О болезни

      Чашка выпадает из ослабевших пальцев и разбивается о пол, когда Сильвия видит кашляющего Дино. Откашлявшись, он возвращается к отчётам, зовёт её по имени, но она с места сдвинуться не может.       — Сильви, это ерунда, — говорит мама, кашляя в платок и убирая его в карман джинс, когда Сильвия шагает к ней ближе. — Я ещё просто не до конца поправилась.       — Может, обратимся к врачу? Тебе лучше не становится. Ты похудела, у тебя постоянная слабость. Мам, вдруг это не обычная простуда?       Виттория треплет дочь по волосам.       — Успокойся, хорошо?       Как назло, никого из Хранителей и Ромарио сегодня в резиденции нет — уехали в особняк Вонголы по приглашению Тсуны на ужин. Сильвия и Дино отказались — нужно было разобраться с бумажной волокитой. Сильвии нравились такие тихие вечера в особняке, когда оставались прислуга, она и босс.       — Я в порядке, Сильвия, простыл, — пытается отмахнуться Дино, когда Сильвия решительно отодвигает все бумаги в сторону.       — Ты заболел. Тебе нужен отдых. И не спорь.       — Командуешь теперь ты? — усмехается Дино, поднимаясь из-за стола.       — Забочусь о твоём здоровье. Ромарио мне потом голову открутит, если выяснится, что я за тобой недоглядела.       — Но мне не пять лет.       Сильвия бросает на него красноречивый взгляд. Дино хмыкает, выключая настольную лампу, спотыкается и вынужден ухватиться за Сильвию, чтобы устоять на ногах. Она касается ладонью его лба — горячий.       — Да ты горячий.       — Да? Вот что обо мне думают женщины. Спасибо, буду знать.       Ему нравится над ней подтрунивать: Сильвия забавно смущается и находит слова, чтобы возразить. С Донной такого не было — она сразу показала, что подобное с ней не пройдёт.       — Мне не смешно, Дино. У тебя температура. Живо в постель.       Он стягивает галстук, снимает обувь и заваливается на кровать, пока Сильвия ненадолго исчезает, чтобы вернуться с нужными лекарствами и бутылкой водой.       — Неужели сам не чувствуешь, что тебе нездоровится?       — Увлёкся работой, — отзывается он, сделав всё, что ему предписал доктор. Чуть смещается на постели, чтобы Сильвия могла сесть, но она мотает головой, оставаясь у окна, и расстёгивает манжеты рубашки. — Обычная простуда, сейчас гуляет такой вирус — несколько дней плохо, потом поправляешься. Не реагируй так остро.       — Не могу. Я… Я так испугалась, когда увидела, что ты кашляешь.       — Расскажи мне.       — У мамы был туберкулёз. Она никогда не хотела идти к врачам лечиться, говорила, что денег не хватит, хотя это не было бы проблемой — ради неё я бы нашла какую угодно сумму, — Сильвия обхватывает себя ладонями за плечи. — До врача она в последний раз так и не дошла, но я и без этого понимала, что дело скверное. Потом, когда увидела пятна крови на платке, то… Поэтому, пожалуйста, думай о своём здоровье, — просит она, поворачиваясь к Дино.       — Иди ко мне, — говорит Дино.       Сильвия шагает к кровати и аккуратно садится на постель. Дино берёт её за руку, они переплетают пальцы, он смотрит на её кольцо Хранителя.       Не жалел о своём решении сделать её Дождём семьи Каваллоне.       И надеялся, что она тоже не жалела, став им.       — Я даю тебе слово, что не буду забывать о себе. И если что заболит, обращусь к врачу. Согласна?       — Да.       — Отлично. Я могу кое-что сделать? Тебе не будет дискомфортно?       — Смотря что.       Дино тянет её на себя, обхватывает за плечи крепко-крепко, обнимая. Сильвия вырваться не пытается, послушно замирает, чувствуя, как бьётся его сердце. Как давно её никто так не обнимал. Кажется, в последний раз это была мама, но ещё тогда, когда у них был свой дом и всё было хорошо.       Оказывается, у неё была жизнь до борделя.       — Ты как?       — Нормально, — отзывается она, мотает головой, и волосы каштановой вьющейся волной ложатся на плечо Дино. Сильвия пахнет зелёными яблоками.       — Я никогда не спрашивал тебя о прошлом, а ты сама не рассказывала. Хотелось тебя обнять, как обнимаю Донну или Эдо, но боялся, что тебе будет…       — И решил воспользоваться болезнью?       — Надеялся, что ты сжалишься и не будешь бить больного, — усмехается Дино. — Прокатило?       — Прокатило, — кивает она, — но я не должна…       — Что?       Обнимать чужого парня вот так. Позволять себя обнимать чужому парню. Находиться в объятиях чужого парня и чувствовать себя маленькой девочкой, знающей, что её защитят и спасут, если понадобится.       — Уже поздно, — Сильвия садится — Дино не держит. Прокашливается и перекидывает распущенные волосы на другое плечо. — Я пойду к себе. Загляну ночью, проверю, как ты. И скажу Джулиане с утра принести тебе молоко и мёд.       — Хорошо. Спасибо, Сильвия.       Оказавшись за дверью, Сильвия выдыхает и потуже затягивает на шее галстук — может, хоть это её отрезвит.