Глава 13.

Квартира Евы была маленькой, уютной, заставленной книгами и растениями. Настя сидела на диване, сжимая в руках чашку с чаем, и смотрела в одну точку. Ева суетилась рядом — принесла плед, налила еще чаю, положила перед ней печенье. Она делала все, чтобы Настя чувствовала себя в безопасности. Но Настя не чувствовала себя в безопасности. Она знала — он найдет ее. Он всегда находит. Вопрос был только в том, когда. — Настя, — Ева села рядом и взяла ее за руку. — Ты должна рассказать мне все. С самого начала. Настя подняла глаза на подругу. Она видела в ее взгляде тревогу и сострадание. И она поняла — больше нельзя молчать. Она начала рассказывать. Сначала — медленно, запинаясь. Потом — все быстрее, как будто прорвало плотину. Она рассказывала о первой ночи, о зеркале, о том, как Глеб сжимал ее запястья, о том, как она просила его остановиться, а он только сильнее сжимал пальцы. Она рассказывала о браслете с GPS, о том, как он контролировал каждый ее шаг, о том, как она чувствовала себя вещью. Ева слушала молча, и по ее щекам текли слезы. — Боже мой, Настя, — прошептала она, когда Настя закончила. — Почему ты сразу не сказала мне? — Я боялась, — ответила Настя. — Я боялась, что он сделает что-то с тобой. Он угрожал. Он говорил, что уничтожит всех, кто попытается мне помочь. Ева сжала ее руку. — Теперь ты в безопасности. Ты у меня. Он не найдет тебя здесь. Настя покачала головой. — Он найдет. Он всегда находит. У него есть деньги, связи, власть. Он найдет меня, где бы я ни была. — Мы не позволим ему, — сказала Ева, и в ее голосе зазвучала сталь. — Я позвоню в полицию. Мы напишем заявление. Мы сделаем все, чтобы он сел. Настя посмотрела на подругу и впервые за долгое время почувствовала слабую надежду. — Ты думаешь, это сработает? — Должно сработать, — ответила Ева. — У нас есть доказательства. Твои синяки, твои записи, видео, которое ты сняла. Мы сможем доказать, что он делал это. Настя кивнула. Она хотела верить. Но где-то глубоко внутри нее сидел холодный страх. Он не остановится. Он не из тех, кто сдается. Он будет мстить. — Ева, — сказала Настя тихо. — Если он придет сюда... если он попытается что-то сделать... — Я вызову полицию, — твердо сказала Ева. — И я не позволю ему тронуть тебя. Ты в безопасности, Настя. Я обещаю. Настя хотела верить. Она хотела чувствовать себя в безопасности. Но где-то внутри нее продолжал пульсировать страх. Она не знала, сколько еще сможет так жить. Но она знала — она больше не будет жертвой.

***

Они поехали в полицию через час. Настя чувствовала себя маленькой и беззащитной в кабинете следователя. Она рассказывала свою историю снова и снова — о первом дне, о ночах, о синяках, о браслете. Она показала свои запястья, на которых все еще виднелись бледные следы от его пальцев. Следователь — мужчина лет сорока с усталыми глазами — слушал ее внимательно, записывал что-то в блокнот. — У вас есть доказательства? — спросил он. — Да, — ответила Настя. — У меня есть видео, на котором я говорю о том, что он делал. У меня есть его записка. У меня есть браслет с GPS-трекером. Она протянула ему браслет, завернутый в фольгу. Следователь взял его в руки и осмотрел. — Мы проверим, — сказал он. — Если это действительно GPS-трекер, это будет серьезным доказательством. Он помолчал, потом посмотрел на Настю. — Вы знаете, что это будет сложное дело? Он может попытаться откупиться. У него есть деньги, связи. Он может попытаться запугать вас. Настя сжала кулаки. — Я не боюсь его, — сказала она. — Я больше не боюсь. Следователь кивнул. — Хорошо. Мы сделаем все, что сможем. Но вам нужно быть готовой к тому, что это займет время. Настя кивнула. Она знала. Она была готова ждать.

***

Они вышли из полицейского участка, и Настя глубоко вздохнула. Воздух был свежим, весенним. Небо было голубым, безоблачным. Она чувствовала, как страх немного отступает. — Я отвезу тебя домой, — сказала Ева. — Ты будешь жить у меня, пока все не уляжется. — Спасибо, — сказала Настя. — Я не знаю, что бы я делала без тебя. — Ты бы справилась, — сказала Ева с улыбкой. — Ты сильная, Настя. Ты всегда была сильной. Настя посмотрела на подругу и впервые за долгое время улыбнулась. Настоящей, теплой улыбкой. Она была не одна. У нее была Ева. И она справится. Вернувшись в квартиру Евы, Настя села на диван и взяла телефон. Она знала, что рано или поздно он позвонит. Она ждала. Звонок раздался через час. На экране высветилось имя Глеба. Она не хотела брать трубку. Но она знала — если она не ответит, он будет звонить снова и снова. Или придет сам. — Алло? — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Настя, — голос Глеба был спокойным, почти нежным. — Я знаю, что ты в полиции. Ты думаешь, это поможет? Ты думаешь, они что-то сделают? Настя молчала. — Я люблю тебя, Настя, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты вернулась. Мы можем все забыть. Мы можем начать сначала. Ты только скажи, и я приду за тобой. — Я не вернусь, — ответила Настя, и голос ее дрогнул. — Ты вернешься, — сказал он, и в его голосе появилась сталь. — Ты всегда возвращаешься. Ты моя, Настя. Ты всегда была моей. И ты всегда будешь. Она отключила звонок и уставилась в стену. Он не оставит ее в покое. Он будет преследовать ее. Он будет ждать. Он будет искать способ вернуть ее. Но она не позволит ему. Она больше не будет жертвой.