Наказание за математику

      Наконец, через минут 10, мужчина зашёл в комнату сына с учебником по математике. Он сел на кровать рядом и, не сказав и слова, повалил мальчишку на колени. Пока Хиро уже представлял болезненное наказание и то, как он проведет целую неделю, грызя гранит математики, Фрай открыл книгу и задал вопрос.       –На какой теме остановились?       –На теме "деление дробей"       «Так, это тема №18.»–подметил Фрай и в первый раз опустил руку на детские штаны.       Хиро вскрикнул от неожиданности, но барахтаться не стал, знал, что будет только хуже.       –Догадываешься, сколько ударов тебе предназначено?       –18?       –Ну, хотя бы с логикой у тебя проблем нет. А почему 18?       –Забирай меня скорей...       –Хиро?       –Увози за 100 морей...       –Хиро!       –И целуй меня везде...       –18 мне уже. Поздравляю, сынок, по музыке 5! А по математике 2!       –Ну пап...       –Я задал вопрос! Почему 18?       –Потому что столько тем прошли?       –Да, за всю четверть. А вышла 3!       Снова ладонь опустилась. Хиро глубоко выдохнул, но понял, что что-то не так. Точно, штаны. В семье хоть и принято, что мальчиков бьют по голой коже, но почему-то штанишки с сына не сняли. Теперь темп был поставлен, быстро и сильно накладывались друг на друга шлепки, оставляя кожу слегка подогретой. Ради приличия, Хиро немного поойкал и немного потряс телом. Через штаны с трусами, конечно, больно было не настолько сильно, но подыгрывать надо было, а то отец мог что-то заподозрить.       Когда 18 шлепков были пробиты, папа открыл учебник и начал спрашивать определения, формулы и правила. Хиро старался отвечать, как помнил, но тяжело вспомнить то, чего никогда не учил. Пока мальчик пытался ответить, мужчина взял карандаш и помечал в оглавлении те темы, которые его сынишка абсолютно не знал. Не забывая отвешивать хлопков посильнее, за неправильные ответы. Здесь Хиро стало намного больнее, это было лучше, чем по голой, безусловно, но штаны и трусы теперь не спасали также хорошо, как раньше. Он иногда шипел, глубоко вздыхал, ерзал и потрясывал ногами, сжимая кулачки.       Начиная с 10 темы, Хиро уже не мог сдерживаться, он плакал и кричал от каждого шлепка. В голове у него был всего лишь один вопрос: «Если мне так больно через штаны и трусы, то что было бы, если бы он меня бил по голой попе?»       Действительно, Фрай силы не жалел, выбивать дурь из детей–его основной метод воспитания. Самым непослушным был Хиро, ему и доставалось дольше и больше всех.       Наконец, наказание закончилось, Хиро вскочил с колен и побежал к зеркалу, стянул низ и начал рассматривать покрасневший зад, поглаживая его.       «Значит так! Математику ты знаешь ужасно! Завтра же утром, ты начнешь обучение занаво. Прийду с работы–проверю. К моему приходу пройдешь с 1 по 5 темы, они небольшие. Понял?»–встал с кровати Фрай и направился из комнаты.       «Папа, я не люблю математику! Мне она в жизни не пригодится!»–заявил мальчик, но, увидев неодобрение в глазах отца, попятился назад.       «Математика в жизни очень нужна! Но сейчас, как минимум, чтобы получить красный аттестат. Ты же помнишь, что цвет аттестата–это цвет кожи на заднице после его получения?»–напомнил Фрай, выходя из комнаты: «Синий цвет получать намного болезненнее, чем красный.»