Глава II. «Воспоминания»

Меркьюри неподвижно сидел на кровати, уставившись на свои «ноги». Он делал это не слишком часто, но чувствовал, что важно напоминать себе об истинном состоянии своего тела. Какими бы полезными они ни были, у него протезы ассоциировались с работой и необходимостью выполнять в целом неприятные задачи. Он чувствовал себя убийцей, когда использовал их, а прямо сейчас он просто хотел быть самим собой. Смирение со своей инвалидностью оказалось для него странным процессом. У парня не было достаточно времени подумать об этом до той ночи, которая изменила его жизнь. С тех пор он был... Занят... Битва с предыдущей Девой Осени, драка на фестивале «Вайтел», превращение Вейла в кучку тлеющего пепла... Всё это мешало ему найти время, чтобы по-настоящему обдумать ситуацию в которой он оказался. К тому моменту, когда он попал в этот замок, это уже стало для него фактом жизни. У него не было ног и он использовал вместо них механические протезы. Всё было так просто... Ему не дали возможности дуться, ныть, погружаться в траур или жалость к себе. Да и даже если бы у него появилась такая возможность, было бы крайне маловероятно, что он воспользуется ей. Это не первый раз, когда он чувствовал боль, и не первый раз, когда он терял что-то дорогое для себя. Как бы то ни было, когда он посмотрел на обрубки посередине своих бёдер, он ничего не почувствовал. У него были противоречивые чувства по этому поводу. С одной стороны, он был рад, что обошёл шоковое состояние, который обычно сопровождало потерю конечностей. Это позволило ему сохранить ясность разума и выполнять порученную ему работу по мере возможностей. Не было сомнений, что другой Меркьюри, охваченный сомнениями и депрессией, не пережил схватку с Амбер. С другой стороны, это его глубоко беспокоило. Меркьюри привык не чувствовать. Всю свою жизнь его учили не чувствовать, забирать жизни без малейших угрызений совести. Это... Это было по-другому. Это был он. Что за человек отказался от частей собственного тела, даже не задумываясь об этом? Кто будет заботиться о нём, если ему наплевать на себя самого? — Сейчас неподходящее время? — негромкий, но хорошо знакомый голос оторвал его от размышлений. Меркьюри повернул голову к открытой двери и увидел Синдер, с любопытством наблюдающую за ним. Определенно, это было неподходящее время, но он не был намерен ей об этом говорить. — Вовсе нет! — откликнулся Меркьюри, — Проходи! Дева Осени с готовностью подчинилась и шагнула внутрь комнаты. — Твой голос становится лучше, — отметил Меркьюри, — Где твоя «болонка»? — спросил парень, намекая на Эмеральд. — Она решила не приходить, — ответила Синдер. — А я-то думал, что она всюду ходит за тобой хвостиком, — не упустил возможность «потроллить» свою сокомандницу парень. — Как видишь, не здесь, — ответила Синдер, — Что ты делаешь? — Просто кое-что странное, дабы мои мысли были ясными... — — Знаю, это странно. Я могу надеть их обратно, если хочешь. Синдер отмахнулась от этого предложения, давая понять наёмнику, что в этом нет необходимости. — Мне нужно, чтобы ты мне кое-что сказал, — попросила она, — Как я выбралась из башни межконтинентальной связи? Меркьюри вздохнул, услышав вопрос, — Разве Эмеральд не может тебе рассказать? Она ведь тоже была там, — напомнил Блэк. — Она сказала мне прийти к тебе, потому что ее там не было. Это значит, что ты действовал в одиночку, — Фолл даровала ответ на его вопрос, — Теперь расскажи, как мне удалось сбежать? — Ты не сбежала... — ответил Меркьюри, перекидывая то немногое, что осталось от его ног, на край кровати, — Мы сбежали. — Мы? — сорвалось с уст Девы Осени. — Чисто технически... Сбежал я. Ты ведь даже не была в сознании. Послушай, нам обязательно об этом говорить? — спросил мужчина в стремлении уйти от ответа. — Да, обязательно, — сказала Синдер, — Я хочу знать всё. Меркьюри протяжно вздохнул, — Хорошо. Думаю, я начну рассказ с того момента, когда ты нас оставила.

***

— Сколько ещё нам следует ждать, прежде чем отправиться за ней? — спросила Эмеральд, привлекая внимание киборга. Убийца ненадолго оторвался от своего «свитка», дабы бросить взгляд на свою зеленоволосую напарницу. Её тело было неподвижно, будто звёзды в ночном небе, а глаза по-прежнему были прикованы ко входу в башню межконтинентальной связи. Она казалась столь сосредоточенной на здании, что Мерк задумался, а заметит ли она вообще, если он сбросит её с крыши на которой они стояли? — Что значит «нам»? — наконец ответил он, — Если Синдер потерпит неудачу, сила Девы Осени достанется тебе. Чёрт возьми, ты должна быть благодарна за то, что Фолл вообще позволила тебе наблюдать за исполнением её плана со столь близкой дистанции. Если бы это зависело от меня, я отправил тебя в Мистраль. — Я знаю... Просто я не могу стоять здесь и ждать, ничего не делая. Я не думаю, что сумею смириться, если с ней что-то случилось, пока я здесь... Пока я просто жду. Я многим обязана ей, — сказала Эмеральд. Меркьюри закатил глаза взирая на воровку, — Ты слишком сильно беспокоишься. Конечно, у старика есть поддержка, но этот парень, Арк, стоит меньше, чем его собственные доспехи, а эта Никос даже не смогла бы сравниться со мной в поединке без своего Проявления. Эмеральд покачала головой, — Я знаю, в твоих словах есть смысл, но я не могу избавиться от ощущения, что должно произойти что-то плохое... — Хорошо, если это заставит тебя замолчать, как насчёт того, чтобы мы подождали ещё минут пять или около того, и если ничего не изменится, я дам тебе свой «свиток» для продолжения трансляции и отправлюсь туда сам. Тебе по нраву это предложение? — поинтересовался парень. — Ты бы так поступил? — спросила Эмеральд. — Конечно, — ответил Меркьюри, — Но если к тебе перейдут силы Девы, тебе придётся уйти. Иначе вся эта операция будет бессмысленной... — Ладно, договорились, — сказала Сустрей, — Но только пять, понял? — Конечно, — сказал Блэк, а всего через несколько мгновений после того, как он вернул свое внимание обратно к своему «свитку», его напарница нарушила их «священный» уговор. — Смотри! — тревожно воскликнуло девушка. — Эй, не прошло и десяти секунд! Что случилось с нашей... — хотел сказать Мерк, но был нагло перебит. — Заткнись и посмотри! У входа в башню кто-то есть. Отсюда мне не видно, но похоже, что это юнцы из JNPR, — сказала зеленовласая. Меркьюри мгновенно нашёл в прицеле камеры своего «свитка» появившуюся парочку Охотников-курсантов, — Да, это определённо они. — Ты можешь сказать, что происходит? Синдер проиграла? — спросила Эмеральд. — Не может быть... На них нет ни царапин, — заметил парень, — Они выглядят паникующими. Они Сбежали. Прежде чем кто-либо из них успел вставить ещё хоть слово, Синдер поднялась на вершину башни в столбе пламени, знаменуя свою победу над старым стражем Вейла. Эмеральд и Блэк наблюдали за тем, как в поединке с Пиррой Синдер уничтожила кабинет Озпина на вершине башни, и прибыло подкрепление в виде Вайсс Шнее и Руби Роуз. Несмотря на развивающуюся ситуацию и всё более невыгодное для Синдер соотношение сил, Меркьюри и Сустрей не вмешивались. Эмеральд нужно было любой ценой сохранять безопасную дистанцию, а Меркьюри отказался рисковать и драться с наследницей Шнее. Хотя он намного превосходил её в мастерстве ближнего боя, у нее было серьезное преимущество в плане использования «праха» и Проявления. Ей потребовался всего один удачный удар чтобы заморозить Меркьюри и, возможно, положить конец его жизни прямо там, на месте. Вместо этого они наблюдали, как пламя на вершине башни сигнализировало им, что Синдер все ещё сражается. По тем способностям, которые она продемонстрировала сейчас, дуэт мог судить, что она получила остаток силы Девы Осени. Именно из-за этого они сдержались, уверенные в победе своего «босса», когда Руби взобралась на башню с помощью глифов Вайсс. Потребовалось всего одно мгновение, чтобы доказать, что их самодовольство было ошибкой. Когда Руби прибыла на битву, вспыхнула яркая вспышка серебристого света, отчего по их спинам побежали волны беспокойства. — Подожди, она же не... Правда?" — неуверенно пробормотала какую-то околесицу похожую на вопрос Эмеральд. Меркьюри потребовалась всего секунда, чтобы вспомнить лицо молодой девушки, — Черт возьми, она знает! Возьми это, — сказал он, протягивая «свиток» своей напарнице, — Я пошёл. Тебе нужно убираться отсюда. Немедленно! — Меркьюри, — крикнула ему Эмеральд, когда убийца спрыгнула с крыши, — Убедись, что она вернется. Киборг бросился ко входу в башню, напрягая своё тело и протезы до предела их возможностей. Фолл рассказала ему о серебрянноглазых и огромной силе, которой они обладают. Насколько он мог судить, Синдер являлась хорошим дуэлянтом. Она была способна победить серебряноглазую даже без своих способностей Девы, особенно в свете того, что она была лишь на первом курсе крупной академии Охотников. Она не должна была пасть здесь, но присутствие серебряноглазой не было чем-то таким, к чему они были готовы. Меркьюри был не настолько глуп, чтобы оставить это на волю случая. Добежав до входа в здание Меркьюри наткнулся на ужасно поврежденную шахту лифта. Взобраться по ней было бы сложно, но с его ногами это было возможно. Не колеблясь ни секунды, он прыгнул в шахту лифта, выпустив патрон, когда оттолкнулся от противоположной стены, продолжая эту схему по мере подъема. Вид ожидавший его наверху, оказалась худшим сценарием из возможных. Фолл лежала неподвижно и без сознания, вся в крови. Руби была измучена и растянулась на полу. Он мог убить её, но «аура» Синдер похоже была полностью истощена, раз она получила настолько страшные раны, а без неё женщины бы не исцелилась. Если бы он потратил время, чтобы прикончить серебрянноглазую мразоту, жизнь Фолл оказалась под угрозой. Выбор был так очевиден... Не обращая внимания на лежавшую Охотницу, Меркьюри осторожно взвалил обмякшее тело Девы себе на спину и спрыгнул с башни, несколько раз выстрелов своими протезами на максимальной мощности с целью смягчить падение, когда он приближился к земле. Сотрясение вызванное инерцией торможения могло нанести серьёзный урон Синдер в зависимости от ее травм, но он был более чем готов рискнуть, если это равнялось её выживанию. Убийце потребовалось мгновение, чтобы собраться с силами после приземления. Меркьюри бросился прочь, подальше от шпиля башни межконтинентальной связи. Его одолевали мысли о том, куда он мог отнести «начальницу». Он не хотел потерять её вот так. Он не смог...

***

— Ты вынес меня? — уточняюще спросила женщина. — Ага, — ответил Меркьюри. — Тогда, мне кажется, я обязана отблагодарить тебя, — сообщила она. — Не надо. Это моя вина, что ты в таком состоянии. Если бы я был чуть быстрее, тебе не нужно было бы носить эту маску или же просить Эмеральд говорить за тебя, — сказал парень. Синдер прервала зрительный контакт со своим подельником, размышляя о его чувствах. Спустя мгновение, показавшееся вечностью, она положила руку на маску и медленно сняла её с лица, обнажив полностью белый глаз и оставшуюся часть шрама, который изуродовал женщину недавно бывшую красавицей. — Видишь это? — спросила Дева Осени, — Это моя вина. Не твоя. Я никогда не буду такой, какой была раньше, это правда. Но меня бы даже не было здесь, чтобы сожалеть об этих ранениях, если бы не твои усилия. Я обязана тебе жизнью и поэтому я более не желаю слышать об этом. Ты выполнил свой долг в меру своих способностей, и любой, кто не согласен, дурак. Ты дурак, Меркьюри Блэк? Для киборга стало шоком, что она не винила его за своё нынешнее состояние. Всё это время он надеялся избежать этой темы, чтобы Зола не поняла, что его неудача привела к этому. Теперь же всё поменялось. Если она не нашла вины в его действиях той ночью, то как смог он? — Неа, — ответил парень, — Я не такой. — Хорошо. Мне не нужны дураки. Скажи мне, кто-нибудь из пешек Озпина вмешивался? Они пытались остановить тебя? — поинтересовалась женщина. — Нет. Я сумел покинуть «Бикон» до того, как кто-то опасный пришёл на помощь старику. Думаю, я должен быть благодарен тебе за это, — отозвался Мерк. — Что бы ты сделал, если бы они пришли? — спросила Фолл. — Ради тебя? Вступил бы в бой. Хотя меня вероятнее всего убили бы... — с сожалением подметил парень. — Ты бы не сбежал? — недоверчиво спросила Синдер. Громкий смех услышавшего её вопрос парня, заставил её задуматься, не перешла ли она где-то черту... — Куда бежать? — спросил он, — Ты — все, что у меня есть. Забыла? Женщина замолчала, её единственный глаз замер сосредоточившись на подчинённом. Её мысли вернулись к тому, как все это начиналось, как переплелись их судьбы: её и его. Она так долго была одна, но из-за него это изменилось, — Знаешь... А ведь ты первый человек, которого я знаю, что готов умереть за меня. — Думаю, Эмеральд тоже согласилась бы, — ответил Меркьюри. — Она бы попыталась....Но девушке не хватает уверенности. Но ты... Ты принял решение в тот момент, когда покинул ту крышу, и я все ещё жива именно благодаря тебе, — Дева Осени подвинула своё лицо чуть ближе к лицу своего напарницу, — Я не могу поверить, как мне повезло, что у меня есть ты. Меркьюри не знал, как реагировать. Облик соблазнительницы был нормален для неё, но не для него. Она не была какой-то идиоткой, внимание которой можно было легко привлечь. С ним она была просто сама собой. Если она чего-то хотела, она давала об этом знать. Не было никаких попыток скрыть свои намерения. Несмотря на это, он сидел, парализованный ее агрессией. Вот она ... без действия, без фасада ... и, по-видимому, без оговорок. — И подумать только... Ты хотела моего отца... — разачарованно произнёс парень, но был перебит. Синдер улыбнулась и ответила настолько мягким и страстным голосом, насколько вообще могла, — Ну, ты ведь для этого здесь, не так ли? Помочь мне исправить мои ошибки? Синдер прижалась губами к его губам в мягком, целомудренном поцелуе. — Знаешь, я могу быть ошибкой... — предупредил её Блэк. — Ошибкой, которую стоит совершить... — несмотря на свой тон, Дева Осени отстранилась от своего напарника, глубоко вздохнув в попытке восстановить самообладание, — Но без ошибок... Не сегодня. Завтра мне понадобится энергия для тренировок. А если я останусь... Что ж, я уверена, ты понимаешь возможные последствия. Меркьюри внимательно наблюдал за ее изящными формами, пока она направлялась к его двери, его глаза тщательно запоминали изгибы её тела. — Это были не самые лучшие времена, — спросила женщина не поворачиваясь к Блэку лицом. — Только пока ты не появилась, — ответил Меркьюри. Синдер покачала головой, а её губы сжались в почти незаметную улыбку. Как она вообще нашла такого мужчину как он?