Светлая магия в чистом виде

POV Люциус Легко сказать - сломай барьер и сделай. Конечно, Сириусу просто рассуждать о том, о чем понятия не имеет. Нет, сам принцип вызова Патронуса я освоил еще в школе. Несмотря на то, что профессор Гектор, преподававший ЗОТИ, и говорил, что данное заклинание сложно к освоению, я считал, что это было сказано в основном для полукровок и грязнокровок. Конечно, им, не обремененным высокими магическими способностями, это заклинание давалось в разы сложнее. У меня, естественно, никогда не возникало проблем с освоением материала вне зависимости от его сложности. Я всегда был уверен, что для человека с достойным магическим потенциалом и хотя бы минимальным желанием его развить нет ничего невозможного. Увы, у всякого правила случались исключения, но большинство как раз подтверждало мою теорию. Однако сейчас я должен был стать именно этим исключением из правил. Палочка в моей правой руке дрожала, да и меня самого потряхивало от осознания того, что произойдет, когда с моих губ сорвутся слова заклинания вызова Патронуса. Помню, как профессор хвалил меня, когда я среди прочих с моего курса смог вызвать своего защитника всего лишь со второго раза. Тогда мне это не казалось таким уж достижением. Скорее, ожидаемым результатом. И вот я впервые почувствовал, что моя уверенность в себе дает сбой. - Давай, соберись, - подбадривал я себя, сжимая древко палочки в ладони до побелевших костяшек пальцев. Решив потренироваться, я спустился в подвал, где мои предки в свое время держали своих врагов для устрашения и пыток. Даже иронично, что ли, что в душе я также ощущал себя пленником. - Ты сильнее. Прошло то время, когда эта Метка вместе с ее хозяином была властна над тобой. Я поднял руку с зажатой в ней волшебной палочкой и бросил взгляд на Темную Метку, "красующуюся" на моем предплечье. Мерлин, сейчас, вспоминая себя тогдашнего, много лет назад, я испытал презрение. Как я мог быть так слеп и глуп? Повелся на сладкие речи Темного Лорда, представил ту желанную власть, что окажется в моих руках. Я искренне считал, что передо мной достойный предводитель, что, наконец, построит новый уклад, где все недостойные называться магами будут либо уничтожены, либо смирятся с подобающим им местом. Миром будут управлять те, кто действительно для этого был рожден. Список священных двадцати восьми семей. Впрочем, он уже давно устарел. Действительно достойных в него входить осталось в разы меньше. Я был ослеплен своими мечтами, что как никогда должны стать реальными. Строил планы, в которых все грязнокровки и их благодетели, наконец, преклоняются перед могуществом моего Господина, а тот в ответ на мою верность одарит меня соответствующей благосклонностью, что откроет передо мной все возможности. Я не желал видеть очевидного - Темный Лорд всегда преследовал лишь свои собственные цели. Да, может, они и совпадали отчасти с моими видениями идеального мира, но вот методы его были грязные, категоричные. А политика не терпит действий в лоб. Настоящий политик - это дипломат. Хитрый, изворотливый, даже льстивый, продумывающий обходные пути и свои шаги на десятки вперед. Поздно я понял, что Темный Лорд просто хочет мести всему живому, и ему плевать, если умрут все. Только кем править тогда? Да и в чем достижение, если останутся только слабые, сломленные люди? Разве это признание сильного человека? Намного интереснее победить достойного человека, равного своим силам. Но, увы, когда я понял, что на самом деле наши взгляды с Темным Лордом разнятся, поздно было давать заднюю. - Сейчас ты то жалкое ничтожество, коих я всегда презирал, - хмыкнул я. - Я получу то величие и власть, о которых всегда мечтал. Только пойдя не за тобой, а против тебя, - я прикрыл глаза и сосредоточился на самом счастливом для себя воспоминании. Светлая магия в чистом виде. День, когда я впервые взял на руки своего сына. Своего наследника. Большей гордости и счастья представить сложно. - Экспекто Патронум! Кончик палочки зажегся, как при вызове Люмос Максима, но не более. А потом руку обожгло болью. Я зашипел и схватился за предплечье правой руки. Однако, я ожидал большего. Боль была терпимой. Темный Лорд действительно очень слаб, что видно по его Метке. И все же она мешала мне в полной мере кастовать заклинание. Этим огоньком дементора не отгонишь. А уж большее количество вообще не заметит сопротивления. Потому сдаваться нельзя. Я не выйду отсюда, пока не увижу своего Патронуса во всей красе. Я не могу допустить, чтобы из-за меня наша миссия полетела мантикоре под хвост. Я опять поднял палочку, сцепил зубы, снова сосредоточился на воспоминании и выкрикнул слова заклинания. Потом снова... и снова... Рука горела, словно охваченная Адским пламенем. А мой Патронус упрямо не хотел получаться. Я не считал, сколько раз со злостью выкрикивал одни и те же слова. Испытываемая боль только подстригала меня пытаться вновь и вновь. Я не мог сдасться. Не мог признать, что слабее Него. - %$#! - выкрикнул я после очередной неудачи. Мне показалось, что светлая дымка стала более похожа на воплощение Патронуса, но рассеялась она быстрее, чем я смог что-то разглядеть. Неужели я на самом деле так слаб? Я так и останусь рабом этой Метки, что управляет мной и ограничивает? Понимание этой простой истины подкосило меня, и я сел прямо на каменный пол, согнув ноги в коленях. Я посмотрел на Темную Метку с той ненавистью, на которую вообще был способен. Однако, она, едва заметная на моей коже, все еще имела власть надо мной. Будь Повелитель рядом, он бы от души рассмеялся мне в лицо. Сейчас Круцио у меня получилось бы намного лучше. Раздался тихий скрежет, и я резко поднял голову. В проеме решетки показалась фигура супруги. Увидев меня, она тихо выдохнула и, подойдя ближе, присела передо мной на корточки. - Я слабак, Цисси, - невесело усмехнулся я, опуская голову. - Он потерял тело, былую мощь, но все так же сильнее меня. Ему удалось отнять у меня даже самое счастливое воспоминание. Заменив его ужасной болью. Как он, полукровка, может быть сильнее меня, представителя древнейшего чистокровного Рода? Неужели я ошибался? - Не надо так мучить себя, - прошептала Нарцисса, обхватывая руками правое предплечье. Я не сдержал благодарного стона. Еще никогда ее прохладные руки не дарили такой нежности и успокоения. Я чувствовал, что боль отступает, и жжение уже не так сильно ощущается. - Давай я отправлюсь в Азкабан. - Нет, - решительно замотал я головой. - Я никогда не прощу себе, если из-за моей слабости ты снова пройдешь через это. - Я справлюсь, - ободряюще улыбнулась жена. - К тому же, я буду не одна. - Сириус будет слишком занят твоей сестрицей, а Люпину я в принципе не доверяю. Нет, о твоем участии не может идти и речи. К тому же я просто не могу сдасться. И у меня уже стало лучше получаться. Просто нужно больше времени. У меня непременно получится. Просто не может иначе. Я не смирюсь с тем, что он, даже пребывая в ничтожном состоянии духа, все еще сильнее меня. Все еще имеет то влияние, от которого я поклялся себе отделаться. Я вызову этого чертового Патронуса. Цисса тяжело вздохнула, понимая, что меня не переубедить. Я решительно поднялся на ноги и снова приготовился к вызову защитника. - Экспекто Патронум! Я замер, смотря на материализовавшегося передо мной лебедя. Он эффектно взмахнул крыльями, а потом, встряхнувшись, сложил их и посмотрел на меня умными глазами. Я восхищенно ахнул и перевел взгляд на возлюбленную. Та опустила руку с зажатой палочкой и ласково улыбнулась мне. Патронус вскоре исчез, убедившись, что его помощь не требуется. На время, пока призрачная птица находилась здесь, я почувствовал, что стало не только светлее в этом ужасном подвале, но даже теплее на моей душе. Надо же, раньше я и не понимал, какая же это все-таки великая магия. - Я справлюсь, Люци, - убрав палочку, супруга ласково улыбнулась мне и, подняв руки, обхватила мое лицо ладонями. - Потом, когда мы победим его, и ты освободишься, все будет, как раньше. До Него. А сейчас позволь мне... - Нет, - упрямо мотнул я головой и, взяв ее руки в свои, нежно поцеловал внутренние стороны ладоней, а потом отошел в сторону. - Я не проиграю Ему. Я не могу позволить, чтобы какая-то полукровка обошла меня. - Милый, он не просто полукровка, - устало вздохнула Цисса, не понимая, как это важно для меня. - Он - наследник самого Салазара. - Я тоже, - выкрикнул я и сразу пожалел о своем срыве. Она ни в чем не виновата. - Пусть не напрямую, как Мраксы, но все же. Да и сами Мраксы уже не так велики, как в былые времена. Ничего, кроме имени, у них и не осталось. Я с превеликим удовольствием докажу, что кичиться им осталось совсем нечем. Я отошел еще на шаг назад и даже размял плечи, мысленно настраивая себя. Цисса не спешила уходить и, сложив перед собой руки, ожидала дальнейших действий. Я не мог облажаться. И дело даже не в том, что мне не хотелось ударить в грязь лицом перед любимой женщиной, а потому, что если я все-таки не переборю эту Метку, как могу я дальше считать себя достойным своего великого происхождения. Будь жив мой отец, Абраксас Малфой, он бы отрекся от меня, чтобы не позорил Род. - Экспекто Патронум! Твою мать! - выругался я, снова схватившись за руку, но дальнейшее заставило меня тут же забыть о собственной боли. Из кончика моей палочки вырвался луч серебристо-голубоватого цвета, тут же трансформируясь в тело большой кобры. Стоило ее хвосту отделиться от конца древка, как змея сложила свое длинное тельце в кольца, оставив голову покачиваться на весу. Ее капюшон агрессивно распахнулся, кобра зашипела, высматривая опасность. Но, не найдя таковую, она успокоилась и повернулась ко мне. Я же был счастлив, будто первокурсник, едва изучивший свое первое заклинание. - Да! - выпалил я и, широко улыбнувшись, протянул к своему защитнику свободную руку. Та, прежде чем растаять в воздухе, подалась навстречу моей ладони, ластясь, как преданный зверь. - Выкуси, Темный Лорд, - добавил я и, рассмеявшись, перевел взгляд на супругу. Цисса тоже улыбнулась и, взяв меня за руку, переплела наши пальцы. Это была моя персональная победа. Я больше не чувствовал себя узником Темной Метки. Теперь я точно был уверен, что впервые с того дня, как поступил на службу Темному Лорду, я стал от него свободным. И даже если после Его окончательной смерти Метка не исчезнет, она все равно уже не будет иметь надо мной власти. Она для меня перестала существовать. Я больше не был с Ним связан. Конец POV Люциус

***

POV Сириус Что-то изменилось. Может, моя память притупилась, но сейчас я, попав на остров с Азкабаном, впервые не почувствовал того леденящего душу страха. Впервые не хотелось мгновенно аппарировать прочь, наплевав на все. Наверно, все же я принял ту часть моей биографии, когда жил здесь. Принял и смирился. Это место теперь было просто местом. Да, неприятным, да и дементоры приветливее не стали, но уже не оказывало на меня то влияние, что в прошлый раз. Я снова был здесь, и снова для посещения моей дражайшей кузины. Но я больше не боялся, что дементоры набросятся на меня, желая снова поселить в одну из свободных камер. Я больше не чувствовал гнетущую атмосферу этого места. Точнее, она была для меня уже не так заметна. Раньше она, словно тягучая патока, покрывала меня, желая засосать в эти стены и не отпускать. Теперь же я двигался по этим коридорам, мысленно недоумевая, каким впечатлительным раньше был. Однако Люциус с Римусом явно были в меньшем восторге. Мы втроем двигались за одним из стражей, что снова сопровождал нас в самый дальний отсек тюрьмы. Когда-то и я там проживал, пока не явилась Цисса в облике Меды и не побудила меня всерьез задуматься о том, а так ли мне необходимо и дальше составлять компанию отбитым маньякам, попавшим в это место на самом деле по заслугам. К счастью, я решил, что крестнику я нужнее свободным от ложных обвинений. По пути нам встретился еще один дементор. Он подплыл к нашему стражнику, а после присоединился к процессии. Жаль, я до последнего надеялся, что сопровождающий будет один. Обменявшись с Люциусом недовольными взглядами, я понял, что мысли у нас были схожи. Однако, успокаивало одно: нас все еще было большинство. Такой славной компанией мы и дошли до отсека, где содержали особо опасных преступников. - О, какая интересная процессия. Подойдя к камере Беллы, дементоры отошли в сторону, давая нам пообщаться с заключенной. Кузина выглядела еще более безумной, чем раньше. Обливейт Люциуса работал, и она не помнила, что мы уже посещали ее. Только потому она сходу не начала плеваться ядом оттого, что мы выудили из ее памяти нужную нам информацию о местонахождении одного из крестражей Волан-де-Морта, что тот дал на хранение своей верной соратнице. - Пришли навестить? - сидя на полу у клетки, Белла безумно улыбнулась, обнажая свои черные кривые зубы. Да, здесь далеко не пансионат. Я едва ли был в лучшем виде, только сбежав отсюда. - Есть повод? - Пришли поздравить с прошедшим Рождеством и Новым Годом, - усмехнулся Люциус. - О, - ответила кузина и рассмеялась. - Волчонок тоже принес подарок? - заинтересованно покосилась она в сторону Римуса. - Наоборот, дорогая кузина, - протянул я, присаживаясь на корточки перед Беллой. - Мы пришли за подарком от тебя. Не успела кузина удивиться, как я мгновенно вооружился и, схватив Беллу за руку, лишил ее возможности двигаться соответствующим заклинанием. Я заметил боковым зрением, как дементоры двинулись к нам, почуяв неладное, однако Люциус и Римус, как мы и договаривались, тут же загородили меня своими спинами, синхронно кастуя своих защитников. Теперь мне нельзя было терять ни секунды. Не имея возможности пошевелиться и защититься, Белла лишь яростно вращала глазами, наверно мысленно пытаясь проклясть меня. Впрочем, на меня эти потуги не действовали. Держа ее руку, я рассек ладонь Секо, а после проделал ту же манипуляцию со своей ладонью. Взяв ее за руку, я позволил нашей крови смешиваться, а сам стал зачитывать мелодичный речитатив ритуала. Я почувствовал тепло, исходящее от пореза, а значит, все шло по плану. Я физически ощущал, как привязываю к себе Беллу самыми сильными узами. Теми, которые она никогда не сможет разорвать до самой своей смерти. И, что-то мне подсказывало, что вне зависимости от результата моего путешествия в Лимб, Белла не доживет до конца месяца. Я зачитывал текст, а сам смотрел победным взглядом в пышущие ненавистью глаза кузины. Я знал, что вижу ее живой в последний раз. И не испытывал по этому поводу ни малейшей жалости. Наверно, должен был, все же, несмотря ни на что, она была моей родственницей, однако, я радовался только тому, что эта сумасшедшая маньячка впервые в своей жизни совершит хоть что-то хорошее. Пусть даже по принуждению. Закончив зачитывать текст, я улыбнулся и перевел взгляд на наши с Беллой сцепленные руки. Ее запястья опоясывали черные браслеты, словно оковы. Это и были оковы. Настоящие магические оковы, которые не свести никакими способами. Отпустив руку кузины, я убедился, что порезы затянулись. Ритуал свершился. Теперь я со спокойной совестью стер Белле память, а после, погрузив в сон, снял заклинание оцепенения. Поднявшись на ноги, я оценил, что Люциус и Римус уже с трудом удерживали натиск сразу четырех дементоров. Взмахнув палочкой, я высвободил своего защитника. Огромный Гримм присоединился к змее и волку, и втроем они смогли задержать стражников Азкабана, пока мы, не теряя времени, припустили к выходу. По дороге нам встречались еще дементоры, но, либо они туго соображали, провожая нас взглядом и не предпринимая попыток к удержанию, либо до них еще не дошел зов тех собратьев, что сейчас бились с нашими Патронусами, но мы покинули замок без препятствий. Оказавшись снаружи, мы не стали и дальше испытывать судьбу и, взявшись за руки, аппарировали в Малфой-мэнор. Стоило мне почувствовать твердую почву под ногами, как я разразился неожиданным даже для самого себя веселым смехом. Честно, я не до конца был уверен в благоприятном исходе нашей затеи. Напряжение присутствовало, и я был готов в любой момент отбиваться от стражей Азкабана и уйти ни с чем, но все получилось даже лучше, чем я предполагал. К тому же я вспоминал пышушие гневом глаза кузины, что почему-то веселило еще больше. Хотел бы я посмотреть на нее, когда она очнется и обнаружит на запястьях магические оковы якоря. Она даже не будет понимать, почему жизненная энергия будет медленно покидать ее, пока у нее не останется никаких сил противостоять влиянию Азкабана. Даже не знаю, какой исход для нее гуманнее: поцелуй дементора или смерть от истощения сил. Отсмеявшись, я вытер уголки глаз кончиками пальцев и заметил, как Люциус и Римус дырявят меня одинаково-недоумевающим взглядом. Похоже они приняли мой смех за истерику сумасшедшего. Улыбнувшись, я выдохнул и заверил, что в норме и помощь специалистов из Святого Мунго мне не потребуется. - Значит, все получилось? - уточнил Люциус, когда я рассказал о свершенном ритуале. - Да, теперь пребывание в Лимбе станет намного комфортнее, - кивнул я. - И все же постараюсь там не задерживаться. Неизвестно, насколько выдержки Беллы хватит. - Может, для верности, все же еще один якорь сделать? - предложил Люциус, и я понял, что он намекает на Андромеду. - Мы это уже обсуждали, - грозно свел я брови к переносице. - Беллы достаточно. К тому же там со мной будет еще и Регулус. Он своего рода тоже послужит якорем. Правда, немного в другом контексте. И все же ему будет едва ли не лучше, чем нашей общей кузине. Я вздохнул, вспоминая непростой разговор с братом. Регулус стоял на своем, готовый пожертвовать собой, лишь бы дать мне дополнительную защиту. Накануне ночью я не мог сомкнуть глаз и, лежа на кровати, читал дневник Арктуруса Блэка III. Он очень ярко и подробно описывал свое пребывание в Лимбе. По мере прочтения, мне становилось понятно, почему мои предки не стремились туда. Наверно, я предпочел бы еще отдохнуть в Азкабане, чем отправиться в это по-настоящему опасное место. Но именно из-за этого влияния Волан-де-Морт и выбрал Лимб. И я должен закончить начатое до конца. Даже если это станет последним, что я сделаю в своей жизни. Конец POV Сириус