Часть 27

      — Ну же, — пробормотал Феликс, когда телефон снова набрал номер. 1… 2… 3… 4… По-прежнему нет ответа. Он сунул телефон в карман.       Он ожидал молчания. Алья должна была разозлиться после того, как открылась правда. Несмотря на то что они были соучастниками уничтожения Росси, она ни разу не ответила на его электронные письма, в которых он рассказывал о переведенной лжи Росси, и даже на аудиозапись, подтверждающую, что она работала вместе с Габриэлем.       Но то, что он ожидал этого, не означает, что это не было чертовски неудобно!       Он сделал глубокий вдох. Дышать, ему нужно было дышать. Злость никому не принесет пользы. В этот момент его наверняка уже разыскивали полицейские. Он рассчитывал, что остальные полицейские окажутся такими же некомпетентными, как офицер Роджерс, — Феликс помнил, как читал о Робокопе, — и если офицера так легко уломать, как показалось, то ему не о чем беспокоиться. Но Феликс не хотел оставаться на улице посреди ночи!       Он изучал стоящий перед ним жилой дом. Этажом выше находилось окно спальни Альи. Однажды они с Маринетт уже приходили к ней на сеанс обучения, и Феликс был почти уверен, что попал в точку. Но он мог бы быть полностью уверен, если бы Алья просто взяла трубку и впустила его внутрь. Он вздохнул. Похоже, оставалось только одно.       Он поднял с земли камень.       Поморщившись от трещины, появившейся в стекле, он огляделся по сторонам, чтобы проверить, не услышал ли кто этого. Улицы были пустынны, но спальня — нет. С улицы был виден свет — кто-то метался внутри, прежде чем появиться в окне. Алья смотрела на него, освещенного ночным светом, и щурилась, словно он только что разбудил ее.       Наверное, так и было. Ой.       — Что ты здесь делаешь? — зашипела она на него.       — Впусти меня, и я все объясню.       Она сверкнула глазами. — Нет.       В нем всколыхнулось разочарование. У него и так была очень тяжелая ночь, и он не хотел еще и справляться с гневом Альи. — Черт возьми, Эля, за мной гонятся копы! Просто впусти меня внутрь!       Она провела рукой по лицу, потирая кожу под очками. — Как ты… Нет, неважно. Просто поднимись сюда. — Феликс начал карабкаться по стене. — Дверь, Феликс! Используй дверь!       Слегка смутившись, Феликс повиновался, подошел к парадному входу и стал ждать. Его пропустили внутрь, и он вбежал в квартиру Сезер, где его ждала Алья в своей пижаме цвета тила, чтобы впустить его. — Спасибо, — проворчал он.       — Почему за тобой гонятся копы? — спросила она, закрывая за ним дверь.       — Я сбежал от Габриэля, украл кое-что, пока шел к выходу. Полагал, что сначала они будут искать меня у Маринетт, так что здесь, с тобой, мне будет безопаснее.       Она бросила на него взгляд. — В последнее время ты много чего предполагаешь, — пробормотала она.       — И что это значит?       — Ну, во-первых, ты предположил, что я не буду против, если ты подставишь меня за вандализм. И ты предположил, что я все еще буду готова помочь тебе после того, как узнаю правду. И ты полагаешь, что я не вызову полицию за то, что ты сделал с моим окном.       — Я заплачу за окно, — машинально ответил он, а затем осознал всю глубину ее слов. Она была… очень расстроена тем, что ее подставили.       — Мне плевать на окно, Феликс!       — Я знаю, Алья. И мне тоже жаль, что я тебя подставил. — В кои-то веки он искренне извинялся. — Прости, что подружился с тобой, держа в секрете то, что я сделал, и прости, что рассказал Маринетт и заставил ее держать это в секрете от тебя. Я знаю, что извинения мало что дают, но мне действительно жаль, и ты не должна меня прощать.       — Просто… почему ты это сделал?       — Алья, вспомни, какой ты была до этого! — умолял он. — Ты была так глубоко в кармане Росси, что не видела солнца! Она убедила тебя обокрасть меня и обмануть на важном проекте, но даже после того, как об этом стало известно всему классу, ты все равно не рассталась с Росси! Ты разбивала сердце Маринетт.       — Ты мог навсегда запятнать мой послужной список, Феликс! Этот маленький инцидент мог помешать мне поступить в хорошую среднюю школу и преследовать меня до самого университета!       — Я знаю. Но я не позволил им этого сделать! И, кроме того, на той фотографии был не я. — Это ведь должно было что-то значить, верно?       — Что?       — Адриан и Росси подделали снимок, чтобы казалось, что это я, но это не так! Во-первых, на мне была маска на случай, если я не выключу нужные камеры. Кроме того, я делал это ночью, так что на снимке должен быть Адриан. Он практически признался мне в этом.       — Это… это плохо. Но мы говорили о тебе, Феликс, и о том, что ты сделал.       — Алья, я буду извиняться хоть тысячу лет, если это потребуется…       — В том-то и дело, Феликс! Это всего лишь извинение! — Она покачала головой. — Ты действительно сожалеешь о том, что сделал, или тебе просто жаль, что тебя поймали?       Он отвел взгляд. — Мне жаль, что я попался. И что я причинил тебе боль. Но я не жалею, что сделал это. В тот момент я считал это необходимым, и если бы я знал все, что сделал тогда, и мне пришлось бы делать тот же выбор дважды, я бы сделал это снова… хотя, я бы определенно сказал тебе раньше, если бы у меня было повторение.       Она еще секунду смотрела на него, затем вздохнула, ее плечи опустились. — …Полагаю, это лучшее, о чем я могу просить. Почему Маринетт не сказала мне?       — …Это тебе придется спросить у нее, — честно ответил он. — Я знаю, что просил ее не делать этого, но… она так и не объяснила, почему.       Она кивнула. — Я спрошу. Знаешь, мне до жути любопытно, что бы ты сделал, если бы я просто сообщила в полицию о твоем присутствии?       — Ты бы никогда этого не сделала, — уверенно сказал он. — Мы же друзья.       Алья закрыла глаза, сжимая кулаки по бокам. Через десять секунд она открыла их и глубоко выдохнула. — Я так близка к тому, чтобы выбросить тебя из окна, которое ты разбил.       — …Если это поможет, я заплачу за это?       Она потерла кожу под переносицей очков. — Просто объясни, почему ты здесь.       — А. Да. — Суть дела. — Есть две причины, по которым я здесь. Первая — проверить часть проекта Росси.       — Я игнорировала большинство твоих сообщений и писем, но если завтра я буду работать весь день, то к твоему возвращению в школу все будет готово.       — Возможно, я не… вернусь в школу. Я упоминал, что за мной охотятся копы, верно?       Она сузила глаза. — Я думала, они были только потому, что ты сбежал от Габриэля?       — Возможно, я… прихватил с собой несколько вещей, когда уходил. — Он выложил все, что украл из сейфа: шкатулку, книгу, еще несколько разных предметов. — И вот вторая причина моего визита: не знаешь, как связаться с Леди Баг? — Алья впилась глазами в Феликса, и он не смог удержаться, чтобы не продолжить: — Потому что ты единственный репортер, с которым она регулярно связывается, и я надеялся, что есть номер, по которому с ней можно связаться, или заклинание, или…       — Феликс. — Она прервала его взглядом. — Зачем тебе понадобилось говорить с Ледибаг?       — Потому что Габриэль — Бражник! — Они оба вздрогнули от высокого голоса. Между ними проплыл Дуусу, который проснулся и выбрался из кармана Феликса.       Аля бросилась прочь от волшебного существа. — Квами?!       — Ага! — хихикнуло существо. — Я — Дуусу. А ты! — Оно влетело в лицо Феликса. — Большое спасибо, что освободил меня из этого места, Феликс!