Часть 3. Перемены ведь всегда к лучшему?

Нужны ли дохлым деньги? Конечно нужны! На что развлекаться-то тогда? Это на том свете ничего не надо, а на этом даже Агнес должна мириться с дурацкими правилами живых. А вот её босс, кажется, не понимает, что неживое тоже хочет жить. Например, за это выполненное дело на карту капнуло как-то подозрительно мало. Да, работа не самая пыльная, ну так делали бы тогда всё сами! Шли бы да искали такого человека — живого! — которому под силу прикинуться мёртвым настолько, чтобы попасть в морг, а не в реанимацию. Конечно, подкупать босс никого не хотел, потому что кого можешь купить ты — того может купить кто угодно. Зато он подарил Агнес гроб… Но ведь в гробах, на минуточку, спят вампиры, а она-то типа зомби! Зомби вообще не спят, опять же, на минуточку! Не то чтобы Агнес знала много зомбаков, чтобы судить о них, но она знала себя, а этого вполне достаточно. В итоге гроб она продала по дешёвке. Даже самый удобный гроб в мире, самый дорогой и расфуфыренный не заменит кровать. Мягкую, с одеялком, с подушками. Да, Агнес не спит, но в кровати-то никто не запрещал валяться! Вот только изрядно портили настроение две вещи: небольшая зарплата за дело с Фальконе и собственный внешний вид. Агнес держала зеркала дома закрытыми, накинула на них купленные для этого дела непрозрачные занавески и лишь изредка подглядывала на себя при острой необходимости. Так вот сегодня не было никакого настроения приподнимать занавеску. Выкинуть бы к чёрту все эти бесполезные зеркала! Агнес прошла на кухню, села за стол и уронила голову на руки. Умела бы рыдать, непременно бы умылась слезами. Почему для мертвецов нет специально обученных психологов?! Несправедливо! Даже когда нигде ничего не болит, на это тоже хочется пожаловаться! Вот выпадет зуб, и куда с ним идти? А болел бы, Агнес хоть знала бы, что понемногу рассыпается, смирилась бы постепенно. Наверное. Или нет. Ладно зубы, так ведь на скотину начальника некому пожаловаться! У мёртвых людей никаких прав в этом мире! Ни тебе дантиста, ни психолога, ни банально юриста какого-нибудь! Агнес вздохнула. Можно, конечно, отлежаться в солярии, а потом пойти на приём к психологу под видом живой девушки. Так ему же не расскажешь главного! Типа: «Док, я ведь мертва! Как мне жить дальше, док?» Телефон чирикнул счётчиком Гейгера и замолчал. Агнес сгребла его и включила дисплей: смс. А внутри сообщение: «Тебя видели». Агнес поморщилась: босс что, серьёзно, что ли? Реально серьёзно?! Да её предположительно полгорода видело за всю её дохлую жизнь, а не только какой-то докторишка в морге! Вот лучше б спасибо сказал, что помогла принести бабло в карман маленькой и очень наглой компании! Решено: надо увольняться! А куда податься после? Агнес перевела взгляд на телефон, пришло ещё одно сообщение. Спам. «Нам всегда нужны ночные курьеры! Ваш Дон Доставон». — Если это знак свыше, то лучше сдохнуть дважды, — рассерженная Агнес удалила сообщение и выпрямилась, сидя на стуле. Ну не курьером же ей идти работать! Не надо так издеваться! Серьёзно, куда податься усопшей? Существовал бы в этом городе Пеннивайз, Агнес бы, не раздумывая, послала ему резюме. Хм… Кстати, о резюме. Она задумалась и приложила указательный палец к синему подбородку. Интересно, а у убийц и прочей нечисти в Готэме есть свой аналог «Рабочие места»? Так, надо подумать. Агнес перешла в комнату, включила свет, села в крутящееся кресло и, оттолкнувшись от пола, начала крутиться. Воспользоваться Даркнетом? Неплохая идея, однако там много мошенников. Чего доброго, саму разберут на запчасти. Вариант «по блату» сразу отметался, так как не пойдёт ведь Агнес к своему боссу за контактами. Типа я от вас ухожу, потому что вы чмо, однако помогите мне найти другую работу, где начальник не такое чмо. Думай, мёртвая голова, думай! И голова придумала: подать объявление. Но тут же знаком вопроса повисло недоразумение: куда? В газету? Так откликнется такая шушара, что мама не горюй! Там тогда трижды пожалеешь, что не пошла в курьеры. А уж если написать, что Агнес как бы не совсем живая, а немножечко так умершая, то устроят цирк уродов за бесплатно. Нет уж! Не для того она умирала, чтобы выставлять себя клоуном. Так-с, Агнес начала перебирать варианты: походить по злачным местам и раздать там листовки. Нет. Попробовать через кого-то из тех, с кем и на кого работает, выйти на нужных людей. Хм. Нет. Или набирать номера наугад и спрашивать, не нужен ли людям не совсем мёртвый мертвец. О нет! Так недолго напороться на кого-нибудь порядочного, который непорядочно позвонит в полицию. А если всё-таки объявление? Естественно, не на остановках. Агнес легла на диван, закинула руки за голову и положила ногу на ногу. А что если наклеить объявление где-нибудь совсем-совсем около «Айсберга», м? Агнес перекатилась на живот, подтянула к себе телефон и принялась гуглить всё об этом месте. Кого попало туда не пускали, это хорошо. Место славилось тем, что туда в том числе приходили дела делать, это тоже гуд. Агнес ткнула пальцем в фото «Айсберга» и кивнула сама себе: решено! Вот то место, которое потенциально поможет изменить ей жизнь. Что ж… Это же супер идея! Кажется… Однако рано радоваться, так как слишком много нюансов. Агнес тут же вскочила и села за стол, достала из ящика лист бумаги, чёрный маркер и принялась сочинять. Во время создания объявлении пришлось много что позачёркивать, переписывать текст, а то и вовсе заново его составлять. Но в итоге, листе так на седьмом, кажется, Агнес остановилась на варианте, который её более чем устраивал. *** — Босс? — Эдди, я ведь просил меня не беспокоить, — ровным голосом, но не терпящим возражения, ответил Джонатан. Он как раз под покровом ночи спустился на цокольный этаж, где держали буйных и особо опасных пациентов. И какая удача, именно у этого контингента Аркхема меньше всего было родственников и прочих доброжелателей, желающих отстаивать их права. Поэтому опыты по изучению страха могли проходить беспрепятственно: мало ли что этим бедолагам могло померещиться под нейролептиками, поэтому на их немногочисленные жалобы особо не обращали внимания. — М-м, босс, я просто кое-что.. — Эдди, не сейчас, — прервал парня Джонатан. Эдди свой человек, на подхвате и в Аркхеме в роли санитара, и за стенами клиники. Но сейчас он больше мешал, так как Джонатан подсоединял датчики к пациенту номер семьсот три, привязанному к кушетке удерживающими ремнями. Пациент уже не дёргался, однако с невероятным животным ужасом смотрел в одну точку на двери. По его лицу стекали капли пота, глаза выпучены — до предела, пальцы вжимались в кушетку. Приятное зрелище, успокаивающее. Эдди переступил с ноги на ногу, стоя за спиной, и угукнул. — Я тут объявление сорвал… — Какое объявление?! Зачем мне эта информация? — наконец не выдержал Джонатан и повысил голос. Эдди опасливо замолчал, но ненадолго. — Там, это, девчонка ищет работу, — очень тихо произнёс Эдди. Джонатан недовольно вздохнул, но не ответил, давая понять, что разговор окончен. Этого ещё ему не хватало! Он что, благотворительность? Он вроде не нанимался на полставки на роль матери Терезы. Впрочем, это спорный вопрос, так как эта женщина та ещё старуха с косой и жнец боли и страха. — Она мёртвая, — не унимался Эдди. Джонатан наконец повернулся к нему и нахмурил брови. — В каком смысле мёртвая? Парень пожал плечами. — Я не знаю. Там было написано, что она мёртвая. Я просто вспомнил про того парня, у которого… — Эдди повертел пальцем у виска и присвистнул. — Интересно, интересно, — протянул Джонатан и наконец отвлёкся от успокаивающего нервыпациента. — А то объявление ещё у тебя? — Что-то ему подсказывало, что за эту тему лучше ухватиться. Как знать, что или кто окажется по ту сторону объявления. — Угу, — буркнул Эдди и полез под халат в карман джинсов.