Братья Блэк

Второй ритуал прошел легче и быстрее. Сириус был доволен, что его труды окупаются. Ему не было жаль ни секунды, потраченной на изучение книг в библиотеке и фолианта на чердаке. И все же на повторный ритуал призыва души он решился не скоро. Хотя именно этого духа он очень хотел увидеть и почувствовать, а оттого предстояло подготовиться более тщательно. В изучении магии некромантов он понял одно: необходимо отринуть всякие эмоции. Только холодный, расчетливый ум и механизм четких действий могут привести к идеальному постижению этой непростой науки. И Сириус окунулся в нее с головой. Ночью он снова поднялся на чердак, расставил артефакты по кругу призыва и отошел к книге, уже открытой на нужном развороте. Сжав малахит, он на мгновение прикрыл глаза, воскрешая в голове образ. Это было не так, как при вызове духа Джеймса Поттера, однако молодым мужчиной снова овладело волнение. Необходимо было напрячься, а ведь Сириус даже не предполагал, что его лицо может стереться из памяти. И все-таки он с трудом воспроизвел в своей памяти черты его лица. Решительно выдохнув, он открыл глаза и, смотря на пространство в кругу призывателя, принялся бормотать заклинание призыва. В этот раз мир духов откликнулся на зов охотнее. Воздух уплотнился, и в центре круга возникла фигура Регулуса Блэка. Сириус позволил себе довольную улыбку и отложил в сторону камень, скрестив руки на груди. Как и Джеймс Поттер, младший Блэк не сразу понял, где оказался. Но стоило его взгляду пересечься со взором брата, как его темные глаза округлились, а брови удивленно взметнулись вверх. Впрочем, обескураженное выражение лица быстро исчезло, а на губах появилась ироничная усмешка. - Хотел похвастаться, что нашел способ проникнуть на чердак? - отзеркалив позу Сириуса, спросил Регулус вместо приветствия. - Что ж, поздравляю. - Я тебя позвал отнюдь не ради похвалы, - тоже усмехнулся Сириус и, обойдя тумбу, встал перед братом. - Знаешь... - проговорил он, спустя некоторое время. - Я подготовил целую речь. - Охотно верю. И мне придется ее выслушать, даже если я не хочу этого. Уйти я не могу, пока ты не изгонишь меня. - Я пытаюсь извиниться, Регулус, - неожиданно для себя разозлился Сириус, опасно сужая глаза. - Ты можешь просто заткнуться и дать мне это сделать? - А тебе нужно, чтобы я тебя простил? - искренне удивился брат. - Да и незачем тебе извиняться, Сириус. Ты ни в чем не виноват. - Разве? - недоверчиво фыркнул Сириус. - Почему же я уверен в обратном? - Ну, между тем, что ты себе удумал, и тем, что на самом деле так - большая разница. Я тебе говорю, что мне тебя не за что прощать. Ты дальше решай сам. Однако не для того ли ты меня вызвал, чтобы убедиться, что ты напрасно себя винишь в моей смерти? Это был мой выбор, Сириус. Только мой. Так же, как твой выбор был уйти. - Разве не винишь меня в этом? - Первое время обижался, да, - признал Регулус. - Но потом понял, что ты мне ничего не должен. У нас изначально были разные пути. Мы разные. Я не могу тебя в том винить. Как и ты меня. Однако я рад, что ты принял наше наследие, - продолжил он с гордостью в голосе и легкой улыбкой, что мгновенно разгладила черты его лица. - Несмотря на эту разность, кровь у нас одна. Я сомневался, что ты захочешь принять это, но рад, что ошибался. - Слишком поздно, увы, - вздохнул Сириус и, потерев ладонями лицо, запустил их в свои волосы. Закрыв глаза, он сжал пряди в кулаке, сетуя, сколько времени было потрачено. И теперь уже поздно пытаться его восполнить. Неожиданно его плеча коснулась рука. Не веря, что это возможно, Сириус вскинул голову и посмотрел на брата. Тот в ободряющем жесте сжал его плечо и снова улыбнулся. - Не верил, что получится, - признался Регулус. - Но, видимо, наша связь все же сильна, - Сириус не стал перечить и говорить, что, возможно, все дело в опыте, ведь это уже второй призыв. - Пока ты жив, ничего не поздно. Однако в нашей специфике и смерть - не предел, - добавил он, хитро ухмыльнувшись, и брат поддержал его. - Я уничтожил медальон, Рег, - рассказал Сириус. Улыбка сошла с лица Регулуса, а пальцы на плече напряглись. - Но он был не единственный крестраж, - продолжил старший Блэк. - Ты ошибся. - Сколько же? - Семь. Пять мы с Люциусом уничтожили. - С кем - с кем? - решив, что он ослышался, переспросил Регулус. Сириус улыбнулся и принялся рассказывать о своей дружбе с Малфоем. Брат слушал его, приоткрыв от удивления рот. Такого шока он не испытывал даже тогда, когда узнал, каким образом бывший Повелитель обеспечил себе бессмертие. Еще больше он опешил, когда услышал, что Люциус усыновил сына Поттеров. Ему слабо верилось в благотворительность мужчины, однако именно так все и выглядело. В противном случае Малфой точно не стал бы препятствовать возвращению Господина. И вот повествование дошло до упоминания Камиллы Роул. Услышав, что бывшая возлюбленная помогла уничтожить медальон Салазара, Регулус улыбнулся той нежной улыбкой, которую, как был уверен Сириус, он дарил только девушке. Оттого сердце Сириуса пронзила острая ревность. Брат заметил, как дрогнули его губы, и тихо хмыкнул, будто зная о терзающем его душу чувстве. - Да, вы славно потрудились, - похвалил их успехи Регулус. - Однако осталось самое сложное, - тут же добавил он, засовывая руки в карманы брюк. - Знаешь, у меня ведь был план. Я думал вернуться к родителям после уничтожения крестража и рассказать им, как мы все заблуждались насчет Темного Лорда. А потом я надеялся, что, когда он станет смертным, с ним будет проще расправиться. Конечно, я не чаял надежд, что смогу тягаться с ним в бою, но нашлись бы и поопытнее. Тот же Дамблдор. - Если бы Дамблдор хотел, он бы давно от него избавился, - огрызнулся Сириус и облокотился поясницей о постамент позади себя. - Однако он решил проверить Пророчество. - Смотрю, твоя вера в светлого мага пошатнулась? - не скрывая торжества по этому поводу, переспросил Регулус. - Что же случилось? - Азкабан случился, - ответил Сириус и рассказал о том, как его обвинили в смерти друзей и о том, что именно бывший враг помог ему обелить свое имя. - Директор ведет свою игру, - продолжил старший Блэк. - Ему нужен мой крестник, потому что Дамблдор тоже знает, что Волан-де-Морт не сдох. - А ведь ты можешь его уничтожить, - неожиданно сказал Регулус. - Он дух. Изгнать его будет не труднее, чем любого другого. - Я думал об этом. Но все же нужно сначала уничтожить его крестражи. - Да, тут ты прав. Хотел бы я поучаствовать в его изгнании. Думаю, что тогда я окончательно успокоюсь, ведь моя миссия будет выполнена. - Ты имеешь на это право, - кивнул Сириус, сожалея, что исполнить волю брата он не может. - Но я сделаю это за нас обоих. Обещаю. - Что ж, и на том спасибо, - не особо воодушевившись данным обещанием, ответил Регулус. - Но ты должен быть готов. Если Нагайна при Темном Лорде, то сначала вы должны найти неизвестный крестраж и уничтожить его. Второго шанса он вам не даст. - Это понятно, - вздохнул старший Блэк. - Не волнуйся, я очень хорошо подготовлюсь. Пора прощаться, Регулус, - не скрывая грусти, проговорил он спустя несколько мгновений тишины. - Хорошо, - согласился брат и улыбнулся. - Спасибо за эту возможность. Я хотел бы помочь тебе постичь все это. Жаль, что тебе пришлось разбираться в этом в одиночку. - И я бы хотел, чтобы ты был рядом. Жаль, что я понял это только сейчас. Братья обменялись улыбками и пожали друг другу руки. И в этом обычном действии было много больше смысла, чем обычно. В нем было принятие своих ошибок, прощение и примирение, что так было нужно им обоим. Разомкнув руки, Сириус отступил назад и принялся зачитывать заклинание изгнания. Регулус улыбнулся, но мысленно одновременно с братом зачитывал другое заклинание. Если тот не врал о своих чувствах, то оно должно сработать. Когда пространство в круге призыва опустело, Сириус прикрыл глаза. Почему-то во второй раз терять брата морально оказалось куда тяжелее, чем в первый. И все же это неизбежно. Нельзя держаться за прошлое. Регулус прав: то, ради чего Сириус его вызывал, он получил. Оставшись довольным проведенным ритуалом, он сложил артефакты в сумку и покинул чердак, отправившись спать. Он не знал, что в этот раз ритуал изгнания сработал несколько иначе.

***

Камилла и сама не знала, что здесь снова делает. Хотя она себя и убеждала, что это было желание прийти в комнату Регулуса и окунуться в воспоминания. Нельзя держаться за прошлое, одергивала она себя. Ей казалось, что она научилась жить без него, давно смирившись с тем, что его нет. Но рассказ Кричера об ужасной гибели хозяина всколыхнул в ней былые чувства, убедив ее в том, что она может смириться с его смертью, но принять - никогда. Нет, дело вовсе не в разговоре с Люпином. Его волнение понятно, но ей плевать на Сириуса Блэка. Плевать, даже если она понимает, что подобное уже происходило с Регулусом. Тогда он отдалился от нее, и они не виделись долгое время, как бы девушка ни пыталась выйти с ним на связь. Он словно замкнулся в себе, найдя занятие явно интереснее встреч с любимой. И, слушая Люпина, она проводила параллель с поведением Регулуса. Но ей ведь наплевать на Сириуса Блэка. Обида и обвинения переполняют ее, стоит лишь услышать его имя. И все же она здесь. На пороге дома Гриммо Плейс, 12. - У меня есть приглашение, - словно оправдываясь перед самой собой. - И я пришла, чтобы посетить комнату Регулуса. Может, я с самим Блэком даже не встречусь. Не факт, что он прямо постоянно дома сидит. И Кричеру скажу, чтобы не рассказывал, что я была здесь. Я, в общем-то, ненадолго. Да, буквально на пару минут. Выпрямившись, она толкнула от себя дверь и вошла в коридор. И обомлела, смотря по сторонам. Да, при последнем их посещении дома Малфой сокрушался, что жилище в ужасном состоянии, и ему не повредит хороший ремонт, но результат превзошел все ожидания. Однако, как показалось Камилле, стало еще мрачнее, чем было. Даже странно, что Сириус, имея возможность полностью переделать дом, решил не привносить ярких красок. Или хотя бы попытаться добавить света. Стараясь двигаться как можно тише, она практически подкралась к проему гостиной, когда прямо перед ней материализовался Кричер и склонился в учтивом поклоне. Камилла не успела шикнуть на него, как домовик громко поприветствовал ее и добавил, что сообщит о ее прибытии хозяину, который сейчас обедает. Мысленно простонав, что встречи с молодым мужчиной не удастся избежать, она согласно кивнула. Кричер улыбнулся и скрылся за поворотом, чтобы спустя некоторое время, за которое Камилла уже успела несколько раз пожалеть, что пришла сюда, вернуться и приглашающим жестом указать в проем гостиной. "Да и к черту", - раздраженно подумала она и, гордо вскинув голову, прошла в комнату. Но, стоило ей увидеть хозяина дома, как она вмиг растеряла всю свою невозмутимость, будучи буквально пригвожденной к полу холодным и недружелюбным взглядом темных глаз. Сириус смотрел на гостью, не мигая. Перед ним стояла почти пустая тарелка с остатками еды, а пальцы теребили длинную ножку бокала с вином. - Не припомню, чтобы я приглашал тебя, Роул, - ледяным тоном проговорил Сириус. - То, что ты можешь приходить сюда, вовсе не значит, что ты можешь это делать, когда тебе вздумается, не озаботившись перед этом спросить разрешение на визит. - Ты не пояснил условия, - ответила Камилла, взяв себя в руки. - Но, раз так, то могу я посетить комнату Регулуса? - Не представляю, что тебе там делать. До этого момента ты туда не рвалась. - Попрощаться я могу? - А разве при нашем посещении фамильного склепа ты не попрощалась? - Да что с тобой? - взорвалась от подобного обращения Камилла, рванув вперед и, уперев ладони в стол, обвинительным взглядом впилась в темный взгляд. - Что случилось с последней встречи? Ты же не такой. - Не рассуждай о том, чего не знаешь, Роул, - все тем же спокойным, но ледяным тоном, от которого захотелось закутуться во что-то теплое, проговорил Сириус и, подняв бокал, отпил из него, не сводя, тем не менее, взгляда с девушки напротив. - Ты понятия не имеешь, какой я. - Но я уже видела этот взгляд. У Регулуса. Он тоже уверял меня, что ничего не изменилось. Но я чувствовала, что он больше не тот, что был. Будто чужой, - проговорила она, опустив голову и сбавив тон. - Отстранился. - Ну, а я тут при чем? - усмехнулся Сириус. - Почему тебя волнует, что со мной происходит? Мы никто друг другу. Так и быть, я позволю тебе пройти в комнату брата, раз уж пришла. Но снова без разрешения не смей приходить. Иначе я закрою тебе доступ к дому. - Да, - выпрямившись и отступив на шаг, согласилась Камилла. - Мы никто друг другу. Но мне не все равно. Сама не знаю почему. - Я не нуждаюсь в жалости, - оскорбленно выплюнул Блэк, со злости прищурив глаза. - Это и не она, - замотала головой девушка. - Я не знаю, что с тобой произошло... Что с Регулусом произошло. Но человек не должен быть один. Я жалею, что ушла тогда, оставила Регулуса. Не попыталась распросить, может помочь... - Хватит, Роул, - вскочил с места Сириус, задев бедром стол, отчего бокал со звоном упал, и вино, словно кровь, растеклось по столу и закапало на пол. Роул инстинктивно отпрянула назад, испугавшись такой неожиданной агрессии. - Не заставляй меня сожалеть о своей доброте. Думаю, ты помнишь, где комната брата. Более не смею тебя задерживать. После можешь не прощаться. Камилла еще некоторое время смотрела в его лицо, словно надеясь там найти ответ на вопрос: как человек мог так кардинально измениться за такой малый промежуток времени? Перед ней будто стоял совсем другой человек, хотя и выглядел по-прежнему. Он изменился внутренне. И девушка почему-то очень захотела разобраться в этой странности. Вот только как пробиться через этот лёд? Учитывая, что сам мужчина не верит в ее искренность. Поняв, что прямо сейчас она ничего не добьется, Камилла мотнула головой и выбежала из комнаты. Но пусть ею изначально и двигало желание посетить комнату Регулуса, она больше не могла здесь находиться, а потому сорвалась с места и выбежала из дома, сразу же аппарировав. Сириус опустился обратно за стол и посмотрел на разлитый напиток. Он корил себя за слова, сказанные девушке, но иначе он не мог. Нельзя обманываться. Нельзя тешить себя наивными надеждами, что она может забыть его брата и ответить взаимностью. Да и как это возможно? Это будет предательством. Лучше им держаться друг от друга подальше. У них была сделка. Свою часть она исполнила. Собственно, и они с Люциусом тоже. На этом все. - Врезать бы тебе. Сириус снова вскочил и резко обернулся, не веря в возможность происходящего. - К.. как? - заикаясь, выдохнул он, смотря на Регулуса. - Ты еще начинающий анимант, - с усмешкой ответил младший Блэк. - И многого не знаешь. Или не придавал должное значение. Совершая ритуал, ты устанавливаешь связь с вызываемым духом, и этот самый дух при желании может зацепиться за вашу связь, чтобы иметь лазейку приходить в мир живых, когда ему нужно. Особенно, если ты не очень-то и хотел изгонять до конца духа. - Нет, - не особо убедительно возразил Сириус. - Я произнес заклинание изгнания, как обычно. С Джеймсом же сработало. - Ну, тут либо твой друг и сам не хотел задерживаться, либо ты не хотел его больше видеть. Однако я рискну предположить, что он просто не знает, как это сделать. Я же тоже Некромант, брат, как и ты. И, думается мне, получше тебя, раз ты не знал о подобной лазейке. - То есть ты можешь теперь приходить без всякого ритуала призыва? - уточнил старший Блэк и, получив утвердительный ответ, выдохнул. - Ясно. - А теперь ответь: что это было? - перешел в нападение Регулус, и Сириус приготовился к отражению атаки, отстаивая свою точку зрения. - Чем Ками заслужила подобное отношение? - Будто ты не знаешь? - Вижу, что боишься открыться ей. А вот что тебя останавливает - не знаю. Я уже в свое время оттолкнул ее, о чем жалел до самой смерти. Не совершай моих ошибок. - Она до сих пор любит тебя. В ответ Регулус лишь рассмеялся, чем обескуражил брата. Сириус совсем не понимал подобную реакцию на совсем не смешное заявление. - Мерлин, Сириус, ты серьезно что ли? - все еще смеясь, спросил младший Блэк. - Ревнуешь ко мне, мертвецу? Ох, ну ты даешь. - Да как это вообще возможно? - уже и сам готовый наброситься на младшего брата с кулаками, воскликнул Сириус. - Реально думаешь, что она пришла из-за меня? - переспросил Регулус, смотря на него взглядом а-ля "я знаю то, чего не знаешь ты". - Прошло столько лет. Она давно отпустила меня. Ну, может, еще вспоминает, но чувства вряд ли остались. Наверно, винит себя, как и ты. Но можешь передать ей, что если кто и виноват, то я. Понимаешь, мы, некроманты, никогда не женимся по любви. Только по долгу, чтобы род не прервался. Так поступали наши предки вплоть до отца. Наши родители никогда не любили друг друга. Только договор. Знаю, ты скажешь, что так поступают большинство чистокровных семей, но мы особенные. Мы, Темные, и не способны на такие чистые чувства, как любовь, привязанность и, как следствие, самопожертвование. Я специально оттолкнул ее. Как сейчас и ты. Но Ками не заслужила проходить через это второй раз. - Она все время твердила, что делает все только ради тебя. - Может, вначале. В любом случае меня ты не обманешь. Думаешь, я не знаю, что ты в нее еще со школы влюблен? Может, мы с тобой были не очень близки, но я знаю, как ты себя ведешь. Ты видел, что она со мной, что на тебя никогда не посмотрит, вот ты и бесился, но я-то знаю, что за этим скрывалось на самом деле. - Слушай, Рег... - Нет, это ты меня послушай, - оборвал его Регулус. - Не отталкивай ее. Ками пыталась достучаться до меня, когда я захлопнул перед ее носом дверь. Сейчас она видит такое же отношении от тебя и считает, что ее второй раз отвергают. - Говоришь так, будто она что-то чувствует ко мне. - Как я уже говорил, она пришла не из-за меня. Я испугался впускать ее в эту Тьму. Но сейчас понимаю, что она приняла бы меня любым. Жаль, что я понял это поздно. Тьма - не приговор, Сириус, когда есть кто-то, кто еще видит в тебе Свет. А он есть, даже если мы сами от него отворачиваемся порой. У тебя есть друзья, крестник. Близкие - наш Свет. Мы можем принять нашу Темную сторону, но не становиться бесчеловечными. Просто подумай об этом. И в следующий раз не пугайся так моего появления. Некромант, боящийся мертвецов, как-то странно выглядит, - заключил Регулус и, напоследок подмигнув брату, исчез. - А ты не появляйся так неожиданно, - ворчливо проговорил Сириус, смотря, как растворяется силуэт юноши. Подняв бокал, что только чудом не разбился, он наполнил его до краев вином и, осушив в один глоток, позвал домовика, чтобы приказать ему убрать со стола. Слова брата заставили его крепко задуматься. А еще это выглядело, как... благословление?