Глава восемнадцатая. От вишни до платья

      Собирать с самого утра вишню в саду, стоя на неустойчивой лестнице под палящим солнцем, голова от которого нагрелась настолько, что её, кажется, скоро хватит удар — не совсем то, о чём Камила мечтала после вчерашнего хорошего отдыха на берегу. Голова кружилась, а нежная кожа на лице и плечах, как она и предполагала, покраснела и неприятно зудела, если к ней прикасаться. Всё-таки настолько солнечная погода в Энканто была совсем не для неё. Сорвав с ветки очередную ягоду и забросив её в увесистую корзинку, висящую на сгибе локтя, Розье устало вздохнула. Поганец Роберт, заядлый любитель поспать подольше, вторым чутьем почувствовал, что сегодня ему это аукнется, и встал раньше сестры, успев занять более козырную работу — всего-то полить цветы! Он не потратил на это и десяти минут, а она здесь уже целых полчаса корячится, удерживая равновесие на одном добром слове не хуже настоящего циркача.       Будто услышав её мысли, лестница угрожающе покачнулась, и Камила услышала опасный треск. Ступенька, на которой она стояла, всё-таки не выдержала и отвалилась, упав на зелёную траву. Лишившись опоры, девушка камнем полетела за ней следом, вскрикнув от испуга и смешно замахав руками в воздухе, ища, за что бы зацепиться. И всё же упасть на землю ей было не суждено — в последний момент её кто-то поймал, прижав к себе. Крепко зажмурившись, девушка удивлённо приоткрыла один глаз, взглянув на своего спасителя.       Пьеро.       Он с мягкой снисходительной улыбкой смотрел на неё сверху вниз, уверенно удерживая её обеими руками и крепко стоя на земле, будто она действительно ничего не весила.       — Ты что, следишь за мной? — пропищала она и неловко закашлялась, на что парень оглушительно расхохотался.       — Меня Берт пригласил.       — А-а.., — только и смогла выдавить она в ответ, так и продолжая глупо пялиться на него.       На крыльцо вышел Роберт. Наблюдая за данным шоу с насмешливо приподнятой бровью, он хмыкнул, и Камила наконец очнулась, поспешно сползая с рук Пьеро.       — Приличные люди за спасение говорят "спасибо", — заметил Берт, не переставая довольно ухмыляться. Розье наградила его самым осуждающим взглядом в своём арсенале.       — Приличные люди помогают другим подержать лестницу, а не бросают их с громким издевательским смехом и шуточками на произвол судьбы! Ты ведь так и знал, что так будет! Специально хотел, чтобы я упала? — Камила угрожающе положила руки на талию, умудряясь смотреть на высокого брата, ещё и стоящего на крыльце, сверху вниз таким своим взглядом, от которого даже ему становилось неуютно. Повернувшись к Пьеро, она перестала хмуриться и вежливо благодарно ему улыбнулась, махнув на свои красные от загара щеки. — Спасибо. Это лицо разбитый нос вряд ли бы украсил ещё больше.       Присев на корточки перед упавшей корзиной и рассыпавшимися ягодами, Камила начала ловко собирать их обратно, и парень тут же присоединился к ней. Не прошло и минуты, как корзина вновь стала полной, и молодые люди стояли друг перед другом, неловко улыбаясь.       — Ты так сильно обгорела вчера, — слабо нахмурившись, аккуратно заметил Пьеро и неожиданно протянул руку к её лицу, явно намереваясь прикоснуться к красной щеке, но Камила перехватила его кисть на полпути.       — Не стоит, — заметила она, неловко улыбнувшись и заправив за ухо выбившуюся из пышного пучка на затылке белую прядь волос. Нисколько не смутившись, парень широко улыбнулся и понимающе кивнул.       Берт, явно оскорблённый тем, что на него не обращают внимание уже больше двух минут, театрально устало вздохнул и лениво махнул Пьеро рукой, заходя обратно в дом.       — Пойдём, — бросил он.       — Что вы хотите делать? — с некоторой опаской спросила Камила, проводив взглядом широкую спину брата, скрывшуюся за дверью, но парень лишь пожал плечами.       — Не знаю. Берт не сказал.       И он отправился в дом вслед за ним.       Вздохнув, Камила только собралась поставить корзину на ближайшую скамейку и наконец зайти в прохладный дом, как из окна выглянула Габриэлла.       — Собрала? — спросила она и, не дожидаясь ответа, продолжила: — Отлично. Тогда отнеси ягоды Пепе Мадригаль, она вчера очень помогла мне и пообещала позаниматься испанским.       — Зачем тебе заниматься испанским с Пепой Мадригаль?       — Подтянуть язык, sotte, зачем же ещё? — ласково улыбнулась мама и вновь скрылась в доме.       Достав из кармана маленькое круглое зеркальце и с сомнением оглядев собственное отражение, Камила неуверенно взглянула на калитку. Разгуливать с обгоревшим лицом по всему Энканто вряд ли было хорошей идеей, но делать нечего. Быстро забежав домой и найдя какую-то более-менее симпатичную шляпку, сочетающуюся с одеждой, она посильнее натянула её на нос и отправилась в Каситу, проклиная всё и вся. Благо, в такую рань в центре были в основном пожилые торговцы, выставляющие товар и готовящиеся к очередному трудовому дню.       Довольно быстро добравшись до нужного дома, девушка поприветствовала Каситу, которая в ответ покачнула плиты под ней так, что она едва удержала равновесие, и покачала ставнями, и постучала во входную дверь, которая тут же распахнулась перед с ней с такой скоростью, что у Камилы осталось ощущение, будто кто-то подслушивал под ней, ожидая, когда она появится. Этим шустряком оказалась Пепа Мадригаль. Её лучезарная улыбка и горящие глаза соответствовали ясной погоде. При виде Камилы солнце будто засветилось ещё ярче и агрессивнее.       — Привет, Камила, дорогая, — мягко проворковала она, и девушка просто не смогла не улыбнуться в ответ.       — Здравствуйте, тётушка Пепа. Мама просила вам передать, — она протянула ей полную сочных фиолетово-красных ягод корзину, и женщина тут же с благодарностью приняла её.       — О, не стоило... Передай Габриэлле большое спасибо! — сказала Мадригаль, с восторгом разглядывая содержимое корзины и, не удержавшись, попробовала одну. — Просто невероятный вкус! Камила, мы как раз собираемся завтракать, может быть, ты разделишь с нами трапезу?       — О, думаю, не стоит.       Появиться перед Камило с такой красной обожжённой кожей казалось ужасной затеей, и Розье усиленно начала качать головой, но было уже поздно — женщина взяла её за запястье и потянула за собой в дом, направляясь в столовую.       — О, пожалуйста, не отказывай мне! Думаю, ребята будут счастливы тебя видеть! Особенно Камило, — добавила она заговорщическим шёпотом, подмигнув девушке. В коридоре ей пришлось по правилам этикета снять шляпу и оставить свою защиту на тумбе.       — Смотрите кого я нашла! — с широкой улыбкой воскликнула Пепа, входя в столовую и привлекая всеобщее внимание.       Сперва Камило подумал, что Розье просто-напросто сильно засмущалась — по её коже это было сразу заметно. Лишь через пару секунд поняв, в чем дело, он тихо усмехнулся себе под нос, пряча лицо, чтобы не выдать своего веселья.       Пройдя на своё уже привычное место рядом с парнем, Камила с ходу заявила:       — Хоть одно слово про загар — я тебя придушу.       — Попридержи свои фантазии до брачной ночи, mi amor, — сказал Камило, видимо, не успев подумать перед этим, и тут же покраснел до кончиков ушей не хуже самой Розье. Та же кинула на него одобрительно-хмурый взгляд и тут же отвернулась, накладывая арепу.       Сразу после завтрака Камилу буквально утащила в свою комнату обеспокоенная чем-то Мирабель. С блаженством усевшись на мягкую кровать, девушка принялась наблюдать за метающейся туда-сюда от шкафа к столу подругой, в руках у которой была груда одежды самых разных цветов и из самой разной ткани.       — Так что случилось, Мирабель? — устав, протянула Розье.       — Камила, это вопрос жизни и смерти! — она так резко остановилась, что половина нарядов повыпадала из её рук, оказавшись на полу. Глаза за линзами очков беспокойно метались по комнате, не зная, на чём остановиться. — Завтра помолвка, а мне совсем нечего надеть!       Чёрт! Точно. Помолвка.       Розье быстро вскочила с кровати и аккуратно забрала из рук Мирабель всю одежду, усаживая подругу на своё место.       — Так! Никакой паники! — она резво наклонилась и подняла с пола первый попавшийся наряд — красивое нежно-розовое коктейльное обтягивающее платье со средней юбкой и рукавами-полосками, которые должны лежать на плечах. — Просто посмотри, какое оно красивое! Мирабель, ты что, шутишь?       Но Мадригаль вопреки всему отрицательно помотала головой. С её губ сорвался отчаянный стон, и она закрыла лицо ладонями.       — У нас не принято такое носить. Я сшила его в прошлом году втайне от абуэлы, — глухо пояснила она.       — Чёрт, ладно, — порывшись в груде одежды, Камила вытащила другое платье с ярко-жёлтым верхом с открытыми плечами и пышной атласной зелёной юбкой. — Ну, а с этим-то что не так?       — Это же просто ужасное сочетание цветов! — воскликнула Мирабель, расширив глаза и прикрыв рот рукой в театральном ужасе. — Роберту точно не понравится! У него совершенно другой вкус!       Услышав это, Камила посмотрела на подругу как на умалишённую, поджав губы с явным неодобрением.       — Elle est folle, pauvre petite, — пробормотала она себе под нос, покачав головой, а потом вдруг вскинулась, схватила Мирабель за запястье и потянула за собой. — Ну конечно!       Уже через двадцать минут они, обе абсолютно счастливые и с полнейшим восторгом на лицах, стояли у Камилы в комнате и разглядывали невероятное платье, в которое была одета Мирабель. Голубоватый нежный оттенок идеально констатировал с её чуть смуглой кожей, а корсет хорошо облегал фигуру, выгодно подчёркивая талию. Квадратный вырез открывал вид на острые ключицы, добавляя утончённости. Пышные рукава добавляли образу лёгкости и мягкости, делая из Мадригаль настоящую принцессу.       — Какая ты всё-таки красивая! - воскликнула Розье, смахивая невидимую слезу гордости.       — Но почему ты сама его не носишь? — тихо спросила Мирабель. Она явно была не в силах оторвать взгляд от своего отражения в большом настенном зеркале, вставая в самые мыслимые и немыслимые позы.       — Оно мне коротко, - легко хмыкнула та, аккуратно поправляя рюшки на корсете. — И в груди великовато. Поэтому я дарю его тебе.       — Что? Правда?! Но ведь я могу его для тебя ушить!       — Не стоит. Думаю, оно создано специально для тебя. Носи с удовольствием!       — Спасибо-спасибо-спасибо-спасибо! О боже, Камила, оно такое невероятное, спасибо тебе!       Мирабель с дикими визгами бросилась подруге на шею, наступив при этом на подъюбник и едва не свалившись. Та звонко засмеялась, крепко обнимая её в ответ.       — Ты в нём будешь просто сиять!