Часть 15.

— Мама, что ты тут делаешь? — раздался пораженный голос Драко. Гермиона хлопала глазами, глядя на Нарциссу Малфой, с милой улыбкой стоящую у нее на пороге, и не могла поверить в реальность. — Миссис Малфой, э-э, что-то случилось? — Нет-нет, мои дорогие! Я тут просто прикупила вам пару вещичек и витаминчиков для беременных, — Нарцисса потрясла перед их лицами внушительным пакетом, где, судя по грохоту, помещалась далеко не пара вещей. — Мам… — О… мы… я… — казалось, они с Драко оба разучились говорить, — это очень мило. — Так что, впустите? Это все, — Нарцисса вновь затарахтела содержимым пакета, — ещё нужно расставить! — Д-да, конечно, — Гермиона сделала шаг в сторону, пропуская Нарциссу. За ее спиной они с Драко обменялись мученическими взглядами. Горло сжимали жуткий стыд и желание признаться его матери, что никакой беременности нет. Но Нарцисса так радостно рассуждала о будущем малыше, уходя вглубь дома к гостиной, где, как Гермиона надеялась, ребята не успели поубивать друг друга, что… просто язык не поворачивался. «Как думаете, Гермиона, будет мальчик или девочка? А то я так хочу начать выбирать все в детскую, но не хочу ошибиться…» «Я вам не надоедаю? Вы не подумайте, я просто так давно мечтала о внуке!» Последнее Нарцисса произнесла уже на пороге гостиной, и на нее удивленно уставились девять пар глаз. Три. Два. Один. Немая пауза взорвалась криками: «Грейнджер, ты беременна?!» «Ура!! Драко станет горячим папочкой!» «Миссис Малфой, ваш муж, я так полагаю, в больнице с сердечным приступом?» Последняя реплика конечно принадлежала Блейзу. Нарцисса задорно рассмеялась, позволяя своему огорошенному происходящим сыну забрать у нее из рук пакеты для малыша: — Люциус пока держится, мистер Забини. Гермиона крутила головой из стороны в сторону, наблюдая за реакцией гостей. Ей ещё никогда так сильно не хотелось стать призраком. Пройти сквозь стену и спрятаться где-нибудь… в Канаде. Черт бы побрал ее длинный язык! Драко, как раз водрузивший покупки матери на кухонный стол, смотрел на нее с другого конца комнаты таким же взглядом. Вокруг них кружился радостный переполох: Блейз и Тео подкалывали Нарциссу, которая с удовольствием отвечала им в тон, Гарри, Джинни и Пэнси визжали что-то неразборчивое вместе, кажется, от восторга забыв о своей вражде. И только Астория, сидящая вдали от остальных, с беспокойством переводила взгляд с Гермионы на Драко и обратно. Будто понимала, видела: что-то не так. — А прикиньте лицо Драко, если его ребенок поступит на Пуффендуй? — фыркнул Тео. — Не знаю, как мой сын, а я буду любить внука точно так же, — мечтательно произнесла Нарцисса, и это переполнило чашу терпения Гермионы. Она прочистила горло, привлекая внимание: — Миссис Малфой… ребята. Мне нужно вам кое-что сказать. Я… В горле стоял ком. Она смотрела во все эти радостные лица, и… Боже. Лучше бы она правда была беременна. — Нет никакого ребенка, — раздался голос Драко, и взгляд Гермионы дернулся к нему. — Так что прошу отложить всю радость, шутки, удовольствие от выбора пеленок и гадания, куда поступят наши дети. Пока что. Замолчав, Драко ободряюще кивнул ей, и с груди будто рухнул камень.

***

Проводить маму Драко вызвался сам. Вопреки опасениям, его слова не произвели эффекта взорвавшейся бомбы: ребята, конечно, постонали, что он «обломал все веселье», но, как будто, не были слишком расстроены. Больше всего Драко волновала мать. И то, как она смотрела на них с Гермионой, загадочно улыбаясь, хотя, по всем правилам, должна была… всплакнуть? Посетовать на жизнь? Разозлиться, что они ее обманули? Разгадка ее странного состояния не заставила себя ждать. Уже надевая пальто, мама внимательно взглянула на Драко и заговорщически прошептала: — Вы все правильно сделали. — Что именно? — До конца первого триместра никому нельзя рассказывать. Я ляпнула, не подумав, что у вас гости. Но вы с Гермионой нашли выход из положения, молодцы, — мама одобрительно кивнула, будто не замечая, как на лицо ее сына вновь вернулось страдальческое выражение. — А витаминчики она пусть все же попьет. Чмокнув его в щеку, мама скрылась за дверью. Такая же радостная и уверенная в беременности Гермионы, как и пришла. Драко прижался лбом ко входной двери. Он был близок к тому, чтобы об нее биться. Блять. Это было так волнительно — сказать правду. А маме… хоть бы хны. Зубы сводило от мысли, что ему придется повторить это всё ещё раз. — Драко? Все в порядке? — он повернулся и наткнулся на обеспокоенный взгляд Гермионы, выглянувшей в коридор. — Мама сильно расстроена? — Нет, ведь она все ещё считает, что ты беременна. — В ответ на ее поднятые брови, Драко пояснил: — Она решила, что мы просто соврали друзьям, так как говорить о беременности так рано — плохая примета. — Ох. Твоя мама… — Абсолютно неугомонна, когда чего-то хочет, — он подошел к Гермионе и обнял ее за плечо. — Мы разберемся с этим, но позже. А сейчас — пойдем, пока все эти будущие и бывшие не устроили массовое убийство в твоей гостиной.

***

Когда Астория сказала, что принесла игру «Котелки», Драко здорово напрягся. В школе он всегда обходил желающих сыграть в «Котелки» стороной, так как знал лишь одну версию этой игры — ту, где все задания крутились вокруг секса. А его ни в школе, ни тем более сейчас не прельщало трахнуть Гарри Поттера, если речь шла не о квиддичном матче. Как и любого другого случайного человека. Играть в такое среди людей, половина из которых друг с другом спали или делают это сейчас — самая ужасная идея из всех. Но оказалось, Астория принесла… другие «Котелки». Услышав правила, Драко даже заинтересовался. Достав из коробки небольшой котелок и активировав его заклинанием, Астория скомандовала всем написать свои имена и бросить в него. Котелок самостоятельно подбирал пары для игры, выплевывая по двое бумажки с именами. Некоторые пары оказались… интересными. То, что сам он был в паре с Гермионой, а Блейз — с Луной, никого не удивило. Но то, что Джинни оказалась с Пэнси, Поттер — с Ноттом, а Астория… с чертовым Долгопупсом, который, на взгляд Драко, вообще непонятно как здесь оказался, обещало, что вечер будет интересным.

***

Астория и Невилл только что вернулись с заднего двора дома Грейнджер, где было условлено выполнять задания котелка: делать это нужно было наедине, а разместиться кроме комнаты Грейнджер и ванной было особо негде. Судя по смущенно отведенным глазам и горящим щекам бывшей невесты и не менее ошарашенному выражению лица Долгопупса, они, как минимум, целовались. Драко решил, что не будет их подкалывать: не хватало еще, чтобы вездесущий мозг Грейнджер принял это за: «ты ревнуешь, а значит, не отпустил Асторию, а значит, я просто развлечение, а значит…» Для своего же блага, он просто показал Долгопупсу большой палец вверх. Следующими на маленькую террасу направились Джинни и Пэнси, накинув на плечи пледы. — Хорошо, что Малфой и Поттер здесь. Не придется вызывать авроров, когда они подерутся, — хохотнул Блейз, и тут же схлопотал от Поттера пронизывающий взгляд. — Они не подерутся. — Согласен с Поттером, — ухмыльнулся Тео, развалившийся на диване. — Им нечего делить, ведь самый красивый приз достался Уизли. — И самый скромный. Луна Лавгуд, до этого тихонько сидевшая на коленях у Забини, произнесла это таким мечтательным голосом, что всех разобрал смех. Через несколько минут Джинни и Пэнси вернулись… с покрасневшими глазами. Уизли поддерживала Паркинсон, у которой до сих пор дрожала губа, под руку и помогла сесть рядом с Поттером, который тут же впился в любимую взглядом: — Что случилось?! Вместо нее ответила Уизли: — У нас было задание — рассказать друг другу самый постыдный секрет. Хотя в этом случае должна стыдиться уж точно не Пэнси, — ее ноздри на миг раздулись от гнева. — Она сказала, ты знаешь, так что… позаботься о ней, хорошо? Драко заметил, как Поттер одними губами спросил у Пэнси: «Флинт?» — и она кивнула. Гребаный Салазар. Он знал эту историю, ведь именно он позже подстроил все так, что ублюдок сломал ногу, упав на тренировке с метлы. Ни один мужчина не имел права трогать его подругу без ее разрешения. — Мы, пожалуй, пойдем, — Поттер встал с дивана и помог подняться расчувствовавшейся Пэнси. — Сори, ребят, но нам нужно побыть вдвоем сейчас. Уизли вызвалась проводить их вместо Гермионы и очень заботливо придерживала Пэнси с другой стороны. Драко до сих пор не мог поверить, что Пэнси рассказала ей свою тайну, какое бы ни было задание котелка. Но кажется, их отношениям это пошло на пользу.

***

Следующей была их с Грейнджер очередь. Котелок забурлил, и записка вылетела оттуда прямо в руки Драко. Взглянув на текст, он рассмеялся. «Расскажите этому другу, кто из компании вам нравится». Подвинул записку Гермионе: — Нам точно нужно выполнять это задание? — Ой, — она фыркнула. — Что там, что там? — Блейз потянулся к ним, но Драко спрятал записку в карман. — Много будешь знать, скоро состаришься. Забини явно собирался что-то ответить, но его перебил громогласный стук совиного клюва в окно. Гермиона впустила сипуху внутрь и уже протянула орешки из вазочки на окне, но птица лишь сбросила перед ней красный громовещатель и упорхнула в темное небо. Громовещатель тем временем поднялся на уровень лица Гермионы и заверещал голосом Лаванды Браун: «Грейнджер, ты тупая сука! Что за хрень вы с дружками сказали Скитер?! Откуда в газетах все эти фото?! Немедленно дайте опровержение и скажите, что он мне не изменяет!» Красный конверт вспыхнул и осыпался пеплом на подоконник, а Гермиона перевела на Драко ошарашенный взгляд: — Ты что-то понял? Но вместо него ответил Тео: — О, это уже опубликовали? Прекрасно! — довольно воскликнул он. — Что происходит?! Улыбка на лице Нотта не дрогнула под грозным взглядом Гермионы. Драко поражался его выдержке: ему от такого взгляда любимой хотелось извиниться, даже если он не был виноват. — Помнишь, я пару раз заглядывал в Министерство? Мы с Поттером и этой красоткой, — он нежно посмотрел на Джинни, сидящую рядом, — придумали интересную, м-м, коллаборацию. Он знает вкусы своего бывшего друга, а моя мама владеет модельным агентством. Пара «случайных» встреч, снимки исподтишка, и вуаля — мистер грязный уродец огребает от общественности и своей новой девушки! — Джинни! — Грейнджер перевела взгляд на подругу. — Он ведь твой брат! — Да, а ты моя подруга. И я не позволю, чтобы хоть какой-то человек, даже если это мой брат, мешал тебе быть счастливой, — без тени сожаления ответила Уизли. — После вашего расставания я надеялась продолжить общаться с обоими, но то, что он делает сейчас, заслуживает наказания. И он его только что получил. — Даже… даже не знаю, что сказать, — Гермиона покачала головой, левитируя пепел с окна в мусорный пакет на дверце кухонного шкафа. — Мне стоит поблагодарить вас, но… Это не самый порядочный поступок. — Ой, будто ты не рада, что у него теперь проблемы, — фыркнул Тео. Гермиона попыталась скрыть улыбку, но у нее получилось из рук вон плохо. — Я просто не хочу, чтобы эта война продолжалась и дальше, — она вновь предприняла попытку призвать друзей к благоразумию, что, на взгляд Драко было абсолютно лишним: он сожалел лишь, что сам до этого не додумался. — Рон и Лаванда ведь тоже теперь могут нам отомстить, потом мы, и так до бесконе… — Они ничего не сделают, пока у меня есть это, — Тео вытащил из нагрудного кармана пузырек с прозрачной жидкостью и потряс им. — Парочка интересных воспоминаний от девушек, с которыми Рональд провел вечер. Поверь, он не захочет, чтобы кто-то узнал о небольшом конфузе, который случился с его эрекцией. Это, конечно, было не случайно, но ведь он-то об этом не знает… — Так, Нотт, все было прекрасно до того, как ты стал обсуждать член Уизли в моем присутствии, — подал голос Драко. — Вы все молодцы, но закрыли тему. Ему была противна сама мысль о том, что эти лапы в веснушках могли когда-то трогать его Грейнджер. Аж передергивало. Кажется, Гермиона тоже поняла это: пока ребята возвращались к игре в котелки, она положила ладонь ему на грудь и шепнула на ухо ответ на задание, которое они так и не выполнили: — Знаешь, мне больше всех нравится Драко Малфой. Возможно, я даже в него влюблена.