Глава 79. Белый силуэт

Музыка пропала, но в ушах Шинку ещё звенела и она, и крик Шутамы в момент, когда их сменил другой крик – это до места преступления добежала Канари. – Теперь Идемото! – Карьерист отступила за спину Коханы. – Как странно! – замерла Умаки, надвигая очки и вглядываясь в бездыханное тело Иширо. – Иширо! – Абсолютная Дизайнер поспешила к телу, склонившись над ним, – Нет, нет, почему… Почему мы это допустили?! Масао при виде Иширо что-то очень эмоционально сказал – во всяком случае Шинку так показалось, ведь Шахматист не выдал ни звука, только молча открывая рот. Пнув лестницу, Масао поспешил к телу, бормоча лишь: – Но даже с учётом музыки, даже с учётом музыки… – Какое ЖИВОТНОЕ это сделало?! – Шуго накручивался всё сильнее метаясь из стороны в сторону. – Угроза превзошла класс, – обречённо сказала Арамине, обмахиваясь ладонью как веером. Шинку не мог добавить к общему горю ни слова. В голове крутилась тяжёлая, невыносимая мысль: «Это из-за тебя он поверил в дружбу с остальными.» Любимчик закрыл глаза. Из одной мысли выросла другая: «Я уничтожу его убийцу.» Звук шагов заставил его открыть глаза, вместе с остальными повернувшись на звук. Со стороны Южного Коридора Второго Этажа в Лестничный Холл зашёл Вараизава, надменно улыбаясь и ускоряясь при виде остальных: – А вот ТЕПЕРЬ я вам… Фантазёр запнулся, остановившись и удивлённо уставившись на труп Иширо, после чего хмыкнул с каким-то разочарованием. – А вот и убийца! – обвинительно указала на него Арамине. – Что?! – будто не понял Вараизава. Но, переводя взгляд с одноклассником на тело Идемото, он ухмыльнулся своей обиженной улыбкой: – А вы ещё безумнее чем я думал, кхаха, ХА-ХА! Мутаке не мог сдержать своего кряхтящего хохота, схватившись за живот и вытирая слёзы: – Строили из себя жертв, отказываясь принимать идеи уравнения, только чтобы сделать вот это? С кем я вообще имею дело! – Тебя не смущает то, что умер человек? – поднялась Масуми, – Он был важен для нас. – Не для меня же, – равнодушно пожал плечами Вараизава. – Действительно, не ты же привёл в чувство Харуко в день нашего похищения, – скрестил руки на груди Кавара с явной целью уязвить. – Я спасал кое-кого другого. И гораздо более неблагодарного, чем Харуко, понимавшая мой непризнанный талант! – и правда уязвлённо ответил Мутаке, заставив уже Шинку вздрогнуть. – Тогда зачем пришёл к трупу? Обычно ты этим пренебрегаешь, – на помощь Шинку пришёл неожиданный критический голос из-за спины Вараизавы. Это была Миса, мрачно смотревшая на труп. Рядом с ней стоял побледневший Ханза, с трудом оторвавший взгляд от Иширо и продемонстрировавший Вараизаве кулаки. Мутаке несколько секунд оглядывался, будто удивляясь, что все перестали убегать и отступать при его виде. Затем он повернулся к Канезуми и пренебрежительно сказал: – Такой же вопрос могу задать и тебе. Почему вдруг пришла без своего любимого Мицунари, кхах?! Миса хотела сделать какое-то движение, но остановилась. Проходя мимо Вараизавы под защитой Чоурики, она гордо сказала: – Из-за чужих ошибок я умирать не собираюсь. – Боишься за Ноухару? Ну а я не собираюсь оставаться в дураках, раз меня решили выставить дураком! – сказал Абсолютный Фантазёр ей вслед, тоже направившись к трупу. – Как это вообще случилось? – потрясённо спросил Чоурики, глядя на тело Иширо, – Вы поздно услышали и не успели остановить Вараизаву? – Если бы мы хоть что-то услышали… – ответил ему Масао. – Что за бессвязный набор слов! – пожал плечами Мутаке. – Может задержим Угрозу, раз появился шанс? – спросила Эноки, выглядывая из-за спины Коханы. – К сожалению, сейчас это не будет иметь смысла, – возразила Арамине, – Для начала, нужно время, чтобы все успокоились… – У нас нет времени на это! Нам могут написать, что мы затягиваем расследование и мы не успеем ничего выяснить, – ответил Шинку. Шутама взглянула на него: – А стоит ли, когда все улики указывают нам на одного человека? – Стоит. Я бы не простила себе ошибки, – сказала Канезуми. – Расследование необходимо… – Умаки обращалась скорее к самой себе, чем к Шутаме. – Тогда приказываю начать расследование! Место убийства очевидно, но на всякий случай распределимся по комнатам, – объявила Абсолютная Художник, – Труп осмотрит… – Я! – Шинку решительно сделал шаг вперёд. – Неужели не Кохана? – спросила Арамине. – Я намерена работать при осмотре исключительно индивидуально, – ответила Географ. – Ну Шинку, ну ты сам понимаешь, что объективно… – начал Шуго. – Осмотрю что-то другое, – сдерживаясь, ответил Кавара. – Как раз стоит осмотреть Коридоры всех Этажей, – заметила Арамине. – И Лестничный Холл как их часть, – сказал Шинку. – Постороннее присутствие может повлиять на качество расследования, – холодно сказала Кохана, скрещивая руки на груди. – А между тем, Холл и правда часть Коридора Второго Этажа. Надеюсь на успешное разрешение вами разногласий, – тепло улыбнулась Шутама, – Переходя к дальнейшим ролям… Кавара не стал дожидаться конца распределения, слушая лишь фоном и незаметно подойдя ближе к трупу Иширо. Достав справочник, он просканировал тело: «ДЕЛО СЕДЬМОЕ. ИНФОРМАЦИЯ О СМЕРТИ. Жертва: Иширо Идемото, Абсолютный Мыслитель. Изменения тела: глубокая колотая рана в груди в районе сердца. Место обнаружения тела: Лестничный Холл. Сигнал обнаружения подал: Шуго Сакабе, Абсолютный Футболист.» – Я же займусь Учебной, – говорила параллельно Шутама, – Далее… Да, Ханза? – Чем накрыт Иширо? Это вы прикрыли тело? – спросил Бухгалтер. – Не мы, а выглядит как тонкое одеяло, – ответила Арамине, бросив взгляд на тело. Ханза что-то шепнул Масао, смотревшему на руки присутствующих, тот кивнул. После этого Чоурики сказал: – Можно ли разрешить мне осмотреть все постели? Конечно, убийство не ночное, и никто не спал, но… – Конечно можно, – быстро согласилась Арамине, – Как раз сама собиралась это предложить. Масао, ты займёшься Кафе, то есть Зимним Садом и Кухней… Шинку подошёл к трупу. Лицо Идемото, исказившееся от внезапной боли, выглядело единственным внешним напоминанием о ноже, торчавшем в груди. Аккуратный взгляд под простыню показывал, что остальная одежда или части тела Идемото не были повреждены. – Что до других частей Третьего Этажа… Компьютерную проверит Масуми, а Медпункт… – продолжала Арамине. – Медпунктом займёмся Мицунари и я, – ответила Абсолютная Социолог. Кровь медленно вытекала из ножевой раны, затекая под тело – нож сдерживал сильное кровотечение. Белая «накидка» не дотягивалась до крови, упираясь в едва торчащий край глубоко воткнутого лезвия. Но даже так Каваре казалось, пусть он и не мог нормально осмотреть, что «внутренняя» часть простыни не настолько чисто белая, как внешняя, будто со следами брызг. – У нас уже дефицит людей для осмотров, – заметила Арамине, – А есть три комнаты Второго Этажа. Канари, осмотришь Директорскую. А Раздевалку и Спортзал… – Я осмотрю, – вызвался Шуго. Шинку понял, что, откидывая одеяло с головы Идемото, Шуго скорее оторвал, чем откинул эту часть простыни, разрушая задумку или чтобы это ни было в данной жуткой сцене. Простыня с дырками для глаз была наброшена на Иширо через голову, лежа на нём и под ним. Если бы Идемото стоял в ней, то походил бы на стереотипного призрака в примитивном костюме. – Оставшиеся комнаты стоит распределить между… – начала Арамине. – Зал Собраний и Лабораторию возьму на себя я, – заявил Вараизава. Одноклассники вздрогнули и обернулись на него. Кавара тоже отвлёкся, завершив осмотр. – Кто сказал, что тебе позволено что-то осматривать?! – нахмурился Сакабе. – Я сам определяю границы дозволенного! Или попробуете меня остановить? – самоуверенно ответил Мутаке. – Шутама? – обернулась к ней Масуми. Арамине вздохнула: – Да уж. В любом случае, сейчас мы ничего не можем сделать. Пусть осматривается, это уже сама по себе улика. Вараизава торжествующе скрылся за дверью Зала Собраний. – Тогда с этим вопросом всё завершено, – констатировала Арамине. – Не всё, – неожиданно заявила Миса, – Я перепроверю все комнаты после остальных. Нас мало, и обмануть, только притворившись ищущим, всё легче. А ненадёжный рассказчик в такой ситуации особо опасен. – Хорошо, так будет даже лучше… – заметила Шутама, – Кроме того, потребуется дача показаний от нескольких лиц. Вараизава и Мицунари, очевидно, их не дадут, но стоит допросить всех остальных, отлучавшихся от моей группы: Миса, Ханза, Масуми, Масао и Шуго. Шинку отозвался: – Не будем терять времени. Мне всё равно нужно осматривать Коридоры, я расспрошу в пути. – Хорошо, поручаю тебе это, – ответила Арамине, выглядевшая несколько удивлённой его инициативностью. – Кста-а-ати, можешь ли рассказать, как выглядело обнаружение трупа? – спросил Шутаму Комегура. Шутама вздохнула: – Конечно, но это короткая история. Я поднялась, чтобы взглянуть, в порядке ли Иширо и готов ли он к засаде. Но, когда я поднялась, его уже не было. Я не сразу поняла, что он был, просто лежал, а не стоял, под этим покрывалом, как жуткий призрак. Я закричала… – Он лежит на том же месте, где я его и оставил стоять, – покачал головой Абсолютный Бухгалтер, глядя на красный круг. – Брр… – погладила предплечья Арамине, – Ради нашего бедного друга Иширо мы обязаны расследовать это Дело! Начинаем, друзья. В Лестничном Холле остались только Шинку и Кохана. Умаки, сосредоточившись, склонилась над трупом. Любимчик же окинул взглядом остальной Лестничный Холл. Пройдясь туда-сюда и заглянув на все углы. Но Холл выглядел точно так же, как при первом визите Шинку. Полупрозрачные радужные занавеси, блестевший чистый пол – всё осталось таким же. Если бы не труп прямо в центре, можно было подумать, что никакого убийства здесь и не случилось. «На полу никаких следов крови и вообще следов…» – подумал Кавара. Взгляд остановился на двери, через которую в Зал Собраний ушёл Мутаке. Шинку напряг память, вспоминая. Затем он принялся печатать первые улики, на этот раз не дожидаясь остальных: «1) В Лестничном Холле нет никаких изменений.» «2) В момент обнаружения тела двери Зала Собраний и на Первом, и на Втором Этажах были закрыты.» «3) В Лестничном Холле и Коридорах хорошая акустика, что проверили Ханза и Шутама.» Будто в ответ на это пришла серия сообщений: «4) Игравшая в Коридоре музыка не заглушала акустику.» «5) Только вот сидя в засаде, мы были окружены тишиной – не было слышно ни шагов, ни криков, ни звуков борьбы.» «6) Кстати о Кухне – тут отсутствует ровно один кухонный нож. Если, конечно, я его не выдумал – не первый день его здесь нет. К сожалению, Ханза вёл учёт только продуктов…» Но в ответ пришло сообщение Чоурики: «Не только, Масао. Я, правда, о нём уже и подзабыл, последние Дела их не касались, но сейчас посмотрю.» «Ого, спасибо!» – последовал ответ Комегуры. Шинку стал идти по Южному Коридору, мысленно негодуя на пагубные, в его понимании, последствия Расследовательской Группы. Сам того не заметив, он пошёл спиной вперёд, медленно отдаляясь от Лестничного Холла и смотря на силуэт Умаки. Дойдя до самого поворота в Западный Коридор, он, несмотря на усиливавшуюся темноту, всё ещё отчётливо видел Абсолютную Географа, склонившуюся над Иширо. Та, будто почувствовав на себе взгляд, строго взглянула в его сторону, заодно напечатав: «7) Имеются все основания полагать, что покрывало (примем также названия: «простынь» и «одеяло» ввиду равнозначности) на теле жертвы полностью идентично тем, которыми прикрывались все лицеисты, иными словами – является частью постели одного из лицеистов, а постельный набор имел каждый. Альтернативным вариантом может быть дубликат, идеально напоминающий одеяло, но таковых замечено не было.» Кавара поспешил отвернуться и пошёл в Западный Коридор, на ходу записывая: «8) Даже из самой дальней точки Южного Коридора отчётливо виден Лестничный Холл и наоборот.» На повороте он чуть не налетел на Ханзу, тоже заглядевшегося на свои записи. – Ай! – воскликнули они одновременно. Бухгалтер схватил за локоть чуть не упавшего Кавару, помогая удержать равновесие: – Шинку, у тебя ведь есть часы? Ты как-то фиксировал время происходившего? Кавара встрепенулся: – Конечно, сейчас всё запишу! А что с постелями? Как я понял, на Иширо накинули одну из них. Чоурики поставил руку на пояс: – В этом всё даже довольно просто. Смотри… И он напечатал: «9) Постели всех лицеистов, живых и мёртвых, находятся на своих местах – там, где их в последний раз оставляли. Нигде не была найдена только одна постель, а конкретно простыня – постель Вараизавы.» – Если это так, то понятно, чья была та, которую мы нашли в Лестничном Холле, – заметил Кавара. – Да, он даже не пытался сделать особую тайну, – согласился Бухгалтер. Тут в дополнение к его сведениям пришло ещё одно сообщение: «10) Постели в Медпункте расположены нормально. Из странно расположенных – только постель Мусумеды, которая лежит под её кроватью, но она там уже неделю. Её находил ещё Мицунари, когда мы расследовали Четвёртое Дело.» – Миса всё хочет подчеркнуть значимость Мицунари, – грустно сказал Ханза. Пришло и другое дополнение: «11) Ребята, вы уже очень хорошо справляетесь! По поводу постелей дополню – накануне убийства все мы спали в Медпункте, разве что с Шинку с внешней стороны. Единственный, кто не спал с нами – Вараизава.» – Кстати, Ханза, – обратился к нему Шинку, – Можешь ли сказать, что происходило с момента, когда вы с Иширо ушли в Лестничный Холл? Бухгалтер сразу же ответил: – И когда я пришёл туда, и когда я уходил, Иширо был жив. Никаких ножей или простыней не было видно, а я оглядывался на все стороны. Мы создавали минимум шума – я жестом попросил Иширо хранить молчание и пошёл в Южный Коридор. Он остался стоять на красном круге – там, где потом и обнаружили его труп. Выглядел сосредоточенным и готовым ко всему, пусть и нервничал. Потом я проверил копья – Вараизава их не нашёл. Сразу после этого я направился в Медпункт. Из него выглядывала Миса, увидев меня она ушла внутрь и дальше сидела рядом с Мицунари. Я стал следить за Коридором и ближе к вечеру заметил Мутаке, направлявшегося в сторону Медпункта, подав первый сигнал. Уже готовился ко всему, но Вараизава не дошёл, не заметив меня зайдя в Компьютерную, а потом и вовсе пойдя назад. Я расслабился и чуть не прозевал момент, когда увидел его идущим к спуску на Второй Этаж, тут же подав сигнал тревоги. Потом я подбежал к Мисе предложить, что может лучше бы стоило вам помочь… Но не успели мы поговорить, как прозвучало уведомление об обнаружении трупа, после чего мы побежали к телу. – Хорошо, спасибо… – задумался Шинку, кивнув и направившись к уборным. Вдогонку он получил новое уведомление: «12) Подтверждаю наблюдение Масао – один из кухонных ножей дней 5-6 числится отсутствующим, с пометкой, что, вероятно, был взят для личных нужд Вараизавой.» – Кстати о времени, – сказал сам себе Шинку, принявшись печатать: «13) Наш план начался ранним утром, время некоторых событий я примерно помню. В два часа дня Шуго проверил, в порядке ли Иширо. В четыре часа дня Масуми посещала уборную в сопровождении Масао. В шесть часов вечера Ханза подал первый сигнал. В восемь часов вечера Ханза подал второй сигнал.» На этом Шинку завис, пытаясь вспомнить самое важное время. Наконец, оно всплыло в памяти: «14) Приблизительно в 20:05 Шутама пошла проверить Иширо. Почти сразу же, через минуту или меньше, послышался её крик, и мы прибежали.» «15) Ханза говорит, что Иширо был жив при их последней встрече. Затем Ханза постоянно находился в Медпункте вместе с Мисой.» Пока Любимчик проверял туалеты и оставшуюся часть Второго Этажа, на справочник начали приходить уведомления от других одноклассников: «16) В Медпункте больше ничего, кроме того, что обнаружил Мицунари.» «17) В Раздевалке и Спортзале вообще ничего не поменялось – даже окошко, которое открывал Вараизава, так и осталось открытым.» Вспомнив о Шуго, напомнившем о себе, Шинку поспешил на его поиски. Те длились недолго – Сакабе как раз выходил из Спортзала, улыбнувшись при виде Любимчика. – Хотел спросить бы тебя о том, что происходило, когда ты ходил проверять Иширо, – попросил Шинку. – А, ну всё было просто, – стал вспоминать Шуго, – Я поднялся, он стоял на красном круге. Хорошо дежурил – вертел головой во все стороны, сразу меня заметил. Мы переглянулись, жестами показали друг другу быть тише. Я кивнул, он помахал мне, и я вернулся к вам. Без понятия, откуда потом взялись все эти ножи, одеяла и прочий бред – я ничего такого не видел. Не знаю какой фокусник его убивал, но я этой твари… Хотя знаю, какой, фантазировать любит. С меня довольно смертей друзей! Ну ты видел, там же нож по рукоятку, это что за людоедская жестокость вообще?! – Твоя медицинская книга… – вспомнил Шинку. – Я ещё повспоминаю, но, если Кохана не обнаружит чего-то нового, то понятно, как Иширо умер. Но напишу! – ответил Шуго. Шинку пошёл на Третий Этаж, написав: «18) Шуго говорит, что Иширо был жив, когда он пришёл его проверять, а потом Шуго был с нами.» «19) В Коридорах и туалетах Второго Этажа нет никаких улик.» Следом пришли другие сообщения: «20) Директорская была досконально проверена мной: ни в Приёмной Директора, ни в Конференц-Зале, ни в Кабинете Директора ничего нет. Только кто-то сидел на диване обутым, всё помяв!» «21) В последнее время компьютерами в Компьютерной пользовалось два человека, но темы выглядят не связанными с убийством. Других изменений нет.» Шинку как раз заходил в Компьютерную, где сидела Акаримаса, поправлявшая колготы. – Привет, Шинку, – сказала она, – Ты хотел что-то спросить? – Да, про момент во время засады, когда ты уходила, – сказал Кавара. Масуми смутилась: – Надеюсь, тебе достаточно будет поверхностного описания? У меня возникли… Естественные потребности, и я прямо прошла в уборную, конечно же со всей осторожностью. Масао как приличный парень дежурил снаружи, потому может подтвердить, что я не выходила. Как только я закончила, мы сразу же направились назад тем же путём. – Спасибо, – смущённо ответил Кавара, – А что с компьютерами? Дизайнер показала на два из них: – Одним, видимо, пользовалась Кохана, причём очень упорно. Вначале было много ошибок в поиске информации, но затем она смогла извлечь такие файлы, которые пропустила я. Удивлена её навыкам. Конечно, то, что это она – просто моя догадка, так как второй пользователь… Я не хотела бы оценивать чей-то ум, но это выглядит не очень умно. Попытка найти что-то про какие-то «частичные статуи» с отчаянным желанием включить интернет. – И правда, не выглядит связанным с Делом, – удивлённо ответил Шинку. – Надеюсь, смогла помочь тебе чем-то, – улыбнулась Масуми. – Конечно, – ответил Шинку, кивнув и направляясь в Медпункт. По пути он записал: «22) Масуми говорит, что она с Масао ходила только в женскую уборную Первого Этажа и назад.» В Медпункте он увидел Мису, которая как раз «поила» тело Мицунари водой. – Опиши ваше с Мицунари нахождение в Медпункте с утра до вечера, – попросил Шинку, заставивший себя выговорить слово «Мицунари». Абсолютная Социолог присела на край койки: – Хорошо. Я целый день находилась рядом с Мицунари и никуда не уходила. Потом пришёл Ханза и стал следить за дверью, подавая все эти сигналы. Как я поняла, вначале Мутаке шёл к нам, потом пошёл к вам. Ханза подбежал ко мне сказать, что стоило бы подстраховаться и атаковать его со спины, когда войдёт в Лестничный Холл, мне эта идея мало нравилась. Но договорить мы не успели, так как минут через пять-шесть уже объявили о трупе. Ну а дальше я и Ханза побежали к остальным. Ещё вопросы? Если нет, скоро буду идти проверять результаты поисков остальных. – Вопросов больше нет, – сказал Шинку, бросая взгляд на койку Мутаке. – Давно пустует, – иронично сказала Канезуми. Шинку понял и вышел в задумчивости. Закончив осмотр Третьего Этажа, он написал: «23) Миса говорит, что целый день находилась в Медпункте и не покидала его, охраняя Мицунари.» «24) В Коридорах и туалетах Третьего Этажа нет никаких улик.» Пока Кавара шёл на Первый Этаж и заходил в Кафе, пришло другое сообщение: «25) В Учебной нет ничего странного или подозрительного. Думаю и она не относится к этому Делу, друзья.» В Кафе Масао уже сидел за столом, помахав Шинку: – Показания? Ну что там сказала Масуми? Шинку пересказал её слова. Комегура кивнул: – Полностью подтверждаю, Мутаке по дороге не встречали, странностей тоже. Правда, у меня алиби нет, так как я с внешней стороны дежурил. – Но не думаю, что так легко воткнуть в человека нож, ещё и глубоко, – заметил Кавара. – Ну-у-у, спортсменом быть не нужно, почти любому из выживших хватило бы сил. Зависит, конечно, от того, как вёл себя Иширо – он же был массивный, пусть и не за счёт мышц… – Надеюсь, скоро всё окончательно прояснят, – сказал Шинку. Одновременно он написал: «26) Масао подтверждает показания Масуми.» Ждать окончательных прояснений долго не пришлось – улики посыпались в знакомых Любимчику выражениях: «27) Тело на момент начала осмотра всё ещё сохраняло тёплую температуру, не проявляя признаков трупного окоченения.» «28) Характер раны позволяет со всей уверенностью заявлять, что жертве был нанесён удар ножом в сердце. Глубина проникновения говорит о том, что били с размаха, или, во всяком случае, со всей силы. Это является единственным существенным повреждением тела, не считая уже привычных следов от падения стоячего тела на пол, что, вероятно, и произошло в момент смерти.» «29) Характер раны указывает на то, что смерть наступила очень быстро, мгновенно или почти мгновенно. У жертвы было максимум несколько секунд жизни между ударом и смертью, и то уже без возможности оказания сопротивления. Впрочем, следы сопротивления отсутствуют в принципе – не видно никаких признаков борьбы.» «30) Кровь или её брызги отсутствуют на полу Лестничного Холла в принципе. Даже если убийца не владел достаточной физической силой, следы волочения тела и кровоподтёки на полу также отсутствуют. Таким образом, если убийца не владел транспортным средством для перемещения тела, убийство произошло в том же месте, где жертва была обнаружена.» «31) Характерно и расположение простыни, а точнее прорезей для глаз, сделанных под рост жертвы или кого-то близкого по росту. Можно было бы представить, что убийца ударил ножом уже одетую в этот «костюм» жертву. Однако противоречием здесь является отсутствие любых брызг крови снаружи, а они были бы неизбежны несмотря на то, что на пути ножа убийцы были одежда Иширо и простыня. Учитывая, край лезвия поддерживает ткань от соприкосновения с телом, всё выглядит так, будто нож проткнул простынь перед тем, как был нанесён удар по телу.» «32) Характерно и распределение крови на простыне. На внешней части, где она должна была бы быть, она отсутствует в принципе. Зато внутренняя часть вся в крови от кровавых брызг. Что касается самой простыни – она представляет из себя очень тонкую ткань, которая легко многократно складывается. Проткнуть её не составляет труда.» Шинку нахмурился. Сообщения одного стиля сменились другим – это писал сидевший рядом Шахматист, отвлёкшийся от внимательного перечитывания: «33) Если тело падало, то не было слышно и падения тела.» «34) Когда все одноклассники собрались в Лестничном Холле, я осмотрел вас, особенно руки. Ни на ком не было следов крови или недавнего её отмывания.» – Всё запутаннее, – заметил Кавара. – Не удивительно, когда есть цель запутать, – ответил Масао, – Ты уже осмотрел Первый Этаж? – Точно! Шинку поднялся и направился дальше. Но осмотр здесь был безрезультатным – только на месте их засады он увидел оставленные в суматохе палитру и кисточку Арамине. «Нужно будет вернуть» – подумал Шинку, берясь за справочник. «35) В Коридорах и туалетах Первого Этажа нет никаких улик.» В это время пришли и другие сообщения: «36) Если других ран не было, то никаких сомнений – такой удар ножом невозможно было пережить. Это смертельная рана, Иширо погиб от неё.» «37) Перечитывая сообщения о том, как выглядит тело, я заметила одну вещь, ребята. Не напоминает ли положение, в котором нашли Иширо, и эта накидка, что-то проклятое или сакральное, будто из фильма ужасов? Убийца явно гнался за символизмом, что понятно, зная кто он.» Шинку заметил, что отчёты не шли только из Лаборатории и Зала Собраний. Удивление прошло, когда появилось характерное сообщение: «38) Как я и ожидала, Вараизава не удостоился написать отчёты об осмотре «своей части» Лицея Талантов и уже ушёл оттуда. Ничего примечательного там, впрочем, нет. Я также перепроверила комнаты – Кафе, Раздевалку, Директорскую, Спортзал, Компьютерную и Учебную – нигде нет ничего подозрительного кроме того, что уже было упомянуто.» – Что же, – сказал Кавара, вспомнив и внося последнюю улику: «39) Мотивация к Седьмому Делу звучала так: «Убийца имеет право загадать одно желание после Трибунала». Сенши представила её как выгодную убийце.» После этого он устало опустил справочник, проголосовав за начало Трибунала. Через пару минут появилось дежурное объявление: «Большинство проголосовало за начало. Все живые участники Убийственной Игры должны немедленно собраться в Зале Собраний, откуда будет осуществлён переход на Лицейский Трибунал.» Шинку поднялся на Второй Этаж, где собрались все остальные, периодически поглядывавшие на труп Идемото. – Идёмте, – распорядилась Арамине. Они зашли в Зал Собраний, где Сена уже дожидалась их на сцене: – Бойтесь своих желаний, если они приводят вас к такому исходу! Но не в этой Убийственной Игре и не сейчас, ведь самое время начать Седьмое Дело!