О мнении босса

      Сильвия сглатывает и на вопрос от Дино, в порядке ли она, кивает и вскидывает голову. Крепче сжимает катану, морщась от запаха: приторный и дурацкий парфюм, алкоголь и секс.       Когда-то этот запах не казался таким ужасным.       Она его даже не замечала.       — Чё нос морщишь, — от лучшего друга Бруно, Антонио, не укрывается смена эмоций на лице Сильвии. — Ещё недавно работала в подобном заведении, а уже нос воротишь, — он сплёвывает на пол кровь.       — Теперь я — Хранитель Дождя...       — То-о-о-очно. Теперь ты просто элитная шлюха — трахаешься с Каваллоне. Один клиент, но зато какой. Ну и как она тебе? — Антонио обращается к стоящему рядом с Сильвией Дино. — Хороша? А стонет как? Она у Бруно была одной из лучших — всё на лету схватывала. Мать у неё тоже была…       Дино не отвечает ему, но смотрит так, что тот мгновенно замолкает. Сильвия бросает взгляд на Дино: добрый, искренний и улыбчивый. Но пугающий, мрачный Дино ей тоже нравится — она в предвкушении. Сильвия знает, что Дино не стерпит такие слова в её адрес — он вообще в адрес Хранителей такого не терпел и пресекал грубости. Сам, мог, конечно, за закрытыми дверьми выразить своё мнение, но перед окружающими защищал.       — Сильвия, ты или я? — Дино не сводит в него глаз.       — С удовольствием, — взмах — и кровь россыпью оказывается на бежевой стене. Сильвия вытирает катану об тяжёлую бархатную красную штору и убирает её в ножны.        Это — не первая миссия в новой должности, и Сильвия думает, что неплохо справляется. Перевоспитали её для защиты Дино (и убийств) неплохо. Когда произошло её первое убийство (разбирались с одной семьёй, посмевшей организовать покушение на Тсуну. Тогда большую часть работы проделала Вария, но и Дино с Хранителями кусок достался), то с ней потом были Донна, Винченцо, Эдоардо и Ромарио с Дино. Донна, учившаяся этому с детства, крепко стискивала её руку и говорила, что Сильвия молодец. Она сделала свою работу, а работа у них вот… такая.       В машине Сильвия пытается натянуть подол короткой бордовой шёлковой ночнушки на тонких лямках, отделанной чёрным кружевом ниже — миссия была под прикрытием, но потом что-то пошло не так. Может, в момент, когда она увидела Антонио и вспомнила Бруно. Может, в момент, когда появился Дино и кинул ей катану в ножнах, а то с ножом было бы сложновато разбираться с толпой, жаждущей её крови.       — Опять кровь, — бормочет она, смотря на брызги на бедре.       — Опять не твоя, — отмечает Дино. — В прошлый раз был Бруно, теперь Антонио.       — Да я коллекционирую ублюдков.       Они быстро переглядываются, невесело усмехнувшись, и Дино смотрит на дорогу.       — Я думала, что мне будет помогать Донна.       — Я вернулся раньше. Не рада меня видеть? — хмыкает Каваллоне. — Избаловал я вас.       — Рада, — отвечает Сильвия. — С возвращением, Дино. Прости, что встречаю тебя без шампанского и фанфар.       — Двойку тебе за этикет.       Сильвия посмеивается. Перейти с Дино на «ты» было непривычно, но вместе с тем исчезло что-то, что не позволяло ей иметь отношения с Дино как у остальных Хранителей. Наверное, относиться к нему непринуждённо, как это делала Донна или, например, Эдоардо.       С Дино легко. С ним не нужно притворяться, не нужно пытаться казаться лучше или прыгать выше головы — Дино прекрасно знает, что она из себя представляет. Как и Сильвия — они с самого начала были честны друг с другом. Никаких неприятных открытий не произошло — а что может, если он вытащил её из такого страшного места?         — Исправлюсь, — прокашливается Сильвия. — Пока тебя не было, дон Марино поднимал вопрос нашего участия в наркоторговле. Донна в очередной раз сказала ему, что семья Каваллоне против. Видел бы ты его лицо. Он там что-то ещё пытался сказать, но она выхватила пистолет.       Побагровевшее, а затем и побледневшее лицо дона Марино Сильвия забудет не скоро. Как, впрочем, и другие участники собрания. Зато сразу всё стало понятно.        — Что ж, дон Марино никогда не отличался сообразительностью. Я придерживаюсь позиции своего отца: связаться с наркотиками — погибнуть в самом недалёком будущем. Они таят опасность для каждого, кто замешан в их распространении. Такое пятно может поставить под угрозу всё то, чем мы занимаемся.       — Прямо как Вито Корлеоне.       — Может, мой отец им и вдохновлялся, кто знает.       — Ты странный босс по меркам мафии, — говорит Сильвия. — Против наркоторговли и борделей, — поясняет она. — Владеть борделями — это же так тешит самолюбие, особенно мужское. И полезно — сколько информации произносится в их стенах, можно даже информатора не искать, а провести там парочку вечеров. Как будто владеешь миром.       — Да, и сколько убийств там же было совершено. Как же здорово будет сегодня спать в своей постели, — меняет тему Дино, наклоняя голову влево и вправо. — Командировки хороши тем, что можешь увидеть новые места, но с тоской по дому ничего сделать не могут.       — Можно мне на завтра отпроситься? — спрашивает Сильвия.       — Можно. Поделишься, чем планируешь заняться?       — Пройтись по магазинам с Аллегрой и Бьянки.       — Хорошо, — кивает Дино. — Будь на связи.       — Есть, босс, — слабо улыбается Сильвия и прижимается лбом к стеклу, прикрывая глаза. Попытки натянуть короткую ночнушку ниже она оставляет в покое. Свет уличного фонаря попадает в салон автомобиля и на Сильвию, и Дино, бросив на неё взгляд, отмечает, что у неё стройные и подтянутые ноги. И сама она худая, такая же, как и те запуганные девушки, которых они сегодня спасли.       Нет, думает Дино, всё они делают правильно. Он против наркотоговли и борделей — в этом вопросе он останется непреклонен.