Часть V

С наступлением ночи её внутреннее напряжение снова усилилось. Даже без Unknown её страхи никуда не ушли, только прибавились. Слова «Игра окончена» все ещё занимали весомую часть в её мыслях. Словно тени, они настигали её в самых беззащитных моментах. Вздохнув, она решила отвлечься. Наугад открыла фильм, пытаясь погрузиться в сюжет, но мысли всё равно возвращались к недавним событиям. Её телефон снова засветился. На экране высветилось: Observer. Она почувствовала странное волнение и при этом ее посетила мысль, переименовать контакт. Теперь она знает его имя… Медленно, будто сомневаясь, стоит ли это делать, нажала кнопку ответа. — Как ты, Минджи? Его голос был спокойным, даже слишком. Она закрыла глаза, пытаясь собраться. — Почему ты звонишь? — спросила она напряжённо. — Потому что я вижу, что ты боишься. А страх разрушает. Я не могу этого позволить. Она молчала. — Не молчи, Джи. Это не приносит тебе пользы. — Тебе откуда знать, что мне приносит пользу? Он тихо рассмеялся. Его смех был как эхо в пустой комнате, цепкий, как будто он наслаждался её слабостью. — Твой страх не только разрушает тебя, но и делает интересной для наблюдения. Ты слишком много думаешь. Может, просто выговоришься? — Мне некому говорить… — Теперь есть. Я слушаю…

***

Она сжала руку в кулак, борясь с желанием замолчать и всё же выговориться. Слова вырвались резче, чем она ожидала: — Я не знаю, как всё это остановить. Меня пугает каждый звук, каждая тень. Мне кажется, что я потеряла контроль. Лиса… она уехала… больше не здесь, я… я одна. И я больше не могу с этим справляться. Тэхён молчал. Это молчание было больше, чем просто пауза. Оно дало ей пространство продолжить. — Ты уже знаешь наверное, она написала. Она уехала. Говорит, что всё это было случайностью — телефон сломался, обстоятельства сложились. Но я не верю. Я просто не верю, что это так просто. Почему всё вокруг рушится? Почему мне кажется, что я не смогу выбраться из этой тьмы? Она задыхалась, стараясь сдержать слёзы. — Я пыталась не думать об этом, но… Чонгук. Он был всем. Его улыбка, его смех, даже его резкость и некотролируемая жесткость… Всё это — это была моя жизнь. Теперь я просто опустошена. Как будто меня нет, понимаешь? Я просто привидение, которое ходит по этим улицам. Её голос становился всё тише, но боль, с которой она говорила, резала по сердцу. Тэхен ответил спокойно, но его голос звучал мягче, чем обычно: — Ты не пустая, Минджи. Ты сильнее, чем думаешь. Ты пережила то, что другим даже представить трудно. И всё равно ты продолжаешь идти. Её дыхание сбилось. Она крепче сжала телефон. — Иногда мне кажется, что я заперта. В своих мыслях, в своей памяти. Чонгук был для меня всем: моим кошмаром и спасением одновременно. А теперь… теперь я заперта в прошлом, которое больше никогда не станет настоящим. Тэхён тихо вздохнул, и она услышала, как он переместился, будто встал с места. Его слова прозвучали глубоко и проникновенно: — Заперта? Может быть. Но ты не одна. Это — не ловушка, а путь. И я помогу тебе его пройти. Девушка почувствовала, как холодный комок в её груди немного ослаб. Но она всё ещё сомневалась. Она не хотела, но начинала верить и ненавидела себя за это. — Почему ты делаешь это? Почему тебе не всё равно? Ты же даже не знаешь меня… Тэхён улыбнулся. Она не могла видеть это, но ощущала в его голосе странное тепло: — Не знаю? Джи, я знаю тебя лучше, чем ты думаешь. Твоя боль — это не что-то чужое. Это то, что мне знакомо. Эти слова ударили её, как молния. Она пыталась понять их смысл, но он, казалось, не спешил объяснять. — Ты не обязана справляться с этим одна. Я не оставлю тебя, даже если ты попросишь. — Ты с самого начала вторгся в мою жизнь, следил за каждым моим шагом, вынуждал меня испытывать… Черт возьми, я даже не знаю, что я чувствую! Он не перебивал. Только молчал, слушая. — Я вспомнила… все, — продолжила она, не понимая, почему слова начали вырываться без остановки. — Чонгука. Весь ужас. И знаешь, что самое страшное? Я до сих пор не могу избавиться от мысли, что оставила его там. Мне и страшно и больно… Она сделала паузу, глотая ком в горле. — Он был для меня всем, а теперь… я ничего не чувствую. Только пустоту. Тэхён заговорил снова. Его голос звучал мягко, почти шепотом, но в нем ощущалась сила. — Ты боишься не пустоты, Минджи. Ты боишься заполнить ее чем-то новым. Непривычным для тебя… Эти слова пробили ее до глубины души. Она нервно хихикнула. — У тебя отлично получается звучать как терапевт. Может, ты ещё посоветуешь мне, как начать жить дальше? — Для начала ты можешь прекратить прятаться от собственных эмоций. Эти слова задели. Она чувствовала, как в груди поднимается ярость. — А ты не думал, что мне просто страшно?! Страшно оставаться одной, страшно помнить, страшно говорить об этом! Страшно, что это все не кончится никогда! Ее голос сорвался, но Тэхён не спешил успокаивать. Он дал ей выплеснуть все. — Я не могу жить в своей голове. Там нет света. Только он… Только его голос, его руки, его взгляд. После реабелитации, я считала эти видения — плодом фантазии… Слезы текли по ее лицу, но она их не замечала. Тэхен снова заговорил, на этот раз спокойнее, мягче. — Ты должна перестать винить себя, Джи. Чонгук бы не хотел видеть тебя такой. Она молчала, чувствуя, как по её щекам текут слёзы. Она не знала, что ответить. Но в глубине души ей было немного легче. — Это не твоя вина, что ты оказалась втянутой во все это. Но моя ответственность, чтобы ты выбралась из этого целой. Тишина снова заполнила комнату, но на этот раз она была другой. Напряжение, казалось, достигло предела, и Минджи не выдержала: — Ты хоть понимаешь, каково это… чувствовать, будто ты заперта в своих мыслях? — Да, — коротко ответил он. Она не ожидала такого ответа. — Я помогу тебе выбраться, — сказал он после паузы. — Только дай мне шанс. В ту ночь она уснула с телефоном в руке. И впервые за долгое время её сны были тихими.

***

С того дня прошла уже неделя. За всю неделю не случилось ничего. Ни одного сообщения или звонка от Тэхёна. Лиса иногда пишет — спрашивает. Казалось, что вернулось в круги своя. Вечер был таким тихим, что казалось, весь мир затаил дыхание. В комнате, пропитанной полумраком, едва слышно тикали часы на стене. Лунный свет проникал сквозь тонкие занавески, рисуя на деревянном полу причудливые узоры. Воздух был густым, словно сам дом впитывал в себя тревогу, что уже несколько дней висела над его хозяйкой. Минджи сидела на диване, завернувшись в мягкий плед. Её взгляд был устремлён в одну точку, но мысли витали где-то далеко. Её пальцы нервно теребили край пледа, будто пытаясь найти в этом движении хоть немного спокойствия. Сердце было неспокойным, словно она подсознательно ждала чего-то, хотя даже сама не понимала чего. Внезапно тишину прорезал стук в дверь. Лёгкий, почти нерешительный, он прозвучал так неожиданно, что девушка вздрогнула. Её рука, машинально потянувшаяся к чашке с давно остывшим чаем, замерла в воздухе. Она прислушалась, надеясь, что ей почудилось, но стук повторился. Её сердце забилось быстрее. Кто мог прийти в такой час? Её дом находился в тихом районе, где чужие редко появлялись, а свои всегда предупреждали перед визитом. В груди зародилось ощущение тревоги, холодок пробежал по спине. Она осторожно поднялась с дивана, стараясь не издавать ни звука. Плед упал на пол, но она даже не заметила этого. — Кто там? — голос её дрогнул, но она постаралась придать ему твёрдости. Ответ раздался почти сразу: — Это я, Тэхён. Её сердце пропустило удар. Тэхен? Почему он здесь? Почему сейчас? Она застыла на месте, взгляд её устремился на дверь, за которой находился человек, столь непонятный и загадочный. — Зачем ты пришёл? — спросила она, пытаясь скрыть внутреннее напряжение. — Нам нужно поговорить, — раздался его спокойный голос, в котором, однако, сквозила нотка усталости. Минджи нахмурилась. В его словах было что-то странное, что-то, чего она не могла сразу понять. Она приблизилась к двери, но не торопилась открывать. Рука замерла на дверной ручке. Она чувствовала, что за этой дверью её ждёт нечто большее, чем просто разговор. — Что-то случилось? — спросила она, всё ещё колеблясь. — Да, — ответил мужчина, и в этот момент его голос стал тише, почти умоляющим. — Я должен объяснить тебе то, что откладывал слишком долго. Эти слова заставили её сердце забиться ещё быстрее. Она глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. — Если ты не скажешь, я не открою, — решила она проверить его намерения. Секунда молчания с его стороны показалась вечностью. Затем он ответил: — Это касается Чонгука. Этих слов было достаточно. Минджи резко открыла дверь. Он стоял там, на пороге, весь в тени, освещённый только тусклым светом лампы из прихожей. Его лицо было усталым, черты резкими, словно за последнее время он постарел на несколько лет. В его глазах светилась непонятная смесь сожаления и решимости. Тэхён выглядел иначе. Его обычно спокойный и уверенный взгляд был наполнен напряжением, а плечи были чуть опущены, как будто он нёс на себе непосильный груз. Минджи не двигалась, просто смотрела на него, не зная, что сказать. Она ещё мгновение колебалась, но затем шагнула в сторону, позволяя ему войти.