё сидел Ханза с изрядно уменьшившимся блокнотом. Увидев Кавару, Бухгалтер с улыбкой поднялся и подал ему листок блокнота и ручку: – Держи, я не подглядываю. – Спасибо, – улыбнулся Шинку и принялся за работу. Работа продвигалась с переменным успехом: Кавара попробовал нарисовать что-то, похожее на фотоколлаж, с подбадривающими поздравлениями для Мисы. Наконец, сильно устав, он нарисовал что-то удовлетворительное и сложил открытку-поздравление в карман. Поднявшись, он подошёл к честно отвернувшемуся Ханзе. – Я всё. – Уверен, в нашей ситуации подарок не будет лишним, – весело сказал Чоурики. – Спасибо, ты лучший, – Шинку тоже повеселел от похвалы. – Всего лишь на пару процентов, – пошутил Ханза. Любимчик вышел из Зимнего Сада, почувствовав редкое желание делать людям приятно. Оглянувшись по сторонам, он стал раздумывать, куда могла бы пойти Миса. – А вот и ты! – Кавара подпрыгнул от дружественного хлопка по плечу. – Не бойся, это Шуго, – спешно сказал Футболист. Шинку облегчённо выдохнул. – Вижу, планируешь гулять? Составить компанию? Порассуждаем о чём-нибудь, – предложил Шуго, которому, видимо, было скучно. – Конечно, – кивнул Шинку, направившись дальше вместе с Сакабе.