Часть 2

– Что ты говоришь? – склонив голову, он прислушался к уханью совы. Его глаза расширились. – Ты права, сова в клетке! Авроры не могли прийти так быстро! Да и почему они будут сразу же искать меня на Тисовой улице? Сова снова ухнула, и её взгляд пронзительно устремился на человека, словно осуждающе. – Ладно, возможно, появившийся в тюремной камере Дурсль и выведет их сюда, – мальчик-который-выжил кивнул. – Но всё равно слишком быстро. – Эх, чтобы я не отдал за рентгеновское зрение, – небрежно сказал он, постукивая кончиком палочки по полу, делая его полупрозрачным молчаливым заклинанием. Изумрудные глаза встретились с пронзительным взглядом волшебного глаза Аластора Грюма. Гарри моргнул, не понимая, что здесь делает этот сумасшедший, который убил Дамблдора. Неужели он так же сбежал из Азкабана? Его вообще посадили в Азкабан за убийство, или просто отправили в палату для психов больницы Святого Мунго? Молодой волшебник как-то пропустил тот момент, когда решалась судьба отставного мракоборца, поскольку его самого заперли за решёткой первым делом. – Я вообще-то без трусов, – вздохнул Гарри, делая пол снова непрозрачным, хотя знал, что это не защитит его от волшебного глаза. – Мог бы и постыдиться, и не смотреть, что у меня под мантией. Подойдя к клетке, он поворотом палочки отпер замок. Кто вообще запирает такую милую птицу в клетке? И другим жестом палочки открыл окно. – Лети, теперь ты свободна, маленькая пташка, – он улыбнулся, вдыхая поток прохладного вечернего воздуха, который наполнил комнату. – Сейчас здесь будет немного жарко, поскольку мы с дядей Гарри немного поспорим с людьми внизу. Ты беспокоишься? Нет, не нужно, не будет ничего серьёзного. Так, парочка изумрудных лучей добра, и мои дорогие гости крепко уснут. Ничего такого, чтобы мы не делали множество раз. Произнося этот монолог, Гарри аккуратно постукивал палочкой по ладони, накладывая на своё тело несколько слоёв защитных заклинаний, отчего вокруг него наэлектризовался воздух, его волосы встали дыбом, а в воздухе начал витать аромат озона – верный признак использования тёмной магии. – Мы действительно собираемся это сделать? – он недоверчиво спросил, глядя, как улетает сова. – Нас всего один, а их там... до хрена! – Не боись, у меня есть план, – ответил он, ступая голыми ступнями по паркету, направляясь на выход из комнаты. – Твой план – это умереть? – послышался ядовитый ответ. – Раз ты этого хочешь, то пожалуйста, только не впутывай в это меня! Я не помогал тебе бежать из Азкабана, чтобы ты умер от своей глупости, мой дорогой! – Ну, если ты мне не доверяешь, то может, предложишь решение, которое даст нам выход из этой щекотливой ситуации? – Гарри ехидно улыбнулся, остановив свою руку от открытия двери. – Если ты не заметил, то там внизу Аластор Грюм, от него не убежать, он наверняка уже установил защиту вокруг дома. Мы просто подросток, который изучил немного тёмной магии, а это профессиональный мракоборец, который посадил в Азкабан больше Пожирателей Смерти, чем мы можем себе представить. И я сомневаюсь, что его безумие хоть как-то снизило его навыки. И у него ещё туча людей в поддержке! Выйдя из своей комнаты, Гарри начал насвистывать свою весёлую мелодию, словно находился на прогулке, а не шёл на казнь. Дамблдор действительно был крутым ублюдком, и его непринуждённый стиль тоже. Его голова кружилась, и Гарри также наложил смягчающее заклинание на лестничную площадку, как только вышел на неё. Мало ли, он не хотел умереть от свёрнутой шеи. – Уходите, или я вызову полицию! – закричал Гарри, как только вышел на лестничную площадку, направляя на названных гостей палочку. – Какая вообще наглость – ворваться в дом добропорядочного гражданина! Я буду жаловаться королеве! Вам здесь не рады, уходите! «Неплохо, мой дорогой. Диалог – это хорошо, больше шансов, что мы выживем, но в чём собственно твой план?» – Поттер, какого хрена ты творишь? – сразу же перешёл к делу Грюм, злобно сверкая на него своим единственным настоящим глазом, пока искусственный крутился, словно юла. – Вообще-то, это я должен задать тебе этот вопрос, учитывая, что я уже собирался ложиться спать, а ты вместе с своей бандой неудачников ворвался в дом моей тётушки, – не моргнув глазом, он ответил, а после осуждающе указал на их ноги. Он проигнорировал возмущение панковской женщины на прозвище их банды. – Ещё и ковёр испачкали. – Я говорю про твоё размахивание палочкой, идиот, – зубы отставного мракоборца заскрипели. – Ты решил, что не дал Министерству достаточно поводов, чтобы изгнать тебя из Хогвартса, и добавить к Патронусу несколько тёмных заклинаний?! Гарри непонимающе наклонил голову, чувствуя замешательство высшей степени. Он вообще-то только что сбежал из Азкабана, куда его пусть и осудили по ложному обвинению, но всё-таки сам мальчик-который-выжил имел несколько грехов на своей расколотой душе, чтобы это было оправданно. Так, какой нахер Хогвартс? Хогвартс что, принимал в студенты убийц? Он сам лично читал, что оттуда исключают в срочном порядке тёмных волшебников, а Гарри несомненно не пальцы намочил в тёмных искусствах, а нырнул туда с головой. – От тебя воняет тёмной магией, Поттер! – А от тебя старостью, но я же ничего не говорю! – выстрелил в ответ молодой волшебник, сдерживая желание почесать затылок. Он перевёл взгляд на других, которые просто молча разглядывали его, словно какой-то экспонат из музея, с долей благоговения. – Кто-нибудь, кроме этого сумасшедшего, может сказать, что привело вас сюда в этот прекрасный вечер? – Люпин, ты вообще уверен, что это настоящий Поттер? – Грюм покрепче перехватил свой посох. – Что-то не похож, ни поведением... и внешне немного другой. – Точно! – Гарри ухватился за эту возможность и не дал Люпину ответить. – Сумасшедший прав, я не Гарри Поттер. Гарри Поттер вышел на вечернюю прогулку, а я здесь случайно оказался. Вы заварите себе чайку и подождите его в гостиной, а я пойду по своим делам... – Гарри, – оборотень устало вздохнул, но уголки его губ дрогнули в предательской улыбке. – Какое существо находилось в углу моего кабинета, когда ты впервые туда зашёл? – Чудесный вопрос, профессор Люпин, – Гарри в недоверии покачал головой. – Просто зашибись. И это во-первых. Во-вторых, почему я должен доказывать свою личность, отвечая на глупые вопросы? Это вы вторглись в дом моей тётушки! Гарри указал на Грюма пальцем и торжественно, хотя и громко, прошептал, подозрительно косясь на бывшего мракоборца. – А этому сумасшедшему я вообще не доверяю, учитывая, что произошло на четвёртом курсе. От этих слов Грюм попытался направить на него свой посох, но был остановлен розоволосой ведьмой в панковской одежде, которая споткнулась на месте, едва не повалив бывшего мракоборца на пол своей неуклюжестью. Изумрудные глаза тут же задержались на волосах, несмотря на то что был впечатлён её талантом споткнуться на пустом месте. Гарри хотелось потрогать их, чтобы узнать, насколько они мягкие и шелковистые. Они натуральные? Он уже представлял, как приятно они должны пахнуть жевательной резинкой или чем-то подобным. Одолжит ли эта женщина ему несколько прядей? – Гарри, – Люпин вздохнул, массируя переносицу, прежде чем посмотреть на розоволосую женщину, которая извинялась перед мрачным Грюмом. – Тонкс, помоги Гарри собрать вещи, не будет слишком долго задерживаться. – Мы так и не убедились, что это настоящий Поттер, – вступила в разговор другая женщина, неуверенно глядя на подростка. Она не имела никаких ярких волос, так что быстро стала неинтересной Гарри, и он снова начал подглядывать на розовые волосы. – На нём даже очков нет. – Заменил на магловские линзы, – рассеянно солгал он. Не говорить им же, что он провёл ритуал после второго курса, где убил одну из кошек миссис Фигг, чтобы вылечить своё зрение? Да и Люпин вроде должен быть в курсе, что он не носит очки. Странно. – И с чего вы взяли, что я куда-то пойду с толпой незнакомцев, в числе которых есть по крайней мере один сумасшедший? – Мне кажется, что парень немного не такой, каким его описывали его друзья, правда, – выразил своё мнение чёрный маг, лысый и носящий в одном ухе золотую серьгу в форме кольца. – Хотя он действительно похож на своего отца. Такое ощущение, словно я смотрю на немного искажённое отражение Джеймса Поттера. Гарри проигнорировал его, но мысленно отметил, что за это его сравнение с алкоголиком Поттером чёрный маг заплатит кровью. – Тонкс, – сказал Люпин, игнорируя всех, и розоволосая женщина быстро поднялась по лестнице, направившись в его комнату, совершенно не обращая внимания на его взгляды. – Итак, мисс панк, – Гарри быстро её догнал, протискиваясь через дверь раньше неё, чтобы одним поворотом палочки стереть все следы крови и сжечь фотографию своих родителей. – Может, объясните мне, что вообще здесь происходит, пока сумасшедший подглядывает за нами всего одним глазом? – Что ты сделал? – Тонкс подозрительно осмотрела комнату, а после посмотрела на его притворно невинный взгляд. – Ты явно только что произнёс какое-то заклинание, но вот только... Она указала на беспорядок в его комнате. – Ты явно не убирался, – её взгляд упал на его тюремную робу на полу, которая тут же вспыхнула пламенем по щелчку его палочки. – И прекрати колдовать! Министерство и так имеет на тебя зуб, а ты только усугубляешь своё положение, нарушая закон о ограничении магии несовершеннолетних! – Думаю, что это наименьшая из моих проблем, – произнёс он, в недоумении наклонив голову. В конце концов, он только что сбежал из Азкабана, что намного хуже. – Так, что же всё-таки происходит? – Дамблдор отдал приказ забрать тебя в штаб-квартиру Ордена после дементоров, – сказала женщина, взмахивая палочкой, и все его вещи начали собираться сами по себе. – Аберфорт? – неуверенно спросил Гарри, называя имя последнего известного ему Дамблдора, не понимая, что владельцу трактира «Кабанья голова» понадобилось от него. – Альбус, – теперь настал черёд розоволосой женщины неуверенно посмотреть на него. – Ах, Альбус Дамблдор, – Гарри покивал, будто Грюм не насылал смертельное проклятие в спину старика прямо на его глазах. Он понял, что эта розоволосая женщина такая же сумасшедшая, как и Грюм, а с сумасшедшими, как известно, лучше не спорить. Жаль, что он один из них. – Он типа стал призраком, или вы слушаетесь его портрет? Вот это, конечно, старик создал культ личности, что его даже сейчас слушают. – Нет, не призрак и не портрет, – сказала женщина, пристально глядя на него. – Живой, из плоти и крови. – Старик создал крестраж и забабахал себе новое тело? – Гарри удивился. – Не, ну старик, конечно, молодец, предвидел. Он тоже, как Тёмный Лорд, лысый и безносый? Видя абсолютно непонимающий взгляд этих фиолетовых глаз, Гарри понял, что, видимо, старик не поделился своими методами с приспешниками. Что было логично, ведь они все пешки, зачем им знать? И теперь старик послал по свою главную пешку других пешек, что всё объясняло. Как правда старик предвидел, что Гарри сбежит из Азкабана, да и окажется в доме Дурслей, он понятия не имел, но Дамблдор, наверное, имел свои методы. Да и непонятно, почему директор простил Грюма, когда тот его убил, но старик всегда был чудаковатым, так что вполне мог держать бывшего мракоборца под Империусом. – Фух, – Гарри вздохнул и фамильярно положил Тонкс руку на плечо. – Я на мгновение забеспокоился, что действительно рехнулся окончательно, пока собирал этот пазл. Но как хорошо, когда можешь видеть картину целиком, не правда? – Да, наверное, – неуверенно сказала она, сбрасывая его руку с плеча и левитируя его чемодан и метлу. – Пошли, а то Грюм ещё чего надумает себе. Пожав плечами, Гарри, покачиваясь на носках, последовал за ней, подавляя желание дёрнуть её розовые волосы. У него не было такого навязчивого желания с тех пор, как он увидел голую Джемму Фарли в ванной старост на третьем курсе. Боги, как он скучал по ней в камере Азкабана... Интересно, она захочет общаться с ним снова, после того как он стал разыскиваемым преступником? Она весьма дорожила своей репутацией, насколько он помнил, и даже их мимолётные встречи с первого курса были тайной, недоступной другим. «Выброси её из головы», – прошипел голос в его голове. – «Ты забыл, кто мы? Ты забыл, что мы сделали со своей душой? Мы искалечили себя, пусть и ради собственного выживания, но всё же сделали это». Тяжело вздохнув, Гарри опустил свои руки, которые уже тянулись, чтобы потрогать розовые волосы. Он не хотел их портить, как бы заманчиво это ни было. Но он всегда был немного эгоистом, так что Тонкс лучше следить за своими волосами. Они спустились вниз, к остальным, и Люпин по очереди представил присутствующих, но Гарри не запомнил их имён, поскольку они все были неинтересными, хотя чёрный маг уже и попал в его чёрный список. Он также проигнорировал пристальный подозрительный взгляд Грюма, лишь устало кивая на всё, что произносил чёртов оборотень, но не вслушиваясь. Казалось, что он покинул дементоров, но дементоры не покинули его, поскольку настроение было убито. Проклятая Джемма Фарли! Только когда речь зашла про способ, которым они доберутся до штаб-квартиры Ордена, Гарри словно вышел из оцепенения. – Нет, и ещё раз нет, – он покачал головой. – Я не полечу на метле в проклятый Лондон. Неужели каминную сеть заблокировали, отменили порт-ключи и аппарацию, что вы решили выбрать полёт на метлах? – Министерство отслеживает каминную сеть, все порт-ключи, – ответил Грюм, и его глаз, органический, казалось, дёрнулся от раздражения. Похоже, он сильно злил отставного мракоборца. – Если мы воспользуемся этим, то агенты сам-знаешь-кого в Министерстве узнают местоположение штаб-квартиры. Аппарация вместе с несовершеннолетними также отслеживается из-за Следа, который наложен на тебя, Поттер. – Тогда мы можем вызвать такси, – Гарри пожал плечами. Все на мгновение зависли, обдумывая его предложение, которое явно не приходило им в голову, судя по выражению их лиц и переглядываниям. Гарри только вздохнул, смирившись, что ему придётся поработать, если он не хочет отморозить свою задницу на метле, и пошёл по телефону заказывать машину. – Мне нравится идея, – первой сказала Тонкс. – И Пожиратели Смерти явно не ожидают, что мы будем перемещаться с помощью магловских средств, – осторожно сказал Люпин, но, увидев параноидальный взгляд отставного мракоборца, примиряюще поднял руки. – Мы можем высадиться не возле штаб-квартиры, а где-то в другом месте и оттуда уже скрытно добраться, чтобы сбить любую слежку, – добавил своё слово чёрный маг, пытаясь убедить Грюма. Грюм только зарычал, но не стал спорить, его волшебный глаз вращался всё быстрее, показывая его раздражение. Остальные выразили своё сдержанное согласие, при этом выглядя смущённо, когда Гарри руководил всем процессом. «Бесполезные болванчики Дамблдора», – проворчал его внутренний голос. – «Неужели нельзя было послать кого-то компетентного? Мы всё-таки вип-персона, сбежавшая из Азкабана. Мы заслуживаем некоторых почестей». Пока остальные начали тихо переговариваться, изредка бросая на него странные взгляды, Гарри поднялся на второй этаж и распотрошил заначку Дадли, чтобы оплатить такси. Он собирался в любом случае наложить на водителя Конфундус, поскольку такая разнообразная толпа несомненно вызовет слишком много вопросов, а сумасшедшего Грюма вообще могут не захотеть вести. Но Гарри обязательно оставит таксисту больше, чем стоит поездка, в качестве возмещения морального ущерба. После этого, пока машина ехала, Гарри, оставив волшебников переговариваться между собой, сходил в душ и смыл азкабанскую грязь, стараясь не обращать внимания на то, что волшебный глаз Грюма может его видеть. Он вылил на свою голову целую банку шампуня своей тёти, но в итоге пожалел, поскольку уже успел забыть, что не может переварить этот цветочный аромат. Стоя возле зеркала, Гарри немного подумал, прежде чем схватить маникюрные ножницы своей тёти и начал стричь волосы, пока они не стали доставать только до ушей. Несколько лет назад он хотел волосы как у Люциуса Малфоя, впечатлившись тогда присутствием этого человека. Но вот только от былого впечатления не осталось ни следа, стоит ему только вспомнить, как тот приклонял колени перед Тёмным Лордом, унижался и умолял. Стрижка вышла кривой и, наверное, вызвала бы слёзы у любого парикмахера, но его волосы всегда торчали во все стороны, так что он думал, что не будет слишком сильно заметно, что что-то не так. – Мы отлично выглядим, Гарри, – он подмигнул своему отражению, но как бы он ни старался, это всё равно не походило на Дамблдора. И глаза его тоже не сверкали. Ему нужно будет узнать этот секрет старика, прежде чем тот умрёт окончательно. Нельзя, чтобы такие важные знания пропали даром. – Машина уже здесь? – спросил он, выходя из ванной в той же самой мантии гриффиндорца, и больше ни в чём. – Мне кажется, что она скоро будет, – сказал Люпин, как-то странно глядя на него. – Ты изменился, Гарри. И дело не в том, что ты стал выше за время, что мы не виделись... Ты более... открытый. Оборотень нежно улыбнулся, и от этой улыбки Гарри едва не затошнило. Только воспоминания о том, как он всё детство пылесосил этот ковёр под своими ногами, не дали ему испачкать его. – Похоже, ты вступил в подростковую бунтарскую фазу, – дразняще произнёс он. – Ага, можно и так сказать, – Гарри подошёл и налил себе стакан воды, чтобы смочить рот. Но глядя, как все пристально наблюдают за ним, с благоговением, он почувствовал, что чего-то не понимает. – Я тоже проходила такое, – сказала другая женщина, та, которая не Тонкс. Возможно, ему стоило всё-таки запомнить её имя. – Выглядела почти так, как Тонкс сейчас. – Эй, – Тонкс притворно возмутилась, и все улыбнулись искренне. Изумрудные глаза расширились от ужаса, и их владелец поспешил выйти на улицу. Боги, кого Дамблдор послал за ним? Последний раз ему так добро улыбался педофил Локхарт на втором курсе, пока Гарри не скормил его василиску. В Хогвартсе, да и остальном волшебном мире, ему никто не улыбался по-доброму. Гарри Поттер был нежелательным везде, куда только ни пойдёт. В Слизерине из-за победы над Тёмным Лордом, в других факультетах из-за того, что он слизеринец. Профессора были или равнодушными, или разочарованными, что он не похож на своих проклятых родителей, или откровенно враждебными, как мудак Снейп, а некоторые даже пытались его убить. – Почему у меня такое чувство, что что-то не так? – спросил он сам себя, вздыхая прохладный воздух. – Что-то пазл не складывается. Может, Дамблдор промыл им всем мозг, чтобы их светлая сторона сияла ярче? Проклятый Дарт Дамблдор, наверняка это он во всём виноват. – Да плевать, – ответил он себе же. – Главное – добраться до старика. Мы важная пешка на его шахматной доске, он прикроет нас от Министерства и Тёмного Лорда. – Гарри, – молодой волшебник тут же ударил руку, которая легла ему на плечо. Люпин погладил свою ушибленную конечность, но ничего не сказал, лишь обеспокоенно смотря на него. – Что-то не так? С кем ты разговаривал? Гарри лишь недоуменно склонил голову, не понимая, что оборотень хочет. Последний раз, когда они виделись, мальчик-который-выжил шантажировал его целый учебный год, обещая, что взамен на редкие магические книги он не расскажет всем в Хогвартсе, что тот оборотень. Поттер мог понять, что этот человек преданный Дамблдору, что сделает всё, что тот попросит. Но по просьбе старика относиться к нему с таким теплом и обеспокоенностью после их истории... Действительно, Дамблдор промыл его мозг, никак иначе. – Всё нормально, – просто ответил он, выпрямляясь, когда увидел, как машина подъезжает к их дому. – Похоже, что пора. – Если ты уверен, – Люпин неуверенно кивнул. Загрузиться в машину было непросто, учитывая, что их было шестеро, включая самого Гарри в это число. Так что Гарри пришлось недовольно сопеть, когда его личные границы были нарушены и женщина-панк села ему на колени. – Ты сам предложил такси, – сказала Тонкс на его недовольные фырки, когда машина пришла в движение. – Я не думал, что на мне будет сидеть такая жирная туша... – Что ты сказал?! – глаза женщины вспыхнули красным, и кончик её палочки был прижат к его шее. – Я сказал, что ты толстая, – не дрогнув, заявил Гарри. Он всегда, если видит пруд, то прыгает с головой, а не мочит ноги. Часто это идёт ему во вред, но такой он человек. – Есть меньше надо. – Успокойтесь, – попытался сидящий рядом Люпин уразумить их. – Знаешь, некоторые были бы рады, что красивая девушка сидит у них на коленях, – игнорируя оборотня, сказала Тонкс. – Да, если бы это было так, – он согласно кивнул, представляя Джемму Фарли на месте этой женщины. – Но у тебя из красивого только волосы, так что вопрос исчерпан. Интересно, Джемме пойдут розовые волосы? – Ах ты, мелкий... – зашипела женщина, готовая разорвать его горло своими когтями. – Заткнитесь уже все! – гаркнул Грюм. Ирония в том, что именно параноидальный сумасшедший мракоборец оказывается тем, кто пытается восстановить подобие порядка. Гарри никогда бы не подумал. Остаток пути прошёл в молчании, но убийственное намерение в глазах Тонкс, что иронично, давало Гарри чувство, что что-то всё-таки нормально. Для Гарри враждебность, злость, убийственный взгляд – это знакомая, предсказуемая реакция. Это язык, на котором он привык общаться. После томительной, непонятной ему доброты и заботы открытая ненависть Тонкс действует на него как бальзам на душу. Гарри и не подозревал, что его тщательно выстроенная теория, которая давала объяснение всему происходящему, рухнет в пух и прах, когда он позже столкнётся с Сириусом Блэком. Человеком, которого он убил собственными руками.