Глава 24

            Над заданием вытащить из полученных данных всё, что только возможно, Джереми Киплинг работал с полной самоотдачей. Увы, ничего сверхъестественного, в бытовом смысле этого слова, обнаружить не удалось.             Последняя встреча состоялась в новой, ослепительно-белой криминалистической лаборатории.             – Ну, смотри, – начал Джереми предварительный отчёт, протянув рабочий планшет Джордану. – У нас тут был патрон 7,62мм, классика, можно сказать.             Джордан внимательно всмотрелся в 3D-модель на экране. Впечатляло, Джереми действительно хорошо постарался, на грани фантастики. Пулю не просто деформировало, её разнесло на осколки, часть которых вытащили из Дерека, а часть нашли в земле с помощью металлоискателя.             – Вот список возможных винтовок, – продолжил Джереми. – Сам понимаешь, однозначный ответ из этого материала получить не выйдет. Могу только присовокупить личное мнение, что стреляли, скорее всего, из FN SPR, такие используют как минимум полиция с ФБР. Кстати, откуда у нас в базе каталог по нарезам? Я нашёл даже полноценный IBIS за весну 2012 года.             – У нас в Совете шериф, – напомнил Джордан, – а у шерифа есть сын с манией сбора данных и с приятелем-хакером. Мы вообще в первые месяцы Катастрофы тащили всё, что подворачивалось под руку, включая информацию.             – Подвернулось много, судя по всему, – покивал Джереми. – Рад, очень рад. Ствол не засвечен, насколько могу сказать. Если от души, – криминалист покосился на деформированные осколки в чашке Петри, – меня сильно удивило, что мистер Хейл смог пережить подобное попадание. Оборотни – мощь. Слава Богу, что мы на одной стороне.             О том, что Дерек попадания в целом не пережил, Джордан промолчал.             – Так, что у нас… Обнаружены следы яда растительного происхождения в высокой концентрации, – продолжил Джереми, пролистывая страницы на электронном планшете, – действительно род Aconitum или борец, соответствует предположению в техзадании, конкретный вид не скажу, но что-то редкое, у нас не растёт точно. Ещё раз спасибо нашей базе, где только откопали столько серверов, чтобы всё это хранить в актуальном доступе. Что ещё… – Джереми пролистнул на планшете ещё пару страниц сухих графиков. – О, вот. Помимо ожидаемого, то есть яда, минералов и ДНК мистера Хейла, на пуле удалось обнаружить частицы… – Джереми поднял взгляд на Джордана, покачал головой. – В общем, по этим частицам могу выдвинуть высоковероятную гипотезу, что винтовка хранилась в условиях, далёких от идеала. Возможно, её почистили перед самым выстрелом – как смогли без толкового инструмента, то есть фигово. Это наводит на определённые мысли.             – Ты хочешь сказать, что оружие и стрелок, эм, имели разное происхождение? – с трудом подобрал формулировку Джордан.             – Ты ведь отставной военный, верно? – убрав планшет, Джереми уселся на белый крутящийся стул, жестом предлагая Джордану занять место на двухместном диванчике, хотя скорее кожаном пуфике, в крохотной зоне отдыха. – И должен кое-что знать о снайперской стрельбе?             Джордан сел на скрипнувший кожаный диван того же стерильно-белого цвета и задумался. Всё-таки он был сапёром, а не снайпером.             – Один выстрел – один труп, – начал перечислять он то, что помнил со времён службы в армии. – Целиться в корпус, потому что голова всегда может дёрнуться, повернуться, наклониться и так далее, а корпус не такой подвижный и крупнее как мишень. Эффективная дальность пряморукого снайпера… – Джордан напряг память, – точно не помню, но вроде бы восемьсот метров, дальше требования к снайперу гораздо выше. В случае нелетального ранения в область груди цель зачастую на какое-то время теряет мобильность и становится проще как мишень.             – Прицельная дальность выстрела в голову по движущейся мишени до двухсот метров, – поделился Джереми своей практикой, – по неподвижной – до шестисот, и это всё сильно зависит от модели оружия, погодных условий и прочих переменных. В нашем случае стреляли с возвышенности примерно в полутора километрах, то есть это был профессиональный снайпер. Профессионал в жизни не допустил бы такого обращения даже с дерьмовым стволом, не то что с вполне приличной Эс-Пэ-Эр.             Джордан прикрыл глаза, откидываясь на стену.             – То есть, – произнёс он, – либо оружие попало в лагерь совсем недавно, либо всегда там было, а недавно в лагере появился как раз снайпер.             – Причём руки с винтовкой встретились всего за день-два до стрельбы, не больше, если не за считаные часы, – кивнул Джереми, – иначе стрелок привёл бы оружие в божеский вид, даже если нужные инструменты пришлось бы сочинять собственноручно, а смазку давить из самых толстых енотов. Вполне возможно, что модификацией пули под отравляющий снаряд занимался тот же человек.             Джордан задумался. Никакой винтовки в бывшем Светлом убежище найти не удалось. Искали тщательно, только безрезультатно Получалось, что неведомый снайпер действительно мог унести оружие с собой, а значит, уйти от возмездия, не дождавшись Дикой охоты. Ни один нормальный… ладно, ни один человек с работающим инстинктом самосохранения, тем более профессиональный убийца, без разницы, военный он, полицейский, спортсмен или наёмник, не стал бы надолго задерживаться в настолько специфическом месте, ведомые идиоты настоящими профессионалами не становятся. Что важнее, очень вряд ли бывшие хозяева Светлого убежища стали бы терпеть на своей территории настолько опасного человека. Да и какая разница, ну даже решил бы стрелок там поселиться по неведомым соображениям, отсутствие винтовки – смотри пункт первый.             И тут уже возникают нехорошие варианты. В идеале стрелок мог оказаться всего лишь залётным наёмником. Гораздо хуже, если это был настоящий охотник на оборотней, союзник Светлого убежища или другой идейный враг города или стаи, причём на охотника прямо указывало использование такого специфического средства как аконит. В случае наёмника можно было бы отпустить ситуацию, но если второй вариант? Закон подлости никто не отменял. И что теперь? Ждать нового нападения? Самим искать неведомого врага?             – Все результаты и выводы я оформил в общий отчёт, – снова помахав планшетом, прервал размышления временного начальства Джереми Киплинг. – Расшифровка прилагается. Я взял на стене все пробы ДНК, какие смог, они отправлены в общую базу. Часть отфильтровалась, это наши люди, оставшиеся я пометил как подозреваемые в преступлении. Куда отправить отчёт, тебе на почту?             – Да, и поставь в копию Советника Стилински, – подтвердил Джордан. Альфе он передаст отчёт лично, как и любому, кому альфа посчитает необходимым его показать. Советник же Ноа Стилински не просто бывший шериф, он отвечал за все силовые структуры города, а значит, именно его люди в случае чего могут оказаться в опасности.             Лабораторию Джереми покидал с некоторым сожалением. Всё-таки сам заказывал все приборы, инструменты, реактивы, сам всё расставил по красоте. Да и соскучился он по привычной работе.             С другой стороны, приборы не пропадут, за ними ещё до их получения обращались из разных отделов. И, если честно, хорошо бы, чтобы поводов использовать криминалистическую лабораторию в этом городе, где они с дочерью так удачно живут, было поменьше, поменьше.             Щелчок выключателя не просто выключил верхний свет. Он отключил всё электричество во временной лаборатории, просуществовавшей меньше двух недель.

***

            – Народ ропщет, – строго сообщила миссис Мартин. Полтора года назад мать Лидии оставила бухгалтерию на свою заместительницу и вошла в Совет образовательным сектором. Директор школы, увы, оказался среди тех, кто не пережил начала Катастрофы, а Натали не только являлась семьёй члена стаи, она в последние годы ответственно трудилась на благо города, проявив себя толковым организатором, умеющим работать с людьми. К тому же в прошлом являлась психологом и учителем, что окончательно утвердило её кандидатуру.             – Народ всегда ропщет, Натали, – отмахнулся Аарон. Как отвечающий за логистику города, он не верил в существование людей, способных не желать невозможного. Каждый чёртов день приходилось объяснять, почему квадратное плохо помещается в круглое, а грузы не научились самостоятельно телепортироваться из точки А в точку Б, желательно умножаясь в процессе!             – Университет в Лейксайде ещё даже не начал строиться, – немного удивлённо напомнил Майкл.             – Вопрос не в университете, – покачала головой Советник Мартин. – Люди ворчат по поводу повторного прохождения курса боевой подготовки, в том числе для тех, кто недавно побывал на обязательном выезде. Выезды, к слову, тоже не вызывают восторгов.             Ноа мысленно возвёл очи горе. Обязательного для всех выхода за стены раз в четыре года Совет собирался придерживаться ещё долго, до тех пор, пока с инфами так или иначе не будет покончено. Важно напоминать мирному населению, что оно живёт далеко не в мирные времена. Да, сейчас жизни обычных горожан находились под защитой оружия, стен и, вот же чёрт, магии, но стоит ли рассчитывать, что ничего экстренного не случится? Надейся на лучшее, готовься к худшему, Совет искренне верил в эту старую истину. Сегодняшние гости в очередной раз доказали, что Катастрофа ещё не закончила со своими неожиданностями.             – И серьёзно ворчат? – уточнил Ноа скорее для проформы.             – Нет, – скупо улыбнулась Натали, покосившись на альфу, – дежурно. Надо же на что-то ворчать.             Дерек как всегда на заседаниях Совета изображал предмет интерьера. Ничего интересного для себя он пока не услышал, а Стайлза до сих пор искали.             – Тогда давайте про Лейксайд, – предложил Майкл. – Восстановление железнодорожного полотна идёт ударными темпами, путейцы пашут как китайцы, наёмные работники с той стороны искренне пашут за зарплату, выдыхаются даже прикомандированные оборотни, – на этих словах Советник по инфраструктуре тоже покосился на альфу. Дерек не посчитал сказанное поводом выходить из модуса мебели. – Первые локомобили пройдут уже сейчас, серьёзным грузовым составам, по расчётам, придётся подождать ещё с месяц. Если подправить логистику, может выйти быстрее.             – А если всё-таки самолёты? – вспомнил Ноа. Обширный обмен грузами и людьми с Лейксайдом требовалось наладить как можно скорее.             – Пукалки на базе мотора от газонокосилки мы способны настрогать хоть сейчас, – хмыкнул Майкл, – только это будут именно пукалки, так, сделать кружок над городом в безветренный день и сразу сесть обратно. А инфраструктуру для нормальной авиационной промышленности мы развивать даже не начинали, у нас для этого ни специалистов, ни топлива, ни материалов, ни понимания, с чего оно всё в принципе должно начинаться. Я вот слышал про какую-то специальную авиационную краску и видел в фильмах кабину боинга, мне уже страшно. Верю в наших головастиков, если их озадачить, они соорудят нам что-нибудь. Лет за десять управятся, наверное, стоит только дать им полное снабжение вне очереди, но придётся снять все другие научные задачи. Сами понимаете, у нас нет ни столько времени, ни столько головастиков.             – Что там с нашими дирижаблями? – с интересом спросила Грейс, подперев подбородок кулачком. Не то чтобы она по этому поводу ничего не знала, но гостей обсуждать было рано, а имевшееся время стоило потратить с пользой. Ну хотя бы для удовлетворения любопытства.             – Построили пробную модель, – отозвался Аарон. – Угробили на неё кучу материалов, – недовольно уточнил он, – так что помимо испытательного образца – других чудес не ждите.             – И много чудес? – приподняла бровки Натали.             – Новый газ взамен классического водорода-гелия, – педантично начал перечислять Советник по логистике. – Самый мощный из имеющихся на данный момент электрический двигатель ручной сборки, размером с небольшой морской контейнер. Неньютоновское внешнее покрытие.             – Какое-какое покрытие? – удивилась Грейс как самый близкий к науке человек среди присутствующих.             – Неньютоновское, – фыркнул Аарон. – Это обиходное название, не мучай образование. По-научному я это не выговорю. Обозвали в честь неньютоновской жидкости, той самой, по которой можно бегать как по твёрдой земле, но в которой тонешь, если двигаешься медленно. Наши химики скооперировались с ферромантом и нахимичили что-то вроде толстой резины, которая чем больше и быстрее давление, тем плотнее структура, если ничего не путаю.             – Проверяли на полигоне, – Ноа вставил своё веское слово, – пробить из винтовки не удалось.             – Спасибо, – кивнул Аарон. – Потенциальные дырки на этом покрытии латаются с помощью промышленного фена, как торпеда дешёвого автомобиля от царапин. Сейчас специалисты ломают головы по поводу избыточного веса получившегося материала и пытаются привить тот вариант электрического плюща, который мы начали использовать в качестве солнечных панелей на локомобилях.             – То есть рабочий образец всё-таки есть, – Натали по профессиональной привычке перехватила уплывающую от основной темы нить повествования.             – А материалов больше нет, – развёл руками Аарон. – И не будет, пока наши партнёры из Эстадо Либре не начнут поставлять латекс в промышленных масштабах.             – Но один грузовой дирижабль у нас в плюсе, – оптимистично заключил Майкл.             Аарон кивнул:             – За вычетом собственно мотора, каркаса и веса гондолы, расчётная грузоподъёмность сто тридцать тонн.             – Стоп, – встрепенулась Грейс. – Аарон, развей мои сомнения: та красная штука в форме помидора, с зелёной веточкой на носу…             – Да, это наш прототип грузового дирижабля, – с неприязнью подтвердил Советник по логистике.             – У меня нет слов.             – Они грозятся нарисовать на нём глаза, – с удовольствием добил коллегу Майкл. – Сказали, если нет шансов замаскировать, значит, будем развиваться в сторону психической атаки. Ноа выделил полигон, – коллеги кивнули друг другу через стол, – так что обучать водителя, или как там, пилота этой бандуры начнём послезавтра. Стайлз обещал посетить, нашаманить удачи, чтобы всё это не только взлетело, но и приземлилось обратно, не угробив ни людей, ни судно. В экипаж временно с прицелом на постоянно завербовали двух воздушников, будем молиться, чтобы они действительно смогли всем этим управлять при любой погоде, парусность-то у дирижабля ого-го.             – Это если у Стайлза будет время, учитывая последние новости, – поправил Ноа, – ему всё-таки нужно иногда спать.             Дерек хмуро посмотрел на шерифа Стилински.             – Стайлз занят, – неохотно поделился альфа.             – Что, ещё больше обычного? – возмутился Ноа. – Хотя бы по делу?             – К городу пришли мёртвые.             На несколько секунд в зале Совета повисла пауза.             – Прошу прощения, – осторожно уточнила Натали как второй заинтересованный родитель в Совете: про наследие дочери со стороны её непутёвого папаши она прекрасно знала. – Ты имеешь в виду каких-то новых мёртвых? Не инфов, я правильно поняла?             – Не инфы, – мрачно подтвердил Дерек, – просто мёртвые. Неупокоенные, – поискав верное слово, добавил он. Как будто это хоть что-то объясняло.             – Нам это чем-то грозит в ближайшей перспективе? – устало уточнила Грейс.             – Нет, – сразу ответил Дерек. Подумал ещё и вынужден был признать: – Точно неизвестно.             – Мы можем что-нибудь в связи с этим предпринять? – спросил Ноа.             – Стайлз выясняет.             – Почто поминаете Стайлза всуе? – раздался от дверей заинтересованный голос.             Советники рефлекторно обернулись ко входу. Стилински-старший пробежался по сыну критическим взглядом и с неудовольствием отметил, что молодой человек опять обзавёлся тенями под глазами. Хотелось бы винить вышагивавшего за его спиной Питера, но увы, приходилось признать: только стараниями Питера Стайлз спал хотя бы по пять часов в сутки. В среднем.             – Здравствуй, Стайлз, – тепло улыбнулась Натали Мартин.             – Всем привет. Так что обсуждаем? – нетерпеливо спросил Стайлз, всем видом изображая стремление свалить из этого скучного места.             – Привет, Стайлз, – натужно улыбнулся Аарон. – Стараемся не замечать слона в комнате.             – Слона? – Стайлз удивлённо посмотрел на альфу. Питер за его спиной приподнял брови в ту же сторону.             – В город пришла делегация друидов, – поднял руку со своего места Ноа.             – Чё?..

***

            В этот полдень поляна Неметона приветствовала не только стаю.             – Мы польщены, что Совет города и стая Хейл допустили нас для беседы к самому сердцу вашей территории, – максимально официальным тоном выступил внушительный двухметровый дед с седой бородой, настолько длинной, что без проблем обернулась вокруг талии на манер мохнатого пояса.             Собранная в спешке треть стаи и друиды стояли друг напротив друга. Выглядело это ни разу не торжественно, скорее, как встреча двух банд.             Гостей оказалось четверо, и смотрелись они… не то чтобы бомжами. За последние годы многие люди приходили в гораздо более потрёпанном виде. Но и друидами так сразу их бы никто не назвал. Четверо крепких мужчин возрастом, на глазок, где-то от тридцати до шестидесяти лет, в обычной добротно-походной одежде.             – С каких пор эта зараза – сердце нашей территории? – проворчала Эрика ровно на той громкости, чтобы услышать её могли только оборотни.             – Ш-ш-ш, – шикнул на неё Айзек, привычно устроившийся рядом со своей недодамой сердца. – Не вмешивайся в чужие заблуждения.             – Эти чужие приблудились на нашу территорию без приглашения, – возмутилась Эрика. – Их никто не звал!             Рейес негодовала с полным основанием. У неё был единственный выходной! Она ещё месяц назад договорилась в клубе вязания, чтобы мастер-класс по игрушке перенесли именно на сегодня. В этот день Эрика собиралась научиться вязать волчат и тем решить две трети проблем с подарками на Рождество. Вряд ли кто-то в стае откажется от игрушечного Дерека! Да, она готовила подарки сильно заранее, и что? Разобрался с подарком за полгода – с полным правом смеёшься над теми, кто носится в последний момент.             Вот именно – хобби Эрики было вязание. Нигде не сказано, что оборотни должны уметь только за оленями по лесам носиться.             Тем временем главный друид, представившийся Талиесином, подтверждал своё друидское происхождение, растекаясь мыслью по древу насчёт «рады всему подряд».             – Мы так и не услышали причины вашего прибытия, – наконец Стайлзу всё это надоело. У него ещё куча дел, между прочим.             Талиесин, всё это время считавший, что общается с альфой Дереком Хейлом, ну на крайний случай с его старшим родичем Питером Хейлом, подавился очередной фразой.             – Молодой человек, вас не учили не перебивать старших? – возмутился один из трёх спутников седобородого друида. Этого дядю лет сорока тоже как-то представили, только никто не запомнил, как именно. Зато его спасательно-оранжевый цвет его резиновых сапог прямо резал глаза.             – Не учили, – жизнерадостно подтвердил Стайлз. – Вокруг меня было слишком много умных взрослых, которые не считали нужным заниматься такими глупостями.             Скотт у него за спиной тихо захрюкал в кулак. Стайлз врал настолько откровенно, что трудно было ему не поверить.             Талиесин бросил на своего подчинённого предупреждающий взгляд и всё-таки повернулся конкретно к Стайлзу.             – Мы хотели проверить состояние единственного Священного Древа в этой части континента…             Стайлз сделал торжественный жест в сторону Неметона, типа вперёд, проверяйте.             Талиесин поморщился и после еле заметной паузы добавил:             – …А так же его влияние на ближайшее человеческое поселение. Вы, возможно, не знаете, но Неметоны всегда влияют на своё окружение. По степени и направлению этого воздействия можно очень многое сказать о состоянии самого Древа.             – Не знаем, – снова с готовностью соврал Стайлз, ещё до постройки стены выяснивший о Неметоне всё, что только смог. – У нас тут до Катастрофы было аж два друида, в итоге о вашем племени мы самого плохого мнения. Никчёмные скрытные засранцы, от которых вреда больше, чем пользы, потому что пользы круглый ноль.             – Да как ты смеешь! – взорвались разом трое спутников Талиесина. Они чуть не подпрыгивали, словно были готовы броситься с кулаками.             Эрика, Айзек и Скотт азартно подались вперёд. Им эти пришлые никуда не упали, у оборотней ещё до встречи когти зудели порвать всю делегацию как потенциальную опасность. Встреча во многом состоялась благодаря именно Стайлзу, который любопытствовал, как друиды обошли его защиту. Ну и быстрая проверка подтвердила, что никто из чужаков не питает к городу вражды, иначе разговор прошёл бы совсем в другом месте и в гораздо менее удобных для чужаков условиях.             – Отставить балаган! – рявкнул на своих Талиесин, мгновенно растеряв последние крохи неспешной благообразности. От удара посохом оземь резкий порыв ветра разошёлся в стороны, взметнув палую листву, заметная невооружённым взглядом энергетическая волна отбросила младших друидов на несколько сантиметров. На ногах те устояли, но пыла поубавили.             Что характерно, сторону оборотней волна не затронула совсем. Видно, Талиесин понимал, что трогать оборотней на их собственной территории чревато крайне неудачными последствиями.             Стайлз же прищурился. В его арсенале таких вот мгновенных физических воздействий не имелось. Заставляло призадуматься, что вся сценка могла быть срежиссирована ради демонстрации и пробуждения интереса.             Или это уже паранойя.             – Я прошу прощения за своих спутников, – с натугой выговорил Талиесин и замолчал на несколько секунд. Не дождавшись встречных извинений за грубость, он был вынужден продолжить: – Мне очень неприятно, что наши предшественники настолько испортили репутацию друидов в ваших глазах. Мы надеемся, что вы дадите нам шанс исправить столь негативное впечатление.             Куда делись двое местных друидов, Талиесин мудро предпочёл не выяснять. Огам указал на шанс под кроной Неметона, огонь звал греться в чужом тепле, напрямую указывая гибельность попыток раздуть собственное пламя, а значит, с местными силами требовалось поладить добром. Как бы грубо эти силы себя ни проявили.             Ещё около часа взаимных прощупываний дали Талиесину определённую победу: ему и его свите разрешили неделю проживания в городе. Потом они поговорят снова.