Разум

III

      Выйдя от Сознания, я светилась от радости. Меня допустили! Пока никто меня не видит, я попрыгала от счастья. Прямо в холле. Прошлась рукой по замысловатым узорам, поймала след пары аксонов и прочитала ту радость вперемешку с чувством грядущей бури. ...То есть, меня? Этого всего же скоро не будет... Мысль остановила радостное веселье. Пришлось немного успокоиться. Снова заходя в кабину, я указываю следующий пункт назначения: Станция Разума. — “Вы прибыли в пункт назначения”. Спасибо. Я выхожу, осматривая зал аудиенции. Здесь не было таких хором, как там, у Сознания. Тем не менее, здесь всё равно было прекрасно. Скамейки выполнены в форме согнутого листика, который был просто исписан математическими формулами вычисления массы, объёма, занимаемого пространства предмета, плотности, площади... и так далее. Начнёшь читать, что написано, и сразу поймёшь, насколько ты тупая. И только потом — почему тоненький материал выдерживает так много веса сразу нескольких сидящих на нём. Эти скамейки стояли на чёрном полу, где белым цветом показывалось строение пространственно-временной ткани, релятивистское сложение скоростей, парадокса близнецов, схемы двух систем отсчёта Галилея, гравитационный колодец чёрной дыры, всяческие схемы, линии, промежуточные итоги, решения и огромное количество прочей дичи, на которую просто не хотелось смотреть после тонны часов за книгами для моего задания. Зато я глянула на стены. На них изображался график путей гипотезы Коллатца для первого миллиона натуральных чисел. Выглядело это просто потрясно и, честно говоря, всегда завораживало меня, несмотря на кажущуюся сложность в проблеме, которую математики всё ещё пытаются решить. Что-то было в этих... "ветвях", "корнях", линиях, которые изображались там. Чувство, будто что-то абстрактное, красивое, но в то же время отражающее поразительную точность. Парадокс без противоречий. Напротив кабины, опять же, находилась дверь. Выглядела она так, будто нарисована прямо на стене. Оптическая иллюзия. Сама люблю подобное. Слегка нажав на дверь, чтобы она открылась, я— — “Пожалуйста, скажите пароль”, – донеслось из скрытого динамика двери. Надо же. Это что за супер меры предосторожности? Из-за вчерашнего решения, что ли? — «Пароль», – ответила я двери. — “Доступ разрешён”, – ответили мне, открывая панель вбок. Как хорошо, что я имею дело и с документацией Разума. Иначе нужно было бы, наверное, или неистово бить в стену, или возвращаться к Сознанию и терять время, чтобы получить допуск. Я прохожу внутрь и слышу знакомый голос. ⇥ ... Сопротивление воздуха? Отсутствует, мы в помещении! Можно исключить этот пункт. Что у нас сейчас? Ах, да, физическая культура. Метание мяча. ⇥ ...Взять мяч! Положение! Занести над головой! Слышны звуки рычагов и переходящих голограмм. Я бесшумно открываю дверь нажатием на неё, и она уходит вниз, как герметичный шлюз корабля. Вот он. Разум. Безукоризненно одет в классику, как всегда. К его голове крепилось множество шнуров и проводов, свисающих с потолка, а кресло, на котором он сидел, имело “рельсы” — восемь путей в форме звезды, по которым оно ездило туда-сюда. ⇥ ...Вертикаль! Горизонталь! – ещё пару перещёлкиваний рычагов. Он смотрел в Экран перед своими глазами. – Ось аппликат! Направление! Кресло дёрнулось влево, к его «рабочему столу». Там уже висели голограммы с возможными траекториями, схемами, вычислениями и вариантами событий. Пара движений рукой перед собой — и маршрут метания построен. Здесь же была указана погрешность броска и на схеме, и внизу, в процентах. Но он не смотрел туда, как как сейчас дело было в дальности, а не в точности. ⇥ ...Вектор принят! Начинаю набирать мощность! Кресло снова дёрнулось влево, на самый край луча звезды. Там находилось большинство рычажков и кнопочек не только на уровне торса, но и на уровне глаз и даже выше. Буквально вся эта часть восьмиугольной стены испещрена механизмами, в которых разбирается только Разум и Сознание. Даже не я. Он что-то покликал, поклацал, попереключал. Стали набираться цветные Шкалы Силы и Сосредоточенности. ⇥ ...Плечо силы, импульс! – снова к экранам, небольшая задержка... – Огонь! Станцию качнуло от броска. Я поздно поняла, что надо за что-то держаться, поэтому успешно свалилась вниз, ударившись локтём о твёрдый пол. ⇥ ...Есть! — Тс. Ай... Конечно же, он это заметил. В следующий же миг развернулся ко мне, щёлкая своим креслом. ⇥ Личность! – удивлённо-испуганно воскликнул он. – Твою переменную, напугала! — Прости. Поднимаясь на колени, я услышала, как ко мне подкатывается кресло. Разум острожно, наверняка всё рассчитав, подъехал ко мне и протянул руку. Я подняла голову, улыбнулась, схватилась за неё и встала, подобрав свою книгу. — ...Ты ведь не любишь, чтобы говорили под руку. ⇥ Верно, – чуть улыбнулся он. – Давно здесь? К его рукам тоже были присоединены кабеля с потолка. Не таким большим пластом, как к голове, конечно, но всё-таки были. Оно и понятно. Разум за всю Жизнь ни разу не покидал свою Станцию. — Пару секунд, – ответила я. ⇥ Как раз, когда я отвлёкся, – на мгновение обернул он голову назад. – Пришла за устройством? — Да, если можно. ⇥ Спрашиваешь ещё. Разум отвернулся, кресло заехало в центр звезды на полу и оттуда уже вправо. Справа тоже были всяческие панельки. Не так, как на стене напротив, конечно. Это была, скорее, небольшая мастерская, где он исполнял обязанности главного инженера и механика. Для этого там стоял стол. Именно он был самой менее заваленной поверхностью, не считая пола, который выступает "железной дорогой" и всегда обязан быть чистым. ⇥ Держи, – протянул Разум фиолетовую заколку для волос. Точь-в-точь такую же, как мою. Я прямо-таки удивилась, когда взяла её в руки. Не отличишь от обычной. — То есть, мне просто... одеть её? ⇥ Надеть, – поправил он. – Да. Связь будет передаваться дистанционно, поэтому нужно будет лишь её поймать и направить в нужную сторону. Голова у тебя большая, так что сигнал пойдёт куда надо. — Спасибо тебе. ⇥ Рад стараться.             { Щи, те дущь ынапой ла небуния та? } – послышалось сверху. ⇥ Айн момент, – сказал он, возвращаясь к Экрану, внизу которого стала мигать оранжевая кнопочка. — Конечно. Разум воспроизвёл иностранное предложение ещё раз, нажал одну из кнопок и сказал: ⇥ «Разумеется, надо же чем-то заняться». На Экране я видела нескольких [его], или, скорее, наших одногруппников, которые столпились вместе, чтобы обсудить, когда, как и каким составом будут играть в волейбол. Спросили они ради приличия или действительно хотели поиграть с нами — этого ни я, ни Разум не знали. Голограмма вывела слова на латинице. Я даже прочесть их не успела — он сразу букрнул: «Пойдёт» и свернул её.             < Десигур. Требуйе сэ фак чева, ну? > На это они неоднозначно посмотрели на [него] и отвернулись, приговаривая: «Хай, ду-те, ду-те». Экран показал поворот через правое плечо и возвращение к своим тетрадкам по фанатской «World of Goo 2», которые ждали хозяина на длинной скамейке, прислонённой к стене. ⇥ Так. Передышка, – вернулся он ко мне, заслонив собой Экран. – Скоро термотехника... — Ой, да. Это был намёк. Я взяла «переговорную заколку» в кулак. ⇥ Когда выйдешь, надень, и я свяжусь с тобой. — Поняла. ⇥ И... ты дальше к Совести, так? Кивок. — Мгм. Мне идти? ⇥ Да, иди. Она даст тебе оружие. — Оружие?! – искренне удивилась я. Это было неожиданно. ⇥ Да. Тебе же надо будет изгнать Влюблённость, – сказал он так, будто говорил ответы на детские примеры. – А она — то ещё Чувство. Просто так не выселишь. — Знаю. ⇥ Не знаешь. – Голос Разума стал твёрже на секунду. Затем снова смягчился, уже с нотками печали: – Просто не знаешь. — Со мной все вы. Справлюсь. ⇥ Пусть будет так. Я повернулась в сторону выхода. ⇥ Личность. Остановилась. Посмотрела на него. ⇥ ...Успехов. — Спасибо. Тебе тоже, на бакалавре. ⇥ Вернись к этому времени. Что-то встало поперёк горла. — Вернусь обязательно.