24. Пять минут славы

С начала нападения прошло несколько минут, однако это ощущалось, как целая вечность. Наконец тревожный фон стал тише — всех пострадавших поблизости удалось эвакуировать. Ники следила за Огавой, который отвлекал злодея на себя, и размышляла, что же делать теперь. «И как на зло ни одного про-героя рядом нет… Только я и 3D принтер.» От этой мысли стало горько, однако радовало то, что походу никто из гражданских не умер. Заявить это точно пока было тяжело, но на своём пути Кицуоки трупов пока не встретила. «Осталось только чтоб мы сами не сдохли. Не хотелось бы умереть с Огавой в один день.» Девушка всматривалась в силуэты — один большой и один крошечный на его фоне — и думала, как бы подступиться к врагу. Внезапно Ники ощутила присутствие Айзавы-сенсея. Она ещё не увидела его, но по характерной ауре было понятно, что он рядом. «Боже, наконец-то!» С плеч свалился ощутимый груз. Айзава появился в разгар очередной атаки — стремительно, без единого лишнего движения, он опоясал лентой захвата голема. — Сенсей! — вырвалось у Ники. В разгар кризисной ситуации она забыла о выстроенной геройской субординации. Но видимо сейчас всем на это было всё равно. — Живая, — коротко прокомментировал он, не смотря на неё. Сотриголова встретился взглядом с массивной фигурой голема, и красное свечение его глаз говорило само за себя — он активировал свою причуду стирания. Голем дёрнулся, замирая на середине движения — но, вопреки ожиданиям, не перевоплотился из безжизненной груды камня обратно в человека, как это обычно бывало с причудами трансформации. Вместо этого от его конечностей начали откалываться крупные куски бетона, будто структура, державшая всё это воедино, резко ослабла, потеряв часть своей целостности. Огава рядом был почти без сил. Он потратил почти весь свой пластик. Ники была даже рада тому, что сейчас он молчал и не влезал. Тем временем голем покачнулся, но остался стоять — уменьшившийся, связанный вокруг туловища, но всё ещё угрожающий. — Он не исчезает полностью, — крикнула Ники, оценивая ситуацию, — Причуда просто теряет часть эффекта! Айзава, не отрывая взгляда от цели, прищурился. — Значит, само тело злодея где-то внутри, — процедил он сквозь зубы, явно напрягаясь от продолжительного использования способности, — Найди, где именно. Я не смогу смотреть на него слишком долго. Ники кивнула, быстро приближаясь к голему на безопасную дистанцию. Техническое задание было ясно как день. «Так. Слияние с материалом обычно требует ядра — точки, откуда исходит контроль над массой.» Она закрыла глаза на долю секунды, позволяя интуиции просканировать фигуру целиком — не логическим анализом, а тем самым нутряным чувством направления, которое редко её подводило. Внимание зацепилось за одну точку — почти в самом центре торса голема, под несколькими слоями потрескавшегося бетона. «Думаю, оно там.» — Центр груди! — крикнула она Айзаве, — Человек внутри, где-то в центре торса! Я его достану! Голем пытался вырваться. Ослабленный, он всё равно был крайне силён. Руки Сотриголовы плотно держали ленту, но злодей всё равно дёргался. — Будь осторожнее, — предупредил Айзава, стиснув зубы от усилия, — Я держу его неподвижным, но ненадолго. Ники уже двигалась вперед, хватаясь за свою ленту-проволоку. Она забросила её на шею голема и поднялась повыше, словно альпинистка. Это было очень опасно, если сейчас голем вырвется из захвата — ей не поздоровится. Но Кицуоки решила доверять своим чувствам, которые вели её вперед. «Кроме меня сейчас никто не может это сделать. Огава не может сражаться, Айзава-сенсей держит его изо всех сил, а ждать кого-то ещё просто нет времени. Я смогу.» Одной рукой она достала из кармана-сумки на бедре тактический нож — часть её стандартной экипировки, которую она пока ни разу всерьёз не использовала на практике. Другая рука держалась за ленту, ноги были упёрты в бетонное туловище. «Руки заняты, сука!» Зажав ножны в зубах, она вытащила из них нож. Думать о сохранности ножен было некогда — она выплюнула их и те полетели вниз. Голем, обездвиженный причудой Айзавы, стоял почти статично, лишь слегка подрагивая, будто внутри него что-то отчаянно пыталось восстановить контроль. Ники приблизилась к нему вплотную и всадила нож в потрескавшийся бетон в районе центра груди — туда, куда указывала интуиция. Материал, ослабленный причудой Айзавы, поддался легче, чем она ожидала — кусок бетона со скрежетом отвалился, обнажая часть человеческого тела под слоем камня. — Есть! Ники отбросила первый кусок в сторону и продолжила ковырять грудь голема ножом, расширяя отверстие. Ещё один удар, ещё один кусок бетона осыпался — и она наконец увидела бледное, покрытое трещинами лицо мужчины, вжатое глубоко в каменную оболочку, будто он сам был частью её структуры. Голем дрогнул сильнее, и Ники почувствовала, как под её руками бетон начинает крошиться быстрее — видимо чем ближе к ядру, тем он был уязвимее. — Быстрее, Интуивити! — донёсся напряжённый голос сенсея. Айзава, судя по всему, из последних сил удерживал причуду на пределе возможностей. — Нужна помощь! — крикнула она через плечо, одной рукой продолжая расчищать пространство вокруг лица злодея. «Ебучий ты микропластик, надо было тебе выдохнуться именно сейчас. А впрочем, мне плевать, всё равно поможешь.» — Полимер, страхуй! — почти приказала она, а в голове мелькнула мысль, что от гарнитуры сейчас никакой пользы. Руки заняты и всё равно приходится кричать. Сома снизу засуетился, подходя поближе. Ники удвоила усилия, орудуя ножом с почти хирургической точностью, которую диктовала интуиция — по одному верному движению за раз. Наконец, с последним треском осыпавшегося камня, она смогла ухватить обмякшее, дезориентированное, но живое тело за плечи и рывком вытащить его из каменного плена. Нож по неосторожности улетел куда-то в сторону. — Лови! — крикнула она куда-то вниз. Удерживать свой вес и вес злодея было выше её физических возможностей, так что Ники невольно отпустила его и он полетел на землю. Оставшаяся груда камня без ядра начала осыпаться сама по себе, теряя свою форму. «Бля, о себе-то не подумала!» Лента соскользнула и Кицуоки полетела вниз. Но встретиться с землёй не пришлось. Кицуоки не успела даже вскрикнуть, как Айзава уже спас её своей лентой, которая ещё секунду назад связывала груду камней. Спасительный рывок вышел довольно резким, выбивающим из лёгких воздух, однако это сейчас было куда лучше, чем поддаться законам гравитации и разбиться. Айзава помог встать на ноги и распустил ленту, освобождая из пут. Ники выдохнула. Адреналин, наконец начавший спадать, оставлял после себя дрожь в руках и странное, оглушающее спокойствие — то самое чувство после кризиса, когда тело ещё не до конца поверило, что опасность позади. «Боже, это правда закончилось… Походу мы хорошо справились.» Айзава уже отвернулся, оценивая обстановку — злодей лежал без сознания там, куда его положил Огава после того, как Кицуоки отпустила его, груда бывшего голема продолжала осыпаться, теряя последние очертания угрозы. — Я всех эвакуировала, — ответила Ники на немой вопрос, — Трупов вроде не видела. — Понял. Дождёмся полицию, — ответил Айзава. Ники кивнула. Наконец, когда наступило спокойствие, мысли вернулись в бытовую стезю. «Блин, я вся в пыли.» Девушка начала отряхиваться, начиная с перчаток. Пришлось поковыряться в бетоне, так что руки были все грязные. Ники поймала на себе взгляд Огавы, когда отряхивала плечи и грудь. Он задержался на секунду, а затем отвернулся. Это было странно некомфортно. Но Кицуоки решила на этом не зацикливаться. Она пошла на поиски своего ножа — не хотелось терять своё оружие, даже если теперь оно было затуплено о камень. Через несколько минут улицу заполнили мигающие огни патрульных машин. Полицейские быстро оцепили периметр. Ники наблюдала за происходящим, всё ещё чувствуя лёгкую дрожь в руках, когда заметила, как из-за оцепления начали появляться первые операторы с камерами. «Ну вот и СМИ подъехали. Всегда вовремя.» — Это же Сотриголова там! Пару слов для зрителей! — выкрикнул кто-то из репортёров, проталкиваясь ближе к ленте оцепления. Айзава демонстративно проигнорировал вопрос, уже разговаривая с подошедшим полицейским о деталях задержания. Огава, тоже отряхивая пыль с костюма неподалёку, недовольно покосился в сторону камер. — Может, хоть меня спросят что-нибудь, — буркнул он себе под нос, впрочем, достаточно громко, чтобы Ники услышала. Девушка сняла свою маску, показывая лицо. Только потом она поняла, что перед репортёрами наверно этого делать не стоило. Но она и так хотела её снять, просто отвлеклась на поиски своего ножа. Надевать обратно она её не стала, не желая выглядеть дебильно. Огава ожидал от Кицуоки ответа. Вступать в диалог с одноклассником не было большого желания, но он этого явно не замечал и не унимался. — А что? Я тоже, между прочим, дрался с этой тварью. А судя по всему, все лавры опять достанутся тебе. Ники в который раз почувствовала укол. «Это он мне припоминает, как меня Всемогущий перед классом расхвалил?» — У нас только что жизнь была на волоске, злодей валяется на асфальте, полиция в двух метрах, и ты сейчас переживаешь за то, у кого возьмут интервью? — Ники устало потёрла переносицу. — Просто отмечаю несправедливость, — фыркнул он, скрестив руки на груди, но уже без прежнего запала. В этот момент со стороны оцепления донёсся зычный голос. — Эй, Полимер! Ты там живой, придурок?! К ним стремительно приближался крупный мужчина в характерном, слегка потрёпанном костюме — Мистер Бластер, наставник Огавы, судя по всему примчавшийся сразу, как узнал о происшествии. — Жив, — буркнул Огава. — Какого чёрта ты полез в самостоятельную схватку с големом такого уровня без подкрепления? — рявкнул наставник и ткнул Огаву пальцем в лоб, — Мы это обсуждали на прошлой стажировке! — Я был единственным поблизости! — попытался оправдаться Огава, явно смущённый тем, что его отчитывают на глазах у Ники. — Единственным? — Мистер Бластер бросил быстрый взгляд на Ники и стоящего рядом Айзаву, — А это тогда кто, декорация? Айзава, услышав это, обернулся, коротко кивнув старому знакомому. — Бластер, — поприветствовал он его нейтральным тоном. — Сотриголова, — так же сухо откликнулся тот, впрочем, во взгляде мужчины на мгновение мелькнуло что-то похожее на застарелое соперничество, — Смотрю, всё ещё разгребаешь чужие проблемы. — Как и ты, судя по всему, — невозмутимо парировал Айзава, кивая в сторону смущённого Огавы. Ники, наблюдая за этим коротким обменом любезностями, не могла не отметить проскользнувшую в нём давнюю динамику — двое взрослых мужчин явно знакомы не первый год. Однако, похоже, что оба были не в восторге от встречи. — Ладно, разберёмся с этим позже, — Мистер Бластер повернулся обратно к своему подопечному, — А сейчас дуй давать показания полиции. И постарайся не влезать в работу прессы — ты в этом смыслишь так же плохо, как в тактике. Огава, что-то проворчав себе под нос, поплёлся в сторону полицейских, бросив напоследок короткий, недовольный взгляд в сторону Ники — будто она была виновата в том, что голем вообще появился в районе, который она патрулировала. — Эй! Это же вы одолели этого монстра? — послышался голос журналистки, которая смогла пробраться через ограждение. — Э… — Ники на секунду замялась, но затем собралась, заметив, что за журналисткой бежит парень с камерой, — Это была командная работа. Она улыбнулась, понимая, что её снимают. — Как ваше геройское имя? Мы вас раньше нигде не видели! — лепетала журналистка. — Меня зовут Интуивити, я пока стажируюсь, — ответила Ники приветливо. — Мы видели, как вы вытащили злодея из его монструозной формы! «Когда вы блять это видели? Вокруг вроде никого не было. Ну… Ладно.» — Вы такая молодая героиня, при этом действовали так профессионально! В какой школе героев вы обучаетесь? — В академии UA. — Ого, лучшая в Японии академия! Теперь мы знаем, насколько серьезная подготовка там! — не унималась журналистка, — Что было самое сложное в битве с огромным бетонным големом? — Самым сложным?.. — Ники на секунду задумалась, — Наверно, самое сложное — это проследить, чтобы все люди поблизости остались живы. А сама битва, знаете, и не такое бывает. Кицуоки почесала затылок и, как ей показалось, глуповато улыбнулась. — Эй, кто вам разрешал сюда пройти! — сделал замечание полицейский и начал прогонять журналюг. Они пытались задавать ещё какие-то вопросы, но ничего толкового не вышло. «Хах, засветилась. Ну и ладно. Пусть Огава обзавидуется, раз ему было так важно попасть на камеры.» Потихоньку ситуация утихала. Ники дала свои показания полиции и их отпустили. До конца рабочего дня было ещё прилично времени, но Ники уже почти падала с ног. Сил не осталось. — Давай закончим на сегодня, — предложил Айзава, видя состояние ученицы, — Я останусь патрулировать дальше, а ты иди. — Вы уверены? — решила убедиться Кицуоки. — Да. С тебя достаточно. Тем более, твоё состояние является весомой причиной для отдыха, — подвёл итог сенсей, параллельно закапав себе глаза. Ники не получила ранений, но, очевидно, работать дальше не могла. Ментальная перегрузка была колоссальной. — Спасибо, Айз… Сотриголова, — ответила она, опять чуть не нарушив субординацию. — Завтра в то же время в том же месте. И разберем ситуацию тоже завтра. — До свидания. — Иди уже.