Глава 4.

Блейз стоял в Запретном лесу, вдыхая вечерние ароматы. Без маски пожирателя он мог бы полностью насладиться дикой природой. Но такой возможности у него давно не было. Когда-то он грезил о том, чтобы владеть крупнейшими винодельнями Европы и блистать на всех светских раутах как наследник несметных богатств. Забини не собирался возвращаться в этот унылый Лондон. Город казался ему серым, окутанным смогом, дождями и туманом. Нет, это было не для него. Рим, Милан, Венеция манили его куда больше. Но, как это часто бывает, жизнь вносило свои коррективы. Сейчас он находился среди таких же людей в масках, а впереди, как повелитель, стоял Тёмный Лорд. Если бы пару лет назад ему сказали, что его идеальная жизнь закончится так, он бы, наверное, убил себя. Но в этом была ирония судьбы: сейчас он не мог даже помыслить о таком исходе. На его месте должен был быть Малфой. Это было бы более логично. Его семья всегда была предана Тёмному Лорду, в отличие от семьи Блейза. Однако Драко решил перейти на другую сторону, а его родители слишком дорожили единственным сыном, и это склонило чашу весов. В сентябре прошлого года в особняке Забини появился Повелитель, который заметил, что влияние матери Блейза на политиков было значительным. Все важные итоги встреч, которые проводились в кабинете Министра, на следующий день уже могли быть процитированы Ирмой Забини. Её репутация всегда была неоднозначной: она семь раз была замужем, но каждый новый супруг по какой-то причине уходил из жизни. Блейз никогда не вмешивался в дела матери, считая её очень умной волшебницей, и позволял ей самой решать, как действовать в различных ситуациях. Однако, похоже, в последний раз она ошиблась. Блейз постоянно возвращался мыслями к тому дню, когда их мир изменился. Казалось, они попали в другую реальность, где Тёмный Лорд и его мать неожиданно нашли общий язык. Блейз знал: за её улыбкой и игривыми словами скрывался страх. Он был уверен, что, если бы ему не грозила мгновенная смерть за отказ матери сотрудничать с Лордом, они бы давно уехали. После того дня Тёмный Лорд стал слишком часто посещать званые ужины. Миссис Забини с рождения обладала талантом использовать окклюменцию, но даже её ментальную стену Тёмный Лорд смог пробить. Он убедился, что женщина не полностью разделяла навязанные им убеждения. Тёмный Лорд не только мучил своих жертв, но и наслаждался унижением последователей. Особенно доставалось тем, кто был ему «особенно дорог». Ирма Забини обладала редкой красотой и манерами, достойными аристократки. Её привлекательность не могла не заинтересовать мужчин из числа пожирателей. Многие из них хотели её, но не могли добиться взаимности. Тёмный Лорд обожал владеть тем, что было недоступно другим. Миссис Забини стала очередной его игрушкой. Ему нравилось, как его последователи смотрели на него, когда он появлялся на собраниях вместе с Ирмой и клал руку чуть ниже её талии. Только он мог касаться её в тех местах, о которых другие мужчины могли лишь мечтать. Блейз не был уверен, что в душе Тёмного Лорда осталось хоть что-то светлое. Однако, как и любая игрушка, она вскоре начала надоедать ему. Походы в дом Блейза больше не были уединёнными встречами только для Тёмного Лорда. Однажды зимним днём вместо него на пороге появился ещё один Пожиратель. Блейз узнал этого человека: это был ужасно-уродливый мужчина, который недавно успешно выполнил одну из миссий Лорда. Награда не заставила себя долго ждать, и вместо Тёмного Лорда в комнату его матери поднялся другой человек. На следующей неделе за предыдущим последовал ещё один, а потом ещё. За каждое успешно выполненное задание полагался особый приз, и каждый Пожиратель старался выслужиться перед своим Господином. Блейз был в ярости и каждый раз получал жестокое наказание. После очередного протеста, когда он лежал в своей кровати и его тело содрогалось от спазмов уже третий день, в его комнату зашла миссис Забини. Её некогда блестящие каштановые волосы теперь казались тусклыми и безжизненными. Он давно не видел на её лице улыбки. Её исхудавшее тело покрывало множество синяков, которые она пыталась скрыть длинными платьями с высоким воротом. Она села на край кровати и осторожно провела рукой по его коротким вьющимся волосам. Блейз не мог смотреть на неё — не сейчас, зная, какие уродливые шрамы скрываются под этим дорогим бордовым платьем. — Пожалуйста, не надо, — её голос звучал мягко, но слова были как пощёчина для Блейза. — Нет, — хрипло ответил он. — Пожалуйста, Блейз, я не могу больше это видеть... — казалось, она вот-вот расплачется, но сдерживалась. — Нет. — Со мной всё в порядке, не надо, прошу... — его голос дрогнул на последнем слове. — Не лги мне. Ты думаешь, я не знаю, что происходит за дверью твоей комнаты, когда приходят эти люди? Думаешь, я не понимаю, что сначала ты накладываешь заглушающее заклинание, чтобы не было слышно твоих криков, а потом запирающее, чтобы я не увидел, что они сделали с твоим телом? Он пристально посмотрел на женщину перед собой. Блейз всегда замечал сходство их глаз, но сейчас увидел явное различие: в её взгляде не было жизни. — Сынок… — её взгляд упал на белоснежные розы в саду. Она всегда любила эти цветы, хотя Блейз считал их слишком простыми. — Мама, давай уедем? — слова давались ему с трудом, но это был их единственный разговор после визита Тёмного Лорда. Ему нужно было всё обсудить, пока она снова не исчезла. — Он найдёт нас. И когда схватит тебя, заставит меня смотреть, как ты будешь молить его о пощаде, захлёбываясь собственной кровью… Я не могу, — она продолжала смотреть в окно, неосознанно теребя рукав платья, но её мысли были слишком далеки от этого места. — Мама… — Послушай, я найду способ спасти нас. Я придумаю, как избавиться от всего, что сейчас происходит в нашей жизни. Он... Он всё ещё приходит ко мне, и, возможно, скоро я пойму, как его уничтожить, — произнесла она, и её голос стал холоднее. — Его нельзя убить, ты же знаешь, — это был очевидный факт, который подтверждался раз за разом. — Любого человека можно уничтожить, — теперь она сосредоточенно смотрела на своего сына, за которого была готова отдать всё, даже свою жизнь. — Что ты мне предлагаешь? — он тоже отвёл взгляд. — Подыграй мне. Я научу тебя всему, что когда-либо знала сама. Нам нужно больше времени, но если ты... — слова застряли у неё в горле. — Мама… Я не могу. Я не подхожу для этого. Они сразу поймут, что я что-то замышляю, и тогда смерть покажется нам благом. — Я знаю, что прошу слишком многого, и я ужасная мать, которая не может защитить своего ребёнка, — сказала Ирма Забини, и слёзы покатились по её лицу, которое за последние полгода словно постарело на двадцать лет. — Но ты должен справиться, иначе нас ждёт нечто гораздо худшее, чем смерть от… Ирма больше не могла смотреть на сына. Его тело покрывала мелкая капиллярная сетка, остающаяся после долгих пыток круциатусом. Глаза были красными, а губы — слишком белыми. Женщина слишком хорошо знала своего сына и понимала, что сейчас он принимает, возможно, самое сложное решение в жизни. И она была к этому причастна. Её сердце больше не могло выносить эту невыносимую боль, за которой следовало полное опустошение. Она хотела, чтобы её сын никогда не видел ужасов войны. Но она понимала, что сейчас не может справиться с накопившимися проблемами сама и ждёт помощи от Блейза. Миссис Забини поднялась с кровати и направилась к выходу. Боль от сломанных костей была похожа на адское пламя, бушующее внутри её тела, но она не могла позволить сыну увидеть, как ей невыносимо сделать даже маленький шаг. Жизнь в этом мире потеряла для неё всякий смысл, но каждое утро она открывала глаза и надевала красивое бельё, чтобы потом слышать, как оно рвётся от слишком настойчивых рук. Блейз моргнул, осознав, что снова ушёл в свои мысли. Он вспомнил день решения, которое привело его к нынешнему положению — приближённого Тёмного Лорда. На нём была мантия, как и на других, но под ней пряталось множество шрамов. Однако он не обращал на это внимания. Блейз пообещал матери, что справится, и сейчас он обязан был стоять здесь. Молча смотреть, как приближается Гарри Поттер. Тренировки с Ирмой Забини не прошли даром. Её безжалостные уроки помогли Блейзу стать отличным окклюментом. Тёмный Лорд, опытный легилимент, неоднократно подвергал его сеансам легилименции, заставляя опустошать желудок в комнате для собраний. Но Блейз держал свои ментальные стены очень крепко и водил Повелителя по ложным дорогам, чтобы тот никогда не догадался, что его обманывают. В его сознании оборона была выстроена максимально тщательно, ведь иначе он мог бы невольно выдать свои чувства. До конца он не верил, что Мальчик-который-выжил может появиться на этой поляне. Однако, видимо, чувство вины за то, что из-за него умирают люди, было слишком сильным для Гарри Поттера. Тёмный Лорд был искусным манипулятором, и Блейз, как никто другой, знал об этом. — Гарри Поттер… Мальчик, который выжил… Пришёл умереть, — голос Тёмного Лорда напоминал змеиное шипение. Его глаза горели от предвкушения скорой победы. Смертельное заклятие вырвалось из рук Лорда с невероятной скоростью. Понимая, что болтовня лишь отнимает время, он решил действовать. Гарри рухнул на спину, сраженный смертельным заклятием. Блейз, стоявший неподалеку, видел, как угас свет в его глазах и прекратились попытки вдохнуть. Сердце Блейза сжалось от страха, но он сохранял спокойствие. Он замер, стараясь не выдать своих чувств. В голове вихрем крутились мысли, оценивая шансы на победу. Лес внезапно разорвал пронзительный крик. Блейз быстро определил его источник и заметил рыжеволосую, выглядывающую из-за дерева. В её зелёных глазах читались отчаяние и ненависть. Блейз узнал её — это была Джинни. Львиная принцесса. Даже на расстоянии было видно, что её лицо покрыто веснушками. Она только что увидела смерть близкого человека. Блейз понимал, что сегодня Уизлетта потеряла слишком многих родных, и одной из причин этой трагедии был он сам. «Не время об этом думать». Блейз Забини заметил, что его повелитель тоже увидел безрассудную девушку, которая, вероятно, сейчас погибнет. — Схватить. Блейз уже подходил к Джинни Уизли, держа волшебную палочку наготове. Она тоже оправилась от шока и осознала свою ошибку. В её глазах мелькнула паника, когда пожиратели смерти уверенно двинулись к ней. Забини мог поклясться, что её взгляд задержался на нём чуть дольше, чем на остальных, как будто она узнала его под маской. Или это была просто его паранойя. Она резко развернулась и побежала в глубь леса. Пожиратели Смерти сыпали проклятиями, но удача была на её стороне — заклинания не достигали цели. Он знал, что физическая подготовка Уизли могла быть на уровне, но она всё равно оставалась одной из многих, кто не сможет от него уйти. Блейз был любимцем Тёмного лорда. Его выносливость, закалённая игрой в квиддич, позволяла ему быть быстрым и точным. «Сможешь убить её так же легко, как маглов?» — невольно подумал Блейз. Джинни едва увернулась от очередного проклятия, которое просвистело в воздухе и врезалось в дерево рядом с её головой. Остальные Пожиратели уже отстали, и Блейз понял, что это его шанс спасти мать от участи трофея. Он не думал о морали своего поступка и знал, что Уизли сама виновата в своей неспособности контролировать эмоции. В его голове было только одно решение. Но было ли оно правильным? Блейз не мог найти ответ на этот вопрос. Он должен был действовать быстро, чтобы спасти мать. Ещё одно заклинание, и на этот раз оно достигло цели. Джинни споткнулась, упала на спину и ударилась головой о сухую землю. Она лежала неподвижно, но парень не убирал палочку. Он понимал, что рыжеволосая, скорее всего, притворяется. Блейз знал, насколько Джинни Уизли может быть опасной, когда злится. Он перевернул её на спину и увидел, что она без сознания. Дыхание было ровным, а глаза закрыты. Её красивое лицо было испачкано кровью, но на первый взгляд ничего смертельного не было. Однако внутренний голос подсказывал ему, что нужно оставить её здесь и уйти ни с чем. Но Блейз не мог этого сделать. Он взмахнул палочкой, и тело Джинни поднялось в воздух. Это позволило ему без труда отнести её к месту, где погиб Поттер. Со стороны Джинни выглядела беззащитной, и казалось, что любое давление сломает её. Блейз расставил приоритеты после разговора с матерью, но его разум продолжал повторять одно слово. Предатель.