Глава вторая: Когда цветок распускается

— …за светлое будущее Дельт и Ченциль, что созданы из крови и плоти… — Верховный жрец торжественно произносил поздравительные речи. Сегодня был исторически знаминательный день: впервые за сто лет, было официально объявленно примирение двух враждующих сторон, разделенных гражданской войной. Хотя, никто пока ещё не знал, что это не примирение, а лишь «перемирие». — …и пусть этот союз положит конец вражде между братскими народами, и воцарится мир. Да прибудет с нами благословение Божие. Поскольку их свадьба носила даже не национальное, а мировое значение, пиршество превратилось в грандиозный праздник. Хотя подданные королевства Дельт и не рады были невесте их любимого принца, но они не могли не пожелать Рейхолтейну благополучия. Благополучно избавиться от злой ведьмы. Адель даже на мгновение задумалась: а не по вине ли жителей Дельт время повернулось вспять? — Ваше Высочество, — прошептал Рейхолтейн, не отрывая от неё взгляда. Адель, уже заскучавшая и уставшая, подняла голову. Принц улыбнулся. Он протянул к ней руки и аккуратно приподнял скрывавшую лицо вуаль. В тот момент всё стихло: кончилась музыка, торжественные речи и громогласные выкрики. Рейхолтейн осторожно запечатлил на губах Адель поцелуй, скрепив их союз навеки, а приглашённые гости, затаив дыхание, смотрели на них. Его поцелуй был нежным, как прикосновение бабочки. Теплый след на губах опять окунул в воспоминания, и Адель неосознанно сжала кончики его пальцев. Склонившись к уху, он прошептал, так тихо, чтобы услышала только она: «Мне не хватало тебя». «Мне тоже,» — так осталось неозвученным. Он все еще жив. Её желание исполнилось: она снова увидела его живым и здоровым. Тут её будто обдало холодной водой от осознания, именно она причина его смерти — её тело сосуд с ядом, и она… сможет убить его снова. Обессиленная ужасом осознанного, она отпустила его руку. ‘Надо. Срочно. Уезжать,’ — это первое, что Адель должна сделать ради спасения любимого. *** Медовый месяц они провели в скромной резиденции, который стоял особняком от императорского дворца. Об этом решении настоял Рейхолтейн: «Для Адель это место подойдёт больше, чем Императорский замок». Почему? Как минимум потому, что в резеденции было меньше недолюбливающих взглядов. Адель оглядела спальню Рейхолтейна. До перемещения во времени они основались в этой скромной резиденции и оставались там... до его последнего вздоха. Комната была такой же как она помнила. Всё было новым, чистым, аккуратным. Выданная горничными ночная сорочка была точно такой, как она помнила: тонкой и полупрозрачной. Тут Адель вспомнила забытый приятный эпизод, коих до кончины Рейхолтейна было немало. До замужества она и представить себе не могла, что когда-нибудь вновь встретится с Рейхолтейном. Воспоминание о том времени, когда она исполняла роль дипломата, будучи по факту политической заложницей, грело душу. Это время она искренне считала самым лучшим в её жизни. А выйти замуж за этого прекрасного мужчину, не говоря даже о том, чтобы остаться в этом королевстве, было выше всяких мечтаний. До него она была будто механической куклой, у которой закончился завод. — Принцесса... После того как торжество окончилась, наступило время брачной ночи. Горничная выдала ей настолько прозрачную ночную сорочку, что в ней Адель ощущала себя нагой. Белая, струщаяся ткань, но до пошлого прозрачная - стыдно в таком даже показываться супругу. — Да, Ваше Высочество? — Вам холодно? Но не холод она чувствовала, а нарастающий от стыда жар. Но Адель укралась одеялом и не показывала даже своего носа. Она не могла исключить, что, возможно, он тоже был в похожем, точнее развратном, халате. — Дело не в этом… Не то чтобы она никогда не мечтала о браке с Рейхолтейном, но даже в своих мечтах она не допускала и мысли о брачной ночи с ним. — Тогда почему… вы спрятались под одеялом? Смелости не хватило ответить ему - Адель была до ужаса застенчива и пуглива. Хорошо, что никому под одеялом не видны её покрасневшие щеки. Рейхолтейн понятулся к её личику, которое она спрятала под одеялом. — Если Вы плохо себя чувствуете, тогда я позволю Вам отдохнуть сегодня вечером, принцесса. — Это… Пальцами он коснулся её губ, вместо носа, ибо под одеялом не мог разглядеть точные черты её лица. — Отдохните немного. Я вызову врача. Адель будто током ударило от такого заявления. Слухи ж какие пойдут: в первую ночь жена отказалась от супружеского долга из-за плохого самочувствия! Тем более, что ничего у неё не болит. Адель высунула голову из-под одеяла. — Пожалуйста, подождите! Подождите всего минутку! Не успел прохладный воздух опалить её кожу, как до её ушей донёсся тихий смешок. Она-то думала, что Рейхолтейн в любой момент готов вызвать врача, но вместо беспокойства на его лице сияла ухмылка. — Сейчас с Вами все в порядке? - сказал он, смотря на неё. Это получается он и не собирался вызывать врача?! Он что смеётся над ней?! Сегодня он был особенно озорлив, как ребенок, которому подарили необыкновенную птичку и разрешили поиграть с ней. — Адель. От резко сменившегося тона глаза Адель округлились. Он никогда не фамильярничал, разговаривал с ней всегда официально. Он впервые... Просто позвал её по имени. От того "Адель" прозвучало для неё слишком сладко и нежно. — .....Ваше высочество. — Только не говори мне, что ты забыла моё имя, Адель. — ......Рейхолтейн. Адель с трудом произнесла его имя и молча глядела ему в глаза. Он приблизился. Исчезло озорное настроение, а в воздухе повисло напряжение. Адель натянуто улыбнулась, похоже неловко не только ей одной. Она притянула его к себе за руку. Не раз он сопровождал её персону или танцевал с ней, но сейчас... Сейчас в этом прикосновении было что-то особенное, интимное. Его ладонь была большой, твердой и теплой. Рейхолтейн же в ответ, подтверждая её предчувствие, запечатлел на губах короткий поцелуй. — Ах~ Она не успела опомниться, как что-то тёплое и влажное проскользнуло между её губ. Она была шокирована, но скорее от неожиданности, ибо... Было невероятно приятно. А по телу протекало тепло. Безумный грубый и сладкий поцелуй невероятно возбуждал. Она крепко его обняла. Хотя и раньше она никогда не целовалась, тем более с языком, она не могла оценить поцелуй. Он казался ей странным, но приятным. Даже более того, не хотелось останавливаться. — Ха, ха… Если раньше её щечки слегка краснели, то теперь её лицо было красным и горячим, как уголёк из печи. Она подняла на Рейхолтейна взгляд полный непонимания. Он смотрел на неё, но во взгляде было что-то другое, чего она никогда раньше не видела. — Пожалуйста, позволь мне, Адель. — .....Я разрешаю тебе. Даже вопреки своему глубокому желанию, он спросил согласие, вежливо её как и всегда. Адель кивнула, как будто была под гипнозом. Казалась она готова на всё, ради него. И... Это было то, чего желала и сама Адель. Рука Рейхолтейна стянула с Адель одеяло. Теперь воздух не казался ей холодным - ибо ей было невероятно жарко. Адель стыдливо прикрыла грудь рукой. Реолтейн, казалось, улыбнулся уголками губ. Он наклонился к ней и медленно с нежностью поцеловал её лоб, нос, губы, и еще раз губы. Затем он спустился ниже, Адель казалось, что его поцелуй как метки, жаркие и обжигающие. И этими метками он украшал её тело, как художник картину. На её теле расцветали красными лепестками засосы. — Рей, я хочу… больше...