Нежданчик

      «Что он задумал?»       Тацумаки судорожно собиралась с мыслями. Всему виной поистине шокирующее начало операции — мускулистая спина прямо по курсу. Совершенно беззащитная и, тем не менее… хм, манящая слегка?! Что-то явно здесь не так!       Действительно, кто спит вот так, голышом, когда знает, что не за горами реванш? Нужно быть начеку, и это не жёстко: геройство — не «работа» с расписаниями и графиками, геройство — один большой элемент неожиданности. И вот она рядом, за балконом, можно сказать, предупредила заранее, а Сайтама... ну... открыт... для атаки... Ага-ага, выискивай «подвохи», да только правда несколько иная — подвохов нет, даже зачатков, он попросту не готов.       — Я сказала, мы не закончили, понял! И этот шар согласился. Не спорил, лыбился, раздавая никому не нужные советы. Лысая башка, ты что, забыл? Почему я помню, а он нет? Прошло недели две максимум! Боже, как же он безнадёжен!       Первоклассных героев не застать врасплох. «Торнадо ужаса» же по праву исключительная, вторая в рейтинге, почти первая, её лик не сходит с постеров, любая хотелка «бесплатна», и ей ещё должны останутся, её авторитет незыблем: геройское имя не нуждается в представлениях. И уйти, спасовать, вы шутите? Перед ней склонялись монстры, которых свет и не видывал, а тут какая-то самодеятельность. Войти в положение?       — Фигушки. Твои проблемы, яйцо, что не выспался.       Может, ещё колыбельную спеть? Она не отступит, не шелохнётся, она не знает пощады! Упс, правый глаз «Торнадо ужаса» предательски задёргался — даже у бедствий во плоти порой случаются (не)удачные дни.       — Он это что, без штанов?       Небезосновательное да, так как невидимую одежду ещё не изобрели: удивление и оцепенение, но она настроена серьёзно, скидки для дураков не предусмотрены! Трясёт? Ну и что с того! Под ней тряслось и не так!       — Я… — ноги девушки одеревенели. Волнение? Ничего подобного, ей соринка в глаз попала!       Отогнав всякие сомнения, Тацумаки подлетела к открытому окну. Не так ведь уж и трудно? Успех, путь чист, как следствие, неприличный вид всё ближе. И то ещё будет! Будет что?       Сплошной абсурд, какая битва выйдет с таким-то его «костюмом»?! А что будет?       «Не перевести ли мне дух? Почему бы и нет! Потому что…»       — Я никуда не тороплюсь.       «Поэтому и стою на месте, уже не знаю сколько?»       Пейзаж и не думал меняться, паралич не спадал, а разворачиваться, спасать мир — не вариант — проигрыш, не иначе. Второй подряд. А это, в свою очередь, совершенно никуда не годится! Но видимое препятствие непомерно горячо и непристойно: как же быть? Лично Тацумаки уверила себя в том, что Сайтаму когда-нибудь посетит здравый смысл, и он накинет майку, переоденется. Или чудища заявятся, заброшенный всё-таки район, или отгремит землетрясение? И тогда... тогда она непременно задаст кому надо по самое не балуй! Но когда наступит это «тогда»? На этой неделе?       А… И почему она здесь? Вне… нежданно-негаданный переворот на спину от Сайтамы, Тацумаки вставила свой очень важный комментарий:       — Пресс. Кубики. Не-неплохо. Для B-класса.       Почему она здесь? Внезапная проверка, потому что «надумала» и нашлось время. Ранним утром эспер впервые левитировала возле дома «Лысого плаща» (статус накладывает отпечаток: обязанности, встречи, съемки), но не учла торс за окошком, лишь кое-где прикрытый одеялом. Обычное жаркое лето, кондиционер не справлялся, но уж лучше так, чем чесаться во всех местах сразу от комариных укусов. Секрет вида прост, да не оторваться. Но, позвольте, из какого материала сделана майка «Oppai», это точно тот тугодум-Сайтама? В голове горе-рейдерши возник самый настоящий диссонанс, пришлось признать: она к мужчине была капельку предвзята. Такие мышцы не получить без тренировок до седьмого пота; первое, второе и третье впечатление ещё как обманчиво.       «А ведь он не так уж и плох…»       Высок, невозмутим, упёрт. У Сайтамы находилось немало характеристик и качеств, которые девушка находила важными в человеке. К примеру, в мире, где было много приспособленцев и лизоблюдов, он оставался простым и искренним, собой. И был откровенно ничего себе, если опустить отсутствие треклятой шевелюры. Силой не кичился. Явно не слабак. Не балабол. Но немного идиот. Когда как, правда: степень дурости разнится.       — Потенциалом, по сравнению с прочими подделками, он не обделён. Я могла бы помочь лысику в продвижении, наверное.       «Помочь я могу. Но зачем?» — последовал справедливый вопрос. Девушке всегда было ни холодно ни жарко от всего, что связано с другими. Единственное исключение - сестра Фубуки, ходячее воплощение стыда, которой и глубокого отвращения мало. Занимается «не тем», и «не с теми», и «не так», будто напрашивается на то, чтобы ей показали, «как правильно». А Сайтама... неужто тоже особенный? Что за нелепица, кто он вообще такой?! Чего это она замешкалась? Чего ему показывать-то? И, главное, на-фи-га?.       — Реакция. Хочу посмотреть на его реакцию. На то, как авокадо будет боготворить меня всю оставшуюся жизнь. Без моей рекомендации и уроков он ни в жизнь не попадёт и в топ сто «ашек». Ограничения, правила Ассоциации, бумажки, собеседования? Легкотня для меня, невозможно для него. Вот и всё. Повышение самооценки и поднятие кармы, а ещё мне скучно. Чем не причина? — шептала Тацумаки себе под нос. — Это никак не связано с… да, и подумаешь, у Темноблеска…       — Чё? — и Тацумаки уловила на себе ничего не понимающий взгляд зевающего Сайтамы. — Зелё-йо-онка, ты? Блески-темноблески-хлеборезки. Хорош бубнить. Снова потерялась? А я здесь причём? До полицейских иди докапывайся. Оранжевые жилеты такие. Всё, давай, не зуди.       «Что это было? Это он кому?»       Тёплый футон, воспользовавшись затишьем, с радостью унёс Сайтаму в царство снов. Герой, на удивление, казался... счастливее обычного? Пожаловал старый враг, достойный противник? Да не просто, а с щедрыми гостинцами: бодрящим кулаком с опцией полёта.       Но она-то здесь!       — Мне? Да нет, не может этого быть. Конечно. Кому-то другому. Дружкам своим, да! Хм. А на улице ни души. Хи-хи. Та-а-а-к.       Она здесь, и она не описать как возмущена! Чертовски! Не описать как!       «Мне?! Расстаться с жизнью захотел? Убью! Ты труп! Фух. Не психуй. Он не в себе, не отдаёт себе отчёт в действиях. Не психуй?! То есть этот сверхразум навалил бредятины, послал, а потом отрубился, правильно? А мне не психовать?!»       Эспер с энтузиазмом присмотрелась к потрескавшейся дороге. Знак? Отремонтированный дом не вписывался в интерьер заброшенного района, её не надо просить дважды.       «Или сделать вид, что не расслышала? Я же выше этого, верно? Какого фига он дрыхнет в такой момент вообще!»       Сайтама и близко не страдал нарколепсией, просто за такие сны, как этот, сны один на миллион, хочется цепляться: сам Борос воскрес, окреп и блоки якобы ставить научился!       К-кхе-кхе. Всё? Серьёзный удар? Серия? Решала твоих проблем? Ха. Больно, но не более того. Твоей козырной карте, человек, ещё учиться и учиться. Уже в другой жизни. Смертельный метеоритный…       Ho, увы, никакого продолжения - терпение не её конёк, сейчас она вылечит все болезни, выдуманные и не очень, и мёртвый вскочит!       — Потерялась? Потерялась?! Хоть понял, что вякнул? Как же ты меня бесишь! — Тацумаки любезно поделилась бурлящими эмоциями с миром. Девушка до последнего не верила, что существуют настаивающие на испепелении люди. И знаете что? Такой индивидуум маячил прямо перед ней. Но нельзя же в реальности покарать глупца? Или можно? Опять же, район заброшен, утро, никто не снимает, некому. Но не перебор ли? — Послал меня? Послал? Я… да я тебя! Ты… — поток грубостей лился без конца, подпитываемый испортившимся настроением. Её милостивый компромисс был горазд на ругательства.       Сайтаме следовало смириться и принять заслуженную кару, но он непокорно приоткрыл глаза.       — Ясно, — нехотя встал мужчина с постели. — Ещё бы чуть-чуть, и… эх, как всегда. А какого…       — На что вылупился так?       Сайтаме вспомнился разговор с Геносом о шумоизоляции дома, которая «ну никуда не годится». Киборг обещал что-то там придумать, обещал инновационные материалы, но, видно, так и не управился в срок. А сейчас он и вовсе находился в лаборатории доктора Кусено на каких-то технических работах. Значит, Сайтаме придётся выпроваживать вторженку самолично. Миссия не из простых, и не отвертеться.       — Надо будет реально всем этим заняться.       — Чем? Пересадкой волос?       Чудом не проломив стенки жилища спросонья, Сайтама рывком преодолел метров семь-восемь. Бац — и полагающаяся на дистанцию была как на ладони. Сайтама церемониться не собирался:       — Мелкая, я не знаю, где ты живёшь. Дай поспать. И без грубостей. Ну реально не вовремя. В песочнице посиди.       — Я не мелкая! — элитная доза ультразвука пришлась Сайтаме явно не по вкусу, но он выстоял. Не пускаться же в бега в собственной квартире? Да и не впервой ему. Нет, не пускаться в бега, а выносить невыносимых. — Проверить тебя хотела.       «Мягкий, гладкий песок, много, можно лечь… Та-а-ак… не спать — не спать!»       — И задолбал с этой чушью, я, блин, постарше тебя буду.       — Ладно-ладно. Эта твоя проверка может подождать?       — Подождать не может! — Тацумаки, опомнившись, отлетела на несколько метров из соображений безопасности: нагрянули кое-какие весьма неоднозначные воспоминания.       Чёрная накидка за хозяйкой не поспела, и Сайтама ухватился за один из её краёв.       — Э. Так не пойдёт.       — Руки убрал!       Столкновение сил, тяга, натяжение ткани, ветер — как результат, открывшийся вид на нижнее бельё. Сайтама старался не смотреть: его голова спросонья мало что понимала, коварная нервная система, будь она неладна, увидела, что не следует.       «Торнадо ужаса», потерявшись, пропищала: «Да отпусти ты!». Первый раз на её памяти — чтобы специально! Ни грамма раскаяния!       Мгновением спустя Тацумаки, дёрнув за свободные лоскуты, вернула платью подобие приличия. Но это, естественно, только временная мера!       Как вырваться и не порвать при этом любимое платье? Она не знает. Разве это не она сегодня ставит условия, разве не она экзаменатор? Она прорвётся! Как это, всё бесполезно?       «Вцепился мёртвой хваткой! Придурок! Если я буду серьёзна, я за пять секунд убью его… да-да!»       Тацумаки казалось — произошедшее, очевидно, глупое, досадное недоразумение, виновник тотчас побежит кланяться в ноги, однако...              «Лысый плащ», злобно улыбнувшись (типичное выражение лица невыспавшегося человека), наплевал на эту аксиому. Мужчина хотел быть услышанным, и клочок ткани тут был очень кстати. Только с ним «самая-самая» по идее усвоит важнейшее «никакого сталкинга»! И только тогда Сайтама отправится на боковую.       — Слышь, солнце только встало. Ничё не попутала? Ты, — Сайтама становился всё более жутким. — Думаешь, тебе сойдёт всё это с рук? Поорала и смылась? За кого меня держишь? Не-не-не, не свалишь у меня, ответишь за всё.       — Отвечу? И как же?       Мужчина призадумался: а что хорошего вандалка ему может дать? Денег? Муторно: юристы, много шума. Бой всей его жизни? Боросу девица точно не ровня, уж лучше быстренько лечь спать, правило пяти минут никто не отменял. Но и с поведением «вломилась» — «нет последствий» надо что-то ведь было делать. — Извинись, что ли, у меня тут не проходной двор. И если ты так больше делать не будешь…       «Кинг — это другое, да и я бы свалил по первому требованию».       — То было бы классно!       Сайтаму предвкушал честный мордобой, но Тацумаки, очевидно, невзлюбила циклопа:       — Ха-ха-ха, ты с Луны что ли свалился? Ну ты выдал! Ещё чего захотел! Лапы прочь, пока я всю твою вшивую халупу в щепки не разнесла. Проси прощения за весь свой бред. Немедленно.       — Не собираюсь я извиняться. Не за что.       He она агрессор, просто кое-кто — конкретный тупица, а значит, законно выместить на этом нём весь свой праведный гнев.       — Значится, идём до конца? А завещание написал? Что, нечего завещать? Ну-ну. А зачем ограничиваться двушкой, если можно спалить к чертям всё здание? Район? Город? Мне ничего за это не будет, а ты потеряешь всё. Последний шанс. Три. Два…       — Один, — довершил считалочку Сайтама и, использовав кусочек как опору, притянул девушку к себе. — Завязывай с закидонами, а, сама извиняйся.       Сбитая с толку Тацумаки нехотя привыкала к новому соседу: грудной клетке Сайтамы, их очень тесному соседству. Как так? Вот так.       Не требовалось много ума, чтобы прийти к следующему заключению: хуже, чем тогда, — далеко не нейтральная территория, да и футболка из натуральной кожи. Какая-то специальная техника? Нет, нет, и ещё раз нет!       «Он это специально, не так ли?»       «Бесстрашный прижиматель» попытался выдать мудрость прямиком из интернета:       — Да, ты сильная. Но мир крутится не только вокруг тебя. Слава не даёт право вершить чужие судьбы. Понятно? Вроде круто сказал, скажи!       — Ты ужасно пожалеешь, B-класс. К-кем ты себя…       — Стоп. Тебе так сильно хочется подраться? Остынь. Не задался день — не отыгрывайся на окружающих. Как насчёт сгонять в пустыню? И об этом, я в А-классе, кстати.       — Яйцо, ты такой тупой!       «Шутка ли, но я не могу пошевелиться! Пять секунд… пять секунд… Зато сердцебиение этого придурка слышу ну просто замечательно. Я отомщу!»       — Что не так?              — Ну просто не могу! Я с тебя в шоке. Битва мне твоя ну не сдалась!       — Ок. А как ты меня тогда проверять собралась?       «Ровно этим! Да что ещё наплести, чтобы этот кретин меня выпустил, и я ему накостыляла?»       — Эй, алё?       Восьмой этаж, крепкая хватка, растущие недопонимания. Но было в этой, несомненно, неординарной ситуации и нечто другое, притягивающее внимание. Синее в полосочку.       — Оденься, идиот!       — А? — до Сайтамы наконец дошёл цимес ситуации, и он уставился на свои боксеры. Вид действительно непрезентабельный в большинстве обществ, а он ещё и учить кого-то там с этим собрался. — Э-э-э. Нехорошо получилось. Не подумай ничего.       «Не битва? Так она поговорить хочет? Со мной? Ладно, походу, ещё не полностью успокоилась после последнего. В принципе, десять минут пожертвовать можно, раз и навсегда-то».       — Тебе какой чай?       — Слушай, браво! До тебя наконец дошло, спустя… вечность. Понимаешь, как ты попал? — ухмыльнулась с издёвкой девушка (Сайтама ведь хотел её исправить, но кто кому сейчас чай заваривает, кто кому прислуживает), но быстро изменилась в лице. Она приметила, что в тех самых боксерах мужчины стало потеснее. А значит, эта свистопляска его… возбудила? Не ошибка? Нет, органы зрения эсперов не давали сбоев: кропотливые тренировки, часть прошлого. А делать-то что с этим? Очевидно, ещё один его косяк в его коллекции, такие не прощаются. А делать-то что? — Спасаешься бегством? Попридержи коней удирать от великолепной меня, — Тацумаки встала в боевую стойку. — Пока. Сначала наказание. Потом удирай.       «Б-безобразие…? За кого меня держишь, а? Хамит, грубит, домогается. И теперь это? Я ему покажу! Но как… Ох. Я знаю, лысый. Знаю, что подойдёт. Язык боли. И мук совести не будет! К-какое б-безобразие, ж-жесть! Кто позволил?»       — Да кондей маломощный. За что наказывать-то? И вообще, это моя хата, — вспомнил «Лысый плащ» на подходе к стулу с разбросанным костюмом. Интерьер — прошлый век. Для него, такого свободного и не очень состоятельного. — Что взъелась-то? Я ж согласился поговорить. Тебе чай не понравился?       — Согласился? Это я допустила. Свою дешёвку пей в одиночестве, тебе не привыкать.       «Так. У этого разговора, похоже, всего один финал. Мне вынесут мозг. Эта же останется при своём. Надо ли мне это?»       Риторический вопрос требовал немедленных действий: капитуляции.       — Сорян, короче. Ладно, выиграла ты, улетай.       — Отказано.       «Я же ничего не проспорил? Или чего ей там надо? Компенсация? Так у меня нет ничего ценного. Что пристала-то? Генос, что ли, насолил чем-то? Я-то здесь каким лесом».       — Без понятия, куда запропастился Генос.       «Почему от неё ни звука? Так делать-то что? Я Геноса сдавать не собираюсь. Что непонятного? Может, похвалить?»       — Ты крутая, всё такое.       Откупиться лестью не получилось: она взятки ленивыми комплиментами не берёт:       — Стисни зубы! Крутая? Не смейся надо мной!       «Я запомнила! Я не забываю!»       Эсперы — могущественные создания, они способны менять ход сражений, находясь в тылу; за ними ведётся круглосуточная охота, их пытаются вывести, над ними проводят эксперименты, эсперы идеальны для выпытывания секретной информации, полёт — и то им подвластен. Искусный телекинез не даст врагу и мизинцем двинуть. Уничтожить город или поднять его в воздух — запросто. Но в случае Сайтамы максимум, на который Тацумаки может рассчитывать…       Массаж смертельными вибрациями. Причина? Она без понятия: он просто неподъёмный, потому что потому! И только мир знает, почему конкретно, и не говорит ей. Вот сюрприз: один в один. За редким изменением.       — О-о-о! Прикольно.       Каждая группа мышц Сайтамы не осталась без внимания: герою хорошенько размяли шею, колени, позвонки; Сайтама призадумался, а не поблагодарить ли незваную гостью за процедуру. Всё, что ни делается, ведь к лучшему?       — М-м, прям как на горячих источниках. Хорошо-о-о. Спасибо, удружила.       Не такого эффекта Тацумаки добивалась, её жестокость за забаву посчитали. Тем не менее, реакция на атаку имелась, и не что-то вроде «криков». Дело в том, что этот «массаж» затронул абсолютно все места человеческого тела, даже те, которые при обычном массаже обходят, давая старт тому, с чем даже сильнейшим эсперам не стоит заигрывать зазря. Желанию.       «Он остановился? Подействовало? Но причина не в моей силе! Ты должен был стать ходячей тряпкой для пола и корчиться от боли! Делаю всё, как планировала… но… не понимаю. Это и близко не тянет на пытку. Он не ломается, не молит о прощении, неужели ему это…»       Когда Сайтама обернулся, разночтений не осталось.       — А можешь по плечам пройтись ещё разок?       Других разночтений, о которых ей говорить особо как-то, знаете ли, не приходится!       — Н-нравится! Да тебе, как вижу, очень нравится! — Тацумаки прикрыла своё лицо руками, но они были не в силах скрыть все проступившие красные пятна на лице. — Мазохист? Л-ладно, что с тебя взять. Д-действительно. Это же я, несравненная номер один. К-как иначе, да, с-стандартная бесстыдная реакция. Совсем голову потерял.       «И я нахожу её занятной, эту дикую реакцию? Почему? Потому что она из-за меня? А ведь если подумать, мне никто никогда не говорил, что я… сексуальна? Меня боялись. Боятся. А тут… ну такое… ничего себе такое».       — Хм? Какая-какая реакция? Секунду, что-то зачесалось.       Быстрый наклон, то, что говорит само за себя, поиск логических связей. Тупик. Повтор.       Сайтама опешил: эрекция немного не вписывалась в его планы.       — Фига! Это что, утренний…       — Заткнись, лысый! Я… я и сама поняла. Жесть, ты отбитый, при девушке такое говорить. И как... ну? — Тацумаки сглотнула, поймав себя на странных мыслях. Она ведь тоже несёт ответственность за это, ничего себе, не так ли? — Как это… остановить? Эта штука мешает мне тебя наказать. Вот! Наказание теряет весь смысл!       — Какая штука? А.       «Я так скоро со стыда помру! Почему он так тупит? Что за цирк кринжатины?»       — Да какие наказания? А, ты всё ещё здесь. Ну просто подождать, — Сайтама как ни в чём не бывало продолжил свой поход за трениками. Да, ситуация неловкая, непростая, но разрешимая, не конец света; первый шаг — одеться, второй ещё в разработке. — И твои прибамбасы тут не помощники. Наоборот. Отменяй. Потом поговорим. — Его второй шаг — перенос встречи, стандартный дипломатический приём.       Составленный на скорую руку план был неплох, увы, только на первый взгляд — она не откладывает встречи, она не отступает больше.       Тацумаки погрозила пальцем, и массаж переключился на зону паха: Сайтама чуть не поперхнулся.       — Самый умный? Лысик, сейчас ты слаб как никогда. Грязные уловки не спасут. Моя месть, твоё наказание! Второй тест! Я тебе, слышь, не мелкая!       «Ведь никакая малявка с таким не столкнётся! А если что, она убежит в слезах! Она незрелая! Её легко обвести вокруг пальца! А меня это ни капельки не пугает и не смущает! Я не мелкая! Я вижу в этом потенциал! Любыми средствами! Цель будет достигнута! Я отомщу! Разве не взрослый подход, а?»       — Да за что ты мне мстишь? Да и не слабое это место, — почесал затылок Сайтама. Белый флаг поднят, названная гостья отпущена на все четыре стороны, он даже признал поражение, что не так? — Ты что-то не так поняла. — Вроде видит, что ему не «больно», а продолжает. Шалит? Забавляется? Домогается? Нет, должно же найтись адекватное объяснение! Не заниматься же сексом она сюда с ним пришла? — Обиделась, хрень вытворяешь? Если тебя так сильно парят «малявки», веди себя по-взрослому, и на этом всё. Сейчас…       — Я снова веду себя как ребёнок?! Недостаточно взросло тебе? Недостаточно?! — стёкла в ближайшем микрорайоне треснули, Тацумаки передумала сдерживаться. А зачем? Ему же это якобы недостаточно зрело! И плевать, что от обычного человека давно бы ничего не осталось. Она в ярости! Он — худший из худших, шикарное оправдание! — Хм, как эта халупа ещё держится. Неважно.       В этот миг Сайтама уверил себя: будь он один, не упустил бы возможности поиграться со старым приятелем после долгой разлуки. Настрой имеется, стресса до кучи, и лишь одна помеха, твёрдо стоявшая на своём, преграждает путь. Парит и… подливает масла в огонь.       С каждой секундой Тацумаки теряла контроль над ситуацией. И над собой. У неё захватывало дыхание, фантазия подсказывала, что нужно испытать следующим, как и что чередовать. Она увлеклась?       «Ты падёшь. Рано или поздно. И я этим зрелищем наслажусь по полной.       — Недостаточно взрослая я?       Увлеклась? Нет, она вошла во вкус, и пока признавать этого не желала, прикрываясь импульсивностью и любопытством.       — Взрослая-взрослая, — выдавил из себя Сайтама. Трудно это — поддерживать осмысленные разговоры в такие критические моменты, а «серьёзный удар» разводил руки. — Просто как бы сказать… ну суперличная штука же…              — В твоём мнении не нуждаюсь! Выкусил детскость?       «А… Ну конечно! Это мне снится всё, осознанное сновидение! Как в фильмеце этом, как его… А к чему здесь зелёнка?»       — Выкусил, да? Чего притих?       «Да я уже на пределе! Не пойму, как так долго терпят эти актёры?»       — Ну что это, а? Что, слетел хвалёный покерфейс? Что за постанывания? Я неподражаема, да? Теперь погладишь меня по голове?       «Что я творю? Что за бред говорю! И почему щёки горят? Нет, пылает абсолютно всё!»       — Что за похотливая морда? Видел бы ты себя! А ты не можешь, озабоченный лысик! Ты думаешь только об одном! Тужишься-тужишься, прикрыться бы — да не поможет! Как же ты беспомощен и жалок! И шагу ступить не можешь. Ха! Понял, да, с кем связался наконец! Знай место, В-класс, сейчас всё ровно так, как и должно было быть тогда. Сейчас я решаю, жить тебе или нет. И тебе не победить. Недоразумение! И нет, я совершенно точно про эту «недобитву» сразу же забыла, в никаких видениях она мне не являлась! И вообще, я в тот день ужасно вымоталась, не считается.       — Ты о чём? Тот день? Покороче можно?       «Об этом ему знать было необязательно!»              — Ладно, «взрослая», поиграли — и хватит, — с трудом смог выдавить из себя Сайтама, проявивший недюжинную силу воли и выдержку. На секунду, правда, его разум поддался:       «Вроде такая же, как и в реальности, такая супер себе на уме, но кровь кипит, сладко пахнет. Что за? Мне хочется сделать с ней всё. Знаю! Выжала из меня все соки, показала ещё эти свои трусы… я ведь так реально её захочу».       Иллюзии имеют свойство развеиваться, надо им об этом просто напомнить:       — Харе сниться, — заявил Сайтама и ущипнул себя. — Тц! Да как проснуться?       Вышесказанное не имеет отношения к реальным событиям.       — Я думала тебя на первый раз, так уж и быть, поглумившись, отпустить, но… ты… ты даже сейчас не понял, перед кем выделываешься! Мозги ну просто отсутствуют! Сон я, ага! Как же бесит! На пощаду даже не надейся, лысый! — эспер решила выложиться на полную, нет, даже выйти за пределы: она не она, если не докажет свое существование!       — Не бесись ты так, спокойно. — и тут Сайтаму осенило. Это же почти один в один уникальный квест: Кинг не пропускал эксклюзивный контент, так и стал мастером! Может, сегодня такой поворотный момент, сегодня это, завтра реванш, послезавтра роскошный ужин и богатства?       — Ты точно в курсах, на что подписываешься сейчас? — предпринял последнюю попытку избежать чего-то «сомнительного» самый сильный человек планеты. Если бы вместо Тацумаки приснилась та же Фубуки, он уже не отпирался бы. Отчего так? Никакой ненависти или злобы, Сайтама отгонял идею переспать с Тацумаки на автомате: это казалось ему неправильным, неестественным. Они, как минимум, слишком разные, а в таких делах хоть чуточка реализма не помешает, да и ему нравятся погрудастее. Но герой принял волевое решение — с «Тацу», значит с Тацу. Да, не с красавицами из шоу-бизнеса и не в золотых пентхаусах. Какая разница? У него, блин, секс намечается! Пусть и во сне, но произойдёт то самое. Не посмотрят на лысину, не обсмеют, будет клёво, взаимное удовольствие, все дела. — Спрашиваю в последний раз, ты не передумала?       — На что это ты наме… я-я…!              Её решимость поставили под сомнение! «Торнадо ужаса» рассвирепела — прозвище заиграло новыми красками.       — Э-э-э, хорош, квартира-то что тебе плохого сделала! — Ремонт, между прочим, для Сайтамы недешёвое занятие, даже во сне! Обои, линолеум…       — Ты!       Кровь из носа, головокружения — её сто процентов облагались немалым налогом на здоровье. Тацумаки, однако, и не думала сбавлять обороты. Она… никакая не…       — Я-я не… Я готова ко всему, балда. Я не малая! — треснувшие стены спасались бегством.       Прилив мужских сил — то были невероятно мотивирующие слова. Сайтаме, конечно, всё ещё не верилось, но стоять столбом он уже не мог. Она же ведь не превратится в процессе в какую-то жуткую куклу, правда? Это же не кошмар?       Она определённо готова, но что насчёт него? Он-то сможет зайти за черту? Одно дело — пообещать себе, другое — исполнить. Но он же ведь не трепло, не пустослов?       Подступали новые сомнения и страхи. Может ли Сайтама не справиться, подобных историй в интернете тоже хватает?       «А что сначала там делают? Прелюдии там всякие? Но получится ли у меня?..»       А может, ну его, хватит что-то там выдумывать, пора отдаться ощущениям, дать инстинктам волю? Спустя сжатые руки в кулаки Сайтама всё решил для себя: он готов, ему нужно пройти этот уровень!       Приглашение не ждёт, так что полный вперёд! Всё бы ничего, но всплыл нюанс — в этой игре вовсе не он ведущий, скорее ведомый.       Куда запропастилась былая сила, которая повергла повелителя галактики? И как её вернуть? Звучало как набор тем для толстенной книги по психологии с километровыми сносками, но Сайтама нуждался в ответах в кратчайшие сроки. Иначе… такими темпами он…       Но если всё в точности как в фильмах для взрослых, почему не процитировать того, у кого каждый раз всё получается идеально, а затем добавить немного своего? Так, кажется, намного проще, и волнения как не бывало. Это же ведь не взаправду, чего стесняться, и всё обязательно получится! Вдох-выдох, и на прорыв!       — Хорошо, я дам тебе то, что ты так хочешь, — отрезал возмужавший Сайтама. Шаг, ещё один, дело пошло, почти штурм. — На балконе, так на балконе.       — На что это ты намекаешь? — Тацумаки не слушала. А зачем? Шаг, и что? Скоро ведь упадёт ничком!       «Шагай, сколько влезет, в своих идиотских фантазиях!»       Но реальность умела отрезвлять: никаких прибавок в силе, Сайтаму не втоптать в землю. Ей придётся сегодня улететь, отступить с позором —тактическое решение, Тацумаки обязательно вернётся, она… отомстит… непременно, но в противовес поступило не менее интересное предложение:       — Раздевайся. Я не успокоюсь, пока не испробую всё из тех журналов. Всегда хотел это сказать.       — Шарики за ролики заехали? Эй! Стоять, сказала! Ч-что ты делаешь?       — Подхожу, не ясно что ли?       — Красота великой меня затмила твой разум? Погоди! О-остановись!       «Смотрю не туда! Отведи-отведи-отведи взгляд, блин! Н-не работает!»       — Всё-таки ты очень даже ничего, когда без этого надменного тона. Ты раздеваться когда будешь? Твоё чёрное, хрен знает что, помеха в занятии любовью, — заявил Сайтама, уже покончив с трусами (не без труда). — А по-другому я не умею, — стыдливо прибавил он. — А что, хочешь сказать, можно по-другому? Как? Хотя. Давай без этого, — Сайтама – не противник инноваций, он очень даже любил узнавать новое при случае, но захотел по старинке. Это ведь хрупкий сон: если только внимать и слушать, не факт, что вообще дойдёт до дела. А дойти до этого дела мужчина хотел, и это мягко сказано; не только же стоять и терпеть, тело взывало к более активным действиям.       — Мне, что ли, это сделать? Но чур без обид: если порву у тебя всё, потом сама покупай.       Половой орган мужчины, выбравшийся на волю, гордо распрямился, готовый к длительному бою. Тацумаки чудом не поскользнулась на ровном месте, в её груди бешено застучало.       «Это не может, не может быть взаправду! Я, и он… я… и он».       — Ну так что там? Ты же за, как я понял. Взрослая, готова к последствиям, супердерзкая. Так что, эм, чего резину тянуть?       — Э-э… — заикаясь, пропищала девушка. — Д-давай как-нибудь потом, м?       — Почему не сейчас?       Бегство от «сумасшедшего лысого» не представлялось возможным! Что ей делать? Может, можно как-то договориться?       — Появились какие-то срочные дела? Сразу говорю, после всего, что ты наделала, это отговорка малявки.       — Н-наделала?       — Ты меня возбудила, не дошло? Ты же этого и добивалась, так в чём твоя проблема?       «Что она рот разинула? Накосячил? Грубовато прозвучало, эт да — впервые в такое играю. Прям переборщил? «Это» же не сорвётся? Да и только морально подготовился, ага! Так что, всё норм или нет? Чёрт… А эта ничего не говорит и всё не прекращает эту свою дрочку, чёрт-чёрт. С-спокойно, с каждым мужиком такое случается, т-терпи».       — Я… я возбудила…       «Взрослая? Последствия? Дерзкая? Добивалась? Почему я трясусь, кислорода не хватает, задыхаюсь? Что со мной? Неужели… меня эта чертовщина заводит? Мысль о том, что меня прижмёт к стенке этот простофиля «Лысый плащ»? Тц… похоже на то… как же так?! И как давно?»       — Ох… моя… моя проблема?       — Эм, ну типа.       Тот самый голый торс неумолимо приближался к Тацумаки, что-то стекало на пол. Сайтама уже тянулся к её плечам.       — А моя ли? Ты сам напросился, Сайтама… ха… ха… Всё, уже поплыл?       «Торнадо ужаса» и впрямь жестока! Но этот герой лишь ещё больше приободрился.       — Фух. Х-хорошо прибавила, чётко! Дразнишь зашибенно, этого в тебе не отнять. Но могла и пораньше признаться, что за «тест». Впрочем, грех жаловаться — а то закончится на самом интересном!       — Нет! Да я не…!       «Я не сон!»       Тацумаки ударилась в мысли, как к «этому» вообще свелось, у неё буквально жизнь пронеслась перед глазами. Когда она свернула не туда? Ну, в самом начале. Почему начала творить аморальные вещи? Стало любопытно, захотелось попробовать. Бесконечность почему.       Тацумаки была готова, ступая на вражескую территорию, ко всему, но точно не к такому виду второго теста, не к следующему заключению:       «Ах. Мне же он просто нравится, поэтому?» — эспер замерла, сложив два и два. Факт. Её руки опустились, Тацумаки посмотрела на Сайтаму. Мужчина кивнул. Ещё мгновение — и произойдёт что-то непоправимое, мир разделится на «до» и «после», но как же её терзает любопытство, что-то новое... то, в чём она не сильна, новичок, томительное ожидание, одышка.       «Она чё-то колдовать перестала. Вот мы и поменялись ролями».       — Нет — это да? Запутался. Это что, кровь? — Сайтама посмотрел так, сяк, цвет не похож. — Чёрная. Тушь? Нет, ты же ненакрашенная. Что-то ты неважно выглядишь. Всё у тебя нормально?       «Если бы… если бы сон… но я, кажись, прозрела…»       — Э-это ерунда. Когда сил много использую… короче, раны открываются. Пустяки. Жить буду.       — Зачем доводить себя до такого?       «Ну вот же! Всё складывается! Перенервничала. Выдохлась! Проспаться надо! Ага. Да-да. Я могла бы вечно списывать на что-то такое. Но только не сейчас».       — Эй, к-куда пошёл, без паники, я в полном порядке! Как тогда, в прошлый раз всё же закончилось хорошо? Если что, кефира потом попью.       — У меня его прост нет.       — Слово «потом» не расслышал? У меня у себя холодильник полный.       — То есть и аптечка не нужна?       — Не нужна. Не беси, я могу о себе позаботиться.       «Потому что он… не ведёт игру за кулисами?»       — А, та твоя эсперская тема? Точняк, припоминаю. Вот это проработка деталей! Об этом. Ты сильная, не спорю, но у тебя с планом «Б» всегда туго, его нет. Прими к сведению, не задирай нос. Ну проехали. И это… поправляй меня там.       «Потому что видит во мне не инструмент, не силу разрушения, а живого человека, личность? Девушку, в конце концов? Проявляет искреннюю заботу? Даже якобы во сне? После всех причинённых неудобств? Он…»       — Хорошо. Обними меня. Погладь по голове.       Сайтама растерялся поначалу, но всё исполнил, с поправкой на неуклюжесть.       — Ну как? — и даже запросил обратную связь. А вдруг он допустил ошибку, вдруг правильно против роста волос? Столько тонкостей, почти целая наука, в которой уж лучше неучу перестраховаться. Первый раз — не синоним «плохо», плохо не интересоваться мнением партнёра. Даже в таких, казалось, мелочах. Впрочем, это и не мелочи, это о «комфорте», с него всё начинается.       «Такой… милый?»       — Но-нормально? Сойдёт, да. Помедленнее. Ещё давай.       Ещё. Если возможно, если он не против, думала она. Тацумаки хотелось изучить этот момент подробнее, раствориться в нём.       — Хнык-хнык…       Почему, почему именно сейчас она почувствовала себя живой? И как теперь жить после? Можно ли его продлить?       — Ничего себе, как вспотела. И не плачь, вроде нет причин для грусти. Так нет — это да? Даже во сне всё должно быть по согласию.       «Этот герой действительно безнадёжен, хех. Гладит так нетерпеливо. Так меня хочет? Он честен в своих желаниях. Так приятно, когда тебя желают, когда говорят об этом. И это правда. Конечно, жуть как неловко. Так быть не должно! Мы как бы даже не знаем друг о друге ничего, просто этот «Плащ», Сайтама... настоящий чудак. Но он мне этим и запал в душу. Потому что только истинный чудак… безумец… может выкинуть такое. Он не такой, как все, не нарочито чистый, не подделка».       — Я не сон, дурья башка.       «Тёплый. И чистый аромат тела, такой дикарский. Хочу прижаться и не отпускать. Я сошла с ума?»       — То есть нет?       — А? Н-нет! Да не нет! Да! Не да! Чтоб ты знал!       — Ок. — Тацумаки и ахнуть не успела, как земля у неё окончательно ушла из-под ног. — Серьёзный режим… серия…       «И ещё, когда нужно, не такой уж и тупица. В исключительно редких случаях».