Не верь тому, что видишь

POV Гарри Я потерялся. Мало того, что эти сны о лесе стали на постоянной основе, так я еще стал сомневаться в том, когда же я бодрствую. Тот несостоявшийся разговор с Драко был не единственным. Я снова проснулся, провел очередной учебный день, а на следующий день выяснилось, что его не было. Более того, тот день, когда мне казалось, что я сплю, на самом деле был явью. Я чувствовал, что начинаю сходить с ума. Я пробовал снова рассказать Драко, поделиться своими переживаниями, но после выяснилось, что я опять ему ничего не говорил. Испугавшись, что еще немного, и брат начнет серьезно задумываться о моем душевном здоровье, я больше не решился ему открыться. О том, чтобы рассказать Северусу, вообще не могло быть и речи. Хорошо, что Драко помог мне выкрасть у мадам Помфри зелье сна без сновидений. Правда, помогало оно мне недолго. Несколько ночей и вправду удалось отдохнуть, но после я снова обнаружил себя в лесу, а затем зелье перестало действовать, ибо я потерялся между сном и явью. Я решил вообще не спать и даже сварил Бодрящее зелье, но даже уверенность, что все происходящее со мной - реальность, увы, не стала решением. Отсутствие отдыха сказалось на моем психическом здоровье еще больше, чем его наличие. Я стал раздражительным и вспыльчивым. Когда я едва не сошелся в жестоком поединке с Роном Уизли, наплевав на магию и накинувшись на это рыжее недоразумение с кулаками, что гриффиндорцу пришлось отлежаться два дня в больничном крыле, а наш факультет потерял семьдесят балов, меня серьезно отчитал Северус, и я перестал пить Бодрящее зелье. Но вернулись сны, а я понял, что это замкнутый круг. Я стал сомневаться в каждом своем шаге, каждом действии и происходящем вокруг меня. Я нашел выход в том, чтобы записывать события за день, чтобы потом сверяться, что было на самом деле, а что было плодом моей фантазии. Но, естественно, делал я это втайне, спрятавшись за пологом своей кровати и, наложив на свои записи охранное заклинание, снять которое мог только я. Поняв, что от снов мне никуда не деться, я твердо решил, что займусь их трактованием. Это оказалось делать труднее, ведь обычно мы с братом готовились к урокам вместе, и втайне от него изучать фолианты по снам было бы сложно. Потому я посещал библиотеку, когда у Драко были свои дела. Приходилось после врать о том, где я был, но брат не докапывался и, как мне казалось, даже верил. А мне удавалось оставлять свою тайну в целости. Однако, мои надежды на толкование снов довольно быстро разбились вдребезги. Понимания, что со мной происходит, и почему эти странные сны преследуют меня, увы, не приходило. Все объяснения авторов были лишь сухими фактами, но никто не дал ответа, как от этих снов избавиться, кроме рецептов зелья сна без сновидений, а также изучение окклюменции и легилименции. Я знал, что Северус и отец в этом профи, но как им все рассказать, когда я сам не понимаю, что со мной? А главное, как понять, что этот разговор действительно состоялся? - Да что с вами не так, чертовы книги? - потерпев очередную неудачу, я швырнул фолиант через весь проход в библиотеке и, поставив локти на стол, вцепился в свои волосы. - Это библиотека, Малфой, а не квиддичное поле. Тут, вообще-то, подобает вести себя тише и относиться к книгам бережнее, а не как с квоффлом. Я поднял голову и увидел Грейнджер, что держала в руке брошенную мной книгу. Она гневно поджала губы и обвинительным взглядом посмотрела на меня. - Тебя забыл спросить, как мне себя вести, - привычно огрызнулся я и, открыв следующую, как я уже был уверен, бесполезную книгу, уткнулся в нее взглядом, показывая, что общество этой гриффиндорской заучки - последнее, что мне сейчас нужно. Однако, у этой зазнайки было иное мнение. Краем глаза я заметил, что она подошла к полке, чтобы поставить книгу на место, но задержала взгляд на ее названии. Не нужно быть гением, чтобы в ее умной, что уж там юлить, голове сразу сложился пазл. Она подошла ближе и нагло, даже собственнически схватила одну из книг на моем столе. - Эй, - воскликнул я, вскакивая со своего места и протягивая руку, чтобы забрать у нее книгу, но Грейнджер отскочила назад и, победно усмехнувшись, пролистала фолиант. - Отдай немедленно, - приказал я, огибая стол, но эта выскочка, видимо, решила со мной в игры играть. - Ты охренела, Грейнджер? - угрожающе наставил я на нее свою волшебную палочку, достав ее из-за пояса штанов за спиной. - Не советую тебе этого делать, - бесстрашно или просто умело скрывая страх, проговорила гриффиндорка, отступая в проем, где ее могла бы видеть мадам Пинс. - Мне стоит только крикнуть, и Слизерин лишится еще сотни балов. Как ты это своему декану объяснишь? Думаешь, он будет счастлив? Или тебе стычки с Уизли было мало? - Какого драккла тебе нужно, Грейнджер? - сжав древко своей палочки, но опустив руку, процедил я со злости. Эта гадина еще и смеет мне угрожать? Это сейчас мы в библиотеке, ее, так сказать, доме, но я не поленюсь, подкараулю ее где-нибудь и "украшу" ее лицо такими прыщами и язвами, что она еще долго будет помнить, как лезть ко мне. - Иди своей дорогой. - Эта тема, поправь, если ошибаюсь, совсем не подходит под обучение на втором курсе, - непринужденно листая книгу, проговорила Грейнджер. - А обучение легилименции так вообще не входит в школьную программу. Вот я сейчас пойду к профессору МакГонагалл и расскажу ей о твоем хобби. Посмотрим, как ты будешь объясняться. - Ладно, - убрав палочку за ремень брюк, я сложил руки на груди и усмехнулся. - И что ты хочешь за свое молчание? - Чтобы ты и твой брат перестали мне мешать. Думаешь, я не понимаю, что вы специально не даете мне подготовиться к некоторым урокам? Или тот случай на Травологии? Я, конечно, не ждала честного противостояния со слизеринцами, но это уже слишком. Это должно было прозвучать угрожающе, ведь она фактически меня шантажировала, но, вопреки ее ожиданиям, ее слова вызвали у меня смех. Смотря на ее серьезное выражение лица и грозный взгляд, я рассмеялся. Грейнджер же, ожидая, что я сейчас начну распыляться в извинениях и заверять, что больше так не буду, удивленно вылупилась на меня, не понимая, что такого смешного она сказала. - Ну, ты даешь, Грейнджер, - сквозь смех ответил я. - Реально повелась. Может, ты не такая умная, какой тебя считают, ибо реально поверить в то, что я поведусь на твои угрозы может только беспросветно тупая. Пугать же меня разборками с моим деканом, более того крестным моего брата и другом нашей семьи... ой, насмешила, честное слово. К тому же, дорогуша, а как ты докажешь, что ты эту книгу взяла у меня? - теперь уже я пошел в атаку, добавив в свой тон пренебрежительные нотки, отчего от злости и досады Грейнджер заскрипела зубами. - Я легко могу сказать, что это твое чтиво. Ни для кого не секрет, что ты заучка, желающая знать больше, чем тебе подобает, - с явным намеком в голосе закончил я. - Так что будь хорошей девочкой, сделай вид, что ты меня не видела и вали отсюда, а то я мадам Пинс не побоюсь, потому что мое желание проучить тебя за твой длинный нос, который ты суешь не в свое дело, с каждой минутой становится все больше. С уверенностью, что подобный железный аргумент крыть ей не чем, я довольно усмехнулся и, развернувшись, снова уселся за стол. - Я мадам Пинс все расскажу, и она увидит, что ты читаешь, - предприняла в последний раз напугать меня Грейнджер. - Удачи, - снова обломал я ее. - Я умею наводить морок, и твоя любимая Пинс увидит обычные конспекты. Вали отсюда, Грейнджер, пока я добр. И если посмеешь еще раз попытаться меня шантажировать, то, уверяю, тот случай на Травологии покажется тебе детской безобидной шуткой. - Я все равно не оставлю это так, - вспыхнула гриффиндорка и, яростно взмахнув своими космами, скрылась в проеме. Я же снова рассмеялся, в который раз выходя победителем из этого противостояния. Однако, Грейнджер в чем-то права: я действительно потерял бдительность и забыл навести морок на изучаемые мной книги. Не ровен час Пинс прознает о моем увлечении и донесет, куда надо. Я достал палочку и быстро исправил свою оплошность. Теперь настоящее содержание книг мог видеть только я. Успокоившись, я продолжил изучение.

***

Снова лес. Снова отсутствие ощущения собственного тела и эта поглощающая меня без остатка ненависть. За почти месяц, что этот сон мучает меня, он постепенно изменялся. Сначала были только ощущения и звуки, потом добавились чувства, увеличилась и длительность моего пребывания в этом странном месте. Не так давно я смог управлять своим телом и попытался даже изучить мою "тюрьму", но, как и предполагалось, этот лес был просто огромным, да к тому же, похоже, заколдованным, ибо, как бы далеко я ни уходил от полянки, я снова и снова обнаруживал себя на ней. Зато эту самую полянку я изучил вдоль и поперек. Увы, ответа на главный вопрос: какого драккла я здесь делаю? - я не получил. И все-таки сон продолжал развиваться. В этот раз я начал слышать какой-то голос. Только это был не обычный человеческий голос. Я не мог разобрать отдельные слова, однако в тоне ярко слышались свистящие звуки, будто шипела змея. И эти звуки манили меня. Правда, я пока не понимал, куда, но четко знал, что очень хочу узнать, откуда исходит голос, и что хочу найти его обладателя. Я метался по полянке, но, так и не найдя источник шепота, разозлился и... проснулся. Эта злость не отпускала меня еще долго. Я тяжело дышал, приходя в себя после сна, не сразу почувствовав боль в суставах рук от того, как сильно я сжал в кулаках одеяло. "- Я больше так не могу", - мысленно признал я. "- Это невыносимо. Почему? За что?" Я сжал волосы на затылке и закрыл глаза. В ушах еще стояло это злобное шипение. Манящее и злобное. Оттого пугающее меня до дрожи. Еще никогда я не ощущал такую беспомощность. Я вынужден признать, что эти сны окончательно победили меня, и в одиночку я просто не могу справиться. Я откинул полог кровати и, убедившись, что брат и наши соседи все так же мирно дрыхнут, видя беззаботные сны, схватил с тумбочки свои очки, а после открыл нижний ящик тумбочки. Там лежала записная книжка, содержащая мои откровения. Если бы не эти записи, я бы точно не мог различать реальность и сон. Взяв дневник, я спрятался обратно и, нацепив очки на нос, зажег свет на кончике своей волшебной палочки. Пролистав дневник до последних записей, я пробежался по ним быстрым взглядом. Как я и предполагал, некоторые пункты отсутствовали, но кое-какие неполные данные о подробностях сна присутствовали. Достав перо и чернильницу из верхнего ящика, я оперся спиной о подушку и принялся переносить на чистый лист произошедшее со мной во сне. Я очень надеялся, что и завтра найду эти записи. В противном случае я намеревался снова и снова заполнять страницы дневника, пока не буду уверен, что они не пропадут, а значит, я однажды заполню их по-настоящему, а не в моем воображении. Почувствовав, что ясность приснившегося действа начинает ускользать от меня, я ускорил записи. Еще одна странность, что появилась около двух недель назад. Подробности сна я помнил не все время. Едва проснувшись, воспоминания еще жили в моей памяти, но по прошествии некоторого времени подробности медленно исчезали, пока я к концу дня не мог вспомнить ничего из произошедшего со мной в этом сне. Однако, чувства у меня оставались, правда, объяснить я их уже не мог. Особенно чувство страха и неопределенности, ведь я уже не мог вспомнить, что такого страшного или странного со мной произошло. Эта забывчивость и стала побуждением к желанию вести записи. И пусть я на следующий день не находил некоторых записей, я упорно заносил новые. Я сразу выработал привычку по пробуждению записывать подробности сна, однако я точно знал, что снов было больше, чем записей о них в моем дневнике. И самое страшное, я все еще не мог с уверенностью сказать, что делал эти записи в настоящей реальности, а не пребывая в реальном сне. Перенеся на страницу последние впечатления о недавнем сне, я сполз спиной по подушке и облегченно закрыл глаза. Каждый раз занося произошедшее со мной я чувствовал некую иллюзию контроля. Мне хотелось верить, что все это не зря. Что я еще не сошел с ума. "- Скоро Рождество", - слегка улыбнулся я. "- Я один не вывожу. Мне нужна помощь. Отец, конечно, сможет помочь, да и Северус тоже, но я не могу сразу к ним. Крестный. Точно, сначала расскажу ему. Покажу ему эти записи, расскажу все. Я точно знаю, что Сириус меня поймет. Может, подскажет, как все рассказать отцу. Да и вдвоем они точно вернее решат, как мне помочь. Только надо не один раз, чтобы точно убедиться, что этот разговор был. Может, сначала написать письмо? - принялся я рассуждать. - Нет. Совой нельзя. Только лично. Я толком не знаю, что писать. Если буду сумбурно описывать свои впечатления и чувства, только напугаю крестного, и, чего доброго, он точно расскажет отцу, подумав, что у меня с головой не все в порядке. Я должен сначала поговорить с Сириусом с глазу на глаз, убедить его, что это не бред воспаленного мозга. Потом убедиться, что разговор точно был, и договориться о том, чем мне можно помочь. Нельзя больше тянуть и пытаться справиться с этим в одиночку. Крестный, надеюсь, ты мне поможешь". Это были мои последние мысли, прежде чем я снова уснул, а проснулся уже без дневника на своих коленях. Меня разбудила трель будильника, но первое, что я сделал, это проверил наличие дневника в нижней полке тумбочки. Конечно, все было на местах. Кроме записи о недавнем сне, подробности которого я уже не помнил, однако чувства остались, правда я не знал, с чем они связаны. Я только помнил, что сон был и что я хотел сделать записи и, даже, возможно, их сделал, сидя в своей кровати, но подтверждений этому утверждению я не обнаружил. Простонав с досады, я упал спиной на кровать. - Ты чего, Гарри? - навис надо сной Драко. - Не хочется на уроки? - понимающе усмехнулся он, подумав, что мое негодование было вызвано началом очередного учебного дня. Чтобы не волновать его, я выдавил из себя улыбку и кивнул. - Осталось немного до каникул, братишка, - ободряюще потрепал меня по плечу Драко. - Скоро домой. Пара недель лекций, а потом свобода. - Да, скорее бы, - выдохнул я. Приведя себя в порядок после сна, мы отправились на завтрак. Запихнув в себя абрикосовую запеканку и едва почувствовав ее вкус, я сверился с расписанием. Еще один пункт, который позволял мне хотя бы примерно различать сон и явь. - Вчера у нас первым уроком были Чары, так? - безмятежно спросил я, запивая запеканку тыквенным соком. - Вообще-то Трансфигурация, - ответил Драко. - Гарри, тебе бы для памяти чего-нибудь попить, а не только зелье сна без сновидений, - добавил он шепотом, наклонившись к моему уху. - У меня уже вообще все смешалось, - отмахнулся я, мысленно делая себе заметку. - Зато я помню после нее Зелья. - Вообще-то Травология, - поправил меня брат. - Или уже забыл нашу маленькую шалость? - заговорчески добавил он, кивая назад, где находился стол Гриффиндора. Я же сжал вилку в левой руке, чувствуя, как липкий страх снова охватил меня. Мерлин, все еще хуже, чем было. Теперь сон и явь так быстро сменяют друг друг, что могут чередоваться в течении, как мне кажется, одного дня. Вчера после Трансфигурации были Зелья. Я точно это помню, потому что делал соответствующую запись в дневнике. О Травологии записи нет, но и в разговоре с Грейнджер в библиотеке она припомнила мне случай на Травологии. Так что было? Может, я веду записи во сне, а не как мне кажется, в реальности? Получается, сейчас я сплю, раз дневник на месте? И после странного сна я просто перенесся в другой сон, а не проснулся? Получается, и Сириусу мне нечего предъявлять, раз дневника не существует? Мне вдруг стало тяжело дышать, а перед глазами стало все расплываться, будто очков на мне не было. Голос Драко доносился до меня, словно я находился внутри купола неслышимости. Почему это со мной происходит? Только я подумал, что могу хоть немного контролировать ситуацию и различать сон и явь, как все это оказалось иллюзией. - Гарри, - позвал меня Драко и ощутимо потряс за плечо. Я с трудом сглотнул накопившуюся слюну и медленно повернул голову, проморгавшись и сумев сосредоточить взгляд на обеспокоенном лице брата. - Ты побледнел, братишка. Что случилось? - Я в... - прохрипел я и, откашлявшись, заставил себя улыбнуться, - норме я. В норме. "- Ага, отличная норма, Поттер-Малфой", - мысленно дал я себе подзатыльник. "- Лучше некуда". - Слушай, я не сильно голоден, да и не здоровится мне что-то. Я... скажи Северусу, что я не пойду сегодня на занятия. - В смысле? - удивленно распахнул глаза Драко. И я мог понять его обескураженный вид. Я впервые решил прогулять целый день. Но мне просто необходимо сделать перерыв и попытаться снова взять происходящее под свой контроль, иначе уже завтра я проснусь в Святого Мунго и пойму, что моя учеба в Хогвартсе мне просто приснулась, а реальность среди белых стен клиники. Повторив свою просьбу, я встал из-за стола и быстро направился к выходу. Едва не срываясь на бег, я спустился в подземелья и бросился в гостиную. Влетев в спальню, я достал из нижнего ящика дневник и, спрятав его под мантией, покинул подземелья. Не важно, снится мне это или происходит на самом деле, я отправился в больничное крыло. Там наврав мадам Помфри о своем самочувствии, я попросил о приюте. Я был даже готов глотать противные настойки, лишь бы спокойно сесть и наедине с собой попытаться сопоставить факты, описанные в дневнике, и те, что, оказывается, остались лишь в моей голове. На мою удачу мадам Помфри действительно не стала докапываться, поверив, что я просто переутомился и мне нужен денек передышки. Переодевшись в пижаму, я проглотил какой-то мятный отвар, а после мадам Помфри оставила меня одного. Я поблагодарил ее и, дождавшись, когда она скроется в своей комнате, достал из-под подушки дневник, куда его спрятал, пока переодевался за ширмой. Позаимствовав перо с чернилами со стола колдомедсестры, я удобно устроился на подушке и стал внимательно читать свои записи, мысленно пытаясь их дополнить другими событиями. Я не замечал, как проносилось время, я был полностью поглощен своей работой, дописывая и внося уточнения в свои записи. Мадам Помфри еще пару раз подходила ко мне, чтобы угостить очередным Восстанавливающим зельем или обедом. В основном же она мне ничего не говорила, должно быть, подумав, что я так увлечен учебой, хотя никаких книг, кроме моего дневника, у меня и не было при себе. В любом случае я был рад, что она не беспокоила меня. К концу дня я действительно стал чувствовать себя гораздо лучше, а пробегая внимательным взглядом по почти заполненному дневнику, я удовлетворенно улыбнулся, чувствуя, что все-таки пока в своем уме, раз смог, хоть и сумбурно и где-то разрозненно, но изложить все, что меня беспокоило. Теперь я очень надеялся, что мои труды были не зря. Выпив перед сном еще одно зелье, очень по запаху похожее на зелье сна без сновидений, я убрал дневник под подушку и спокойно провалился в сон. Проснулся я в больничном крыле и первым делом проверил наличие дневника и пополнение записей. Увидев дополнения и исправления, я, наверно, впервые ощутил радость и облегчение. Искренне поблагодарив мадам Помфри за заботу, я заверил ее, что чувствую себя лучше всех и, держа под мышкой свой дневник, покинул больничное крыло. Но не успел я выйти за дверь, как наткнулся на Северуса, который, должно быть пришел меня проведать. - Доброе утро, - улыбнулся я, радуясь, что успел перед выходом спрятать дневник под мантией. - Спасибо, что хотел проведать меня, но я уже абсолютно здоров. Просто обычное недомогание. - Мне не заливай, ясно? - неожиданно грубо оборвал меня декан, и моя улыбка вмиг сошла с моего лица. - Драко мне все рассказал. Мне интересно только одно: почему я узнаю обо всем от твоего брата, а не от тебя? Я почувствовал, как ноги стали ватными, а сам я падаю в пропасть. Я взял с Драко слово, что он никому не расскажет, пока я сам не буду готов. И я собирался рассказать, но в мои планы совсем не входило начать день откровений с Северуса. Я не мог представить, как бы пытался донести свои переживания до него. Сириус всегда понимал меня с полуслова и никогда бы не поставил под сомнение ни одно из моих слов, но Северус, хотя и являлся другом семьи, все же посчитал бы мои сны плодом моей больной фантазии. И самое главное - ничего, кроме моих записей, большинство из которых я, скорее всего, делал, не понимая, где сон, а где явь, не могло подкрепить мои слова. - Прости, Северус, я не понимаю, о чем ты, - решив играть в несознанку до конца, я фыркнул и недоуменно поднял одну бровь вверх. - Понятия не имею, что там Драко тебе рассказал. Да, вчера я попросил его сказать, что мне нездоровится. Учеба и эта гонка с Гриффиндором меня немного выбили из колеи, но я уже в норме и готов сегодня вернуться к учебе. Благодарю за беспокойство, но, уверяю тебя, оно напрасно и шибко преувеличено. Кивнув декану, я обошел его и уверенным шагом направился по коридору, мысленно ругая брата за неумение держать язык за зубами. Ох, ща встречу его в гостиной, все ему выскажу. - Ладно, не хочешь говорить со мной, будешь разговаривать со своим отцом, - донеслось мне в спину. Я затормозил лишь на мгновение, но, так и не повернувшись, вскоре продолжил свой путь. Нет, Северус, сначала я поговорю с Сириусом. Тем более я уже предполагаю, что ты не будешь ждать начала рождественских каникул, а распишешь во всех красках отцу, что со мной. В зависимости от того, что тебе нарассказал Драко. Ладно, есть к чему готовиться. Я быстро вошел в Главный Зал и, найдя взглядом белобрысую макушку брата, уверенным шагом направился к нему, по пути не шибко обременяя себя тем, чтобы обходить других студентов. Да и на их недовольство мне было плевать. С каждым шагом моя собственная злость росла все больше и больше. - Драко, - стараясь контролировать громкость моего голоса, обратился я к брату, который о чем-то разговаривал с Паркинсон и Забини, сидящими напротив. - Гарри? - удивленно повернулся ко мне Драко. - Я думал, что ты сегодня после обеда только будешь. Как ты? - Прекрасно, - сдерживая клокочущую внутри меня ярость, улыбнулся я. - Как раз шел поделиться с тобой своим самочувствием, но ты ведь и так лучше меня знаешь, что со мной, верно? - Прости? - непонимающе нахмурил брови брат. - Можно тебя на пару слов? - попросил я и, не дожидаясь ответа, развернулся и направился к выходу из зала. Выйдя в коридор, я повернулся, чтобы дождаться, когда Драко выйдет следом. Тот не заставил себя ждать и, открыв рот, собирался мне что-то сказать, но я махнул ему рукой и, подойдя к воротам, вышел во внутренний дворик. Там у фонтана можно было спокойно поговорить, что я и собирался сделать. - Слушай, я не понимаю, что с тобой в последнее время происходит, Гарри, - первым начал разговор брат. - Я говорил тебе, что волнуюсь. Эта твоя задумка по добыче зелья сна без сновидений с самого начала показалась мне странной. Я так же учусь, как и ты, но... - Какого черта ты все выложил Северусу? - выпалил я, наконец дав выход своему гневу. Я еле удерживался, чтобы не начать разбрасываться заклятьями. Я чувствовал себя едва ли не преданным. И кем? Собственным братом, которому я мог доверить почти все. Я и доверил ему, но он все выболтал, когда я умолял держать все в секрете. - Ты же обещал, Драко. Ты обещал мне. - Да ничего я крестному такого не рассказал, - в ответ вспылил Драко. - Я только сказал, что ты, видимо, переутомился. Ходил бледный, сонным накануне, а потом сказал, что плохо себя чувствуешь и хочешь пропустить день, проведя его в больничном крыле. Я переживал, да, но слова своего не нарушил. - Северус мне иное сказал, - недоверчиво прищурился я. - Ты можешь не верить сколько хочешь, но я не стал бы нарушать слово, данное тебе, Гарри, - оскорбился брат, и мой запал окончательно угас. Я видел, что он не врал. Тогда откуда Северус кидался подобными угрозами? Или он блефовал, надеясь, что я сам все ему выложу? Хорошо, что я не повелся. - Я не буду обвинять тебя в недоверии, - видя, что я успокоился, продолжил Драко и положил руку на мое плечо. - Я держу слово, хотя и считаю, что тебе лучше поговорить с отцом. - Нет, - замотал я головой. - Я хочу сначала поговорить с крестным. Понимаешь, Драко, все сложно, я сам не понимаю, что со мной, я просто не смогу объяснить отцу, что происходит. А Сириус всегда меня понимал, даже когда я сам едва осознавал, что меня тревожит. Я поговорю с отцом, честно, - заверил я брата, и, судя по его кивку, он успокоился моим обещанием. - Может, крестный сможет как-то доступно объяснить отцу, что со мной, и они вдвоем что-нибудь придумают. - Мне ты так и не расскажешь, да? - Говорю же: чтобы я сам что-то понимал, - поник я. Не мог же я сказать, что уже имел с ним разговор о своем сне, только вот, как оказалось его не было. Не уверен, что нынешний разговор происходит на самом деле. Даже, наверно, я бы хотел, чтобы он мне приснился, ведь тогда и угрозы от Северуса рассказать все отцу тоже не было. Только вот я проверял утром: вчерашние записи никуда не делись, а значит - не знаю, радоваться мне или нет, - все происходящее сейчас - реальность. - Ладно, - немного помолчав, произнес Драко. - Пойдем за учебниками. Не хочу опаздывать на ЗОТИ. Просто когда будешь готов - поделись со мной, ладно? Я реально переживаю. Реально. Хоть кто-то знает, что для него реальность. Надеюсь, что она у нас с ним совпадает. Хотя бы иногда. - Конечно, - улыбнулся я, и мы вернулись обратно в замок. Подхватив сумку с учебниками и письменными принадлежностями, я спрятал свой дневник, предварительно наложив на него охранные чары. День прошел, как обычно, и я даже расслабился к концу дня, закончив его парой шахматных партий с братом. Укладываясь спать, я достал свой дневник, чтобы привычно дополнить его событиями прошлого дня, но, пролистав его, едва не закричал в голос. Мои записи, которые я скрупулезно переносил на страницы дневника, лежа в больничном крыле, исчезли. Мало того, были заполнены только первые два-три разворота. И ни одного упоминания о сне. Чувствуя, что весь мир буквально рушится передо мной, я ощутил пустоту. Я был готов волком выть, почище Римуса в период полнолуния. Как бы я ни старался, что бы я ни делал, все напрасно. И я теперь точно знаю, что нельзя верить тому, что вижу. Однако, проваливаясь в темноту, я решился во что бы то ни стало поговорить с крестным. Если он мне не сможет помочь и не поверит мне, то моя жизнь точно кончилась. Я даже сам буду просить отца, чтобы он позвал специалистов из Святого Мунго. Я просто больше не выдержу этой неопределенности. Конец POV Гарри