Глава седьмая. Подарок брату

      Проснулась Камила тяжело и с болью в голове. Едва поднявшись с кровати, она подошла к зеркалу и критично оглядела свой внешний вид — синие синяки под глазами и спутанные волосы.       Выйдя из гостевой комнаты, она, шаркая, дошла до своей. Время было только семь, поэтому Мирабель, сладко посапывая, спокойно спала, повернувшись лицом к стене. Тихо взяв все ванные принадлежности, пару полотенец и сменную одежду, Камила направилась в ванную.       Контрастный душ мигом согнал с неё остатки сна, и вот она, стоя перед огромным зеркалом в одном белом махровом полотенце, обмотанном вокруг тела, сушила свои волосы, напевая под нос какую-то незамысловатую песенку на французском и слегка пританцовывая в такт. Успешно справившись с укладкой волос, Розье одела брюки палаццо нежного салатового цвета и такого же оттенка рубашку с рукавами-бишоп. Довольно оглядев своё отражение напоследок, она вышла из ванной комнаты.       Спустившись вниз и войдя на кухню, она быстро пожарила себе яичницу с французскими гренками и позавтракала. Родители, вероятно, ещё спали, а встают они обычно ближе к девяти, поэтому, начеркав им записку на французском, Камила вышла из дома.       Энканто уже не спало. Жители, значительно меньше, чем днём, но сновали туда-сюда по своим делам. С улыбкой оглядев ранних пташек, Розье медленно отправилась в ту же сторону, что и они с братом вчера — на рынок, оглядывая ровные ряды красивых домиков и ароматно пахнущие сады.       Вся их семья, признаться честно, до безумия любила наряжаться с поводом и без и притягивать внимание своей красивой внешностью. «Может, из-за этого родители выбрали Энканто? — подумала девушка, усмехаясь. — Тут же как не выйдешь на улицу — облапают взглядами.» Поэтому Камила решила, что лучшим способом помириться с братом будет подарить ему какую-нибудь красивую безделушку или вещь.       Зайдя в яркий магазинчик с многообещающим названием, она огляделась. По бокам были увешаны плотными рядами платья, рубашки, юбки, мужские костюмы и пончо. Наткнувшись глазами на одно, она невольно вспомнила Камило и то, как счастлива была это ночью, и тут же стыдливо покраснела.       — Доброе утро. Чем могу помочь? — Вежливо поинтересовалась добродушная на вид женщина за кассой лет пятидесяти, заставляя Камилу вздрогнуть.       — Доброе. Подскажите, каких расцветок у вас есть мужские пончо?       Продавщица вышла из-за кассы и засеменила в левую сторону, оглядывая ряды с мужской одеждой.       — Золотое, красное, синее, голубое, зелёное и белое.       — Покажите, пожалуйста, голубое.       Женщина достала две вешалки и развернулась к Камиле, позволяя той оценить пончо. Первое было тёмно-голубым с резко обрезанными краями и черной птицей на груди. Второе же было небесно-голубого оттенка, по бокам в пяти сантиметрах от шва шел золотой геометрический узор в виде связанных кругов, квадратов и треугольников. Шов был мягким и аккуратным. Уже представляя восторженное лицо брата, Камила решительно сказала:       — Заверните мне, пожалуйста, второе, вот это.       Выйдя из магазина с довольной улыбкой, она неспеша направилась домой. Уже на половине пути она услышала, как её кто-то окликнул, и удивлённо обернулась.       — Привет, — сказал Пьеро и улыбнулся, быстро догоняя её.       — Доброе утро, — она не смогла сдержать ответной улыбки, да и не хотелось. Хорошее утро и отличная покупка положительно влияли на её настроение, не давая ему испортиться. Увидев, что Камила улыбнулась ему в ответ, парень расцвёл.       — Давай я тебе помогу?       — Оно совсем не тяжёлое, но спасибо, — кивнула Розье и отдала пакет с покупкой Пьеро.       — Удивительно, ты даже не сопротивляешься.       — Решила, что сегодня праздник, — легко пожала плечами Камила, направляясь с парнем дальше по дороге домой. — Ты же тоже решил меня сегодня не сбивать.       — Извини за тот случай, — Пьеро неловко улыбнулся, потерев затылок свободной рукой и опуская глаза на дорогу. — Но Роберта ты уделала эффектно. Он так орал, когда ты зашла.       — И ты меня извини. Его просто вывести из себя, — хмыкнула Камила, — особенно ледяной водой.       — О, поверь, её температуру я тоже успел проверить. Не знал, что в мире есть люди кроме Мадригалей, обладающие волшебными дарами, — как бы невзначай добавил Пьеро.       — Наши две семьи — единственные во всём мире, — Камила с удовольствием отметила, что этот факт положительно влияет на её самооценку.       — Удивительно. Так значит, ты обладаешь водой? — уточнил он.       — Да, верно, стихией воды, — положительно кивнула девушка и нервно закусила губу, неуверенно спросив: — Так, говоришь, Роберт сильно орал?       — Хах, это не то слово, — усмехнулся Пьеро и заметил выражение лица собеседницы. — Сильно досталось?       — Нет, — Розье пожала плечами, — он обиделся, не разговаривает со мной. Вот, купила принцессе подношение, может, примет и не сожжёт меня до конца дня своим гневным взором.       Пьеро громко рассмеялся, заставляя и Камилу хихикнуть. Дальше она уже говорила с большей охотой.       — Роберт — эмпат. Он тебе рассказывал? — Дождавшись отрицательного покачивания головой, Камила продолжила: — Это сильно на него влияет. У него частые срывы, истерики. Вчера он нашёл в тебе друга, а что в итоге сделала я? Накричала на него и окатила ледяной водой. Думаю, я бы тоже после такого не разговаривала бы с ним, как ни в чём не бывало.       — Думаю, тебя тоже можно понять, — мягко проговорил Пьеро, утешительно глядя на девушку. — Тебя сбил с ног человек, а твой брат, вместо того, чтобы тебя защитить, начал с ним приятельствовать, так ещё и тебя подкалывал. Конечно, ты разозлилась.       — Наши с ним способности.., — Розье поджала губы, подыскивая лучшие слова, а Пьеро терпеливо дожидался, не торопя её, — имеют некоторые побочные эффекты. У меня вечная слабость из-за недостатка воды в организме, который сжигает её, как топливо. У Берта, едва на фоне вспыхнут чужие яркие эмоции, головная боль. Один раз в детстве он потерял сознание, когда я, потеряв свой самый любимый браслет, расплакалась, — она улыбнулась, вспоминая маленькую себя и брата.       — Жуть, — тихо промолвил Пьеро.       — Мы привыкли так жить, как и привыкли к нашим способностям. Если в один день они исчезнут, то мы потеряем самих себя, — закончила тему Камила. Они уже подошли к её дому. — Спасибо, что проводил, — сказала она, забирая пакет, и улыбнулась. — Зайдёшь на чай? Роберт будет рад.       — Извини, у меня дела в центре, надо помочь маме, — Пьеро развел руки в стороны и улыбнулся, махая на прощание. — Пока.       — До встречи.       Камила вошла в дом, в котором царила блаженная прохлада по сравнению с улицей. Весёлые переговоры слышались со стороны столовой, и она неспеша направилась туда. Как только она вошла Роберт сразу замолчал и насупился, уставившись в свою тарелку с кашей. Камило и Мирабель неловко переглянулись, заметив резкую смену настроения их друга, и с улыбками поприветствовали девушку.       — Ты прости, что я тебя из комнаты вытеснила, мне так неудобно, но Роберт мне сказал ложиться на твою кровать.       — Ясно, — Розье легко улыбнулась детской обиде её брата. — Ничего страшного, я переночевала в гостевой, там тоже довольно уютно. Ты так сладко спала, не хотела тебя будить и выгонять.       Она поставила бумажный пакет прям перед лицом брата, на что он лишь хмуро взглянул на неё.       — Что это? — Тихо спросил он, беря пакет в руки.       Камила лишь закусила губу, с улыбкой наблюдая за недоумением брата и тем, как он заглядывает в пакет. Медленно достав голубую вещь, он с удивлением развернул её.       — Это пончо, чтобы ты, так сказать, проникся местной культурой. Будешь самый модный. Выбирала специально под цвет твоих глаз.       — Оно... невероятное, — промолвил Берт, с восторгом прикладывая пончо к себе. Не выдержав, он подорвался с места и убежал на второй этаж, чтобы примерить покупку.       — Естественно, — фыркнула ему вдогонку сестра, — что-что, а вкус у меня точно есть.       Взяв мясной круассан с общей тарелки, она с удовольствием откусила его и улыбнулась Мадригалям.       — Мой брат такой модник, — сказала она, усмехаясь и нарочито недовольно закатывая глаза.       — Ты не лучше, — парировала мама, входящая на кухню. Она заботливо посмотрела на кузенов и спросила: — Вкусно?