// жар // | часть 2 |

      Майк поморщился, сделав ещё один большой глоток ярко-зелёного «таинственного пунша» из красного пластикового стаканчика. Он понятия не имел, что Стив намешал, но если он собирался набухать людей до беспамятства за самый короткий промежуток времени, то он в этом, очевидно, преуспел.       Откинувшись назад в кресле, покрытом обивкой из плюша, Майк наблюдал за происходящим вокруг хаосом поверх солнцезащитных очков. Стив закатил вечеринку «Летоуин» и настаивал на том, что они отмечают самый настоящий праздник, но Майк понимал, что ему просто нужна была причина, чтобы напиться и оттрахать девчонок в непозволительно коротких костюмах, пока родители уехали из города. Стив пригласил целую кучу однокурсниц и однокурсников из муниципального колледжа, и недостатка ни в алкоголе, ни в обнажённой коже не наблюдалось.       Но взгляд Майка был прикован к импровизированному танцполу в самом центре тускло освещённого подвала. Потому что тут, посреди извивающихся и блестящих от пота тел, была Макс.       Он не понимал, что вообще должен был представлять из себя её костюм. Под неприлично короткий джинсовый сарафан она надела кофту с длинными рукавами в радужную полоску и колготки в сеточку.       С тех пор, как они столкнулись друг с другом в ванной несколько недель назад, между ними всё ощущалось… странно. Майк не понимал, как теперь себя вести рядом с ней. Она же вела себя так, будто ничего не произошло, и делала то, что и всегда, — выводила его из блядского равновесия при каждом удобном случае.       Только теперь чаша весов несправедливо склонилась в её пользу.       Всё это было ненормально. Он знал, как выглядит её грудь. Она знала, как выглядит его лицо, когда он кончает. И он думал об этом всё время: представлял её жаждущий взгляд и без остановки прокручивал в голове её надменные, дразнящие слова.       И что теперь? А теперь она уже двадцать минут танцует с каким-то полуголым парнем из колледжа в маске Джейсона. Майк сжал зубы, заметив, как рука этого парня скользнула вниз и обхватила её задницу. Почему, блять, она не стала его останавливать?       Его внимание отвлёк раздражающий визгливый смех. Он оглянулся и увидел, что Дастин и Лукас пытаются флиртовать с двумя девчонками в костюмах чирлидерш. Майк закатил глаза и хотел было сделать ещё один глоток из стаканчика, как понял, что тот опустел. И когда он только успел? Поставив стакан на приставной столик, он пробежался рукой по волосам и вдруг осознал — шляпа, которая была на нём в начале вечера, куда-то делась, как и чемоданчик, с которым он сюда пришёл.       Он снова посмотрел на танцпол, и желудок сжался. Макс развернулась, и теперь прижималась спиной к груди этого парня, её задница была плотно прижата к линии его паха, а её глаза… её глаза были устремлены на Майка и мерцали с таким же возбуждающим напряжением, как в тот вечер в ванной.       По позвонкам на его шее пробежал ток раздражения. Она играла с ним в какую-то извращённую игру? Майк вцепился пальцами в подлокотники кресла, пытаясь побороть порыв подбежать к ним и вырвать её из требовательных рук этого ублюдка. Он уже собирался пойти на второй этаж и выпить ещё, просто чтобы не видеть этот мучительный ужас, как Макс наклонила голову и прошептала что-то на ухо своему партнёру по танцам, а затем пошла по коридору, который вёл в ванную.       Он задержал дыхание, пытаясь понять, пойдёт ли за ней парень, но тот вместо этого направился к лестнице. И тогда Майк резко встал, ослабил туго затянутый галстук и надвинул солнцезащитные очки на лоб. Казалось, что ноги двигались сами по себе, когда вели его по коридору вслед за Макс.       Сколько же он выпил? Четыре стаканчика? Пять? Да в общем-то всё равно, главное, что теперь у него было столько смелости, что он без колебаний распахнул закрытую дверь ванной. Макс не выглядела удивлённой. Она даже не повернулась к нему, только продолжила аккуратно наносить помаду, или блеск для губ, или какая у неё там херня ещё была.       Майк закрыл за собой дверь, не глядя щёлкнул замком и оставил их в приглушённой тишине. Стив заменил обычную лампочку на красную, чтобы создать жутковатую атмосферу, и новое освещение почти заставило его забыть, что это та же самая ванная, в которой они были вместе всего пару недель назад.       — Отличный спектакль, — сказал Майк, пройдя дальше в комнату.       — Ух ты, так ты наблюдал? — беззаботно спросила Макс, засовывая помаду в передний карман сарафана и не оборачиваясь. — Я не заметила. Была немного занята.       Он сделал ещё шаг.       — Кем?       — Да не знаю. Как-то не запомнила его имя. Но он точно… — она запнулась, когда Майк сократил расстояние между ними и прижался к ней сзади, вжимая её тело в столешницу. Смелый шаг, но она, похоже, не возражала, и наконец встретила его взгляд в зеркале.       — Что это вообще за костюм? — он обхватил ладонями её узкую талию. — Распутная детсадовка?       — Ну вообще-то я Чаки, ага?       Майк бросил взгляд на отражение в зеркале, и только сейчас заметил неровные красные линии, нарисованные на её лице. До этого он смотрел точно не туда.       — Так это из твоих тупых ужастиков? — выдохнул он, скользя руками вниз к её бёдрам.       — Ну уж получше, чем Джеймс Бонд в депрессии.       Майк решился на ещё один смелый шаг и прижался губами к её шее, с удовлетворением отметив, что она сразу же наклонила голову, чтобы дать ему больше пространства.       — Ну вообще-то мы с Дастином решили быть братьями Блюз, — прошептал он, проводя ртом по её тёплой, влажной коже. — Ты бы поняла, если бы увидела нас вместе.       Он вздрогнул, когда Макс прижалась к нему задницей.       — Боже, ты уже твёрдый? — усмехнулась она и повторила движение. — Это так жалко.       Насмешка в её голосе заставила его член дёрнуться. Видимо, крыша совсем поехала. Он сжал пальцами её бёдра. Она всегда была чертовски разговорчива. Охреневшая… горячая маленькая сучка. Не отрывая взгляд от отражения, он медленно провёл одной рукой вверх, накрыл её грудь под карманом сарафана и слегка сжал. Он вспомнил, как она выглядит под одеждой — слегка веснушчатая, с идеальными розовыми сосками. Которые сейчас медленно твердели под его ладонями, пока он продолжал исследовать её тело.       — А ты не возбудилась, да? — спросил он спустя минуту, когда её дыхание стало слышным, а щёки заметно порозовели даже под красным светом. — Давай-ка проверим.       Он провёл руками вниз по её животу, медленно, наблюдая за реакцией. Если бы она действительно не хотела, он бы остановился, но она просто смотрела на него в зеркало, упрямая и непоколебимая. Сердце забилось в груди, когда он добрался до подола сарафана, задрал его и провёл кончиками пальцев вверх по её бёдрам. Колготки в сетку мешали, и Майк недовольно фыркнул. Он начал было двигаться к поясу, но она положила руку ему на запястье.       — Просто порви, — выдохнула она.       Господи, блять, боже. Майк сдержал стон, который грозил вырваться из его горла. Эта девушка была чистым злом. С трудом сглотнув, он ухватился пальцами по обе стороны от среднего шва и потянул. В напряжённой тишине раздался глухой треск тонких эластичных нитей.       Он прижался пахом к её заднице. Теперь он был полностью твёрдым. Пульсировал.       Наконец его рука скользнула между её ног, сразу же забравшись под хлопок нижнего белья, где…       Майк замер. Она была такая чертовски мокрая. Он хрипло рассмеялся, неторопливо проводя кончикам пальцев по её складочкам.       — Не льсти себе, Уиллер, — зашипела Макс, вцепившись пальцами в край столешницы. — Это не из-за тебя. Я танцевала с настоящим мужчи… ах.       Она прикусила нижнюю губу, когда он нашёл её клитор и начал рисовать вокруг него уверенные круги. Майку казалось, что он сходит с ума.       — Правда? — он ухмыльнулся. — Потому что кажется, что ты готова кончить от моих пальцев, а я едва к тебе прикоснулся.       — Такой придурок, как ты, никогда не сможет заставить меня кончить.       — Как жаль, — Майк надавил сильнее, наслаждаясь едва слышным стоном, который она пыталась скрыть. Её глаза закрылись, а голова откинулась назад к его груди. Он очень, очень хотел довести её до оргазма, но на этом игра закончится. А этого он не хотел.       Поэтому убрал руку. Глаза Макс снова раскрылись, а когда он поднял перед ней свои блестящие пальцы, сузились от ярости. Он вернул руку под сарафан, размазывая полоску её собственной влаги по внутренней стороне бедра, где зияла разорванная ткань колготок.       Улыбнувшись, он наклонился к её уху.       — Ты такая, блять, жалкая.       А затем отошёл от неё, повернулся и потянулся к замку, удовлетворённый чувством победы.       — Уиллер.       Он замер у дверной ручки, забавляясь дрожью едва сдерживаемой ярости в голосе Макс.       — Тебе, блять, конец.