Глава 32. Разговор, которого не должно было быть

Они вышли из книжного магазина почти молча. Мортейра сама не знала, зачем вообще начала этот разговор. Возможно, потому что больше не могла делать вид, что ничего не происходит. Возможно, потому что последние дни злилась настолько сильно, что уже не могла держать это внутри. Драко шёл рядом, не пытаясь заговорить первым. Это тоже бесило. Они свернули в пустой переулок между несколькими магазинами. Здесь почти никого не было. Только дождь лениво барабанил по мостовой. Мортейра остановилась. — Я слышала ваш разговор в архиве. Драко замер. Никакого удивления. Никаких вопросов. Будто он давно ожидал именно этого. — Понятно. — И всё? — А что ещё? — Например, объяснение. — Какое именно? — Любое, мать твою! Его плечи едва заметно напряглись. — Я не знаю, что объяснять. — Правда? Она почувствовала, как начинает закипать. — Ты серьёзно сейчас? — Более чем. — Тогда я помогу. Почему я узнаю такие вещи случайно? — Потому что не был уверен. — Не был уверен в чём? — В том, что имею право лезть в твою жизнь с этим. Мортейра нервно рассмеялась. — О, как благородно. — Не начинай. — Нет, Малфой, это ты не начинай. Ты месяцами ходишь вокруг этой темы, потом я случайно слышу разговор, в котором выясняется, что ты мог быть связан с нападением на мою семью, и теперь ты строишь из себя грёбаного мученика. — Я не строю из себя мученика. — Тогда что это? — Я просто говорю правду. — Нет. Ты постоянно делаешь одно и то же. Ведёшь себя так, будто уже всё решил за остальных. Драко впервые за весь разговор повысил голос. — Потому что обычно люди принимают решение сами! — Не смей. — Что? — Не смей сравнивать меня с ними. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Дождь постепенно усиливался. Мортейра чувствовала, как внутри поднимается старая злость. Та самая. Которую она носила в себе с детства. — Ты был там? — Не знаю. — Хватит повторять эту херню. — Это не херня. — Тогда что? — Правда! Его голос впервые сорвался. По-настоящему. Без привычного спокойствия. — Я действительно не знаю! Думаешь, я специально что-то скрываю? Думаешь, мне нравится это? Семь лет прошло, Мортейра. Семь грёбаных лет. Я помню десятки домов, десятки лиц и слишком много вещей, которые предпочёл бы забыть. — Удобно. — Да пошла ты. Она даже моргнула от неожиданности. За всё время знакомства она ещё ни разу не слышала, чтобы он говорил с ней так. — Что? — Ты слышала. — Повтори. — Нет. — Почему? Смелости не хватит? — Потому что я и так жалею, что сказал это. На секунду между ними повисла тишина. Тяжёлая. Злая. Настоящая. — Знаешь, что меня бесит больше всего? — Что? — То, что ты мне начал нравиться. Слова вылетели прежде, чем она успела подумать. Они оба замерли. Мортейра почувствовала, как внутри всё оборвалось. Чёрт. Чёрт. Чёрт. Драко смотрел на неё так, будто тоже не верил услышанному. — Что? — Не делай вид, что не понял. — Я не делаю вид. — Именно это и бесит! Она резко шагнула ближе. — Было гораздо проще ненавидеть тебя раньше. Когда ты был просто фамилией. Просто частью прошлого. Просто ещё одним ублюдком из рассказов о войне. — Мортейра... — Нет, дай договорить. Потому что потом оказалось, что ты умеешь слушать. Что ты таскаешь мне кофе после дежурств. Что ты помнишь всякую ерунду, которую я говорила месяц назад. Что рядом с тобой мне спокойно. И я ненавижу это. Последние слова прозвучали почти шёпотом. Драко смотрел на неё не отрываясь. И почему-то это было хуже любого спора. — Я не хотел, чтобы так получилось. — Да мне плевать, чего ты хотел. — А мне нет. Она резко подняла голову. Слишком резко. Они стояли уже совсем близко. Настолько, что Мортейра видела капли дождя на его ресницах. Настолько, что Драко, кажется, тоже заметил это одновременно с ней. На одно короткое мгновение никто не двинулся. Вообще. И именно тогда случилась та самая ужасная секунда. Когда оба вдруг поняли одно и то же. Слишком отчётливо. Слишком поздно. Первой отшатнулась Мортейра. Будто её ударили. — Нет. Драко сразу отвернулся. — Да. — Нет. — Согласен. Она нервно рассмеялась. — Это просто отвратительная идея. — Худшая за последние несколько лет. — Вот и отлично. — Отлично. Повисла пауза. — Мы не будем об этом говорить. — Никогда. — И этого вообще не было. — Разумеется. — Хорошо. — Хорошо. Они оба прекрасно понимали, что врут. Именно поэтому смотреть друг на друга стало почти невозможно. Но хуже всего было другое. Несмотря на ссору. Несмотря на злость. Несмотря на разговор о её родителях. Ни один из них не ушёл. И это пугало гораздо сильнее, чем почти-поцелуй.