Глава третья: Когда цветок распускается

Казалось он не сделал ничего особенного, но сладкая тега растеклась по её телу. Когда губы принца коснулись её бедра, Адель вздрогнула и положила руку ему плечо. Она хотела остановить его так, а он в отместку поцеловал остановившую его ладошку. Его внимательный, изучающий взгляд оставался спокойным и уверенным. — Все хорошо, Адель. Но она не смогла и шевельнуться, будто её загипнотизировали. Рейхолтейн же устроился у неё между ног, и игриво лизнул её лоно. Адель выгнулась, наслаждаясь его ласками. — Аах! Подожди…! В момент когда его влажный язык коснулся её бугорка, невероятное наслаждение волной прошло по телу, как электрический импульс. Она никогда раньше не испытывала ничего подобного. Когда он проделал так ещё несколько раз, её промежность предательски намокла. И не от его слюней. Это из неё что-то медленно вытекало. — М-м, а, а-а-ах! — неосознанно она так громко застонала, что от стыда Адель сжала ладонью рот. Боже как странно и непривычно звучит её голос. А Рейхолтейн даже не думал останавливаться. Пальчики ног поджались, Адель изогнулись, вцепившись в волосы возлюбленного. — Полегче, а-ах, боже… Ре-эй, а-а, а-а-ах! — Её трясло от удовольствия, голос дрожал. Ещё чуть-чуть, ещё немножко, и она вот-вот достигнет пика удовольствия. Но… тут Рей внезапно остановился. — Ре-рейхолтейн? Сквозь упомратичное желание она взглянула него. У устроившегося между её ног Рейхолтейна горели уши. — Адель, умоляю, не называй меня так. — Э-э, ты о чём? — По-другому, зови меня по-другому, пожалуйста. Ты уже меня так называла. По-другому? Адель позволила себе фривольность, и кокетливо позвала его: — Р-е-е-ей. Как-то раз она услышала, что именно так его называл Наследный принц Идрион. Так принца называли самые близкие люди. Раньше она чаще его так звала, завидуя ему белой завистью. По лицу Рейхолтейна расплылась улыбка. — Да, вот так, Адель, — он отстранился, и начал нетерпеливо срывать с себя одежду. У Рейхолтейна крепкое поджарое тело, которое украшают кое-где шрамы — рыцарь всё-таки. Адель не знала куда себя деть и куда смотреть. И её блуждающий взгляд остановился на… что-то, что прямо стояло. Адель от смущения зажмурилась, сглотнула от страха. — Если будет очень больно, не бойся и, пожалуйста, скажи мне, — его губы поцеловали лоб Адель. Адель слабо кивнула. — Я знаю. Инородное тело медленно проникло в неё. Она напряглась, её киска была настолько мокрой, что даже от этого движения по её телу пробежал заряд удовольствия. Адель протянула руки и обвила ими шею Рейхолтейна, затем обхватила его голову и поцеловала. Её поцелуй был неуклюжим, неловким, неопытным, но ей хватало и этих детских касаний губами. — Уух… — Её девственный цветочек впервые так раскрылся и было немного больно. Но главное — она и Рейхолтейн сейчас стали одним целым. Адель крепко-крепко обнимала его своими тоненькими ручками, простонав ему в губы. По подбородку и губам стекала слюна, которую сейчас не было ни сил, ни желания вытереть. — Адель, милая, расслабься. Адель тяжело дышала, ощущая как её пронзает Рейхолтейн своим жезлом, она посмотрела туда, где их тела соединялись вместе. Казалось, что он достает своим жезлом до желудка, а он не вошёл даже на половину. И его постепенно поглощало желание, он начал мягко двигать бедрами. — Уф… Еще, пожалуйста, не останавливайся, а-а-ах, всё хорошо… — но ей было больно. Но эта боль ничто по сравнению с тем, что она пережила в Ченциле. Её взгляд блуждал по его телу. Она провела рукой по его мускулистой спине, будто успокаивая. Свое твердое естество он заталкивал всё глубже и глубже. Сердце трепетало и разрывало грудную клетку. Адель, вся сжавшись и напрягшись, крепко обняла Рейхолтейна. — А-а-а! — Её тело пронзила дикая боль, они соприкоснулись животами. Лихорадочным взглядом она смотрела на него. Из глаз вот-вот хлынут слезы. Успокаивая, Рейхолтейн мягко целовал её веки. — Медленно, дорогая… Я постараюсь двигаться медленно. Когда Адель кивнула головой в знак одобрения, Рейхолтейн медленно, но не до конца вывел свой член, и сделал несколько ощутимых толчков в неё. Ещё было немного больно, но постепенно в ней расцветало возбуждение. Она ощутила такое же удовольствие, как когда он вылизывал ей между ног. — Аах… Рей-хол-тейн… ааа! Мм! ~ Медленные толчки разжигали похоть. Она чувствовала как сильно покраснели её щеки. Воздух теперь казался опьяняющее горячим от тепла их тел. От всего этого у неё кружилась голова. Издав короткий вздох и сжав руку Рейхолтейна, Адель посмотрела ему в глаза. Она успела привыкнуть к нему и стала раскованнее: прикусила губу, глупо пытаясь сдержать сладкие стону, и сжала его талию ногами. — Да-да-да! Аааа…! Ох, боже мой! От каждого движения Рейхолтейна по комнате проносилась череда влажных чавкающих звуков. Кончик его стержня касался её самого глубокого местечка, вызывая волны дрожи по телу. Они приближал к чему-то невероятно приятному. — Ууух, Адель… Еще чуть-чуть, еще немного… — Ах, ха-ха, Рей.....Ааах! Адель обняла его, не желая отстраняться. Невероятное удовольствие взорвалось внутри нее. Она вздрогнула и выгнула спину, будто спасаясь от непреодолимого жара, охватившего ее тело. Мгновение — ощущение будто её тело наполнилось чем-то доверха и оно переливалась через край. В глазах у нее побелело, и что-то горячее медленно стекало по её бедрам. — Хааа…! Хааа…! Напряжение спало, пот стекал по коже. Звук ее сердца, бьющегося так сильно, как будто он был у нее в ухе, звоном отдавался в голове. Казалось, что ее лицо горело. — Я люблю тебя, Адель. Я счастлив быть твоим мужем. Это Адель стоило бы поблагодарить его, благодаря ему она получила шанс на лучшую жизнь. На глазах её выступили слезы, они медленно стекали по горящим щекам — …Я тоже, я тоже счастлива быть твоей женой. — Принцесса, — Адель очнулась от своих далеких прошлых воспоминаний, услышав голос, звавший ее в настоящем. Обстоятельства немного поменялись. Теперь она не пряталась трусливо под одеялом, и её не волновал факт, что должна состояться первая брачная ночь. Все остальное было таким же, как и тогда. Она сжала свою вспотевшую руку и повернула голову к Рейхолтейну. Она точно должна поменять будущее. Возможно её слова покажутся жестокими, если не оскорбительными, но именно они повлияют на дальнейший исход. — Ваше высочество, — ответила холодным и отстранённым тоном Адель. — Вы можете звать меня Рейхолтейн, — он не хотел, чтоб она обращалась к нему официально. Он хотел в этих взаимоотношениях тепла: ласково звать её по имени и слышать тоже в ответ. Однако, взглянув на холодное и ожесточенное лицо Адель, его надежды разбились прежде, чем он осознал это. — Пообщайте мне кое-что, — продолжила Адель, сделав вид будто не услышала его просьбы. — Пока я буду ответственно выполнять обязанности вашей супруги перед обществом, прошу, нет, настаиваю: пресечь любые попытки сближения, за исключением, конечно, требующих для этого ситуаций. Я стала вашей супругой только ради блага граждан наших стран. Слова, слетевшие с губ Адель, были неумолимы, тверды и убедительны. Будто всё сказанное она действительно произнесла не ради его блага. — Я люблю тебя, Адель. Я счастлив быть твоим мужем. Его голос возник в памяти как давнее воспоминание, Адель на мгновение прикрыла глаза. Возможно… В этом будущем она больше никогда не увидит любовь и тепло в его глазах. От этого было тяжело на груди, но это всяко лучше, чем ещё раз увидеть как он мучительно умирает. Адель прикусила губу. — Прости, но я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду… Ты хочешь сказать, что мы будем играть в влюбленную пару на публику? — Застывшее от удивления лицо Рейхолтейна покрылось пятнами. Адель не отвела взгляд. Это тоже она пообещала себе. — Да. — Тогда… Я бы хотел поинтересоваться одним моментом, принцесса. Ваше сердце уже отдано другому? — Имеет ли это значение? — Тогда могу я спросить, в чем проблема? — Дело в том, что я не хотела занять это место. — В голосе Адель прозвучала резкость. Своими словами, как нож рассекает воздух, она и пресекла все возражения, вопросы и предложения. Но она знала, что борется она не против него, а против своих чувств. — ..... Я вас услышал. Адель вздохнула с облегчением. Это конец дальнейшего развития их отношений. Будущее меняется. Адель легла обратно и заснула.