Часть 2

— Ты ничего не видела! — ходила вокруг меня мама с безумно злым лицом. — только посмей, рассказать всё Дэвиду. Расскажешь — сделаю так, что виноватой окажешься ты, а не я. — Усекла?! Я сидела на диване и выслушивала её оправдания уже целый час, если не больше. Мама никак не может угомониться. — Кто это был? — задала я вопрос, игнорируя её крики. Мама замолчала. Минута, и прозвучало имя. — Вильям, — промолвила мать. — Я люблю этого мужчину, твой отец сам виноват, что постоянно уезжает в командировки. Вздохнув, я ответила: — Почему не скажешь ему, что разлюбила, и уйдёшь к своему Вильяму? Что тебя держит? — меня бесило поведение матери. Но мне нравилось, что сейчас я могу говорить в любом тоне и что захочу, так как у меня был бешеный компромат. — Вильям не имеет такого имущества и власть, как твой отец, — честно сказала мать. От услышанного, мне стало мерзко. — мне выгодно. Звучит противно, но зато чистая правда. Она Вздохнула и виновато посмотрела на меня. — Прошу, ничего не говори, — тихо сказала мать. — Я жила в бедноте раньше, я не выживу если это опять повториться. Я не знала, что ответить. Прошёл целый час и тридцать минут, после того, как они слезли с друг друга на моих глазах, и тот самый Вильям поехал к себе домой, зло на меня смотря. Я расскажу. Но немного попозже. На сегодня у меня в планах было сбежать ночью с дома, а если я расскажу сегодня — будет скандал, иза которого они не будут спать до утра, и сбежать у меня точно не получится. Папа любит её, как-бы это странно не звучало. Она изменяет ему, пока он на роботе. Звучит печально. Помню когда мама попала в больницу иза поломанной ноги. Он приехал сразу же, хотя находился в другой стране, и сидел возле её палаты, ждал её выздоровления. Отдавал последние деньги на лечение, которое стоило почти как наш дом. Оказывается, мама также болела страшной болезню, лечение которой также оплатил отец. Жаль только то, что отец никогда так не относился ко мне. Он всегда был ко мне холоден и строг, будто бы я не была его родной дочерью. Не знаю, почему, и иза чего. — Что-бы этого мужчины больше не было в этом доме, — резко и спакойно сказала я. — занимайтесь «этим» где нибудь в другом месте. Мне было противно и мерзко от своих же слов, но это необходимо для того, чтобы сбежать сегодня. Позже папа всё узнает, и не от меня: а сам. Мама проигнорировала, и после спросила: — Ты расскажешь? — Нет, не переживай. Было ли это так? Частично нет. Он узнает, но опять же, не сейчас. Я сказала это, чтобы мама на данный момент успокоилась. Она облегчённо вздохнула и встала с дивана. Выражение её лица выражало долгожданное для неё спокойствие. — Я пойду. Она направилась на второй этаж, оставив меня одну со своими мыслями. Уже вечер. Осталось совсем не много. Папа скоро вернётся с роботы, а позже будет ночь, они оба уснут, не подозревая, что меня на данный момент не будет дома. Было ли мне страшно? Определённо да. Я никогда не была ночью на улице без родителей. Но я слишком хочу ощутить что-то вроде «свободы» и «счастья»