Тайное становится явным

Люциус очень не любил родовое имение Блэков. Собственно, был он там всего два раза, последний из которых случился не так давно, когда они вместе с самим хозяином поместья и Камиллой Роул уничтожали один из крестражей Темного Лорда. И за все эти разы впечатление Малфоя о родовом гнезде Блэков сложилось не самое приятное. Люциус, всю жизнь окруженный роскошью и пространством Малфой-мэнора, просто не мог комфортно ощущать себя в мрачном и ограниченном имении на Гриммо Плейс, 12. И, скорее всего, он еще нескоро смог бы себя заставить прибыть по данному адресу, но все же ему внушала надежду мысль, что дом перешел к его другу, который точно сможет придать красок дому, больше похожему на склеп, настолько удручающее и гнетущее впечатление оно создавало одной своей атмосферой. Но то, что он увидел, разрушило все его чаяния. - Какого..? - вымолвил он, открыв входную дверь и оказавшись в коридоре. Пока Люциус оглядывался, отмечая, что, по сравнению с прошлым его посещением, можно радоваться отсутствию, пожалуй, паутины и слоя грязи толщиной с палец, перед ним появился Кричер и, склонившись в учтивом поклоне, поприветствовал Лорда. - Хозяин в библиотеке, - сообщил домовик. - Я сообщу ему о Вашем приходе, господин Малфой. - Где-где? - удивленно распахнул серые глаза гость, но эльф его уже не услышал, спеша доложить об его прибытии. - М-да, - протянул Люциус, проходя вглубь дома и заглядывая в проем гостиной. - Права Роул: пора Блэка спасать. У меня мурашки от этого места, - проговорил он, неосознанно передернув плечами. Ему показалось, что даже горящий камин не добавляет теплоты и уюта этому мрачному месту. Он не мог себе представить, как его друг вообще может находиться в своем жилище. Кричер не заставил себя долго ждать и, появившись перед гостем, снова склонился в низком поклоне, сообщив, что хозяин готов его принять. От такого формального приветствия Люциус немного опешил, но послушно последовал за домовиком, который предложил провести его в фамильную библиотеку имения. Сириус действительно сидел за длинным столом, который был полностью завален книгами и пергаментами, над которыми величественно возвышались два тройных подсвечника, что, на взгляд Малфоя, мало разгоняло царившую в библиотеке тьму. - Люциус, - добродушно улыбнулся Блэк, вставая навстречу другу. Протянув руку для приветствия, он положил вторую руку на его предплечье, а после тепло обнял, похлопав по плечу. - Что ж ты не предупредил, я бы распорядился, чтобы достойно встретить тебя, - и, не дожидаясь реакции со стороны гостя, перевел взгляд на эльфа. - Кричер, займись. - Слушаюсь, хозяин, - словно только и ожидая подобного приказа, Кричер поклонился до самого пола и, выпрямившись, исчез, спеша исполнить распоряжение. - Случилось что-то? - обеспокоенно спросил Сириус. - Нет, - помотал головой Люциус. - Просто я так и не дождался от тебя приглашения на новоселье, поэтому решил сам зайти, оценить твои старания по восстановлению родового гнезда. Не скажу, что твой выбор мне импонирует, но это же твой дом. - Да, я пришел к выводу, что меня устраивает убранство дома, - еще шире улыбнулся Блэк, но Малфой заметил, что его глаза оставались беспристрастными и даже холодными. - Только кое-что подправил, да сделал небольшой ремонт в местах, где отваливаются части стен и потолка. Я потом проведу тебе экскурсию по дому. Пойдем, пока пропустим по бокалу вина, - и, перехватив руку друга, Сириус подтолкнул его к выходу из библиотеки. - А что ты тут делаешь? - кивая на гору книг на столе, спросил Люциус, не спеша уходить. - Да ничего особенного, - с напускным безразличием отмахнулся Блэк, еще настойчивее тяня товарища к выходу, вызывая подобным поведением еще больший интерес. Понимая, что по какой-то причине его не хотят посвящать в нюансы занятости друга, Малфой сделал себе заметку, что слова Роул, показавшиеся мужчине чрезмерно эмоциональными, не так уж и преувеличены. По пути слушая, что нынешний хозяин привнес в убранство дома, Люциус удивленно вскидывал брови, слыша неподдельную гордость в голосе друга. Он знал, что Сириус бежал из дома и считал это решение одним из самых верных в своей жизни. Теперь же каждое слово Блэка было пропитано гордостью и радостью, что он снова здесь живет. Вообще у Люциуса складывалось впечатление, что друг очень изменился. Слишком его радушие было показушным, и Малфой не был уверен, что ему действительно рады. Скорее вынуждено рады, чтобы из приличия тут же не указать на дверь. И именно с этим необходимо было разобраться. - Ко мне твой друг приходил, - рассказал Люциус, когда они устроились в креслах у камина, а расторопный Кричер выставил на журнальный столик бокалы с вином и тарелку с сырными и фруктовыми закусками. - Говорит, ты игнорируешь его сообщения. - Странно, - недоуменно скривив губы, ответил Сириус, наполняя бокалы. - Странно, что он пришел именно к тебе. - Ну а к кому еще? Не к Северусу же. - Да, это выглядело бы еще более странно. Но спасибо, что сообщил. Я обязательно напишу ему сообщение, чтобы он не переживал. - Мне тоже кажется странным, что ты не зовешь в гости, хотя давно закончил приводить дом в порядок. Чем ты занят, Сириус, что нет времени на друзей? - А как дела у Нарциссы? - проигнорировав вопрос друга, задал встречный вопрос Блэк, отпивая из своего бокала. - Прекрасно, - поняв, что раз от него что-то скрывают, то это на самом деле серьезно, натянуто улыбнулся Люциус. - Скоро Рождество. Ты же не пропустишь его? Дети вернутся домой. - О, ни за что, - обрадовавшись, что его задумка со сменой темы сработала, подхватил Сириус. - Обязательно встречу Гарри и Драко с вами на станции. - Прекрасно. Ты не против, если я воспользуюсь уборной? - Конечно, - не чуя подвоха, поднялся со своего места Блэк. - Поднимись на второй этаж и направо до конца коридора. Люциус допил остатки вина в бокале и, благодарно улыбнувшись, направился к выходу из гостиной. Но, поднявшись на второй этаж, он завернул не направо, а налево, ведь именно туда вел путь в библиотеку. Оказавшись в зале, он сразу подошел к столу и, взяв ближайшую к себе книгу, прочитал название. Его глаза то ли в ужасе, то ли от удивления расширились. Надеясь, что он, может, рано переживает, мужчина отложил книгу в сторону и взял следующую. Но та показалась ему еще более устрашающей по своему содержанию, а названия глав вообще заставляли волосы на затылке становиться дыбом. - Мог придумать что-то оригинальнее, - раздался за спиной насмешливый тон хозяина поместья. Люциус резко развернулся к другу и, теперь уже не скрывая страха, посмотрел на него, словно не узнавая. - Неужели думал, что поведусь на эту дурацкую выдумку? - Что это, Сириус? - выкинув руку вперед, Малфой до побелевших костяшек сжал книгу в руке и срывающимся голосом спросил друга, и не думая оправдываться за свое вранье и фактически врываясь туда, куда его не приглашали. - Книги, - безразлично ответил Блэк, ленивым движением облокачиваясь плечом о косяк проема и складывая на груди руки. - Этим ты занимался все это время? - повысил голос Люциус, брезгливо бросая книгу на ворох ее собратьев. - Ты совсем с ума сошел? Темная магия, Сириус, ты занимаешься темной магией. Ты хоть понимаешь, что творишь? Слава Темного Лорда покоя не дает? Может тебе напомнить, чем все для него закончилось? - Благодарю, на память не жалуюсь, - подняв правый уголок губ в легкой улыбке, спокойно ответил товарищ. - И если бы ты выслушал меня, а не торопился с выводами, то ты бы так не переживал. - Выслушать? - опешил со слов друга Малфой. - Выслушать? О, я спросил, но ты перевел тему. А сейчас мне и без твоих слов все ясно. Конечно, это ведь намного увлекательнее, чем общение с друзьями. Вот только это путь в никуда, Сириус. Уничтожь это все, пока эти знания не погубили тебя. - Ты не понимаешь, Люциус, - разочарованно вздохнул Сириус. - Я знал, что так будет, потому никому и не говорил. И я не могу это уничтожить, Люциус. Не могу и не хочу. Это в моей крови, Люциус. Я - некромант. - Ч... чт... что? - не сразу сумев совладать с шоком, выдохнул Люциус и, почувствовав, как ноги подогнулись от слабости, оперся бедром о край стола. - Зачем это тебе, Сириус? Мы найдем другой способ убить Его, я обещаю. Не нужно нырять в это, прошу тебя. Как друга прошу. Подумай о тех, кому ты дорог. Подумай о Гарри. Не нужны тебе эти книги. Ничему хорошему они не научат тебя. - Да дело не в книгах, Люциус, - выпалил Блэк и быстро подошел к столу. Товарищ неосознанно попятился, словно испугавшись, что с хозяина дома станется наброситься на него с кулаками. Этого Сириуса Блэка Люциус не узнавал, словно перед ним стоял совершенно чужой, неизвестный ему человек. - Это в моей крови, понимаешь? - продолжал кричать Сириус. - Я - потомственный некромант. Каким был Регулус, наш отец и все предки до нас. Понимаешь? Я такой, какой есть. С книгами или без них. Это мое наследие. И мне не нужно твое одобрение. Да и на понимание я не очень-то и рассчитывал. Выговорившись, Сириус выдохнул и опустил плечи, будто это признание стоило ему больших сил. Люциус неверяще смотрел на товарища, разрываясь от двоякого чувства. С одной стороны он знал, кто такие некроманты, и это знание его пугало, заставляя бежать прочь без оглядки и больше никогда не искать встречи с Темными. С другой стороны - это был его лучший друг, чья судьба была для Люциуса далеко не безразлична, и потому он испытывал к другу сочувствие и желание как-то поддержать. Между ними повисла звенящая и пугающая тишина. Мужчины оба погрузились в свои мысли, одной из которых был страх, что отныне между ними пропасть непонимания. - Я пойму и приму твое решение, - проговорил Сириус, отступая на пару шагов назад, словно показывая, что если друг захочет уйти, он его удерживать и винить не будет. - Это только твой выбор, Люциус. Но я хочу тебя заверить: я знаю, что делаю. Я полностью это контролирую. Да, я изменился, многое переосмыслил, многое осознал. Но главное, что я понял: это - он указал на книги - не зло. Это - выход. Решение. Я могу уничтожить его, - процедил Блэк сквозь зубы. - Раз и навсегда. - И какой ценой? - сглотнув ком горечи, едва слышно прошептал Люциус. - Ценой своей души? - Нет, - снисходительно улыбнулся Блэк, словно учитель, объясняющий ученику прописные истины. - Откуда ты вообще это взял? У других вообще какие-то неправильные извращенные знания о нас. Мы не платим своей душой, силой, жизнью или какие еще ужасы о нас говорят. Понимаешь, это нельзя просто узнать и практиковать, как Волан-де-Морт, с этим нужно родиться, - Сириуса охватило какое-то щемящее чувство рассказать, поделиться с другом своими чувствами. С надеждой, что тогда он будет понят, и Люциус не будет считать его чудовищем, каким был Темный Лорд. - Он все не так понял. Потому и пошел таким путем. Может, он считал, что может охватить если не все, то многое, раз он является потомком Салазара Слизерина, но этого недостаточно, да и не был Слизерин некромантом в полном понимании этого слова. Помнишь Воскрешающий камень из сказки, Люциус? - неожиданно спросил Сириус, и Люциус заторможенно кивнул, с трудом улавливая нить повествования из сумбурного набора слов товарища. - Средний брат Кадм Певерелл был первым некромантом. Это он изобрел камень. От него пошел мой Род, Блэк. Темный. До этого - Нуар. Это не просто игра слов. Это правда. Я еще тогда, когда камень попал в мои руки, что-то почувствовал. Словно свое, родное. И Джеймс с Лили предстали передо мной не просто призраками, а словно живыми. Прямо как перед Певереллом в этой сказке. И я ничуть не жалею, что принял свое наследие. Наоборот, я жалею, что не узнал о нем раньше. Может, некоторые события сложились бы совсем иначе. Однако сейчас я точно знаю, что делать. Теперь ты можешь уйти, - выдохнул он, еще отступив на шаг. - Но знай - я не отступлюсь. Я найду Волан-де-Морта и уничтожу его дух. А перед этим я найду его змею и убью. Как и этот неизвестный пока нам крестраж. Мне это теперь под силу. С каждым словом друга Люциуса охватывала все большая паника. Однако о том, чтобы принять предложение и уйти, не могло быть и речи. Он просто не мог оставить друга со всем этим одного. Не мог бросить, когда, возможно, товарищ нуждается в нем, как ни в ком другом. У Люциуса никогда не было друзей, чья судьба была бы ему не безразлична. Люди были для него всегда инструментом, средством для достижения своих целей. Даже о некогда своем Господине он думал так же. Ведь если возвысится Темный Лорд, то и он, Люциус, его ближайший сторонник, также займет привилегированное место в новом мире. Понимание, что все будет ровно наоборот, пришло несколько позже, когда пути назад уже не было. Пожалуй, только о Северусе он мог сказать, что он не только инструмент, хотя их общение начиналось именно с этого. Малфой быстро разглядел магический потенциал полукровки Снейпа, а потому великодушно дал ему свое покровительство, что позднее переросло в дружбу. Однако, по-настоящему сблизиться у них не получилось. А вот с Сириусом, на удивление, получилось довольно быстро. И сейчас, уйдя он и бросив товарища, что стал ему едва ли не братом, он бы ненавидел и презирал себя до конца дней. Нет, он не может отвернуться. Он примет любой выбор друга. И разделит его. Решившись, Люциус подошел к другу и положил руку на его плечо. Сириус удивленно распахнул глаза и столкнулся с хитрым прищуром серых глаз. - Решил себе всю славу победителя Темного Лорда забрать? - вернул себе привычное поведение Малфой. - Как-то не по-товарищески. И совсем не по-гриффиндорски. Нет уж, Сириус, мы это вместе начали, вместе и закончим. Блэк радостно улыбнулся и, положив свою руку на плечо друга, притянул его к себе, чтобы крепко обнять. Оба испытали огромное облегчение, что приняли верное решение. Первый - что решил доверить свою тайну, второй - что нашел в себе силы понять и не испугаться. Ободряюще похлопав друг друга по спине, товарищи разняли объятия и открыто улыбнулись друг другу. - Я считаю, что необходимо еще выпить, - внес дельное предложение Люциус. - Когда ты прав, то прав, и даже спорить бессмысленно, - ответил Сириус, и друзья весело рассмеялись, а потом покинули библиотеку, чтобы продолжить общение в более приятной обстановке. Когда библиотека опустела, из-за одного из стеллажей вышел Регулус. Он проводил взглядом спины брата и его гостя, растянув губы в довольной улыбке. Младший Блэк разделял со старшим братом радость и облегчение, что Люциус смог принять решение хозяина дома. Да, некроманты не приносили в жертву свою душу или жизнь, но все-таки чем-то им приходилось расплачиваться за свой дар. Одиночеством. И, пожалуй, это даже страшнее, чем жизнь или душа. Ибо одинокому человеку, для которого нет в жизни ценности, и терять нечего. А это уже путь в один конец.