Глава 2.1. Женские штучки

      Тук-тук.       В дверь постучали, и она открылась. В комнату вошёл новый дворецкий Ганс.       — Молодой господин, как вы себя чувствуете? — спросил Ганс. — Я принес вам лекарство. Вам нужно его выпить перед тем, как подадут завтрак.       Дворецкий ссылался на рекомендации лекаря. Тот настоятельно советовал пить зелье три раза в день.       Кэйл взглянул на пузырек с розовой жидкостью, предложенный Гансом, и задумался.       «Значит, мне еще предстоит немного восстановиться?»       Несмотря на то, что он уже не чувствовал себя больным, предложение вызвало у него новый план. Он взял пузырек и выпил жидкость. Шум в его голове стал постепенно утихать.       — Ганс, — Кэйл посмотрел прямо в глаза дворецкому. — Где Рон?       Молодой мужчина замялся. Прежде чем ответить, он прервал визуальный контакт.       — Два дня назад господин Рон со своим сыном Бикросом ушли из поместья, снимая с себя обязанности дворецкого и шеф-повара. Молодой мастер, это случилось так неожиданно. Всё поместье было в истерике из-за вашего состояния, и мы заметили их уход только утром.       Кэйл, естественно, уже это знал, но если бы он этого не спросил, то это бы выглядело очень странно. Юноша перевел свой взгляд на сад. Его манило красное дерево в середине живого лабиринта.       — Что еще сказал лекарь? — Для Кэйла его здоровье сейчас было в приоритете. Лучше знать все ограничения. Ведь в своей прошлой жизни он страдал как от побоев, так и от травм после стычек с монстрами, и само состояние для него не ново. Но это новый мир, здесь всё завязано на магию, и, возможно, есть обстоятельства, о которых он не знает.       — Вам не следует перенапрягаться. Молодой мастер, необходимо продолжать употребление зелий еще как минимум две недели, так как они обладают обезболивающим эффектом. Исключительно потому, что они могут внушить вам ощущение здоровья, это не означает, что вы полностью выздоровели. Придайте больше внимания сну и, по возможности, измените обстановку. Лекарь также советует посетить местность около моря, что способствует более быстрому выздоровлению. — Ганс отчитался бодрым голосом, но в конце немного уколол: также ограничьте потребление алкоголя до минимума, так как он плохо взаимодействует с зельями.       После того как Кэйл услышал все рекомендации, он внутренне обрадовался. Всё это прекрасно вписывалось в его планы. Теперь запросить разрешение на путешествие у графа будет намного проще.       — Хорошо. Ганс, я буду завтракать со всеми. Оповести меня о времени. Можешь идти. — Бывшему корейцу все еще нужно было подумать в одиночестве. Молодой мужчина уже собирался уйти, чтобы дать распоряжения, когда последняя фраза Кэйла остановила его.       — И приготовьте мой кабинет. Я направлюсь туда сразу после завтрака.       — Простите? Ваш кабинет? — Дворецкий застыл в недоумении.       Кэйл с укором посмотрел на собеседника.       — Рон что-то сильно вас распустил. Что не так с моим кабинетом?       — Всё так! Ваш кабинет будет готов вовремя! — почти выкрикнул Ганс, развернулся на каблуках и направился к выходу из комнаты. Времени оставалось не так уж много, а кабинет был заперт на протяжении десяти лет.       Кэйл проследил, как входная дверь закрывается. Он глубоко вздохнул и массировал виски. Это всего лишь дворецкий, и он уже чувствовал усталость. Впереди его ожидал разговор с графом. Кэйл не беспокоился о том, что его новая семья обнаружит подмену. На самом деле, они плохо знали настоящего Кэйла. Просто...       Раздражает...

***

      В саду царит тишина, нарушаемая лишь пением птиц и шелестом листьев. Воздух свеж и чист, наполнен ароматами цветов и зелени. Лучи солнца проникают сквозь листву деревьев, создавая на земле причудливые узоры. Кэйл пришел сюда тайно, надев первые попавшиеся брюки и рубашку. Он вышел из комнаты в коридор и спустился на первый этаж, увидев небольшую террасу с выходом в сад.       Юноша стоял около дерева, располагавшегося в центре лабиринта. У него в запасе оставалось несколько часов до завтрака, поэтому он решил не медлить и проверить свое «приданное». Это дерево было очень старым и большим, и Кэйл даже не смог бы обхватить его ствол своими руками. Корни дерева извивались и уходили в землю подобно змеям.       Новоиспечённый дворянин, осмотревшись по сторонам, осторожно подошёл к дереву. Остановившись прямо под веткой, на которой Кэйл в своих воспоминаниях сидел рядом с мамой, он стал внимательно изучать землю. Там, в корнях дерева, один из них немного приподнимал почву. Это образовало небольшое пространство, которое могло бы стать тайником. Неподалёку юноша нашёл небольшую палочку и решил использовать её для проверки. Он аккуратно поковырял этой веткой в пространстве между землёй и корнем, чтобы убедиться, что там не было никаких острых предметов и ядовитых пресмыкающихся. После этого он надел перчатку, чтобы не пораниться, и уже руками стал рыть землю глубже.       Это заняло у него не больше нескольких минут. Сначала он аккуратно убрал в сторону слой жухлой листвы, а затем принялся копать землю. Его руки быстро добрались до холодного металлического прямоугольника. Оглядевшись по сторонам и убедившись в том, что вокруг никого нет, Кэйл начал аккуратно вытягивать свою находку из-под земли. Это потребовало от него некоторых усилий, но вскоре предмет был у него в руках.       Это была небольшая шкатулка, точно такая, как ее описывала Джули в его воспоминаниях. Она была покрыта слоем грязи, которую Кэйлу пришлось аккуратно стряхнуть. Затем он завернул свою находку в заранее припасенный шейный платок. Теперь шкатулку не было видно, и Кэйл направился обратно в сторону поместья прогулочным шагом.       Кэйл решил открыть шкатулку после завтрака, когда вернётся в свой кабинет. Сейчас он оставил свёрток с ней в ящике прикроватной тумбочки и лёг спать, намереваясь проснуться, когда Ганс придёт его будить.       Дворецкий разбудил и позвал служанок, чтобы помочь Кэйлу с одеждой, когда солнце было уже высоко.       Внимательно выслушав просьбу Кэйла о наряде «что-нибудь попроще», Ганс одобрительно кивнул, понимая, что юноша после побоев нуждается в дополнительном комфорте.       Служанки принесли более свободную и мягкую одежду, которая не стесняла бы движения поврежденного организма, осторожно помогли Кэйлу переодеться. Дворецкий убедился, что Кэйл чувствовал себя более комфортно в новом наряде. Он знал, что даже такие мелкие детали, как правильный наряд, могли оказать влияние на самочувствие и настроение Кэйла. Получить бутылкой по голове он не хотел.       Молодой дворянин с бесстрастным лицом смотрел на свое отражение в зеркале, размышляя о том, какое значение Ганс придает фразе «что-нибудь попроще». Его взгляд остановился на все еще роскошном наряде, в который он был облачен. Кэйлу было привычнее, чтобы одежда была проще и удобнее. Как для отдыха, так и для непредвиденных ситуаций.       – Ганс, пошли.       Юноша отдал приказ выдвигаться. И так, судя по нервным движениям Дворецкого, они уже конкретно опаздывают.       Кэйл заметил, что в крыле, где находилась его комната, слуг почти не было. Те, кто встречался, нервно кланялись и уходили. Юноша не мог понять причину такого поведения. Он помнил, что было написано в книге: Кэйл никогда не бил людей. Он может насмехаться и издеваться, но никогда не прибегал к насилию. Даже в отношении гангстеров из ночных баров, хотя это благодаря его ужасному прицелу ни одна бутылка не попала в цель.       — Ганс, почему ты служишь мне? — спросил Кэйл, это интересовало его с самого пробуждения.       — Господин граф распорядился, чтобы я временно служил вам, пока не будет найдена замена Рона. Кроме того, ваше питание будет обслуживаться на первой кухне, так как на второй пока требуется нанять главного повара.       «Вторая кухня осталась без главного повара. Вероятно, на ней пока никто не готовит», заключил Кэйл, запоминая эту информацию.       Они подошли с дворецким до дверей, ведущих в столовую. За ними раздавался звонкий девичий голос. Похоже, его младшая сестра что-то возбужденно рассказывала. Ганс открыл дверь, и Кэйл заметил, как улыбки и радость на лицах людей внутри помещения мгновенно исчезли. Он ощутил, как уют и семейная атмосфера моментально сменились на напряженную.       Дворянин делал вид, что не заметил изменения настроения в семье, и прошел к своему месту на противоположном конце длинного стола, отделенного от всех. Слуги незамедлительно накрыли для него.       — Ты опоздал, — граф нахмурился, глядя на сына.       — Прошу прощения, отец, я все еще плохо себя чувствую, — извинился Кэйл, но он делал это с таким выражением, словно оказывал одолжение.       Дворянин старательно игнорировал семью и сосредоточился на еде перед ним. Он рассматривал изысканные блюда, которые были разложены перед ним на столе. Нежный запах специй и свежести продуктов наполнил его ноздри, вызывая аппетит. Кэйл не обращал внимания на взгляды и молчание вокруг него, полностью поглощенный процессом питания. Чтобы избежать разговоров или вопросов о своем опоздании, он уделил внимание каждому блюду, оценивая его внешний вид и аромат, а затем впитывая его вкус. В то время как в столовой воцарилась напряжённая тишина, этот момент обеда стал для юноши временем спокойствия и наслаждения пищей, которое не хотел прерывать.       Через некоторое время завтрак подошел к концу. Граф встал. После него поднялись и все остальные.       — Кэйл, зайди сегодня ко мне в кабинет. Нам нужно поговорить, - сказал Граф. Он выглядел более расслабленно, чем в начале. На самом деле Дерус был даже рад. Сегодня его сын съел намного больше по сравнению с предыдущими разами. Он хотел спросить, как тот себя чувствует, но что-то мешало задать этот вопрос. За время, пока Кэйл провел без сознания, Дерус ни разу его не навестил. Он боялся. Его сын был очень похож на его прошлую жену, и заставить себя вновь увидеть израненное тело на белых простынях он просто не мог. Но все отчеты лекаря он выслушал.       — Хорошо, я зайду вечером.       Кэйл примерно представлял, о чем пойдет разговор. Но ему все же требовалось время, чтобы все хорошо обдумать.       Юноша вышел в коридор и взглянул на ждущего его дворецкого.       — Пошли в кабинет.       Ему всегда нравилось, что не нужно знать точное расположение всех помещений в этом огромном особняке. В этом мире существовала традиция, согласно которой слуга должен идти чуть впереди своего господина, словно указывая ему путь. Эта практика придавала обстановке особый шарм и ощущение роскоши.       Дойдя до кабинета, юноша попросил Ганса принести сверток из его комнаты.       — Ты не должен открывать и смотреть, что в нем, — предупредил его Кэйл.       Дворецкий с готовностью кивнул и ушел выполнять приказ, втайне надеясь, что граф всё-таки найдет замену Рону. Прислуживать юному господину было нелегкой задачей. Слухи о тяжелом характере старшего сына графа, Кэйла, распространялись по поместью и за его пределами. Говорили, что, если ему что-то не нравилось, он мог устроить истерику или даже избить виновного. Ганс слышал эти истории, и, хотя сам не видел избиения, он пару истерик все же застал. Если столько людей утверждали что-то подобное, скорее всего, в этом была доля правды.       Кэйл сконцентрировался на своих записях, восстанавливая важные детали из романа. Он знал, что информация, заключенная в этих записях, могла быть ключом к его будущему и выживанию в этом непредсказуемом мире. Записи на корейском языке были его способом удержать информацию в секрете.       Когда Ганс оставил сверток на столе, Кэйл только кивнул, не отвлекаясь от работы. После нескольких часов интенсивного анализа он разработал грубый план действий, сосредотачиваясь на защите, здоровье, скорости и атаке. Эти аспекты были неотъемлемой частью его стремления выжить и преуспеть в этом опасном мире. Кэйл был готов вложить максимум усилий, чтобы достичь своей цели.       Ближе к вечеру, когда дворянин закончил свои планы, а все исписанные бумаги были преданы огню, Кэйл решил, что пришло время рассмотреть «приданное». Его интересовало, насколько семья его матери была щедрой и что граф считал «женскими штучками».       На крышке шкатулки был уже знакомый диск мутного камня, только он был красного цвета. На этот раз отпечаток не сработал. Немного подумав и уколов палец ножом для конвертов, он капнул кровью на замок. Раздался знакомый звук. Кэйл открыл шкатулку и увидел пару мешочков.       Оба предмета оказалось обладали пространственной магией, способной вмещать гораздо больше, чем казалось снаружи. Тот что больше был пуст. А внутри того, что был по размеру меньше, было огромное количество золотых монет, множество украшений и драгоценных камней. Кэйл не мог не поразиться щедрости семьи матери и разнообразию сокровищ, хранившихся в этой шкатулке. Это было нечто невероятное и вдохновляющее.       Юноша не решился сейчас пересчитывать все монеты. Для этого нужно большое помещение, а не его маленький кабинет. Но одна мысль билась у него в мозгу.       «Я БОГАТ!»       Уже сейчас денег хватит на всё, а если вспомнить башню магов. На губах юноши начала появляться улыбка.