Часть 1

Жизнь Милен Дюпре не была ни сказкой, ни трагедией… Она больше походила на бытовую драму. Её мать относилась к большинству людей, которым не нравилась их работа, вернее, нравилась недостаточно, чтобы быть довольной своей профессиональной жизнью. Её отец относился к немаленькому числу людей, которые уже не могли в силу тяжёлого недуга быть настолько самостоятельными, чтобы не виснуть гирей на шее у родных. Что же до самой Милен, она относилась к тому типу людей, которые старательно прячут все свои личные неудачи и переживания в учёбе и работе с режимом 24/7. Единственным человеком в их семье, который, похоже, был вполне доволен своей жизнью, как личной, так и профессиональной, была тётя Ирэн. Она вкладывала некое подобие материнской любви в отношения с вечно занятой племянницей, у которой, по словам той же тёти, не лицо, а физиономия человека, похоронившего в один день всю семью и по ходу и убившего её. Подколы между ними были обычным делом. - А каким у меня ещё может быть лицо? – спрашивала Милен у своей кошки, давно выигравшей в этой семье номинацию «самая терпеливая слушательница дома». – Тётя вечно ездит по курортам со своим толстосумом-ухажёром, а у меня траектория маршрута дом – университет – работа и обратно домой, где меня ждут сброшенный на пол памперс, капризы, описанное бельё… Дай Бог не тело, распластанное на полу в луже собственной мочи… Вела б моя тётя такую жизнь, выражение её лица было бы не более жизнерадостным. И девушка вновь окинула критическим взглядом своё лицо в зеркале, тщетно пытаясь найти хоть малейшее напоминание о той жизнерадостной девочке версия «десять лет назад», с копной блондинистых непослушных волос, с не менее дерзким нравом, отчётливо проскальзывающем во взгляде глубоких карих глаз… Нет, от той девчушки не осталось и следа… Заострённые черты лица, круги под глазами, потухший взгляд, волосы безжалостной рукой собраны в пучок. Штатная дива захудалого квартала. В этот вечер у матери были вечерние пары на экономическом факультете, а у Милен, наоборот, разгруженная вторая половина дня. Отец, облачённый в новый памперс, который ему «давит сердце», уснул после успокоительных капель. Тётя Ирен составляла компанию своей племяннице, расположившейся на диване с конспектами в одной руке и пачкой чипсов в другой. - Чипсы, как это не по-французски, - покачала головой Ирен. Увидев, что племянница никак не реагирует, женщина хотела что-то добавить, но тут её внимание привлекла передача на тв, она быстра прибавила громкость. - Тётя, папа только заснул, сделай потише, пожалуйста! - Милен, это же передача про Джуда Лоу! О, тот самый скандал… - оживилась Ирен. - Тётя, зачем он тебе сдался? – закатила глаза Милен. - А кто восхищался «Молодым папой» и актёром в главной роли? – хитро спросила Ирен. - Сериал, действительно, классный, надо будет как-нибудь досмотреть, но вот чужое бельё меня никак не интересует… - А я им интересуюсь с профессиональной точки зрения, я готовлю выпуск на своём канале про аспекты в натальной карте изменника, - ответила Ирен. - Тогда Бог тебе в помощь, - вздохнула Милен. «И охота тёте заниматься всякой ерундой? Нет, мужик видный, не спорю». Милен украдкой из-под кипы бумаг поглядела на экран, где показали лощёное, красивое лицо британской кинозвезды. «Красавец всё-таки этот мистер Лоу, но бабник. А, впрочем, какое мне до этого дело, действительно? Мне с ним детей не крестить». И с этими мыслями Милен погрузилась в свои конспекты.