Часть 1

Проснувшись сегодня раннем утром, я с облегчением вздохнула, вспомнив какой сегодня день. Начались каникулы, а это значит, что я смогу отдохнуть от нудной школы и моей не любимой физики. Но также я вспомнила, какие у меня «замечательные» родители и избежать изучения физики даже дома — никак не получится. Меня зовут Алекса Фостер, мне 15 лет, и я из маленького города Шарлотта. Как вы уже наверное поняли, у меня очень строгие, и в то же время сложные родители. Может показаться, что я преувеличивую, но это так. Сколько бы я не пыталась им объяснить, что я подросток и мне нужно проводить иногда время с друзьями, как все обычные мои сверстники, бессмысленно. Гулять, иметь хороших друзей, ходить на вечеринки — мне не ведомо. Я сижу дома будто бы в заперти (оно так и есть) и читаю книжки, учусь, и изучаю несколько языков сразу. Про возможных друзей, парней, речи иди не может. Это ещё не всё. Также мне нельзя выходить на улицу без разрешения отца или же матери. Нельзя открыто одеваться, краситься, и плотно питаться. Ты должна быть худой и стройной, ибо являешься девочкой — слова моей матери. Это продолжается регулярно. И чем больше я расту — тем больше становится хуже. Доходило до того, что на меня могли поднять руку за плохой бал, или же за не тщательно помытую тарелку. Я устала. Я собираюсь сбежать. Не навсегда, так как являюсь не совершенно летней, но хотя бы на ночь. Я хочу почувствовать себя… свободной. Всего лишь на одну ночь. На успев закончить свою мысль, как в комнату резко вошли. Да, родители не стучаться, им плевать на моё якобы «личное пространство» Я привыкла. Это была мама. — Лекса, репетитор по французскому заболел. — без каких либо эмоций сказала мама. Она выглядела уставшей. Её волосы были в беспорядке, а щёки горели будто бы огнём. Губы также красные, только не иза красной помады. Наверное недавно проснулась. — вместо французского займись математикой. Также безразлино кивнув, я спросила: — Что-то ещё? Мама ничего не ответила, лишь развернувшись, вышла с комнаты, хлопнув дверью на последок. Отношения с родителями у меня весьма натянутые, как можно заметить. Не помню когда в последний раз мы нормально общались с мамой, или же с папой. Раз французского не будет, думаю у меня есть двадцать минут, чтобы быстро сходить перекусить и вернуться в свою комнату. Встав с кровати, я направилась к выходу и вышла. У нас был двух этажный дом, и довольно просторный. Я быстро спустились, и пошагала на кухню. Здесь как обычно никого не было, так как папа в такое время обычно работает, а мама здесь редко бывает, потому что не любит готовить. Подходя к холодильнику, я открыла его и достала от туда йогурт вместе с зелёным яблоком. Быстро всё это поев, я вышла с кухни, и направилась обратно в свою комнату. Поднимаясь по лестнице, я услышала женские стоны наверху. Нахмурившись, я остановилась. Папы дома нет, тогда… Поднявшись до конца лестницы, я подошла к комнате из которой как раз таки исходили странные звуки. Я прислонилась, и прислушавшись поняла, что это мама. Стало страшно. Неужели мама… Быстро отбросив не приятные мысли, я решила сначала убедиться в них. Потянувшись к ручке, я медленно открыла дверь, и аккуратно посмотрела во внутрь. Картина, которую я увидела, оправдала те самые мысли. Мама и другой, незнакомый мне мужчина. Неприятное ощущение заставило что-то внутри меня дрогнуть. Её оголённая спина поднималась верх-вниз. Остальное было прикрыто одеялом. Томные вздохи, стоны, и шлепки от кожу друг друга — резали мои уши. Не выдержав, я резко сказала следующее, тем самым прервав процесс. — Вы серьёзно? — внутри жгло. Стало жалко отца, не считая того, как он ко мне вместе с мамой относится. Мама резко повернулась и удивлёно-испуганно посмотрела на меня.