69. Приемное отделение

      — Как пропала? — ахнула Роза.       Нет, нет, нет. Только этого им еще не хватало. Она же знала, знала, что за ней охотятся, уже был один случай. Нельзя было и Дом оставлять одну. В таком состоянии ее схватить ничего не стоило.       Вот только переживаний за Доминик у нее все равно было меньше, чем за остальных своих родственников. И не потому, что она любила Доминик меньше, чем других. Просто Роза знала, что ее не тронут.       Это же Доминик. Вейла нового поколения. Она нужна им для экспериментов.       — Давно? — тут же спохватилась Роза, начиная смотреть на карту, где Мэнор уже был обозначен крестиком.       — Не знаем, но ее пропажу заметила Люси, — сказал Гарри. — Она к ней два дня пыталась попасть домой, у них была встреча назначена, Доминик должна была передать ей заказ, но так и не состоялась. Я так понял, что раньше Роксана этим занималась. Но, кажется, после того случая с волосами она отошла от дел.       — Да, — кивнула Роза. — Я пыталась ее пару раз вытащить из дома, даже парик приносила, не хочет.       Это все было очень плохо. И то, что Роксана не выходит из дома (даже одноногий Фред пытался ее растормошить, который унывал не так сильно по своей ноге, как Рокси по волосам), не гарантирует ей защиту или отсутствие сумасшествия. И то, что Люси теперь тоже начинает иметь к этому всему пусть маленькое, но отношение. Семья Перси была далека от всего этого, и их никто не трогал (Роза была уверена, что как раз из-за отсутствия тесного контакта с ней), то сейчас все может в одночасье измениться.       — Не думаю, что ее держат с Биллом и Флер, слишком много чести, — сказал Рон, осматривая карту.       Роза была с ним согласна. Над Биллом и Флер свои эксперименты. Дочь может только помешать, поэтому Селвин точно не заинтересован в воссоединении семьи, но куда же он тогда ее спрятал…       — Ситуация снова обостряется, — сказал Гарри. — У меня есть информация, что с завтрашнего дня возможно продолжение боевых действий.       — И что ты будешь делать? — спросила Гермиона. — Ты, конечно, автономная личность и можешь сам приказывать мракоборцам, но только до тех пор, пока Берк не выскажется против.       — У нас целая армия из новоиспеченных мракоборцев, пусть не очень опытных, но их много, — заверил их Гарри. — Это частное собрание. Раз Берк не может запретить Яксли, то не может и нам. В конце концов, он начнет тоже терять свои позиции, когда люди поймут, что война не только продолжается, но и усугубляется.       — Гермиона, ты слышала? — Рон обратился к жене. — Это не шутки. Хьюго, Доминик. Неужели ты не понимаешь, что именно ты цель номер один?       — Если будет надо, я войду в эту группу мракоборцев, раз из Министерства больше никак не могу повлиять, но последнее, что я сделаю — это сдамся, — строго сказала Гермиона.       Роза видела, как отец ударил кулаком по столу, что карта, лежавшая на нем, подпрыгнула. Наверное, он отчаялся просить ее вернуться домой, уволиться из Мунго, уехать жить в безопасное место (наверное, тут не обошлось без Гермионы и Гарри). Поэтому поставил себе цель сохранить хотя бы мамину жизнь, как уже когда-то ей обещал.       — Альбус будет? — спросила Роза у Гарри, пока родители затеяли очередной спор.       — Думаю, что да, — кивнул Гарри. — Он не оставит просто так случившееся с Лили.       — Дельфи тоже рано или поздно добьется своего, — поджала губы Роза, с сожалением смотря на Гарри.       В его глазах не было страха. Кажется, он уже смирился или убедил себя в том, что Альбус в любой из дней может не вернуться домой. Наверное, они с Алом негласно разделили обязанности. Альбус мстит, а Гарри хранит. Гарри никогда не смог бы оставить Лили, если бы ему пришлось выбирать между сыном и дочерью. Нет. Не после Джинни. Он знал, что Лили нуждается в нем, как и Джон. Альбус не способен им дать заботу, лишь защиту.       — Скорпиус, — сказала Роза, когда вернулась домой и сразу нашла Малфоя в его кабинете над похожей картой, что видела у родителей и Гарри.       — Я тебя слушаю, — сказал Малфой, не отвлекаясь от своего занятия, все как всегда.       — Я должна возобновить свои целительские встречи с Селвином, — твердо сказала Роза.       Она видела, как рука Малфоя замерла над картой, а с кончика гусиного пера туда упала жирная клякса. Скорпиус медленно поставил перо в чернильницу и поднял на нее взгляд. Снова тот самый взгляд, который она ненавидела больше всего.       — Успела соскучиться? — фыркнул Малфой, откидываясь на спинку своего кресла.       — Да, — кивнула Роза, сама не понимая, зачем играет с огнем. — По Доминик.       — Чего? — поднял бровь Малфой.       Роза села напротив него и рассказала про похищение кузины, а также своем убеждении, что она слишком полезна для них, чтобы издеваться над ней как над Хьюго или Лили.       — Селвин тебе ничего не скажет, — рассмеялся Малфой. — Даже если ты встаешь перед ним на колени и отсосешь ему.       — Конечно нет, он же не ты, — Роза сверкнула глазами, получая свирепый взгляд в ответ. — Но мне уже удалось один раз играючи добиться от него информации, что Билл и Флер хотя бы живы.       — Не думаю, что он найдет время на тебя, — хмыкнул Малфой. — Да и тебе скоро будет не до твоей кузины.       — Это еще почему? — напряглась Роза.       — Завтра будут нападения, — сказал Малфой. — Всей Британии будет завтра и ближайшие дни дело только до них.       Роза сглотнула. Да, ей казалось странным это затишье, но все же она смела надеяться, что Яксли и правда переключился полностью на другие методы борьбы. Но нет, она ошиблась.       — Почему ты решил рассказать Гарри? — спросила Роза. — Ты же говорил, что если Яксли узнает о твоем провале на задании… Ты не слишком даешь ему повод? Ведь если он проиграет сражение, он может использовать…       — Он уже будет использовать, — перебил ее Скорпиус. — Три группы завтра получат три разных артефакта, в том числе и тот, что привез я. В моих интересах не дать ему показать, что это зелье работает так, что способно положить разом всех противников. Если бы нападения были внезапными, мои ребята разгромили бы этих поттеровских любителей за считанные секунды, и я не преувеличиваю.       — В этом есть смысл… — тут же задумалась Роза.       — Я в курсе, — холодно заметил Малфой. — Тебе лучше поспать, завтра у тебя точно тяжелый день.       — Хорошо, — сглотнула Роза. — Спокойной ночи.       Роза двинулась к выходу из кабинета, снова размышляя над тем, как все быстро меняется в этом мире.       — Роза, — Малфой окликнул ее, когда она вышла в коридор.       — Да? — Роза обернулась и завороженно посмотрела на Скорпиуса.       — Было бы славно, если бы Альбус не присутствовал ни на одном из сражений, — тихо, но очень отчетливо проговорил Скорпиус. — Дельфи в этот раз настроена очень серьезно.       Розе удалось лишь кивнуть.       Она набрала себе горячую ванную с пеной и успокаивающими запахами. Скорпиус прав, что завтра ей предстоит сложный день. Но даже такие вспомогательные и расслабляющие методы не помогали ей выкинуть из головы его слов.       Во-первых, у них был призрачный шанс, что Яксли разочаруется в своем новом зелье, а не в Скорпиусе. Во-вторых, она понятия не имела, как можно отвлечь Альбуса от сражения, это просто невозможно. Ну и в-третьих, ей было безумно страшно в ожидании завтрашнего дня.       — Доброе утро, — поздоровалась Роза, когда с утра спустилась на завтрак, где на своем месте уже сидел Малфой.       Он так спокойно ел, а у Розы кусок в горло не лез, хотя она и пыталась в себя что-то запихнуть, чтобы бодроперцовое зелье было не на голодный желудок, ведь сегодня ей нужно быть собранной.       — Как ты можешь так спокойно есть, зная, что ты… что тебе сегодня, возможно, придется убить? — поджала губы Роза.       Скорпиус ничего не ответил, продолжая мазать поджаренный тост маслом. Больше она у него ничего не спрашивала. Ее мутило лишь от одной мысли, что это может быть их последняя встреча.       — Скорпиус, пожалуйста, будь осторожен, — прошептала Роза, поправляя ему его боевую мантию, которую уже столько раз видела в крови. — Я не хочу потерять тебя.       Ей хотелось его обнять и нежно поцеловать, но Малфой развернулся и резко направился прочь из дома, трансгрессируя возле калитки, а Роза почувствовала, как по ее щеке скатилась одинокая слезинка.       Немного успокоившись и настроив себя морально на тяжелый день, Роза пришла в Мунго. Уже по традиции она отправилась к дедушке, а потом и к брату, который начал идти на поправку. У последнего ее ждал неожиданный сюрприз.       Рядом с Хьюго сидел Альбус и что-то у него спрашивал с сосредоточенным видом.       — Альбус? — удивленно подняла брови Роза. — Ты что тут делаешь?       — Нельзя кузена проведать? — хмыкнул Поттер.       — Это может быть опасно, — покачала головой Роза. — После того, что случилось со всеми нашими близкими… И вообще, часы посещения только вечером. Как ты сюда попал?       Ну да, глупый вопрос, мантия-невидимка тут же бросилась в глаза.       — Роза, можешь оставить нас? — попросил Хьюго.       Роза удивленно перевела взгляд с Альбуса на брата. Что они обсуждают? Альбус же не додумался втянуть раненного Хьюго в какие-то свои аферы? Не нравилось ей все это. Но мальчики застали ее врасплох, что она лишь кивнула и вышла.       Конечно, Поттер не дурак. Он наложил заглушку. Роза ничего не могла услышать.       Роза села на скамью в коридоре рядом с палатой и принялась ждать. Хотя, в чем смысл, если Альбус ей все равно ничего не расскажет? Да и Хьюго пытать бессмысленно.       Плавно ее мысли перетекли к Скорпиусу и его просьбе. Не пускать Ала на поле боя. Розе приходила в голову мысль, что Гарри может не сказать ничего своему сыну, ведь она его предупреждала напрямую об опасности, которая может грозить Альбусу, но перестраховаться не помешает.       У нее был всего один вариант, как можно отвлечь Альбуса.       — Кристина, — Роза диктовала сообщение своей вариации Патронуса. — Срочно приди на этаж травм от заклинаний.       Плишкова была у нее через минуту.       — Что случилось? — чуть запыхавшимся голосом произнесла чешка.       — У меня к тебе сегодня ответственное задание, — сказала Роза. — Оно не совсем по работе, это скорее моя личная просьба, поэтому даю тебе сегодня выходной.       — Я не понимаю, — покачала головой Кристина.       — Ты же хотела познакомиться с кем-нибудь? — спросила Роза, а Плишкова тут же закивала. — Вот, сегодня у тебя есть потрясающий шанс. И не с кем-нибудь, а с самим Альбусом Поттером. Будешь сестре хвастаться, что она одного Поттера знает, а ты второго.       — И что же мне нужно с ним делать? — нахмурилась Кристина, явно ожидая какого-то подвоха от этого задания. — Если бы ты просто меня хотела познакомить со своим кузеном, то позвала бы домой.       Да, Кристину не проведешь. Роза это давно поняла. Но все еще не поняла, за кого же эта девушка, поэтому приняла тактику полуправды в общении с ней. Она всегда говорила ей правду, но очень много чего не договаривала. Так стоит поступить и сейчас.       — Альбус сейчас у Хьюго, они меня выгнали оба, что-то обсуждают, — пояснила Роза. — Я боюсь, что Ал куда-то втянет брата, а с его состоянием любое дело, даже поход в магазин, может быть опасным. Более того, меня Гарри сегодня просил отвлечь Альбуса на весь день, но он со мной никуда не пойдет. А вот если его пригласит красивая девушка выпить кофе и прогуляться…       — Как ты себе это представляешь? — фыркнула Кристина. — Он же Поттер. Много к нему таких фанаток на улицах подходит? Я для него никто. Если бы ты нас представила… Он же не идиот, надеюсь.       — Я тебе и не говорю, что ты должна сразу тащить его на свидания, — закатила глаза Роза. — Зайди сейчас в палату, вроде того, чтобы проверить Хьюго. Кажется, ему как раз пора менять повязку. Я предупрежу целителей, что попросила тебя в качестве твоего задания на практике. Не думаю, что они при тебе будут что-то обсуждать, Альбус скорее начнет извиняться, что пришел не в приемные часы и засобирается. Ты спроси, кем он ему приходится, а затем попроси остаться под предлогом, что тебе надо рассказать о дальнейшем лечении дома.       — И он сразу согласится прогулять со мной весь день? — фыркнула Кристина.       — Ну, скажи, что ты как раз заканчиваешь смену и вы могли бы выпить кофе, где ты расскажешь динамику лечения, — предлагала варианты Роза. — А там уже флирт, разговоры о себе и прочее.       Да, так она сможет убить двух зайцев. Потом можно будет спросить у Ала, что ему рассказала о себе Кристина. Вдруг версии будут отличаться. Хотя, конечно, Плишкова не дура, поймет, что они если не специально, то просто в одном из разговоров на семейном вечере могут заговорить о ней, поэтому здесь версии точно будут похожие, а вот в деталях можно будет покопаться.       — Ладно, я попробую, но ничего не обещаю, — сказала Кристина.       Кажется, у Плишковой все получилось, потому что Роза издалека видела, как спустя пятнадцать минут Кристина и Альбус вышли из палаты, о чем-то разговаривая, а Кристина с Алом явно флиртовала.       Роза вернулась в свой кабинет и посмотрела на часы. До нападений осталось четыре часа. Ей было страшно.       Чтобы хоть как-то отвлечься, Роза пошла в лабораторию. Кристина прекрасно справлялась с поддержанием стандарта запасов больницы, поэтому Роза занималась более сложными разработками. Вот и сейчас она снова принялась за анализ того самого транквилизатора, ведь они с Кристиной так и не сумели дойти до его начальной формулы путем разложения компонентов от обратного.       — На каком же основании вы это сделали… — взвыла Роза, когда в очередной раз потерпела неудачу.       Если Кристина не вернулась, то скорее всего ей удалось отвлечь Альбуса. Роза тоже надеялась на ответный интерес кузена. Нет, не как к девушке. Хотя она была бы не против, если бы Ал поменял Багиру на Кристину, ей точно было бы спокойнее. Альбус сейчас подозревает каждого, а тут девушка, работающая в Мунго, полном людей Яксли и Булстроуда, которая им интересуется. Сражение может подождать. Здесь можно найти более пикантную и важную информацию на будущее.       Во всяком случае, нападения уже должны идти как час. Но новых поступлений в больнице все еще нет. Роза даже прислушивалась к рунам. Снова ничего. Вряд ли Малфой снова употребил этот порошок, точно не перед сражением. Может, он в нем не участвует напрямую? Слишком тихо. Может, Яксли узнал, что мракоборцы готовы к атаке и все отменил? Ну, тогда Малфою досталось бы за утечку. Даже если не его обвинять лично, все равно он главный, значит, он не проследил за своими подопечными, кто-то их предал.       Вдруг раздался вой сирены на всю больницу. Если вызывают не ее лично посредством сообщения, а всеобщая мобилизация больницы, то дело плохо. Роза схватила сумку с зельями первой неотложной помощи и побежала в приемное отделение.       — Что случилось? — Роза ворвалась в большую и единую палату приемного отделения, но тут же замерла.       Ее звонкий голос буквально разрезал воздух. Все целители больницы стояли посреди комнаты и молчали. Роза поняла почему.       Помогать было некому. Зелья, которые лежат в ее сумочке тут не помогут. Здесь уже ничто не поможет.       Трупы. Все приемное отделение было заполнено трупами. Их было около пятидесяти.       — Что случилось? — спросила Роза, сглатывая.       Она была целителем, видела смерть и не боялась мертвых тел. Но сейчас ситуация была иная. Она никогда не находилась в помещении, в котором мертвых людей было в пять раз больше, чем живых.       — Мы получили стандартные сообщения о боевых стычках и направились на места, — сказал один из целителей. — Вот только спасать было уже некого.       Роза медленно двинулась в ряд, смотря на застывшие лица людей, в чьих глазах еще не успел померкнуть тот ужас, который они испытали перед смертью. Роза замерла возле одного из трупов. Это был Фредерик.       Лицо пусть бывшего, но все же друга, начало плыть перед глазами из-за накапливающихся в них слез. Она так не хотела. Она этого не хотела…       Но ей надо взять себя в руки. Она имеет права оплакать близкого человека дома, а сейчас она на работе. Первый раз на всю историю войны им уже доставили трупы, а не смертельно раненых, которые потом тоже умирали, в муках и на руках целителей, но они все же пытались бороться за их жизни. Ступор всех целителей сейчас был понятен. Они были бесполезны.       — Как они умерли? — спросила Роза.       Не дожидаясь ответа, Роза создала заклинание.       Крови и других ран не было. Значит, вероятнее всего это было убивающее проклятие. Сколько же тогда должно было быть оппозиционеров, что им так просто удалось убить каждого из присутствующих тут?       Вот только ее первое предположение тут же разбилось вдребезги. Авада убивала не только тело человека, но и все живое в нем, оно буквально лишало тело магии, отчего в посмертной диагностике целителю это было не только отчетливо видно по диаграмме, но еще и магически ощущалось, такой некой отдачей, словно кричишь в колодец, а эхо не возвращается. Тут все было иначе. Розу буквально отбросило магической волной. Она упала на пол, теперь понимая, почему целители были такие озадаченные.       — Вот и мы не знаем, что это такое, — сказал один из целителей. — Их убило взрывной волной магии, они просто не выдержали такой ее концентрации. Но кто и как? Я не знаю ни одного волшебника, который мог бы это выдержать, это просто невозможно.       Нет, Роза знала волшебника, да и не одного, который может испытывать колоссальные магические перегрузки. Яксли сильно укрепил зельем с кровью единорога себя и свою магию. Амбридж была целым феноменом, на которую магия действовала не так, как на других. Да и Скорпиус был совсем не обычный случай, благодаря сгустку он любое заклинание создавал сильнее минимум в два раза. Но еще Роза знала, что это был не один человек, Скорпиус рассказывал о целой армии, которая пойдет сегодня на сражение, значит, они что-то использовали.       — Что мы будем делать? — спросила Роза.       — Мы думали оставить их тут на пару дней под стазисом, — проговорил заведующий отделения по травмам от заклинаний. — Все же они мертвы, магия не циркулирует в их крови, хотя и присутствует, значит, рано или поздно эта энергетика должна ослабнуть и мы отдалено сможем понять, что это такое.       — Если в этом вообще есть смысл, — проговорил его коллега. — Нам не важно, из чего оно состоит, смерть наступила от концентрации, даже если заклинание подножки нанести с такой силой, смерть от энергии гарантирована.       Роза невольно вспомнила о транквилизаторе. Снова связь зелий и заклинаний. Кажется, Малфою очень повезло, что его сильный организм справился с такой дозировкой. Что, если его хотели этим убить? Сгусток принял на себя основной удар…       — Согласна, вернемся сюда через пару дней, — сказала Роза.       Они покинули эту страшную комнату, которую все ближайшие пару дней будут обходить стороной. Роза вспомнила, как именно сюда доставили близнецов из Хогвартса, когда она допустила ошибку, и они потеряли одного из них. Тогда ей казалось, что ничего хуже не может случиться в этом помещении. Тогда она еще не знала, что может              Роза вернулась домой, как только кончилась ее смена. Она съехала в коридоре по стене и дала волю слезам. Фредерик…       В доме горел свет, значит, Скорпиус был дома. Но он не вышел к ней. Немного успокоившись, Роза направилась в свою комнату, отмечая, что Скорпиус тоже у себя.       Зная, что самостоятельно не сможет уснуть, Роза приняла зелье для сна, надеясь, что завтрашней день будет хотя бы немного лучше.       — Доброе утро, — поздоровался Скорпиус, когда Роза спустилась на завтрак, перед этим простояв в душе около получаса, но даже вода не смывала с нее вчерашний день, этот зал с трупами во главе с Фредди был отчетлив как никогда.       Роза ничего не ответила, лишь села на свое место и взяла с тарелки вареное яйцо, принявшись его чистить, это ее успокаивало.       — Что вы вчера использовали? — спросила Роза, поднимая свой взгляд на Малфоя. — Как вы их убили?       Но в этот раз Малфой не собирался с ней говорить. Он лишь медленно потягивал кофе из своей чашки. Роза фыркнула.       Она потянулась к газете, которая лежала в середине стола и взяла ее в руки. Брови поползли наверх. На первой полосе не было ничего о том, что случилось вчера.       На обложке был Берк с красноречивой фразой: «Мы справляемся, однако прошлое правительство оставило за собой слишком многое, что нужно исправлять, поэтому моей команде потребуется больше времени, чем мы ожидали».       — Какого черта… — прошептала Роза, быстро перелистывая на третью страницу, где редакторы обещали продолжение этой статьи.              Вчера мы с новым Министром Магии Гербертом Берком посетили школу Чародейства и Волшебства Хогвартс.       — Школа находится в сильном упадке, — комментировал мистер Берк, когда мы шли по коридорам школы. — Я был в ужасе, когда увидел, что государственная казна перестала отчислять деньги в школу три года назад.       — Но мы имеем информацию, что около двух лет назад школе были поставлены некоторые новые материалы, — допытывалась журналистка. — Заместитель Министра Кингсли миссис Грейнджер отчитывалась прессе в ежегодном отчете.       — Да, Вы правы, что кое-что для школы было куплено, а также погашены задолженности по зарплатам, но это было сделано не из государственной казны, а частным спонсором, — прокомментировал Берк. — Не думаю, что стоит разглашать имя, раз он пожелал остаться анонимным. Разумеется, существует попечительский совет и школе всегда помогали и будут помогать частные лица, но на взгляд моей команды основное финансирование школы должно быть из государственного бюджета. Нынешний директор до сих пор оплачивал работу преподавателей из собственных средств и средств попечителей, но уже со следующего месяца зарплата преподавателям вернется в прежнее русло и будет платиться из средств государства, так как мы будем работать и над финансами.       Кроме школы мы, разумеется, не могли спросить о больнице, которую долгое время поддерживал мистер Берк самостоятельно.       — С больницей ситуация сложнее, так как здесь все ограничивается не только деньгами, чьи расходы редко бывают фиксированы, в отличие от зарплат учителей, но и связями, — пояснил Берк. — К сожалению, мои предшественники оставили мне очень плачевное положение страны и на международной арене, что не каждая заграничная лаборатория готова к долгосрочным контрактам, но мы работаем и в этой сфере.       На наш взгляд, мистер Герберт Берк прекрасно справляется со своей должностью Министра на начальном этапе, а мы будем пристально следить за его успехами и неудачами в качестве главы нашего государства.              Роза в шоке отложила от себя статью, предварительно долистав газету до самой последней страницы. Ни одного слова о том, что приемное отделение Мунго переполнено трупами. И Роза не понимала, это все так тихо удалось сделать оппозиции (ведь и правда, сражения как такового и не было, а Гарри использовал свою неофициальную команду, поэтому даже если «Пророк» и был бы независимой газетой, он все равно не смог бы рассказать свою правду, да и Булстроуд не дурак подставлять себя), либо же «Пророк» знает о том, что произошло вчера, но в угоду Яксли замалчивает правду.       — Связка зелий и рун, — вдруг подал голос Малфой.       — Что? — моргнула Роза, откладывая от себя газету и поднимая взгляд на Скорпиуса.       — Ты спросила, что вчера было использовано, — пояснил Малфой. — Это мой ответ.       Роза ничего не соображала, поэтому просто молча ждала нормальных пояснений, она устала от этих загадок.       — Зелье, которое я привез… — тяжело вздохнул Скорпиус. — Это сильнейший усилитель магии.       — И как оно действует? — Роза подалась вперед.       — Смотря, чего ты хочешь добиться и какую дозировку используешь, — сказал Малфой. — Если дать его кому-то в большом количестве, то смерть последует примерно в тех же временных рамках, как и с выпитым напитком Живой смерти. Чтобы это зелье работало не во вред, а в плюс, была разработана специальная рунная цепочка, которая защищает тебя от такого воздействия магии, но при этом дает тебе эту силу, что обычная обезоруживающая атака может снести на своем пути деревья с корнем, а не только палочку из рук. Вот только сдерживающие руны нам использовать даже не понадобилось.       Роза переваривала услышанное. Вот как были убиты все эти люди. Мощный поток энергии.       — Амбридж, — догадалась Роза. — Зелье подействовало на нее только в положительном ключе, не причинив ей никакого вреда!       Скорпиус уныло кивнул.       — Рунную цепочку для этого зелья делал наш общий знакомый, — усмехнулся Скорпиус. — Я попросил сделать там одну незначительную ошибку, которой бы хватило, чтобы зелье убило всех моих бойцов, а Яксли бы разочаровался в этой разработке. Но он мне в последний момент приказал применить весь флакон на Амбридж. Я нанес на нее руну, но ей и без руны вовсе было бы нормально. Она и правда феномен. В добавок ко всему, Яксли остался очень доволен разработкой и дал добро на поставки, о которых я не договорился.       Как все было плохо…       — Скорпиус, можно задать вопрос? — спросила Роза.       — Попробуй, — пожал плечами Малфой.       — Когда-то давно я видела у тебя карту с пометками, сделанные твоим почерком, — осторожно начала Роза. — Там было семь мест. Я сначала думала о нападениях, но там был дом Принца. Это было бы странно. Но когда в доме Принца я потом обнаружила философский камень… Я поняла, что это не места нападений, а места, требующие особой защиты.       Кажется, она зря это сказала. Она видела, как у Скорпиуса глаза загорелись недобрым огнем. Он ненавидел, когда она без его одобрения лезла в его дела.       — Не думаю, что они сейчас ему нужны настолько, как в самом начале войны, — сдержано сказал Малфой. — Сейчас у него появилось много других и менее очевидных альтернатив, хотя бы это зелье.       — Я просто хотела понять, что это за артефакты, — пояснила свое любопытство Роза. — Он ведь их может использовать совсем иначе, а не как они были задуманы создателями, нам нужно их искать.       — Я тебе уже раз говорил, что Яксли поступает очень грамотно и не дает сразу всем информацию обо всем, — покачал головой Малфой. — Я знаю наверняка лишь об одном. Это зеркало Еиналеж. Оно находится в Хогвартсе, очевидно.       — Подожди, — у Розы что-то не сходилось. — Я думала, что в Хогвартсе что-то спрятано в лесу. На нем была мощная защита. Да и дети туда ходили.       — Может, в лесу тоже что-то спрятано, может, это была обманка, но я знаю лишь об одном артефакте из семи, — сказал Скорпиус. — Видимо, Селвин владел информацией о философском камне.       — Нам нужно найти все эти артефакты! — воодушевленно сказала Роза. — Только так мы сможем хотя бы немного уровнять силы. Да, мы не знаем, что это такое, но ты знаешь местоположение. Нам нужно…       — Нет, — отрезал Малфой. — Нам, а тем более тебе, это совсем не нужно. Такого Яксли не простит. Да и у каждого артефакта не только защищенное место, но и есть хранитель, а может даже не один. Если ты проберешься в Хогвартс и найдешь зеркало, ты не сможешь унести его. Хранитель сразу узнает об этом и через секунду будет рядом.       Черт, засада.       — Разумеется, ты права, что касается их уничтожения или присваивания другой стороне, но это стоит делать, если Яксли станет уязвим, а сейчас он силен, как никогда, — сказал Малфой.       Вдруг в гостиной послышался какой-то грохот, а затем уверенные и быстрые шаги, которые приближались к столовой.       — Мистер Берк? — удивилась Роза.       — Доброе утро, — кивнул ей Берк. — Скорпиус, у меня очень мало времени, поэтому предлагаю все сделать быстро.       — Да, конечно, пройдемте в мой кабинет, — кивнул Малфой.       Мужчины удалились, оставляя Розу в одиночестве и полном недопонимании. О чем они хотят говорить? Скорпиус все же решился попросить защиты у Берка касательно незаключенного им контракта?       Как только стихли их шаги и разговоры о погоде на лестнице, Роза осталась сидеть в звенящей тишине. Если она останется тут, расскажет ли ей Скорпиус, о чем они разговаривали? Если она пойдет и подслушает их разговор, разозлится ли Малфой и посмотрит в пергамент?       Разумеется, первый вариант был более безобидный. Но она бы не носила эту фамилию, если бы не выбрала второй. Ей нужно знать наверняка, о чем они говорят.       Роза поднялась со своего места, отбрасывая салфетку на стол и решительным шагом направилась к лестнице. На секунду помедлив перед ступеньками, Роза скинула с ног балетки, чтобы шаг был не такой шумный. Оставалось надеяться, что Скорпиус и правда ей верит и не рассчитывал, что она будет подслушивать, поэтому не наложил защитных чар от любопытных рыжих девушек.       Да, чем ближе подходила Роза к кабинету, тем отчетливее слышались их голоса.       — Ага, вот здесь подпись и здесь, — говорил Берк, а в кабинете слышался шелест каких-то бумаг.       Роза замерла. Что они подписывают? Он же ей ничего не скажет… Что, если это что-то опасное? Почему Розе на ум пришло завещание? Хотелось тут же ворваться в кабинет, закричать и отобрать все эти бумаги, учитывая тот факт, что после выборов доверие к Берку у нее немного пошатнулось. Но с другой стороны, она не верила, что Берк может подставить Скорпиуса, который ему как сын, кого угодно — ее, Гермиону, Яксли, но только не Скорпиуса, ему он не навредит.       — Ты уверен, что Люциус не узнает об этом? — спросил Берк, когда, наконец, шелестение пергамента прекратилось. — Конечно, для вашей семьи это не деньги, но не зря говорят, что кнат сикль бережет, а самые богатые люди на земле самые бережливые.       — Не узнает, потому что эти деньги находятся в моей личной ячейке, — ответил Скорпиус. — Это правило в нашу семью как раз и ввел дед, решив создать каждому члену семьи в банке личный счет, куда каждый месяц поступает определенная сумма из общего. В целом, идея здравая, так как не стоит каждый раз из-за траты в пару галеонов в книжном магазине давать вспоминать гоблинам о том, сколько на самом деле у нас в ячейке денег. А с точки зрения главы рода ему удобнее следить за расходами, да, ты теряешь контроль над тем, куда поступают эти деньги, но ты уверен, что общая сумма в главной ячейке сохранна. Насколько я знаю, после того, как дед вышел из Азакабана, он вызывал гоблина домой и приостановил финансирование личной ячейки отца. Впрочем, мне все равно, на что он живет.       — Ладно, звучит безопасно, — кажется, Берк в чем-то сомневался, и не удивительно, куда бы они не тратили эти деньги, судя из разговора было очевидно, что эти средства идут против Яксли, а если Люциус узнает об этом, то родного внука, как и сына, он не пощадит.       Послышались уверенные шаги Берка к двери, и Роза уже хотела приняться бежать до ближайшего угла коридора, чтобы ее не заметили за подслушиванием, как Скорпиус остановил Берка одним вопросом.       — Ты видел, да? — спросил Малфой.       — Ты о чем? — Берк повернулся на каблуках.       — Об этом зелье, — пояснил Малфой. — Он бы не показал его Селвину, а сам едва ли бы поменял мое решение.       — Да, я видел его, — кивнул Берк. — Только про Амбридж он догадался сам.       — Это был идеальный план уничтожить половину нашей армии, — тяжело вздохнул Скорпиус. — И виноваты были бы русские…       Роза понимала, что Берк спешит, да и ему нечего говорить в свое оправдание. Скорпиус его задержит максимум на пару минут своей просьбой защитить его перед Яксли, когда до того дойдет информация о неподписанном договоре. Поэтому Роза так же тихо спустилась по лестнице, как и поднялась, надела балетки и села на диван в гостиной, ожидая, когда эти двое спустятся вниз.       — Роза, — сказал Берк, когда спустя две минуты они и правда оказались в гостиной. — Как твой брат?       — Идет на поправку, — ответила Роза. — Почему Вы его доставили в Мунго, а не домой, как это было с Лили?       — Дело в том, что я был не в курсе этой операции, но как Министр Магии я был бы обязан прибыть на это происшествие, — начал пояснять Берк. — Если у маглов случается что-то подобное, то мы должны убедиться, что это устроил не кто-то из нашего общества. Легче это сделать на месте, так как встречи с магловским премьером на Даунинг стрит у меня тоже регулярные. Легче убрать все следы или засечь их, когда они еще свежие. По счастливой случайности накануне происшествия я услышал, что готовится, на кого и в каком масштабе. Твоего брата хотели забрать в плен для шантажа твоей матери. К сожалению, я никак не мог отменить эту операцию или повлиять на нее. Мне удалось лишь очень быстро прибыть на место происшествия и, как Министру, осмотреть территорию и доставить раненых волшебников в больницу. Мне показалось, что это лучше, чем то, что с ним бы сделали. Из Мунго его будет не так-то просто украсть.       Роза кивнула. Да, Берк сделал все возможное, чтобы и помочь Хьюго, и не выдать себя, действуя строго по министерскому протоколу чрезвычайных ситуаций. Ей давно пора смириться и не ждать чуда, что их ждет волшебное спасение, пора принимать ситуацию такой, какая она есть, и радоваться тому, что все не настолько плохо, как могло бы быть.       — Спасибо, — тихо сказала Роза.       Берк кивнул и направился к камину, но Роза его снова окликнула.       — Мистер Берк, Вы видели, что творится в приемном отделении в Мунго? — спросила Роза, видя, как Скорпиус напрягся.       — Нет, но могу представить, так как мне довелось видеть эту разработку, — спокойно сказал Герберт.       — Почему об этом нет в газете? — возмущалась Роза. — Какой-то обзор школы и обсуждение прошлого правительства, когда…       — А ты бы хотела, чтобы люди, которые верили мне, так быстро во мне разочаровались и в стране снова воцарился хаос? — поднял одну бровь Берк, спокойно реагируя на ее выпад.       — Нет, но… — начала Роза, но Берк ее перебил.       — Кого во время беременности спасают в приоритете — мать или ребенка? — задал ей вопрос Берк.       — Мать, — на автомате как на экзамене ответила Роза.       — Именно, и ты прекрасно знаешь почему, — кивнул Берк. — Я прекрасно понимаю твои чувства, как человек, но как политик и целитель… Они трупы, Роза, просто тела. Нам надо думать о живых.       — Наверное, — сглотнула Роза, у которой снова образовался ком в горле, стоило ей вспомнить бездыханное тело Фредерика.       — Можешь не волноваться, тела будут в частном порядке переданы семьям и захоронены, утилизации трупов не будет, — пообещал ей Берк. — Извините, но мне пора.       Он вошел в камин и исчез на их глазах, а Роза повернулась к Скорпиусу, требовательно смотря на него.       — Зачем он к тебе приходил? — спросила она.       — По делу, — отрезал Малфой.       — Малфой, — выдохнула Роза. — Мы снова возвращаемся к тому, с чего начинали. Как мы можем бороться против Яксли и этой системы, если мы сами не за одно? Почему ты не можешь понять, что нам надо доверять?       — Не путай понятия, Роза, — сказал Скорпиус. — Если тебя поймают и поймут, что ты ничего не знаешь, то тебя отпустят, в противном же случае ты будешь отвечать за мои ошибки.       — А ты смотри на это с другой стороны, — сказала Роза. — Если поймают тебя, и я буду знать за что, то я смогу тебя спасти. Для этого мы занимались окклюменцией. Чтобы знать в безопасной манере…       — Ага, именно поэтому твоя встреча с Дельфи прошла так успешно, — фыркнул Малфой. — Даже интересно, почему ты, выбирая между Дельфи и Селвином, зная, что не успеешь спрятать обоих, выбрала прятать второго, для меня это до сих пор загадка.       — Скорпиус, пожалуйста, не начинай… — Роза чувствовала, как начинает заводиться.       Скорпиус поджал губы и изучающе смотрел на нее.       — Это касается кое-какого финансирование, за которое я взялся в частном порядке, — уклончиво сказал Скорпиус. — Если все пойдет удачно, то скорее всего будет статья, а раз ты такая умная ведьма, то сможешь сопоставить факты и самостоятельно понять, что к чему.       Малфой направился к лестнице и, пройдя по ней три ступеньки, повернулся.       — Мы сегодня с тобой идем в Василиск, — сказал он таким тоном, что возражения не принимаются. — Давно нас не видели, пора отметиться.       Роза лишь кивнула.       Она опоздала на работу на целый час, потому что не могла настроиться, не хотела снова видеть трупы, которые сегодня предстояло не только созерцать, но и пытаться исследовать. Пусть в отличие от других целителей она знала, что это было, но все же собиралась участвовать в общем деле. В конце концов, скорее всего именно ей придется варить это зелье для Яксли, чтобы тот ничего не сделал Скорпиусу за невыполнение поручения, поэтому любая информация ей будет полезна.       Роза зашла в свой кабинет, накинула халат и хотела было направиться в приемное отделение, как ее окликнула Кристина.       — Ничего не хочешь мне рассказать? — тробовательно спросила Плишкова таким тоном, какой себе никогда с ней не позволяла, будучи всегда доброй и дружелюбной.       — Ты о чем? — не поняла Роза. — А, о том, что случилось вчера в приемном в твое отсутствие…       — И об этом тоже, — кивнула Кристина, вставая с дивана и складывая руки в замочек на груди. — Но больше всего меня интересует, откуда ты знала, что эти убийства произойдут?