Часть 5. История со словом "вина"

      — Помоги мне скорее! Сделай уже что-нибудь! Спаси! — жалобно ныла русалка с дерева. Выносить ее нытье было нелегко. Баба Яга устало вздохнула, свела лохматые брови, уставилась на кончик русалкиного хвоста и забормотала себе под нос что-то угрожающее, неразборчивое и таинственное. Можно было не сомневаться, что старуха творит какое-то сложное колдовство. Но внезапно она осеклась на полуслове и как-то нехорошо прищурилась:       — А что это у тебя за пятнышко на плавничке?       — Где? — удивилась русалка, скашивая глаза на хвост, который, кажется, еще не начал худеть.       — Да вона там! Помнится, видала такие в одной ученой книжке. Анциклопедия называлась, золотых и холодноводных… А чешуйки-то, чешуйки на хвосте, смотрю, растопырились да потускнели. Выпадают? Чешутся?       — Нет… Или да? Не знаю, — с нарастающим беспокойством призналась русалка.       — Эээ, да у тебя, голуба, похоже, плавниковая гниль. А мож, еще и эти, как их, лепипсихоз али ишьтынавоз.       — Что?! Кто?! — с трудом вымолвила шокированная русалка       — Ну дак… — старуха почесала голову под платком, сковырнув при этом некстати вылезшую поганку, — Забыла. Склероз. Это у меня, а у тебя... А, вспомнила! Лепитропоз али ихтиофтириоз. Вот!       Русалка побледнела и рухнула в озеро, обдав Ягу фонтаном брызг, но тут же вынырнула с самым трагическим выражением лица и оперлась локотками на берег.       — И что же теперь со мной будет? — прорыдала она.       — Ну, ежели первое, то плавнички того… ежели второе али третье, все чешуйки одна за одной пооблезают. Облысеет, значится, хвостик, — задумчиво произнесла бабка.       Но, заметив выражение лица русалки, ворчливо скомандовала:       — Ну-ка, дай рассмотрю получше! Ты поплавай пока туда-сюда.       Некоторое время русалка мрачно, но старательно вспенивала воду озера поворачиваясь то одним боком, то другим, а баба Яга, присев на толстый ивовый корень, вылезший из-под земли, критически наблюдала за ней.       — Нет, — сказала она наконец, — похоже, красавица, помстилось мне. Моя вина, напугала тебя зря. Уж прости старуху, слаба глазами стала. Плавник как плавник, чистенький. Хвостик как хвостик. Вот, разве что, потолстел немного. Теперь ясно вижу, что ты совсем здорова. Больше не буду вот так болтать невесть что…       Русалка рассмеялась с радостным облегчением, любуясь тем, как хвост ее бодро шлепает по поверхности воды.       — Да где там потолстел? А если и потолстел чуток, разве это беда?! Лишь бы все чешуйки оставались на месте и не было этих, как их там... гнили, лаптикурьеза да ихтовсерьеза…