Часть 2: Воссоединение

— О, Кейси, мы понимаем, что ты скучаешь по нему, но судя по твоим рассказам он… Немного не живой, — пытаясь казаться максимально мягким, сказал Лео. Эти слова ранили Кейси, но он понимал, что это правда. Он своими глазами видел смерть своего сенсея, но ведь… Надежда умирает последней, не так ли? — Но… но он так похож на него, — потирая шею, ответил Кейси. — Кем бы ни был этот незнакомец, мы узнаем его личность, и у меня уже есть план, — ухмыляясь и смотря на Лео, сказал Рафаэль. −−− — Почему именно я приманка? — жаловался Леон. — Потому что у тебя отлично получается играть эту роль, — говорил в рацию Рафаэль. Лео обиженно смотрит в сторону укрытия Рафа. «Что ж, повторим план. Лео терроризирует ёкая и тот нападает, но на помощь приходит незнакомец, очень похожий на Лео из будущего, и спасает его. А тут из укрытия выходим мы, и он оказывается в ловушке» — Тебе не кажется, что это слишком тупо? — спрашивает Донателло. — Не волнуйся, я мастер по созданию планов, — самодовольно ответил Рафаэль. В базе убийц Скрытого Города не было ни одного, кто был бы похож на этого незнакомца, и это было очень странно. Это может быть очень опасный преступник или новый боец от Мамочки, поэтому, чтобы обезопасить себя и город, Бешеные Псы должны узнать личность загадочного воина. «Эй большой, жирный ёкай акула-убийца! Я здесь и жду, когда ты сломаешь мне кости!» Лео не нравился этот план. Быть приманкой — не его любимая роль, и он хотел верить, что план Рафаэля сработает и что ему не сломают кости. После посещения тюремного измерения ему долго приходилось лежать в кровати, пока его переломы заживут, и ему это очень не нравилось. На звук из-за стены вышел огромный монстр, обнажая свои острые зубы и огромную булаву с шипами. Он начал медленно приближаться к черепахе. — О, нет, на меня напал злой ёкай, кто же мне поможет? — наигранно кричит Лео, пытаясь привлечь внимание незнакомца, который, вероятно, прячется в тени зданий. План Рафа был настолько безумным, что он по-настоящему подверг Лео опасности, приведя его к убийце, который был не против снять с него панцирь. Ёкай подходил всё ближе. Его огромная булава касалась земли, с противным звуком образуя за собой шлейф тонких трещин. «Ну где же он? Я не хочу становиться черепашьим пюре». Лео нервно оглядывался по сторонам в поисках спасения. Лицо стенолома расплылось в мерзкой улыбке, из которой торчало большое количество острых зубов. Уже смирившись с неизбежным, Лео зажмурил глаза. Громкий звук металла разнёсся по переулку. Открыв глаза, он увидел, что прямо перед ним стоял большой мутант с зелёной кожей. Всё его тело покрывали шрамы, а на панцире виднелись трещины и расколы. Он стоял спиной к Лео и его лица не было видно. Голову существа закрывал капюшон бледно-синего цвета. На плече и поясе виднелись немного окровавленные бинты, у него отсутствовала правая рука, а на плече виднелась металлическая деталь, из которой слегка торчали провода. Он сдерживал булаву ёкая своей катаной, рукоять которой была обвязана двумя повязками: красной и фиолетовой. Ёкай, не ожидая этого, замер на несколько секунд. Незнакомец воспользовался этим, оттолкнув его назад на большое расстояние. При падении ёкая послышался мерзкий звук ломающихся костей. Булава выпала из его рук и теперь валялась не в зоне возможностей. Акула лежала на земле, корчась от боли. Лео до сих пор был в ступоре и не мог пошевелиться. Его глаза пристально наблюдали за ловкими движениями незнакомца. Достав из кармана нож, ёкай из последних сил кинул его в голову Лео. Он даже не успел заметить, как незнакомец принял удар на своё бедро. Мутант бросился на ёкая, протыкая острой катаной его грудь, из которой хлынула струя крови, слегка пачкая бинты незнакомца. Он уже хотел бежать, как с соседних крыш спрыгнули черепахи, Кейси и Эйприл, окружая его. Их взгляд устремился к истекающему кровью телу. Ледяной взгляд глаз мёртвого ёкая устремился в кирпичную стену, а его грудь перестала подниматься. Лицо черепах искривились в отвращении, перемешанном со страхом. Лицо незнакомца всё ещё было в тени и он смотрел вокруг, пытаясь найти путь отхода. — Сенсей? — направив свою модернизированную клюшку на мутанта, спросил Кейси. В ту же секунду мутант бросился на пожарную лестницу, карабкаясь на крышу. — За ним! — приказал Рафаэль. Кровоточащее бедро давало о себе знать: теперь он не был таким быстрым и ловким, как в прошлый раз. Рафаэль был ближе всех к нему и уже пытался схватить его своими магическими руками. Когда до захвата оставалось пару дюймов, незнакомец достал из сумки на поясе верёвку и схватил ею Донателло, что летел недалеко. Он бросил Донни прямо в руки Рафаэля, столкнув их друг с другом. Через секунду перед ним открылся голубой портал, из которого на всей скорости вылетел Лео. Мутант подпрыгнул вверх, уворачиваясь от него, и Лео с громким звуком врезался в своих лежачих братьев. С соседней крыши в него уже полетели цепи Микеланджело. Незнакомец прокрутился колесом вперёд, уворачиваясь от них. В то время как Микки только осознавал, что происходит, мутант схватил цепи и вырвал их из его рук. — Эй! Отбирать оружие нечестно! — возмутился Микки. Пока его внимание было устремлено на мутанта, он не заметил стену перед собой и больно врезался в препятствие. С другой стороны в мутанта уже целились Кейси и Эйприл. Незнакомец моментально повернулся в сторону и поймал их в цепи Микеланджело, связав друг с другом. Подростки с грохотом упали на землю, но Кейси успел зацепить кровоточащую рану мутанта, на что тот болезненно прошипел. На секунду в тени капюшона Кейси заметил слегка сверкающие алые полумесяцы. В его голове всплыли разные моменты, связанные с ними, от чего сердце болезненно сжалось. Бежать с такой раной не было хорошей идеей, но мутант не сдавался. Кейси непрерывно смотрел на убегающего мутанта, пока Эйприл всеми силами пыталась выбраться из западни. Джонс видел, как он хромает при беге. Когда расстояние было уже приличным, мутант с грохотом свалился на холодную крышу. Сердце ребёнка сжалось; он мигом выбрался из цепей и бросился к мутанту. — Сенсей? — присев около него, спросил он. Черепаха болезненно перевернулась на спину. Он приоткрыл глаза и его лицо расплылось в тёплой улыбке. Мутант поднял руку, всё ещё крепко сжимающую оружие, и помахал: «О, здравствуй, Кейси». В глазах черепахи темнело, объекты кружились и он еле мог узнать знакомый силуэт. Лёгкий холодок пробежал по его затылку и его глаза закрылись. Через несколько секунд подбежали остальные участники команды и столпились вокруг Джонса, сидящего рядом с истекающим кровью телом. — Нам надо отнести его в логово, он нехорошо выглядит, — озабоченно произнёс Микки, смотря на торчащий нож в бедре мутанта. −−− И снова Лео находится в неизвестном месте на крыше какого-то здания. Это похоже на… Нью-Йорк? Все эти крыши были одной высоты, почти ровно прилегая друг к другу. Они были очень знакомыми, но он не мог вспомнить, где видел их раньше. Осматриваясь, Лео понял, что прямо перед ним была огромная пропасть. Здания лежали друг на друге как башня дженго, бесконечно уходя вниз, в густой туман. Он не знал, что ему делать, и просто присел около края, ожидая пока что-то произойдет. Через несколько мгновений бездействия, прямиком из тумана вылетел огромный монстр, издавая искажённый звук морского существа. По его бокам извивались чёрные щупальца, а его тело было алого цвета, напоминающего его собственную кровь. У него не было глаз, вместо них у «бактерии» красовались жёлтые полумесяцы, светящиеся как фонари в этом туманном месте. Это существо плавало по воздуху как по воде. Оно не вызывало страха у Леона, скорее это было… Отвращение? Заметив его, существо медленно развернулось в нему, направляя ослепляющий свет на Леона. Свет сменился с приторного жёлтого на холодный белый, а в ушах раздался звон. Его рука рефлексивно потянулась за катаной, которую он всегда оставлял в зоне досягаемости, но её не было рядом с ним. Прикрыв глаза рукой, он попытался осмотреться и понять, где находится. Голова безумно гудела, а раненое бедро пульсировало. Приняв сидячее положение, он заметил, что находится в медицинском отделе своего старого дома. На стенах висели шкафчики с прозрачными дверцами, а в них находилось большое количество лекарств. Рядом с кушеткой сидел Кейси, облокотившись на койку, на которой лежал Леонардо. Услышав шуршание на постели, он вздрогнул и широко раскрытыми глазами посмотрел на своего сенсея. Лицо Леона расплылось в тёплой улыбке, и младший незамедлительно кинулся в объятия с ручьём слёз на щеках. — Я так скучал по вам, сенсей! — впившись в его панцирь ногтями, провопил он. Из уст черепахи проскользнул лёгкий смешок, после которого поступила грусть. Он ведь отправил этого ребёнка в совершенно незнакомый для него мир, возложив огромный груз на его хрупкие плечи. Так и ещё, каким-то образом попав сюда, начал избегать его. Это был ужаснейший поступок с его стороны, и как только Кейси до сих пор не начал презирать его за это? — Прости меня, — обняв его в ответ, сказал Лео. Сейчас он ещё больше начал жалеть об отсутствии своего протеза, несмотря на то, что одна его рука с лёгкостью обвивала маленького, по сравнению с черепахой, Кейси. Кажется, эти слова ввели подростка в ступор, но он не выронил ни слова, а лишь молча продолжил прижиматься к черепахе. Он хотел сказать что-то ещё, но вся его речь превращалась в странные звуки вперемешку с тихим рыданием. Это определённо был самый тёплый момент за последние два десятилетия. У входа в комнату показались головы черепах. В их загоревшихся, словно звёзды, глазах читалось восхищение. — Посмотрите, кто проснулся! — Майки махал рукой с радостной улыбкой. Посмотрев на них, Леон почувствовал, как что-то сжалось внутри него. Кажется, что он сейчас вырвет все свои внутренность наружу. Его рот сошёлся в одну длинную линию с уголками, смотрящими вниз. Он с испугом смотрел на них. Он видел их каждый день и уже более менее привык, но видеть их так близко было чем-то непостижимым. Одна его часть хочет кинуться к братьям, упаковать в пупырчатую плёнку и защищать собственным телом от всех окружающих проблем, не подпуская никого, кто может навредить им, а вторая — вырваться из логова и сломя голову бежать куда подальше. Он просто хотел помогать издалека, не причиняя вред своим присутствием. А теперь… все они, включая его младшую версию, перед ним. Так холодно смотрят на него. Они уже догадались о его поступках: его слабости и трусости, из-за которой он убил всю свою семью. Они должны презирать его. Он боялся приблизиться к ним даже на шаг, боясь случайно разбить их, как стеклянные статуэтки. — Ну, ничего себе, старик! Ты пролежал здесь почти два дня! Кейси всё время с тобой сидел, даже спать отказывался, — Лео, ухмыльнулся и, скрестив руки на груди, смотрел на Джонса. Видимо, младший просил не говорить об этом, так как знал, что сенсей против того, чтобы он нарушал режим сна, каким бы скачущим он не был во время апокалипсиса. Он злобно посмотрел на него, а затем посмотрел на Леона, прожигающего его взглядом, и неловко улыбнулся. Донателло проигнорировав эту драму и сразу же пошёл осматривать Леона, надев красно-синие очки. Его прикосновения были такими же, как и у его умершего близнеца. Это вызвало странную теплоту в груди и Лео внимательно наблюдал за ним, не отводя взгляд. Внимание Донни привлёкла металлическая деталь на плече Леона. — Могу предположить, что у вас раньше был протез? Где он сейчас? — спросил он. — Да… Он был, но… Я потерял его, — слегка посмеиваясь, ответила старая черепаха. Лицо Донни передавало странные эмоции. Он в недоумении смотрел на смеющуюся черепаху. — Я шучу. Когда я уже оказался в вашем времени, у меня его не было. Без понятия, куда он мог деться, — разводя рукой в сторону, сказал Леон. — Отлично, я думаю, всех нас мучает один вопрос − начал Рафаэль, пытаясь казаться как можно вежливее, — как ты оказался здесь и сколько времени занимался… Этим? От его поведения Леону стало не комфортно. Возможно, это казалось им не очень хорошим вопросом, но его это не смутило и он немного задумался, прислоняя два пальца к подбородку. — После выстрела лазера я просто очнулся здесь. Нахожусь… Возможно… Около месяца? — поднимая одну бровь и смотря на черепах, рассуждал Леон. — Месяц?! — одновременно спросили все находящиеся в комнате. Леонардо вздрогнул от неожиданного и громкого звука и в недоумении посмотрел на них. — Но где ты жил? Как питался? Как тебе удалось целый месяц сражаться в городе, а мы и не заметили? — судорожно прокричал Микки, размахивая руками в стороны. — Я нашёл чей-то чердак, еду крал из магазинов, а следить за вами было не трудно. Вы даже по сторонам не смотрите. Вам стоит быть более внимательными, — Леон сложил руки на груди и, сделав серьёзный взгляд, посмотрел на младших. Они и правда были слегка безответственными. В апокалипсисе всем всегда нужно было быть начеку и следить за каждым шорохом, либо же это кончалось очень плачевно. Он был зол на младших из-за их поведения, но понимал, что они всего лишь беззаботные дети, не понимающие всю опасность этого мира. — Крал еду? В твоём-то возрасте? — подшучивает Лео. Смотря на внешний вид и морщины, по нему и правда не скажешь, что он ловкий ниндзя. — Я правда был таким? — смотря на него, с лёгким отвращением, сказала старая черепаха. — Не хочу прерывать ваш душевный разговор, но еда остывает! — чувствуя, как атмосфера в комнате начинает нагреваться, Микки попытался отвлечь их. Через несколько минут, сидя за столом, Леон не ест слишком много. Он привык к небольшому количеству еды. Всё его внимание приковано к семье, окружающей его. Микки что-то увлечённо рассказывал и жестикулировал, а Рафаэль с Эйприл смеялись, иногда вставляя слова. Лео строил башню из печенья на боевом панцире Донни, пока тот клацал в своём устройстве на руке. Кейси молча сидел около Леона и внимательно слушал Микки. Его взгляд был тёплым, ему нравилось находиться в их компании. Они не были такими, как в его временной линии, но это были они, хоть и сейчас это были лишь дети. Почувствовав на себе пристальный взгляд, он повернулся. Сплинтер, не отводя взгляд, смотрел на Леона. Отец сидел прямо напротив него. Он не разговаривал, не реагировал на возбуждённую речь сына, а только смотрел. Леону стало не по себе. Может, отец узнал что-то? Он как-то узнал, что он умер из-за моей самоуверенности? Он ненавидит меня? Сейчас он всем об этом расскажет? Бессчисленное количество мыслей и вопросы, на которые он не получит ответа, закрутились в его голове, разбиваясь о стенки черепа. Становилось трудно дышать, и Лео отвёл взгляд, пытаясь успокоиться. Краем глаза он видел, как отец всё продолжает смотреть на него, теперь подняв одну бровь. В ушах безумно стучало его собственное сердце, а по телу пробежали мурашки. Он чувствовал, что его сейчас вырвет и медленно вышел из-за стола. Кейси дёрнул его за руку. Он приставил две руки к груди, смахнул ими вниз и показал на него пальцем: «Ты в порядке?» Лео сложил руку в трубочку и показал палец вверх: «Всё хорошо.» Младший отпустил его и вернулся к еде. Лео шёл быстрым шагом, смотря на свою трясущуюся руку. Он сжал её в кулак, пытаясь успокоиться. Выйдя на поверхность, он оглянулся по сторонам, проверяя, не следит ли кто за ним, а затем направился к крыше соседнего здания. Он взобрался на неё и присел около края, свесив ноги вниз. Он смотрел вниз, пытаясь выровнять дыхание. Почему он так отреагировал на обычный взгляд отца? Он пытался перебрать все возможные варианты ответов, но всплывающие тёмные мысли загораживали их. Странный шорох пронёсся позади, и Леон инстинктивно достал катану в направлении звука. Уже был закат и глаза Лео пока что не привыкли к приближающейся темноте. Он не мог до конца разглядеть силуэт. Тень вышла на свет. Это был Сплинтер. — Ох, прости, — Лео нервно сглотнул и убрал оружие в ножны, отводя взгляд. Сплинтер не произнёс ни слова и перевёл взгляд на повязки, намотанные на рукоять оружия. Проследив за взглядом отца, Лео прикрыл их рукой, всё так же не осмеливаясь посмотреть на отца. — Тебя что-то тревожит, Синий? Ты странно себя ведёшь, — поднимая одну бровь, спросила старая крыса. Синий, Синий, Синий. Он так давно не слышал этого прозвища. Оно звучало очень странно для ушей Лео. Никто, кроме отца, не называл его так. Это слово звучало не как простое обозначение цвета его маски — это было что-то большее, это ощущалось как что-то большее. Глаза начали неприятно жечь и Лео начал моргать, чтобы ослабить боль. — Мне жаль, — шёпотом произнёс Лео. Его тело начало немного трясти. Он хотел… Плакать? Это было странное ощущение. В последний раз он делал это лет 20 назад? Он не помнит. Сейчас он хотел снова заплакать, но попросту не мог. Слёзы не шли, вместо них было ужасное жжение. Было ощущение, что его глаза залили чем-то жгучим и оно потихоньку разъедает их, пока не оставит пустую полость в черепе. Сплинтер просто продолжал стоять. Его лицо передавало что-то, похожее на грусть, но с чем-то ещё, чего Лео не мог понять. — Я уверен, что ты не должен извиняться, сын мой. Это как-то связано с твоими братьями? — поинтересовался отец. Его голос был нежным. Как будто всего того, что произошло с Лео, никогда не было, и он снова шестнадцатилетний подросток, который разбил любимую вещь отца и не более, но ведь это было не так. — Прошу, не заставляй меня вспоминать об этом, — дрожащим голосом просит Леон. Но он вспомнил и что-то внутри болезненно сжалось. Голову начали наполнять все те ужасные моменты, что он пережил. Он вспомнил все те ледяные взгляды его родных. Их последние слова перед тем, как сердце перестанет стучать. Эти мысли начали разъедать его черепную коробку и он упал на колени с ужасной головной болью, сжимая её рукой со всей силы. Его дыхание ускорялось с каждой секундой. В глазах мутнело и расплывалось. И вдруг он почувствовал тепло у своего панциря. Отец обнял его так нежно, как только мог. — Я не буду допрашивать тебя, если это причиняет тебе столько боли, — нежным голосом сказала крыса. Он не был удивлён, расстроен, подавлен, нет. Он был нежен и в его действиях чувствовалось тепло. Разве он не должен ненавидеть Леона за все его поступки, что он совершил? Как он может обнимать своего убийцу? −−− Свободных комнат в логове не было, и поэтому Лео спал в гостиной на диване. Этот диван был намного мягче всего, на чём он спал последние десятилетия. Уснуть на новом месте было сложно, несмотря на всю безопасность, возведённую Донни. Его разум мучал факт, что вся его семья была в одном месте и сладко спали. Все они были здесь. Все они были живы. Лео не мог допустить, чтобы то, что случилось благодаря всем тем ужасным существам, повторилось вновь. Он не мог допустить подобного. Он должен придумать, что-то, что сможет остановить их раз и навсегда. Он должен закончить это прежде, чем оно повторится в этой временной линии. Он должен. С каждой подобной мыслью паника возрастала. В ту ночь он сидел перед картами города с чёрным маркером в руках, пока все спали. Была такая же кромешная тишина, как сегодня. Он не мог успокоиться, не проверив, всё ли хорошо. Лео поднялся, и первым делом направился в лабораторию. Приоткрыв дверь, он заметил, как Донни спит на своём столе с включенной настольной лампой перед какими-то чертежами. Он был в порядке. В двух шагах от черепахи. Он зашёл в комнату и взял фиолетовое одеяло. Накинув его на мягкий панцирь Донни и выключив настольную лампу, он закрыл дверь и направился к следующим комнатам. Каждая комната передавала внутренний мир владельца. У Рафаэля была большая кровать с множеством плюшевых игрушек, и он спал, обнимая их своими большими руками. На стенах висели плакаты, украденные из кинотеатра, и были небольшие трещины от сильных ударов. У Микки кровать была поменьше и вся испачканная от пролитых красок. Он лежал на пластроне в форме звёзды. Возле стены стояла полка с фигурками разных персонажей, а рядом красовались страницы журналов с Рупертом Сваггартом и красочные рисунки. В комнате Лео был сущий беспорядок. На полу валялись две его катаны и различные комиксы, а скейтборд стоял прямо возле двери, как ловушка. Стены были завешаны постерами Юпитера Джима. Он странным образом развалился на кровати, чуть ли не падая с неё. Обычно Кейси ночевал у О’Нилов, но из-за того, что его сенсей тут, сегодня он остался в логове. Он лежал на диване, а рядом с ним валялась его маска и оружие. Он спал, свернувшись калачиком и укрытый одеялом. В детстве он часто так засыпал на панцире Леона. Только вместо одеяла был его шарф. Эта картина вызвала у Лео небольшую улыбку. Лео обошёл всё логово, но чувство паники только усилилось и ему не хотелось спать. Он решил немного пройтись по канализации, чтобы успокоиться. Он и так страдал от бессоницы и мало спал, а так к этому прибавилась ещё и тревога, не дающая даже спокойно полежать. Отойдя достаточно далеко от дома, он дошёл до большого помещения, из которого доносились голоса. Он насторожился и достал катану, медленно подходя к эпицентру звука. Там стояли две змеи Брюса. Лео часто пересекался с ними во время апокалипсиса, они достаточно хорошие бойцы. — Точно тебе говорю! Явидел, как кто-то из них спускался в этот люк, — утвержал змей в очках. — Здесь ужасная вонь, как можно жить в таком месте? — змей зажал нос и противным взглядом осматривался по сторонам. Что они делают здесь и кого ищут? — Думаешь, мне здесь нравится? — змей в очках сложил руки на груди и агрессивно посмотрел на второго. Как бы похоже они не выглядели, у них было не очень хорошее отношение друг к другу, и когда Брюса не было рядом, они постоянно сорились. Лео мог бы напасть на них, но у них была способность залезать в сознание, подобно мерзким кренгам, и если бы его схватили, они бы узнали, где находится логово. Рисковать нельзя, поэтому Леон решил отвести их как можно дальше. — Вот чёрт! Видимо, в канализации никого. Значит, пойду обратно в логово, — специально громко прокричал Лео, чтобы змеи услышали его и последовали за ним. Он слышал, как они идут за ним по пятам, но не показывал виду. Лео выбрался на поверхность и быстро побежал в противоположную от логова сторону. Змеи не были такими быстрыми и ловкими, и поэтому достаточно быстро отстали. Взобравшись на крышу одного из зданий, Лео переждал двадцать минут, чтобы убедиться, что отвёл их далеко и они не заметят его. После чего - вернулся в логово. В доме стояла гробовая тишина, и единственным звуком в помещении были только звуки его собственных шагов. В штабе Сопротивления всегда было достаточно шумно. Участники делились на дневные и ночные смены, поэтому с приходом ночи прекращались лишь слишком громкие роботы, так как это было опасное время суток и шанс быть найденными возрастал. Но несмотря ни на что, даже в такое время, идя по длинным белым коридорам, можно было услышать вдалеке гудения генераторов и отдалённые разговоры, а если проходить рядом с тренировочным залом — удары и выстрелы. В какой-то мере постоянный шум расслабляет. — Мастер Леонардо? — сонный голос раздался со спины. Лео не ожидал, что ещё кто-то не спит. Стояла поздняя ночь, и он немного вздрогнул, но потом расслабился, когда понял, кто говорит, и повернулся. — Почему ты всё ещё не спишь? — шёпотом произнёс Лео, стараясь не разбудить остальных членов семьи. — Не получается уснуть, — немного грустно произнёс Кейси. — Вы куда-то ходили? — Появились некоторые дела, которые нужно было решить сейчас, — Лео махнул рукой, зовя Джонса с собой и лёг на диван. Джонс немного растерялся и несколько секунд осмыслял, что сейчас ему предлагает Лео. После чего он подошёл к дивану и лёг на панцирь черепахи. Они часто спали вместе во время апокалипсиса - это всегда было намного лучше и теплее, чем порознь, но сейчас это ощущалось как-то по другому. Чувствовать тепло близкого человека рядом с собой не из-за безумного холода улицы, а просто потому, что не мог уснуть, было странным, но приятным ощущением. — Сенсей, можно задать вопрос? — спросил Джонс. — Конечно, — немного уставшим голосом ответила черепаха. — Почему вы не пошли в портал со мной? — спросил он. Этот вопрос уже долгое время мучал его голову и сейчас была отличная возможность узнать на него ответ. — Ты вырос в ужасном мире, но ты не заслуживаешь этого, — начал Леон. Это было правдой. Кейси всю жизнь провёл в апокалипсическом мире и представить себе не мог, каково это — жить в мире, в котором просыпаться от каждого шороха, жить под землёй и в разрушенных многоэтажках и питаться лишь консервами и редкими маленькими животными считалось странным. В том мире каждый день был невыносимо тяжёлым и кровавым. — Я всегда хотел, чтобы ты жил лучшей жизнью. Кассандра - его приёмная мать, умерла, когда ему было пять лет, оставив его на воспитание Леону, а здесь она была жива и молода. В этом мире он мог проводить с ней всё своё свободное время. Он мог ходить в школу и получать знания, о которых даже подозревать не мог. Он мог завести много новых друзей и получить настоящее общение, вместо постоянных разговоров о том, как бы прожить хотя бы ещё один день. Здесь он мог получить лучшую жизнь. — И когда представилась такая возможность, я воспользовался ей, и остался там потому, что я всегда был бы для тебя навязчивым напоминанием о том ужасе. На удивление Кейси, Лео говорил это максимально спокойно и уверенно. Он со всей силы ухватился за черепаху. Эти слова влетели в голову младшего словно пуля. Как он мог подумать о таком? Разве он когда-то говорил о чём-то подобном? — Всё хорошо? — удивлённо спросил Лео, чувствуя как хватка ребёнка усилилась. — Я так скучал по тебе, я бы не смог пережить твою смерть, — дрожащим голосом сказал младший. В уголках его глаз накапливались слёзы. Взгляд Леона поменялся, и он спустил Кейси к своему пластрону, обнимая рукой. — Эй, сейчас же я с тобой, не так ли? — слегка улыбаясь, спросила черепаха. Кейси поднял глаза. — С этих пор, я не оставлю тебя ни при каких обстоятельствах. — Обещаешь? — Обещаю. Он всегда сдерживал свои обещания и не раскидывался ими во все стороны, даже если они были максимально глупыми или опасными. Кейси верил ему. Эти слова успокоили его, и странные мысли в голове начали стихать. Он быстро уснул, прижимаясь к тёплой черепахе. Это тепло было знакомым.