46

Едва сигарета оказалась в руке, курить не то что перехотелось, просто предвкушаемое облегчение заранее перечеркнулось мучительным чувством вины. Как будто хочешь в туалет, а тебе предлагают справить нужду прямо на многолюдной автобусной остановке. «Очень поэтично, Сосновский. И почему ты до сих пор не издал ни одной книги?» — Я, наверное, всё-таки не буду, — с сожалением сказал Игорь и сунул сигарету обратно в пачку. — А ты? Женя помотал головой. — А чего взял тогда? — спросил Игорь. — Для тебя. Они переглянулись. Понять что-то по Жениному лицу было невозможно, и тусклый лунный свет был тут ни при чём. Игорь снял с ветки фонарик. — Пошли пройдёмся? Женя пожал плечами. В зарослях осоки пели лягушки, изредка что-то плескалось. — Осторожно, тут топко, — сказал Игорь. Они пошли вдоль берега, разглядывая редкие далёкие огоньки. Лягушачье пение убаюкивало, от свежего воздуха кружилась голова. — Кажется, я смогу уснуть, — заметил Игорь. — Угу. В темноте ненадолго вспыхнул экран Жениного телефона. — Мама часто так? — Как? — Ну, молчит на тебя. Женя неопределённо повёл плечом. — Жень, помнишь, мы договаривались дружить? — Ну. — Ну, я просто… Приходи в любое время. Хоть в гости, хоть пожить. — Хоть насовсем, — ехидно подхватил Женя. — Вообще-то да, если захочешь. — С чего вдруг? — Ну, не знаю. Просто. — Всё у тебя просто. Они снова замолчали. Прошли до небольшого глинистого обрыва, повернули обратно, влезли в палатку. Игорь выключил фонарик и пристроил его у изголовья. — Спокойной ночи, Жень. — Угу. В палатке противно зудел комар. Игорь закрыл глаза. Комар подлетел поближе, позудел в ухо. Игорь решил его игнорировать. Комар позудел ещё немного и затих. Наверное, нашёл подходящее для укуса место. Ну и пусть. Из полудрёмы Игоря выдернул тычок в бок. — Чего? Женя не ответил. Игорь выпутался из спальника, сел, насколько позволял скат палатки, и прислушался. Тишину вспарывали протяжные страдальческие звуки. — Чё это? — прошептал Женя. — А, это этот… — Игорь потёр лицо ладонями, чтобы окончательно проснуться. — Саксофон. Дядя Коля уснуть не может, играет. У него просто окно открыто, лето же. — Кто? — Дядя Коля. На том берегу живёт. Хочешь, познакомлю? — Он реально дядя? — В смысле? — Ну, родственник. — Нет. — Всё равно не хочу. — Женя поёжился, вслушиваясь в печальную мелодию. — Будто кто-то умер. — Если бы это был фильм, я бы тебе щас рассказал, что у дяди Коли трагически погибла вся семья, он один остался — и вот играет, тоскует. — Чё, реально? — Нет, конечно. Щас он втык от жены получит и перестанет.