73. Новая боль

      Роза ступила на три метра дальше калитки. Вокруг было тихо и пусто. Она сжимала палочку в руке, готовясь отразить атаку, но на нее никто не нападал.       Первой мыслью, которая родилась у нее после отступления легкой паники, была мантия-невидимка. Альбус уже предпринимал попытки, как и Роксана. Может, сейчас все так тихо, потому что он убедился в том, в чем хотел. Она вышла оттуда, где был надежно защищенный дом Малфоя. Здесь просто не может быть никаких иных оправданий в отличие от клуба, вывод напрашивался сам собой: если они и не живут вместе, то точно общаются и достаточно тесно, раз Скорпиус открыл ей доступ.       Но когда паника отступала и на этот счет, появлялись новые аргументы, почему это не Альбус, а если даже и он, то он точно бы показался перед ней или отправил бы Патронус, чтобы поговорить в более надежном месте. Альбус сейчас занят другими семью точками на карте, чтобы тратить свое драгоценное время и появляться здесь. Нет, он бы точно не стал сюда приходить, да и Чарли не стал бы так на него реагировать, пес на удивление отлично чувствовал, когда ей желают зла, а этот лай не был похож на защитный, скорее, наоборот, Чарли будто бы хотел ей что-то показать.       — Чарли, — позвала собаку Роза, открывая калитку, ведь когда она вышла за пределы дома сама, то велела сидеть псу тихо. — Ну и кого ты тут хотел мне показать?       Чарли, совсем не обращая на нее внимания, бросился к кромке леса. Он резко затормозил и стал лаять. Роза снова крепко сжала палочку и пошла за Чарли.       Но стоило ей подойти к тому месту, как пес резко развернулся и побежал в противоположную сторону, начав лаять.       У Розы сердце ушло в пятки. Вдруг, она окружена? Сейчас выйдут Селвин, Дельфи, Яксли, Шафик, Булстроуд и нападут на нее. Может, на Скорпиуса уже напали. Он ее не защитит, он готовил ее к этому своими тренировками, но она так ничему не научилась.       — Чарли, — осторожно позвала собаку Роза, осматриваясь по сторонам. — Кто там?       Пес снова дернулся в другую сторону.       Роза не двигалась и наблюдала за его хаотичными движениями.       Чарли хорошо знал свою хозяйку, но и Роза хорошо знала своего питомца. Когда ей удалось справиться с собственными эмоциями и страхом, она присмотрелась к поведению своего пса. Он не был напуган. Наоборот. Он игрался с кем-то.       — Чарли, — в который раз попыталась отвлечь собаку Роза. — Кого ты там видишь?       Но Чарли прижался к земле, а потом побежал в другую сторону, словно кто-то невидимый кинул ему такой же невидимый мячик. Роза с ужасом наблюдала за этой картиной. Со стороны такое поведение собаки было очень пугающим и ненормальным. Чарли снова пригнулся и начал лаять, виляя хвостом, словно кто-то пытался отобрать у него этот мячик. Роза слышала, что животные могут видеть намного больше чем люди, но Розу совсем не успокаивал тот факт, что возле их дома бродит нечто, непонятное ей.       — Чарли, пожалуйста, прекрати, — взмолилась Роза. — Ты меня пугаешь, пошли домой.       Но пес ее будто не слышал и домой не собирался. Однако лаять все же перестал. Сейчас он подбежал к могиле Лоркана, положил морду на землю, только хвостик остался довольно мотаться из стороны в сторону. Роза подошла к могиле и села ядом с Чарли, начиная его чесать за ушком. Ему тут весело, а у Розы в этом месте всегда тяжесть на душе.       — Привет, Лоркан, — поздоровалась с другом Роза. — Как у тебя дела?       Роза сделала паузу, вслушиваясь в тишину, словно и правда рассчитывала услышать ответ, но вскоре тишину нарушил лай Чарли.       В кустах раздалось какое-то шевеление, отчего Роза вскочила на ноги и снова сжала палочку.       Через пару секунд к ней вышел Малфой.       — Малфой, что за шутки? — разозлилась Роза. — Зачем ты устроил это представление?       — Какое представление? — нахмурился Скорпиус.       — Ты тут перемещался из стороны в сторону и дразнил Чарли? — спросила Роза.       Чарли вдруг снова залаял, смотря куда-то за спину Малфою, отчего Розе снова стало не по себе.       — Нет, я только что пришел, — Скорпиус тоже обернулся, подозрительно смотря за свою спину.       Да, реакция Скорпиуса была искренней.       — Мы идем в бар? — спросил Малфой, тут же переставая интересоваться нестандартным поведением собаки.       — Да, я собиралась как раз, пока Чарли не попросился на улицу, пришлось выйти с ним, — кивнула Роза.       — Тогда пошли в дом, нечего тут делать, — Скорпиус слегка приобнял ее за плечи и повел к дому.       Чарли не спешил уходить за ними, что Малфою пришлось наколдовать веревку и буквально силой затащить его домой. Псу ничего не оставалось, как подчиниться, Скорпиус и магическая веревка были сильнее него, но Чарли не собирался сдаваться, поэтому сел и скулил возле двери. Роза плюнула на странное поведение питомца и пошла собираться дальше.       Спустя час она была готова. Достаточно откровенное платье — короткое и с вырезом. Плюс алкоголь, должно быть достаточно.       Роза спустилась в зал, где Малфой ждал ее в неформальном виде, но в этих джинсах он был очень сексуален.       — Куда пойдем? — поинтересовалась Роза.       — Туда, где нас никто не найдет даже случайно, — фыркнул Малфой. — Мне достаточно внезапных встреч.       — Это точно, — кивнула Роза. — Я тоже хочу побыть только с тобой, как… раньше.       Они очутились в каком-то магловском пабе где-то в пригороде Кардиффа. Скорпиус заказал бутылку текилы, а затем оградил их защитным куполом. Неужели им сегодня и правда никто не помешает?       — Спрашивай, — сказал Скорпиус, чуть морщась от кислоты лимона. — Все, что хотела.       — Нет, я не так хотела, — Роза отставила от себя пустую рюмку. — Я хотела, чтобы мы хотели друг другу открыться, поэтому я жду, чтобы ты сам рассказал то, что больше всего тебя волнует.       — Ладно, — выдохнул Малфой, вновь наполняя рюмку.       Через пару секунд она была опустошена, а Роза подумала, что напоить его будет не так-то сложно.       — Меня последнее время и правда очень сильно беспокоит… моя особенность, — фыркнул Малфой, наливая себе третью рюмку после этой фразы.       Роза вопросительно уставилась на Скорпиуса. Он сейчас серьезно? Или же пытается отвлечь ее внимание в другую сторону от чего-то наиболее опасного и важного. Впрочем, он ее хорошо знал, у него получилось. В Розе мигом проснулась целительница.       — В чем это проявляется? — серьезно спросила она. — Все как раньше или есть что-то новое?       — В основном, как раньше, — пожал плечами Скорпиус. — Я сдерживаюсь, но чувствую, что эта грань снова близка.       — Ну… — неуверенно протянула Роза. — Я могу тебе предложить как уже проверенный способ, так и модифицированный, а может и вовсе придумать что-то новое, но на это уйдет много времени, а главное не факт, что гарантированно сработает.       Скорпиус кивнул. Кажется, он и правда был в отчаянии и не хотел повторять ни лечение, ни более запущенное состояние, которое было уже сейчас. Ей надо ему помочь. В конце концов, это в ее же интересах. Он перестанет быть таким холодным.       — Думаю, в тот раз мы с Берком выбрали очень удачное место — грудь, а если смотреть глубже, то сердце, — пояснила Роза. — Выбирать другое место… Конечно, можно. Эффект тоже будет. В конце концов, те руны, которые мы нанесли тебе, они не должны переставать работать. В связке с такой же цепочкой будто бы они могут стать сильнее, но… Не знаю, я бы попробовала обновить уже существующие руны. Можно посмотреть?       Скорпиус кивнул и, совсем не смущаясь обстановки (пусть их никто не видел, Роза все равно была бы не настолько смелой, чтобы раздеваться в магловском баре), снял с себя рубашку, оголяя перед ней свой торс.       Так, Роза, сосредоточься. Ты сейчас должна побыть целителем. Как только ты изучишь степь работы, можно перейти к соблазнению.       Впрочем, если она сейчас будет возбуждаться от прикосновений к его телу, он же тоже возбудится?       — Да, кажется, я поняла, почему они тебя перестали защищать, — сказала Роза, стоило ей обвести пальцами каждый из рисунков, которые она так трепетно и боязливо вырезала на его коже. — Только не понятно, это мы с Берком не учли подобное, либо же это твое чертово зелье смогло так повлиять на руны.       — Целители же должны всегда говорить пациентам правду? — усмехнулся Малфой. — Я готов выслушать вердикт.       — По какой-то причине они стали закрываться, иными словами зарастать, — поделилась своими выводами Роза. — Разумеется, магия в них есть, думаю, именно поэтому, ты держишься, а оно развивается не так стремительно. Проклятие цепляется к рунам, но и только, оно не находит выхода, так как руны закрыты. По сути, оно так и остается в тебе.       — Ты хочешь снова вскрыть мне все раны? — обреченно спросил Скорпиус, но умело замаскировал предстоящую боль за усмешкой и шуткой. — Я все больше убеждаюсь, что ты рождена держать плеть в своих руках.       — Прекрати, — поморщилась Роза. — Ты же знаешь, что я хочу тебе от всего сердца помочь.       Скорпиус кивнул. Роза продолжала водить пальцами по его груди, хотя уже не было никакого смысла. Дальнейшие действия были очевидны.       — Когда приступим? — спросил с готовностью Скорпиус.       — Точно не сегодня, так как нужна работа над ошибками, — сказала Роза. — Раз они стянулись один раз, то могут закрываться и второй, а это будет сущее издевательство, если тебе придется из года в год повторять эти порезы. Я создам мазь, которая не даст им больше закрываться, но и не допустит никаких инфекций.       — Сколько на это уйдет времени? — поинтересовался Скорпиус.       — Это не сложная мазь, думаю, сутки, если меня не будут отвлекать, — прикинула Роза.       — Ладно, — Скорпиус тоже что-то просчитал в своей голове.       Роза снова вырисовывала на его груди руны, устраиваясь в его объятиях, что на ее удивление Скорпиус позволил.       — Расскажи мне над какой тактикой ты сейчас работаешь, — попросила Роза, посчитав, что сейчас не лучший момент приставать к нему.       Скорпиус, накручивающий до этого вопроса ее локон на свой палец, замер, отчего ее прядь упала на ее плечо.       — Мы сейчас пробуем кое-что новое, — неохотно сказал он. — Это не прямые нападения. Это даже не особо связано с нападениями и устранениями противников, с сокращением их численности. Сейчас речь идет о практически незаметных проникновениях под защитные заклинания, в маленькие пространства и тому подобное.       Роза начала кусать свою губу, думая, зачем что-то подобное могло понадобится Яксли, но Скорпиус тут же пояснил нынешний курс оппозиции, о котором он был в курсе.       — Разумеется, нападения продолжатся, как и уничтожение этой армии Поттера, тех, кто продолжает бороться за режим твоей матери и поддерживать его, — сказал Скорпиус. — Но Яксли понимает, что просто так ни твою мать, ни Гарри Поттера не достать. Мы работаем над проникновением через Фиделиус. Я пока ничего не буду говорить, но в один момент им всем придется покинуть площадь Гриммо навсегда.       — Но это же невозможно, — нахмурилась Роза. — Чары Фиделиуса, наверное, одни из самых мощных и совершенных. Даже с помощью Круциатуса и Империуса невозможно достать эту информацию. Взломать их можно только если хранитель искренне захочет поделиться этой информацией с врагом. Даже у Волан-де-Морта ничего не вышло. Если бы не Петтигрю, родители Гарри были бы живы.       — В любых чарах можно найти лазейку или создать, — пожал плечами Малфой. — Чары создавались давно, а магия не стоит на месте. Это как с зачарованными ходами в женские спальни в Хогвартсе. По сути вариантов обмануть магию много, вопрос в том, настолько это будет просто, а главное безопасно для исполняющего.       — И какие мысли на этот счет у великого и неподражаемого Яксли? — фыркнула Роза.       — Первым, конечно же, была анимагия, — поведал Скорпиус. — У нас есть парочка анимагов, они часто проходят мимо обычных защитных барьеров, так как животных они не считывают, но чары Фиделиуса они не видят даже в облике животных. Пробная группа делилась своими ощущениями. Кто-то своим животным разумом ощущал, что впереди стена, хотя ее не видел, хотел обойти, кто-то чувствовал опасность от того места, а если кому-то и удавалось проникнуть на саму территорию, где находится этот пробный дом с Фиделиусом для тренировок, то он все равно не видел самого дома, по восприятию это была такая же пустая поляна и не более. Но забавное наблюдение, которое играет не в нашу пользу. Я находился в это время во дворе и не видел ответно никакой птицы. То есть, если анимаг проникнет хотя бы просто на твою территорию, ты тоже не будешь его замечать, а значит, подозревать какую-то опасность. Думаю, что если дом станет видимым, то и проникший объект тоже, но вполне вероятно, что к тому моменту будет уже поздно, никто из нас не ходит дома в туалет с палочкой.       Скорпиус был прав. Если они найдут полноценный способ проникновения, то шансов выжить при нападении нет. Конечно, они будут искать способы предотвращения подобной атаки, но все же Роза надеялась на Скорпиуса, что тот скажет в нужный момент ей или Гарри, когда планируется нападение, чтобы они могли эвакуировать всех жителей дома.       — К сожалению, есть способ, который, на мой взгляд, может сработать, — поморщился Малфой. — Трансфигурационное перемещение.       — Почему? — удивилась Роза. — Фиделиус защищает от любого воздействия и…       — Обычным трансфигурационным перемещением, конечно, это сделать невозможно, но на основе его прототипа можно создать кое-что очень интересное, — тяжело вздохнул Скорпиус. — По сути, в данном типе превращений человек теряет свою физическую оболочку, он становится что-то вроде вне пространства и времени. Возможно, что можно пойти дальше и попробоваться разложить себя на магию, то есть практически лишиться тела, оставляя собой только сгусток магической энергии, стать магией, что чары Фиделиуса смогут пропустить магию, ведь Патронус же проходит. Только сейчас я не представляю, как можно сложить себя обратно после такого расщепления.       Роза тоже не представляла. Это было что-то не из области магии, а фантастики. Но при должных способностях у волшебника (а у Яксли есть такие люди) подобное и правда могло бы получиться.       — Слушай, а ты уверен, что тренировки проходят только на том вашем доме? — поинтересовалась Роза. — Чарли сегодня определенно кого-то чувствовал.       — На моем доме нет чар Фиделиуса, лишь родовая защита, — покачал головой Малфой. — Им не имеет никакого смысла проникать туда.       — Просто то, что происходило сегодня вечером, мне очень не понравилось, нужно будет понаблюдать за Чарли в следующие дни, потому что это ненормально, — выдохнула Роза.       Говорить о делах и проблемах не хотелось в этот вечер. Они сюда пришли, чтобы расслабиться. Заказав еще текилы, Роза и Скорпиус удобно устроились на диванах, чувствуя долгожданное расслабление.       — И меня часто выгоняли в гостиную, чтобы я не шелестела страницами книги, — засмеялась Роза, рассказывая очередную историю своих школьных будней.       Как давно они не разговаривали с Малфоем о чем-то приятном, делились какой-то совсем ненужной информацией, которая на деле была такой полезной и важной. Школьные годы были как никогда наполнены для них жизнью. А так как они совсем не пересекались в те времена, каждому было что вспомнить и рассказать.       — Поэтому я могу назвать гостиную Гриффиндора своим домом куда больше, чем спальню девочек, ведь порой случалось так, что на уютном диване возле камина я спала почти всю ночь, — ностальгически улыбнулась Роза. — Правда, конечно, тесновато, на следующее утро обычно болела спина.       — О да, чувство тесности мне знакомо, собственно, как любому парню, — поморщился Малфой. — Создатели Хогвартса, накладывая чары на женские спальни, явно не думали, что девочки будут ходить за этим в мужские спальни, поэтому не поставили парням большие кровати, ведь спать вдвоем на этом очень неудобно, поэтому я предпочитал секс где угодно, но только не в спальне.       — Потому что школа рассчитана на учебу, а не на дом свиданий, — фыркнула Роза. — И вообще, я не понимаю, как эти девушки могли ночевать с кем-то из парней, ведь там его соседи…       — А защитные заклинания на что? — усмехнулся Скорпиус. — Накладываешь их вокруг своей кровати и всю ночь можешь делать все, что угодно, твои соседи будут спать сном младенца без всяких влажных фантазий, даже не зная, что ты не один.       — Я бы все равно не могла расслабиться, — поежилась Роза. — Когда ты знаешь, что кто-то там есть…       Вдруг Скорпиус резко приблизился к ней, немного пьяным и хитрым взглядом, смотря на нее.       — Посмотри вокруг, — прошептал он, а Роза буквально ловила каждое его слово на выдохе, чувствуя терпкий запах текилы. — Этот паб полон людей, но никто не замечают этот угол, словно его не существует, и уж точно не думают, что здесь какая-то парочка может придаваться такой страсти друг с другом.       Роза сглотнула. Возбуждение нахлынуло на нее. Вперемешку с ним была радость, что ее план сработал. Либо алкоголь, либо ее провокация Малфою сделали свое дело. Но теперь ее одолевал страх. Страх, что все и правда может случиться, здесь, в каком-то пабе, по сути на глазах у всех. Нет, она не была готова к такому, им нужно домой, чтобы продолжить там.       — Что, неужели тебе не все равно на этих людей, если я сделаю так? — Скорпиус примкнул губами к ее шее, начиная нежно посасывать кожу.       Роза чувствовала, как узел внизу живота начинает все туже завязываться. В этот момент ей и правда было плевать, что их от других посетителей отделяет лишь защитный магический барьер. Даже если бы он пал в самый неподходящий момент и их бы все увидели, ей было бы все равно, ведь в этот момент кроме нее и Скорпиуса никого не существует.       — Видишь? — Малфой отстранился от нее и проговорил таким обычным тоном, словно они пару секунд назад не возбуждали друг друга до безумия. — Тебе было плевать на них.       Опять он отстранился. Опять сдержался. Мерлин, да как он это делает, черт возьми? Нет, она этого так не оставит. Пусть в этом переполненном пабе, но она сегодня не упустит свой шанс.       — Хочешь сказать, что тебя ни разу не спалили? — закусила губу Роза, двигаясь к Малфою, когда тот успел уж отскочить от нее после этого поцелуя на приличное расстояние.       — Когда мне не было этого нужно, то нет, — сглотнул Малфой, который явно пытался отвлечься, но Роза не давала этому возбуждению сойти на нет, прекрасно понимая, что если возбуждена она, то будет возбужден и он, это и была ее тактика.       — А что, были моменты, когда было надо? — Роза вопросительно подняла бровь, закидывая ногу на ногу и стараясь сжать ноги так, чтобы давление, а как следствие и возбуждение поддерживались бы при дальнейшем откровенном разговоре.       — Конечно, — усмехнулся Малфой. — Похвастаться перед парнями, что ты не один. Иногда мы на кого-то спорили. Это было отличным доказательством, что ты и правда трахаешься.       — Какие вы отвратительные, — поморщилась Роза.       Малфой закинул голову и рассмеялся.       — Лишь когда подростки, — сказал Скорпиус. — Поверь, если парень, действительно, влюблен, он никогда не сделает так, чтобы его девочку хотели трахнуть другие.       — Звучит не как любовь, а как собственничество, — указала Роза с некоторым упреком.       — Называй, как хочешь, но если я считаю девушку своей, я никому не позволю ей навредить, даже мысленно, — твердо сказал Скорпиус.       Роза приблизилась к Малфою еще, совсем сокращая расстояние между ними на диване.       — Знаешь, девушки, когда чувствуют себя любимыми и нужными, тоже очень верные существа, — прошептала Роза на ухо Скорпиусу, обдавая его мочку горячим дыханием. — Ни одна девушка не посмотрит в сторону другого парня, если она счастлива…       — Ошибаешься, Уизли, — покачал головой Малфой. — Со мной случалось, что говорили…       — Я помню, — перебила его Роза. — Я говорю тебе про тех, кто искренне любит, а не преследует выгоду.       Ее рука легла на бедро Малфою и ползла вверх, медленно, но уверено.       — Как все просто, — прошептала Роза.       Пальцы уже добрались до его паха. Сквозь брюки Малфоя Роза чувствовала, как он возбужден. Его член мгновенно отозвался на ее прикосновения.       — Ты вбил себе в голову, что все станет сложнее, но ведь это не так, — прошептала Роза. — Все станет проще, вот увидишь.       Роза прекратила нежные поглаживая, начиная сжимать член Малфоя сильнее, отчего он издал стон.       — Ты беспощадная стерва, Уизли, — выругался Малфой.       Роза усмехнулась и села на него сверху, задирая свое платье. Удивительно, но ей и правда было плевать на всех людей в пабе. Под их магическим куполом было тихо, слышались лишь их сердцебиения.       — Возможно, — ответила Роза, начиная его целовать в шею и тереться о его пах.       Малфой издал стон и сжал пальцами ее ягодицы, так сильно, что Роза была уверена, что на коже останутся отметины от его пальцев.       — Значит, ты хочешь сказать, что если я тебя трахну, то ты никогда не будешь больше пытаться соблазнять всяких мексиканцев? — спросил Малфой, заставляя ее отстраниться от него и посмотреть в глаза.       — Да, — пообещала Роза. — Я буду верна тебе до конца своих дней.       — А будешь ли ты готова к тому, что я не буду тебе верен? — серьезно спросил Скорпиус, буквально снимая все наваждение.       Роза продолжала смотреть на него. Она считала, что все это просто провокация. Он знает, что сам не может остановиться, поэтому хочет остановить ее, смутить.       — Почему? — спокойно спросила Роза. — Я уверена, если дома тебя всегда будет ждать любящий человек, который удовлетворяет все твои потребности, тебе не нужно будет искать кого-то на стороне…       — Я тебе говорил, что я использую секс для дела, — сухо сказал Скорпиус. — Отношения с тобой этого не изменят.       — А я уверена, что ты сможешь, — настаивала Роза.       Скорпиус покачал головой и снял ее с себя, закидывая ногу на ногу и чуть поворачиваясь к ней спиной.       — А если нет? — Скорпиус проговорил куда-то в пустоту. — Как ты себя будешь чувствовать в таком случае?       У Розы не было на это ответов. Она предпочитала не думать о плохом, что еще даже не случилось и не факт, что случится. Она верила в Малфоя. А вот он в себя нет. И был прав, что ей было бы больно, если бы он после секса с ней шел к другой, пусть и по надобности.       — Почему ты всегда все портишь? — отчаялась Роза, понимая, что у нее все равно ничего не получится, как бы она не старалась.       — Потому что умею думать и анализировать наперед? — усмехнулся Скорпиус.       — Знаешь, я никогда на это не жаловалась, — указала ему Роза.       — Чувства имеют свойство притуплять разум, поэтому я никогда не даю себе забыться, — пояснил Малфой. — Это просто небезопасно.       — Возможно, — пожала плечами Роза.       Все ее тактики были провальными. Наверное, ей и правда надо смириться. Она просто верила, что однажды придет этот день, когда Скорпиус Малфой сам опустит те стены, которые возвел. Это точно будет после их победы. Значит, нужно сделать сейчас еще большой упор на скорейшее окончание войны.       — Прости, если испортил этот вечер и твои планы, — фыркнул Скорпиус, допивая остатки текилы прямо из горла бутылки.       — Нет, я сама виновата, — отмахнулась Роза. — Пора бросить все свои попытки тебя соблазнить.       — Буду признателен, мне и без этого хватает проблем в жизни, — кивнул Малфой. — Надеюсь, и я перестану их совершать, когда ты из меня достаешь снова эту темную дрянь.       Роза печально кивнула.       — Но вечер был не испорчен, — попыталась сгладить концовку Роза. — Мне очень понравилось, как мы делились друг с другом моментами из Хогвартса, да и то, что ты со мной искренне поделился своим здоровьем и планами оппозиции, стоит гораздо больше, чем… физическая близость.       Они вышли из бара, а Скорпиус ей по-хозяйски закинул руку на плечо, смотря на звездное небо.       — Так не хочется домой, — проговорил Малфой.       — И что ты предлагаешь? — усмехнулась Роза, предвкушая такое же беззаботное продолжение вечера, как сейчас было их пьяное состояние.       — А ты любишь шоппинг, Уизли? — игриво посмотрел на нее Скорпиус.       Роза кивнула, совсем не подозревая, что они вернутся домой через три часа с кучей пакетов новых нарядов для нее.              В течение следующего дня Роза, как и обещала Скорпиусу, усовершенствовала мазь, чтобы руны больше не затягивались, поэтому в ночь с субботу на воскресенье, когда у Малфоя был выходной, она была готова вновь вооружиться тем самым гоблинским ножом, вот только уже без Берка, который был заграницей на переговорах, а ждать Роза не видела смысла.       — Готов? — спросила Роза, когда без нескольких минут до полуночи развела адское пламя, начиная обрабатывать им нож.       Скорпиус кивнул. Конечно, он помнил ту боль. Ее невозможно будет забыть до конца своих дней. Но он снова был готов к ней. Снова, чтобы не делать больно ей.       — Я… — осторожно сказала Роза, подходя к кровати. — Я думаю, что нужно тебя привязать, Берка сегодня нет, так будет лучше.       Скорпиус снова молча кивнул. Сначала Роза хотела использовать какой-нибудь галстук или что-то тканевое, но потом подумала, что боль может быть слишком сильной, нужно что-то надежнее. Кажется, Малфой прочитал ее мысли и был полностью с ней согласен.       — Возьми во втором ящике шкафа, — сказал Скорпиус.       Роза подошла к шкафу и открыла нужный ящик. Ну, конечно. Здесь лежало много всяких вещиц для БДСМ практик. Ее взгляд чуть дольше задержался на небольшой плетке. Воспоминания полезли в ее голову, вызывая внизу живота легкое возбуждение.       — Уизли, я ни на что не намекаю, но, кажется, мы сегодня здесь собрались по иному поводу, — фыркнул Малфой, который не мог в ответ не почувствовать через руны ее ощущения.       Роза что-то пролепетала в свое извинение и нашла наручники. Да, так будет надежнее. А еще лучше закрепить их магией, чтобы наверняка, работа со сгустком для нее всегда была чем-то непредсказуемым.       — Ложись удобнее, — сказала Роза, пристегивая руки Малфоя к спинке кровати, а затем взялась и за ноги.       Мерлин, ей нужно думать о ритуале, а не о том, что Скорпиус в одних пижамных штанах и с голым торсом лежит перед ней на своей огромной кровати, пристегнутый наручниками и ничего не сможет ей сделать. Она может просто снять с него эти чертовы штаны и трахнуть. От желания все внутри начало сводить, разум затуманиваться и только часы, пробившие полночь, заставили ее вернуться в реальность.       — Начинаем, — сглотнула Роза, делая глубокий вдох и выдох, ей предстоит серьезная ритуально-целительская работа.       Взяв кинжал, Роза подошла к кровати и поняла, что ей совсем не с руки делать эти порезы. Ей нужен был обзор сверху. Выход из этой ситуации был только один.       — Я… эм… сяду на тебя, ладно? — неуверенно спросила Роза. — Так будет удобнее.       Думай о рунах, думай о рунах, думай о рунах.       — Начинаю, — дрожащим голосом скомандовала Роза, стараясь успокоить не менее дрожащие руки.       Стоило ей коснуться ножом до первой руны, разум сразу приобрел ясность, концентрация была только на ноже.       Они договорились с Малфоем сделать сразу все за один раз. Так будет и эффективнее, заодно процесс восстановления придется проводить только один раз, едва ли с новыми далекоидущими планами Яксли сумеет выделить ему столько выходных. Да и психологически проще настроиться на боль всего один раз.       Скорпиус под ней слегка напряг мышцы пресса, но его лицо оставалось спокойным.       — Все хорошо, — приговаривала Роза не то для успокоения его, не то для самой себя.       С первым рядом она справилась быстро. Малые грудные мышцы Малфоя не страдали. Лишь легкие надрезы на коже, которые начали кровить. Роза с помощью специального раствора убрала кровь, а затем нанесла специально приготовленную мазь против заживления ран.       — Вот так, отлично, — выдохнула Роза, откладывая баночки и вновь хватаясь за кинжал. — Приступаю ко второму ряду.       Больнее и сложнее. Роза осторожно, сохраняя нужный рисунок, рассекала ножом больную грудную мышцу. Скорпиус начал шипеть, а на его лбу появились капельки пота.       — Расслабься, — посоветовала Роза, хотя и понимала, как легко ей советовать в таком положении, и как сложно ему привести в действие этот совет в его положении.       Но Скорпиус попытался расслабиться. Роза старалась действовать аккуратно и быстро. Рассекая мышечные ткани одну за другой, Роза завершила второй ряд, накладывая мазь.       — Начинаю третий ряд, — поджала губы Роза, заранее извиняясь за ту боль, которую ему придется сейчас пережить.       Здесь действовать нужно было резче и радикальнее. Роза занесла кинжал и ударила в первую руну, проникая ножом так глубоко, что его кончик задел переднюю зубчатую мышцу. Послышался оглушительный крик Малфоя, а наручники издали звон. Роза порадовалась, что приняла решение сесть на него. Своим телом ей удавалось удерживать его на месте.       — Ненавижу тебя, Уизли, — сквозь стон боли и слез, катившихся из глаз, проговорил Малфой.       — Да, я знаю, осталось еще четыре, скоро все закончится, — проговаривала Роза, начиная делать второй удар.       — Конченая стерва, — Малфой сжал кулаки.       — Да, согласна, — сказала Роза, стараясь контролировать глубину проникновения, ведь третья руна третьего ряда была очень близка к сердцу. — Еще чуть-чуть.       — Убей меня, пожалуйста, — тело Скорпиуса мелко дрожало под ней.       Роза нанесла третий удар. Она видела, как закатились глаза Скорпиуса, отчего он на пару секунд потерял сознание от боли. Из руны снова хлынул поток черной и вязкой жидкости. Роза взяла заранее подготовленную колбу. В прошлый раз они с Берком все уничтожили, надеясь, что искореняют проблему. Но все оказалось не так просто. Роза решила подробнее изучить состав этой жидкости. Может, тогда она придумает способ избавиться на совсем, а не облегчать состояние. Когда колба была полностью наполнена, Роза продолжила доделывать ряд. Стоило ей проткнуть пятую руну третьего ряда, как жидкость начала выходить вновь, а Роза схватилась за целительскую палочку, чтобы максимально достать остатки сгустка.       — Скорпиус, очнись, давай, приходи в себя, слышишь? — Роза чуть побила его по щекам и приложила полотенце, смоченное холодной водой ему на лоб и шею. — Ты должен быть в сознании, чтобы я закончила.       То ли у Скорпиуса не осталось сил кричать, то ли снова четвертый и пятый ряд дались куда проще после той боли, что он испытал. Роза быстро закончила оставшиеся два ряда, убирая кровь и нанося мазь. Все, ему должно сейчас стать легче.       — Все, Скорпиус, все, все закончилось, — приговаривала Роза, хлопоча вокруг него и освобождая от наручников.       — Я больше не буду, — говорил Малфой, вертя головой на подушке, а его тон был похож на ребенка, который обещал маме больше не воровать конфеты с кухни. — Никогда не буду.       — Чего ты не будешь? — спросила Роза, снова смачивая полотенце холодной водой.       — Использовать темную магию, — прошипел Скорпиус.       — Если бы это только от тебя зависело… — тяжело вздохнула Роза. — Я дам тебе успокоительное и сонное зелье, хорошо?       Роза дала Скорпиусу воды, а затем осторожно влила в него необходимые зелья. Малфой быстро уснул, а Роза доделывала последние манипуляции с его телом. Ей казалось, что через открытые раны, она чувствовала стук его сердца, которое билось так неровно, что ей было страшно.       Роза взяла повязку, наложив на нее специальные целительские манящие чары, и закрыла руны. Она была уверена, что наутро они получат еще некоторое количество впитавшейся жидкости от сгустка. Роза взяла еще одно полотенце и очистила кожу Скорпиуса от крови и пота, заодно приводя его тело такими нехитрыми манипуляциями к более или менее нормальной температуре.       Она уничтожила Адским пламенем остатки вытекшего сгустка и создала диаграмму. Снова эти проклятые десять процентов. За что же они так цепляются и чем их можно достать…       — Уизли, — вдруг в спальне Малфоя прозвучал голос Селвина, а Роза даже закричала от неожиданности, чуть не разбив колбу с черной жидкостью, которую набрала во время ритуала. — Я создал пробник темного зелья, будь через пять минут в лаборатории в доме Принца, попробуем сделать то, что обсуждали в прошлый раз.       Розе ничего не оставалось делать, как соглашаться. Благо, Малфой точно проспит до позднего утра. Оставив Долли и Чарли следить, чтобы все было хорошо со Скорпиусом, Роза трансгрессировала в дом Принца, где в такой поздний час даже не горел свет.       — Ну, что за зелье? — спросила Роза, входя в лабораторию, где ее уже ждал Алан. — Обязательно это было делать ночью?       Впрочем, возмущалась она только для вида. Время и правда было очень подходящее. Ей не хотелось уходить при Скорпиусе, сейчас новые скандалы и сцены ревности им были ни к чему.       — Как я его закончил, так тебя и позвал, не хочу ждать утра, хочу проверить сейчас, — сказал Алан. — Давай Патронус.       — Погоди, расскажи хотя бы, что там, — Роза подозрительно посмотрела на пару колбочек с тягучей жидкостью.       — Да какая разница? — отмахнулся Алан. — Нам не важно зелье само по себе, важны его свойства.       Роза вздохнула и достала палочку. Она слишком устала и хотела спать, чтобы сейчас припираться с Селвином. Она представила выздоровление Малфоя, и Дельфин выпрыгнул из ее палочки.       Сделав пару кругов вокруг нее, он завис в воздухе, явно не ощущая опасности.       Да, видимо, материя может притягиваться только к себе подобной. Это было логично. Заклинания лечили заклинаниями, зелья зельями, а руны нейтрализовали другими рунами.       — Дай ему понюхать может, — Селвин протянул ей колбу.       Роза усмехнулась. Патронус хоть и имеет облик животного, но не обладает его повадками. Она чувствовала себя полной дурой, поднося колбу к носу дельфина. Тот тоже на нее удивленно посмотрел. Когда-нибудь он точно покинет ее, решив, что его хозяйка сошла с ума и хочет его отравить.       — Вот сволочь, — выругался Селвин. — Проведи через него.       Роза провела колбу с зельем через голубоватый шлейф, отдавая колбу обратно Селвину. Тот выхватил содержимое из ее рук и жадно начал анализировать состав. Судя по его хмурому и недовольному лицу, эффекта не было никакого.       — Очередной раз мимо, — покачал головой Селвин.       — Ладно, не расстраивайся, будем дальше думать, — пожала плечами Роза. — Но что-то мне подсказывает, что сварить Патронус — это невозможно.       — Уверен, у нас получится, мы не сдадимся, — заверил ее Селвин, собирая свои колбы обратно в сумку.       Роза вернулась домой и легла спать, тут же засыпая крепким сном, ее организму требовалось восстановление.       Наутро, как она и предполагала, Скорпиусу требовалось больше сна, поэтому он не спустился на завтрак.       Чтобы как-то скоротать время для его пробуждения, Роза направилась в лабораторию.       Она взяла в руки колбу и с удивлением обнаружила, что жидкость, которая вчера ручьем лилась из центральной руны, почти вся испарилась.       В колбе оставалось лишь что-то черное, похожее на облако, выкрашенное не в тот цвет.       — Что ты такое? — задумчиво произнесла Роза.       В прошлый раз она была уверена, что это кровь. Ведь сгусток не имеет своего тела, его невозможно пощупать в теле Малфоя. Но, кажется, она ошибалась.       Сгусток имел свое тело. Теперь она понимала это. Он ни за что не цепляется, он сформирован как дополнительный орган, без которого организм Малфоя не будет функционировать. Это его дополнительное сердце. Которое качает эту черную кровь.       Но стоит его достать из тела, как он приобретает иную форму. Что-то вроде ребенка, который после рождения начинает дышать независимо от матери. Розе на секунду показалось, что этот шлейф в колбе напоминает ей шлейф от дементоров. Они тоже обладают телом, но не таким плотным, как человек. Поэтому Патронус может их прогонять. Стоп! Патронус!       — Может… — Роза схватила свою палочку. — Экспекто Патронум!       Роза направила палочку в колбу. На ее глазах начало происходить что-то невероятное. Она буквально наблюдала за борьбой двух энергий, которые по итогу поглотили друг друга и растворились. Роза была уверена, что с той материей сгустка, которая внутри Малфоя, будет сложнее. Но что, если ей удастся облегчить его боль.       — Скорпиус, просыпайся, Скорпиус, — Роза вбежала в его спальню, начиная открывать шторы и стаскивать с него одеяло.       — Уизли, ты с ума сошла? — зевнул Малфой. — Мало того, что ты вчера из меня всю душу достала, так сегодня еще и спать не даешь?       — Да я придумала, как можно облегчить состояние, — сказала Роза. — Садись.       Малфой сел, но тут же напрягся, когда увидел в ее руках целительскую палочку. Роза сняла повязку с его рун, которая, как она и предполагала, кое-что сумела впитать за ночь, но сейчас ей это было не интересно. Сквозь шипение Малфоя от боли, Роза, насколько это было возможно, засунула кончик палочки в третью руну третьего ряда.       — Экспекто Патронум, — прошептала Роза.