Часть 5

      Даша провожает взглядом красные огни такси, растворяющиеся в ночной мгле. Сердце сжимается от странного предчувствия: Лада уехала к нему. К нему. Даша гонит от себя эти мысли, чувствуя легкий укол зависти и тревоги. Теперь она одна. И ей нужно найти Игоря.       Последний раз она видела его у бара, окруженного его «свитой». Но сейчас там остались только двое парней, лениво потягивающих пиво из запотевших бокалов. Третий стул пуст.       — Ребят, а куда Игорь делся? — Спрашивает Даша, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я его найти никак не могу.       Один из них, грузный парень с неприятным, липким взглядом, ухмыляется.       — Расслабься, красотка. Посиди с нами, пока Игореша не найдется.       Он протягивает руку и обнимает Дашу за талию. От него пахнет дешевым табаком, перегаром и чем-то затхлым, словно он не мылся несколько дней. Дашу передергивает от отвращения. Она резко вырывается, чувствуя, как кожа горит там, где он её коснулся.       — Нет, спасибо. Я, пожалуй, пойду его еще поищу.       Поиски превращаются в кошмар. Клуб кажется лабиринтом, полным чужих лиц и оглушающего шума. Даша спрашивает знакомых, заглядывает в каждый темный угол, но Игоря нигде нет. Она даже просит Макса, который уже собирается уходить, заглянуть в мужской туалет.       — Там чисто, Дашуль, — Макс пожимает плечами, зевая. Его лицо выглядит уставшим, но глаза остаются добрыми. — А ты в ВИП-кабинках не смотрела? Он так многозначительно поглядывал в их сторону весь вечер. Может, решил сюрприз сделать? Романтик чертов.       — Точно! Макс, ты чудо! — Облегчение захлестывает её. — Давай, езжай домой. Завтра, то есть уже сегодня, созвонимся и займемся подготовкой к проводам Лады.       — Пока, солнце. Береги себя.       Макс уходит, растворяясь в толпе у выхода. Даша направляется к зоне ВИП-кабинок, отделенной от основного зала тяжелой бархатной шторой. Здесь тише, воздух пропитан дорогими духами и кальянным дымом. Большинство кабинок пусты — шторы раздвинуты, демонстрируя пустые диваны. Но две крайние закрыты.       Подходя к первой, Даша слышит грубый мужской смех и звон стекла. Она приподнимает уголок шторы и замирает. Внутри четверо парней, похожих на друзей Игоря, сидят с кальяном и бутылками.       — Ой, извините, я ошиблась, — Бормочет она, отшатываясь.       Сердце бешено колотится. Она почти бегом направляется к последней, самой дальней кабинке. Кто мог занять её? Почему именно здесь? Рука дрожит, когда она берется за тяжелую ткань шторы.       Даша откидывает штору в сторону и мир вокруг неё рушится.       Игорь сидит на диване, штаны спущены до колен. Перед ним, на коленях, в позе, не оставляющей места для двусмысленности, стоит одна из официанток клуба. Девушка с растрепанными волосами и пустым взглядом механически двигается, выполняя свою работу. Время останавливается. Даша чувствует, как земля уходит из-под ног. Тошнота подступает к горлу.       — И чего ты замерла? — Игорь замечает её. Его взгляд мутный, пьяный, но в нем нет ни капли раскаяния. Только наглая, самоуверенная ухмылка. — Втроем будет веселее. Присоединяйся, если хочешь.       — Шутишь? — Голос Даши звучит слабо, глупо. — Скажи, что это розыгрыш. Ты так глупо решил пошутить над мной?       Игорь медленно отталкивает девушку, которая даже не пытается сопротивляться, и начинает неторопливо подтягивать штаны.       — Это ты меня дураком назвала? — Он поднимается, поправляя ремень. — Знаешь, мне кажется, ты неправильно понимаешь наши отношения. Давай я объясню тебе, как всё должно быть.       — Как должно быть? — Даша чувствует, как внутри закипает ярость, вытесняя шок. — Если ты со мной встречаешься, ты не должен спать с другими! Вот так должно быть! Разве тебе понравится, если я буду спать с кем попало?       Игорь смеется. Этот смех холодный, жестокий.       — Ха, киска. Да кому ты, кроме меня, нужна? Ты же в постели бревно-бревном. Да и в жизни в тебе ничего особенного нет. Из всех достоинств — богатенький папочка. Без его денег у тебя не было бы друзей, да и парня такого, как я, ты бы не нашла.       — Неправда, — Шепчет Даша. Странно, но боли нет. Есть только холодная, кристальная ясность и злость. — Я не настолько плоха, чтобы покупать дружбу и любовь за деньги.       — Детка, посмотри правде в глаза, — Игорь делает шаг к ней, нависая сверху. — Кроме меня, на тебя никто не польстится. Ты — удобная игрушка.       — Да? — Даша выпрямляется, глядя ему прямо в глаза. — Пошел ты, Игореша, к своим друзьям. А я уже нашла себе другого мужика. Подойдешь ко мне ближе, чем на километр — он тебе голову оторвет.       Она разворачивается и выбегает из кабинки, слыша позади насмешливый хохот Игоря и его друзей. Слезы подступают к глазам, но она моргает, прогоняя их. Она бежит по лестнице вниз, прочь от этого смрадного места. Сзади слышны тяжелые шаги.       — Познакомишь со своим «мужиком»? — Голос Игоря звучит угрожающе. — Только учти, если обманула...       Он сжимает кулаки. Дальше говорить не требуется. Угроза висит в воздухе, плотная и осязаемая.       Даша вылетает из клуба на улицу. Ночной воздух ударяет в лицо, но не освежает. У входа паркуется огромный черный джип, фары слепят глаза. Она бросается к машине, едва не попадая под колеса.       — Помогите! — Кричит она, стуча по стеклу водительской двери. — Пожалуйста, помогите!       Дверь распахивается.       — Идиотка, — Раздается низкий, раздраженный голос. — Ты совсем ненормальная? Под колеса бросаться?       Из машины выходит мужчина. Высокий, в дорогом костюме.       — Помогите, пожалуйста, — Даша хватается за рукав его пиджака, её пальцы белые от напряжения. — Сейчас из клуба выйдет мой бывший. Вы не могли бы притвориться моим парнем? Просто... если он узнает, что я соврала, мне конец.       Мужчина смотрит на неё с недоумением, затем переводит взгляд на вход в клуб.       — Точно идиотка.       Даша видит, как из дверей выходит Игорь. Он оглядывается по сторонам, выискивая её фигуру в толпе. Паника сжимает горло.       — Простите... — Даша, не дав себе времени на раздумья, притягивает мужчину за лацканы пиджака и целует его.       Поцелуй получается резким, отчаянным. Мужчина замирает от неожиданности, его тело напрягается. Но через секунду он реагирует. Его рука ложится ей на талию, жестко, уверенно, притягивая ближе. Он отвечает на поцелуй — жестко, требовательно, с какой-то хищной страстью, от которой у Даши перехватывает дыхание.       Он отпускает её только тогда, когда ей действительно не хватает воздуха. Даша отстраняется, пытаясь отдышаться, и наконец-то рассматривает своего спасителя.       Высокий. При её ста семидесяти сантиметрах и высоких каблуках она едва достает ему макушкой до плеча. Темно-русые волосы слегка растрепаны ветром. Карие глаза смотрят на неё с интересом и легкой насмешкой. Когда он улыбается, на щеках появляются глубокие ямочки, смягчающие строгие черты лица. Костюм сидит идеально, подчеркивая широкие плечи и поджарое, натренированное тело.       — Так ты меня ради этого мажора решила бросить? — Игорь подходит ближе, его лицо искажено злобой. — Не староват ли он для тебя, Дашунь?       — Хочешь проверить? — Мужчина не дает Даше открыть рот. Он делает шаг вперед, заслоняя её собой, и его голос звучит холодно и властно. — Родная, можешь сесть в машину? Мы парой слов перекинемся с этим юношей, и поедем.       — Да, конечно, — Тихо отвечает Даша. От взгляда Игоря ей становится физически страшно. Она не понимает, как этот человек мог ей нравиться всего час назад.       Она садится в салон, закрывает дверь. Сквозь тонированные стекла она не слышит разговора, но видит, как Игорь бледнеет, затем краснеет от ярости. Мужчина говорит спокойно, кратко. Через минуту Игорь разворачивается и уходит обратно в клуб, понуро опустив голову.       Мужчина садится за руль, заводя двигатель. Машина плавно выворачивает с парковки.       — Что вы в таких находите? — Спрашивает он, не глядя на неё. — Куда тебя отвезти? Адрес скажешь?       Даша смотрит в окно. Домой ехать нельзя — отец уверен, что они с Ладой. К Ладе тоже не поедешь — она у своего «принца», и, судя по тишине в телефоне, у неё всё получилось.       — Не знаю… Хотя нет, знаю, — Говорит Даша. — Там, в конце улицы, отель «Метрополь». Отвезите меня туда.       Мужчина бросает на неё быстрый взгляд.       — Дай угадаю. Планировала там провести с ним ночь?       Тон его меняется. Становится жестче. Даша готова поклясться, что руки на руле сжимаются сильнее, побелевшие костяшки выдают напряжение.       — Я же не знала, что он такая сволочь, — Тихо отвечает она. — А мне все равно больше некуда ехать.       — Домой не вариант?       — Неа. Не хочу папу волновать. Он меня только утром ждет, думает, я у подруги осталась.       Машина останавливается на светофоре. Мужчина поворачивается к ней.       — Поедешь ко мне.       — Что? — Даша опешила.       — Приставать не буду, — Добавляет он, видя её испуг. — Просто составишь мне компанию. Раз уж из-за тебя я не отметил сделку и остался без ужина.       — Не поеду. Я даже имени вашего не знаю.       — Ярослав. А ты представишься?       — Даша. Но это ничего не меняет.       — Успокойся, ты мне по возрасту в дочери годишься, — Ярослав усмехается, но в усмешке нет зла. — Мне тридцать восемь. Тебе, скорее всего, и восемнадцати нет. А я с несовершеннолетними не сплю. Этика, знаешь ли.       — Мне есть восемнадцать, — Возмущенно заявляет Даша. — Как раз мой день рождения мы и отмечали. Так что я вполне совершеннолетняя.       — Поздравляю, — Машина сворачивает на подземную парковку элитного жилого комплекса. — Но спать с тобой я все равно не буду. Не заслужила.       Он выходит из машины. Даше хочется сложить руки на груди и заявить, что она никуда не пойдет, но такое поведение кажется ей детским и глупым. Она следует за ним.       — Я пойду, но если ты ко мне прикоснешься — мой отец тебя убьет, — Предупреждает она, стараясь звучать твердо.       — Договорились, — Ярослав даже не поворачивается. Нажимает кнопку вызова лифта и бросает взгляд на часы.       — А твоя жена не будет против, что ты привел постороннюю девушку в дом? — Спрашивает Даша, когда двери лифта закрываются.       — Можно, конечно, ей позвонить и спросить, — Он усмехается. — Но учитывая, что мы восемь лет в разводе, думаю, она не будет против.       — Ну, а вдруг она решит утром детей к тебе привезти, а тут я?       Ярослав молчит секунду. Когда он отвечает, его голос звучит глуше, тише.       — У меня нет детей. К сожалению.       По его лицу пробегает тень такой глубокой, застарелой грусти, что Даше становится неловко. — Прости.       — Не устала за сегодня извиняться? — Лифт останавливается. — Идем.       Квартира Ярослава поражает минимализмом. Светлые тона, минимум мебели, огромные окна, за которыми расстилается ночной город. Тишина здесь другая — не давящая, а спокойная, уютная.       — Там ванная, — Указывает он. — Можешь принять душ. А я одолжу тебе футболку или рубашку.       — Лучше рубашку, — Говорит Даша.       Через двадцать минут она выходит из ванной. Волосы мокрые, лицо без макияжа, на ней белоснежная мужская рубашка, которая болтается на ней, как платье. Она застает Ярослава сидящим в глубоком кресле с бокалом виски в руке.       — Виски. Будешь?       — Не стоит, я такое крепкое не пью.       — Зря, — Он поднимается и идет к барной стойке в углу комнаты. — Шампанское, мартини, вино?       — Шампанское. Но только чтобы составить тебе компанию.       Они садятся напротив друг друга. Тишина тянется, но она не тяготит. Наконец, Ярослав нарушает молчание.       — Я развелся с женой ровно восемь лет назад. Ровно восемь лет назад я так же сидел и пил, — Он делает глоток, глядя на янтарную жидкость. — Мы поженились, когда нам обоим было по двадцать. До этого еще три года встречались. Знакомы с детства — наши родители совместно строили бизнес. Поначалу все было прекрасно. Мы вместе работали, вместе отдыхали... Любили друг друга.       Даша слушает, затаив дыхание.       — Когда Свете исполнилось двадцать пять, мы решили, что пора задуматься о детях. Через год безуспешных попыток она обратилась к врачу. Обследовалась. Врач сказал, что с ней все в порядке. Посоветовал и мне пройти обследование.       Он замолкает. Даша видит, как напрягается его челюсть.       — Оказалось, что у меня не может быть детей. Последствия старой травмы, полученной еще в институте. Бесплодие.       Он ставит бокал на стол с глухим стуком.       — Только не надо меня жалеть.       — Я тебя не жалею, — Честно отвечает Даша. — Ты не из тех, кто вызывает жалость.       — И на том спасибо. Мы тогда со Светкой жалостью к себе упивались. Идиоты наивные. А потом сели и обсудили. Решили, что будем жить для себя. А если поймем, что друг друга нам мало — возьмем ребенка из детского дома. А на мой тридцатый день рождения Света сказала, что беременна.       Ярослав горько усмехается.       — Она встретила другого мужчину. И забеременела от него с первого раза. Представляешь? Вся наша проблема была во мне. А она просто не хотела ждать, не хотела усыновлять. Ей нужен был свой ребенок. И она нашла того, кто мог ей это дать.       Даша залпом допивает шампанское. Горечь напитка смешивается с горечью его истории.       — Я все равно тебя не жалею, — Повторяет она. — Мне вон Игорь тоже изменил. Прямо в мой день рождения. А лучшая подруга уезжает на два года в чертову Австралию.       — Прекрасная страна, — Автоматически отмечает Ярослав.       — Ага. Слушай... — Даше приходит в голову безумная идея. Она смотрит на него, оценивающе, дерзко. — А я тебе нравлюсь?       Ярослав даже головы в её сторону не поворачивает.       — Ты красивый ребенок.       — Я не ребенок! — Даша вскакивает. Обида жжет сильнее, чем алкоголь. Она расстегивает верхнюю пуговицу рубашки, обнажая ключицы, и обходит стол, вставая прямо перед ним. — Давай отомстим им. Твоей бывшей жене и Игорю. Идеальная месть. Им больно, а нам приятно.       Ярослав медленно поднимает на неё взгляд. В его глазах нет желания. Только холодное, анализирующее равнодушие.       — Во-первых, от этого ни твоему парню, ни моей жене больно не станет. Им плевать. Во-вторых, я не сплю с женщинами из мести. Это мелко. В-третьих... — Он внимательно смотрит на неё. — Ты даже не женщина. Ты девчонка. Испуганная, обиженная девчонка.       — Это все причины? Или будут еще цифры? — Даша чувствует, как щеки горят от унижения.       — В-четвертых, — Он ставит бокал, поднимается и подходит к ней. Он выше, сильнее, и его присутствие подавляет. — Я займусь с тобой любовью, когда ты этого заслужишь. И когда будешь действительно этого хотеть. А не когда тебе нужно доказать что-то какому-то придурку. Понятно?       — Хочешь сказать, что я тебя недостойна? — Голос Даши срывается. — Да как ты можешь так говорить?       — Сейчас ты просто молодая, избалованная девчонка, которая не знает, чего хочет, — Мягко говорит он. Его руки ложатся ей на талию. Не сексуально, а успокаивающе. — Я дам тебе стимул повзрослеть. И в первую очередь ты должна понять: спать с кем-то ради мести — идиотская затея. Это обесценивает тебя.       — Отпусти меня, — Даше обидно до слез. Она привыкла получать желаемое сразу. Её идея казалась ей блестящей, а он разрушил её одним взглядом. — Я лучше поеду домой.       — Оставайся, — Он не убирает рук. — Знаешь, ты была очень красива там, у клуба. Платье, косметика, укладка... Но сейчас... — Он проводит пальцем по её мокрой пряди волос.       — Сейчас ты настоящая. С влажными после душа волосами, не накрашенная, в моей рубашке. Такая... уютная. Нравишься мне намного больше.       Он наклоняется и целует её.       Это не тот поцелуй, которого она ожидала. Не жестокий, не требовательный. Легкий, почти невесомый. Как прикосновение пера. Даша сама не понимает, почему не отталкивает его, а наоборот, закрывает глаза, отвечая на поцелуй. В этом прикосновении есть какая-то странная нежность, защита.       — Я могу заставить тебя передумать, — Шепчет она, сама не зная, зачем говорит это.       — Конечно, можешь, — Он улыбается, и ямочки на щеках становятся глубже. — Но тогда мы оба об этом пожалеем.       Он прикасается к её губам еще раз, коротко, обещающе.       — Иди спать, ребенок. В гостевой спальне все готово. Спокойной ночи.       Даша идет в указанную комнату. Она думает, что после такого насыщенного событиями дня, полного унижений и открытий, она не сможет уснуть. Но стоит её голове коснуться мягкой подушки, как темнота поглощает её. Сон приходит мгновенно, тяжелый и без сновидений.