15. Сирена

Утром Паша просыпается пораньше и отправляется в кухню, решив порадовать свою принцессу свежими блинчиками с малиновым вареньем, а еще горячим кофе, который пусть и не такой волшебный, как у нее, но все равно вполне вкусный. Ермолов включает ноутбук, чтобы поставить фоном первое попавшееся шоу, высветившееся в рекомендациях, и принимается за работу. — «Натальная карта» — шоу в котором ведущие разбирают натальную карту гостя… — раздается за спиной после короткой рекламы и какой-то пустой болтовни. Затем начинается рассказ о правилах программы. Паша даже невольно замирает, подумав о том, что его всюду преследует вся эта астрологическая… история. Так бы и недолго в знаки Вселенной поверить, но Ермолов вовремя вспоминает, что последние несколько дней ноутбуком пользовалась его племянница, а уж после нее ему чего только не попадается — и «Фиксики», и «Смешарики» и парнишка какой-то с кличкой А4, что почему-то неизменно ассоциируется с одним наркоманом, который в школе нюхал клей… — Ты решил углубиться в тему? Одобряю, — улыбается Мара, которая заходит в кухню как раз в тот момент, когда он собирается включить что-нибудь другое. Но она подходит ближе, чтобы нежно поцеловать его в щеку, и он тут же обо всем забывает. — Сделай громче, пожалуйста. А я пока кофе нам сделаю. Паша решает не спорить, ведь не просто же так она привезла с собой эту книгу, которую так бережно водружает на кухонный стол. Вместо этого он начинает жарить блинчики, невольно прислушиваясь к словам ведущих шоу, что понемногу начинает его увлекать. По крайней мере, слово асцендент теперь не ассоциируется с аппендицитом. — Надо же, эти Девы и правда какие-то мутные, — хмурится Паша, когда спустя двадцать минут они уже сидят за столом и едят блинчики, продолжая смотреть это шоу. Он даже понемногу проникается сочувствием к племяшке, которая собралась взвалить на себя такое тяжкое бремя. Надо бы ей лучше поискать кого-нибудь, у кого Венера в Козероге. — Это только парни, — возражает Мара, делая глоток из чашки с кофе. В глубине души она гордится собой, что смогла его этим заинтересовать. — Но с этим еще некоторые могут ужиться, а вот если Венера в Близнецах… Паша понимающе кивает, и тут же осекается, ведь он всю жизнь считал себя скептиком, а тут в его жизнь ворвалась прекрасная магическая сирена, и своим чарующим голосочком заманила на верную погибель в этом океане сомнительной информации. Но именно в этот момент их взгляды встречаются, и он ловит себя на мысли, что пошел бы за ней, чего бы ему это не сулило. — Нам нужно собираться, — решает сменить тему Ермолов, доедая блинчик на своей тарелке. Часы показывают половину одиннадцатого утра, а он обещал Илье быть на месте к обеду. — Нам еще в офис Семеновых добираться. У них в переговорной есть подходящая локация для съемки. — Ты не говорил, что будет съемка, — хмурится Мара, взглянув на себя в отражении ложки. Синяк все еще не сошел, а корка на порезе начала отпадать, что выглядит не слишком привлекательно. — Прости, забыл уточнить. Интервью будет для городского телеканала, — произносит Паша немного виновато, убирая тарелки со стола, чтобы поставить в посудомоечную машинку. Мара шумно выдыхает. — Если тебе нужно больше времени на подготовку, я позвоню Илье и скажу, что мы опоздаем. Он это переживет. — Нет, все в порядке, — качает головой девушка хоть мысль о том, что этот ублюдок Илья понервничает, кажется ей привлекательной. Но лишний раз подставлять Пашу не хочется, поэтому она добавляет: — Мне нужно полчаса на макияж, и я буду готова. Спустя час черный джип Паши останавливается на парковке возле четырехэтажного здания, которое полностью принадлежит семье Семеновых. Он первым выходит из машины, чтобы подать руку своей принцессе, но сжимает ее хрупкую ладонь в своей чуть дольше, чем требуется в рамках этикета, в очередной раз невольно залюбовавшись ее фигурой в строгом темно-бордовом платье-футляре, которое она выбрала для этого интервью. Темные волосы девушки уложены крупными волнами, а в ушах поблескивают сережки-кольца. — Разве мы не опаздываем? — хмыкает Мара, одарив его дразнящей и до умопомрачения соблазнительной улыбкой, из-за которой противиться желанию задержаться еще хоть на пару минут становится невыносимо. Рука сама по себе соскальзывает на ее талию, прижимая девушку ближе. — Твой друг-тиран не будет нервничать? — эти слова она выдыхает ему почти в губы, ведь их лица разделяет каких-то пара сантиметров. Он прижимается лбом к ее лбу. — Мой друг-тиран подождет, — улыбается Паша, едва ощутимо коснувшись губами ее губ, тем самым заставляя девушку хотеть большего. Она неосознанно тянется за ним, но он тут же отстраняется, хоть самому от ее близости сносит крышу. — Впрочем, ты права, опаздывать не вежливо… — Не вежливо так издеваться над девушкой, Павел Сергеевич! — шипит она, хватая мужчину за воротник рубашки и притягивая к себе, чтобы прижаться к губам поцелуем — таким настойчивым, жадным и требовательным, что лишает его остатков самоконтроля. Ермолов инстинктивно подается вперед, вжимая ее своим телом в дверцу машины, из-за чего у нее из легких мгновенно выбивает весь воздух, и она целует его еще крепче, словно бы только он может дать ей драгоценный кислород, в котором она так нуждается. Хватка на его воротнике слабеет, и она перемещает руки выше, обхватывая мужчину за шею, ведь слишком боится, что он отстранится раньше, чем успеет им насытиться. Но Паша и не думает этого делать, он опирается одной рукой о машину позади нее, а второй скользит вниз к ее бедру, из-за чего по спине девушки проходится дрожь, а щеки вспыхивают от возбуждения. В голове у Ермолова проскальзывает мысль, что если он сейчас не остановится, то уже просто не сможет, но губы девушки оказываются такими мягкими и чувственными, а сама она кажется такой нежной и податливой, что у него нет совершенно никакого желания прекращать это. В тот момент, когда он уже думает о том, чтобы послать все к чертовой матери, сгрести ее в охапку и уехать куда-нибудь в более укромное место, у него в кармане начинает вибрировать мобильный. — Я, конечно, говорил, что тебе нужен наследник, но не просил делать его прямо у меня на парковке, — доносится из трубки насмешливый голос Ильи, когда Паша, чертыхаясь, отвечает на звонок. Ермолов без подсказок понимает, что тот наблюдает за ними из окна своего кабинета и оборачивается, желая не то послать, не то убить его взглядом. Даже хочется показать ему средний палец, но мужчина вовремя напоминает себе, что ему все же не десять. — А вообще поберег бы себя, Ермолов, а то тебе уже не двадцать и даже не тридцать, так и доведет молодая жена до сердечного приступа. — Иди ты к черту, — не выдерживает Паша, и в трубке слышится смех. Он сбрасывает звонок и поворачивается к Маре, которая по-прежнему тяжело и порывисто дышит из-за сбитого дыхания, и это вызывает у него улыбку. Вся злость тут же утихает. — Нам все же придется пойти на это интервью, моя королева, иначе этот тиран выест мне весь мозг, — морщится мужчина, потянувшись, чтобы коснуться поцелуем тыльной стороны ее ладони. Она улыбается и протягивает свободную руку, желая притянуть его к себе и поцеловать уголок его губ. — Ну нет уж, твой мозг принадлежит мне, — фыркает она, касаясь пальцами его колючей щетины. Он невольно прикрывает глаза, наслаждаясь этой нежностью. — Как и ты весь принадлежишь мне… Во взгляде девушки появляется знакомая ему чертовщинка, а затем она отстраняется, чтобы пройти мимо него и направится в сторону здания, стуча каблуками черных туфель по тротуарной плитке. Паше ничего не остается, кроме как направиться за ней, на ходу приглаживая волосы и поправляя рубашку… В переговорной в это время уже все давно готово для интервью, и им остается только занять места перед камерами. Ермолов в который раз с восхищением оглядывает свою фею, мысленно поражаясь тому, как всего за пять минут, проведенных в туалете, она умудрилась поправить макияж и обновить прическу. Некоторые женщины поистине ведьмы… — Мотор через тридцать секунд! — доносится сбоку, пока Паше крепят микрофон на рубашку. Какая-то девушка ставит на журнальный столик перед ним и Марой две чашки кофе. — Работаем! Хмурая светловолосая ведущая, до этого со скучающим видом читавшая что-то на листке бумаги, мгновенно преображается, а на ее лице появляется жизнерадостная улыбка. Она здоровается со зрителями, представляет им гостей и коротко рассказывает о назначении интервью. Первым делом они с Пашей обсуждают тему его выдвижения на пост заместителя мэра, что, очевидно, не вызывает у нее особого интереса, потому что она слишком быстро переходит к разговору о его свадьбе. — Не могу не поздравить вас с недавней свадьбой! — произносит девушка с неизменной лучезарной улыбкой, и Паша сдержанно кивает. Она даже не представляет, насколько недавней. — Я очень рада, что здесь ваша очаровательная жена. Наверняка она сможет поделиться с нами какими-нибудь романтичными деталями вашего знакомства. Мара, насколько мне известно, ваш отец, Лев Балинский, тоже занимается политикой и даже был конкурентом Ивана Семенова на прошлых выборах? — Верно, — сдержанно кивает Мара, одарив ведущую вежливой улыбкой. Паша мысленно отмечает, что она достаточно уверенно держится перед камерами, но его все равно не покидает мысль, что он должен ее защитить. — А на этих выборах он поддерживает семью Петровских. — Как же так сложилось, что, находясь, можно сказать, по разные стороны баррикад, вы с Павлом Сергеевичем полюбили друг друга? — продолжает девушка, ненавязчиво направляя диалог в интересующее ее русло. Мара снова мягко улыбается, переводя взгляд прямо на камеру. — Разве ваш отец одобрил этот союз? — Вы верно подметили, что моему отцу гораздо выгоднее выдать меня за своего сторонника, а не за преемника ближайших конкурентов. Было бы очень странно, если бы его дочь вдруг пошла против него, — голос Мары становится серьезнее, а взгляд ожесточается. Она делает паузу. — Такая спешная свадьба, еще и тайная… Мы ведь знакомы всего пять дней, вы знали? Паша вдруг замечает на входе в переговорную Илью, который выглядит слегка напряженным, и смотрит прямиком на девушку, словно бы она бомба замедленного действия, которая вот-вот взорвется. — Но это так романтично, правда? — серьезный тон Мары вдруг сменяется кокетливым хихиканьем, которое совершенно ей не свойственно, но выглядит так естественно в этот момент, словно бы так и должно быть. Она поворачивается к Паше и ее взгляд теплеет. — Мы совсем как Ромео и Джульетта! Все в комнате мгновенно расслабляются, но Илья по-прежнему остается напряженным. Он не сводит взгляд с Мары, которая продолжает вести непринужденную беседу с ведущей, словно бы не она всего минуту назад едва не подставила всю его семью. — А если бы не эта свадьба, то какая сторона была бы вам ближе? — задает ведущая совершенно неуместный и глупый с точки зрения Ильи вопрос, будто бы желая снова накалить ситуацию. Семенов уже жалеет, что выбрал именно ее для этого интервью, но ему казалось: эта с виду наивная блондиночка точно не станет лезть на рожон, а будет болтать о всякой девичьей чепухе. — Вы теперь поддерживаете команду своего мужа? — Ну что вы, разве в нашем мире для женщин есть место в политике? Здесь правят мужчины, и именно они решают, кого нам поддерживать, кого любить, и за кого выходить замуж, — слова Мары кажутся циничными, но произносит она их все с той же приторной улыбочкой, от которой Илью уже начинает тошнить. Он явно недооценил эту девчонку. — Поэтому мне ближе любовь, и ради нее я горы сверну, — говоря это, она поворачивается к Паше, и вторая часть предложения звучит совершенно серьезно. Мужчина ободряюще улыбается ей. — Я желаю каждой девушке, которая нас смотрит, всегда выбирать свою семью. Последняя фраза воспринимается неоднозначно, и Илья делает жест рукой, показывая, что интервью пора заканчивать. Девушка-ведущая задает гостям еще пару стандартных вопросов и быстро прощается, задержав Пашу, чтобы сделать еще несколько снимков для заставки. Мара снимает микрофон и направляется к выходу из комнаты, но на дороге тут же возникает будущий мэр. — Любишь играть с огнем, девочка? — шипит он, перехватив ее за локоть. Девушка усмехается. — Думаешь напугать меня? Моя стихия — воздух, так что твой огонь я запросто потушу, — фыркает она, вскидывая подбородок. Мара смотрит на него снизу вверх, но при этом совершенно не выглядит напуганной. — Мы здесь не в «Аватар» играем, — морщится Семенов, недобро сверкнув глазами. Эта девчонка кажется ему сумасшедшей. — Ты поняла, о чем я говорю. Ему хочется сжать ее локоть крепче и даже слегка встряхнуть, чтобы до нее дошло, но в этот момент между ними вклинивается Паша, который загораживает жену собой, вынуждая Илью отпустить ее. Он кажется раздраженным. — Не подходи к ней, — рычит Ермолов, сжав кулаки. Илья почти уверен, что девчонка за его спиной смеется над ним. — Повезло тебе с мужем, да, милая? — ухмыляется он ядовито, пытаясь заглянуть за широкую спину друга, чтобы посмотреть ей в глаза. Но Паша не позволяет ему этого. — А ведь он появился у тебя благодаря мне! В этот момент Мара выглядывает из-за спины мужа и делает то, чего так и не позволил себе Паша — показывает Илье средний палец. После этого она берт Ермолова за руку и гордо удаляется, оставляя Семенова в растерянности от того, что себе позволяет эта девчонка…