Внедрение

***

      Себастьян слегка приоткрыл глаза и тут же зажмурился от яркого белого света. Вокруг что-то жужжало, тряслось, пищало, слышались человеческие голоса. Он точно не был в своей камере, но где же он тогда? И как сюда попал? Голова болела, мысли путались. Потом попытается вспомнить.        Солас потратил несколько минут на то, чтобы глаза привыкли к освещению, и наконец открыл их полностью. Он оказался в просторной комнате, которая была заставлена различной техникой. О назначении некоторых приборов он мог только догадываться. Вокруг были провода, трубки, циферблаты — всё это слилось в одно чёрное пятно перед глазами.       Напротив него, на всю стену, было окно, предназначенное для наблюдения за... подопытными? На стенах висели плакаты и доски с рисунками внутреннего строения морских рыб, подводных млекопитающих и человека. На некоторых из этих рисунков что-то было помечено красным маркером.       Только сейчас Себастьян понял, почему всё это время чувствовал боль в мышцах. Он был привязан ремнями к кушетке, которая была немного наклонена вверх. За его спиной находилась странная аппаратура с колбами, содержащими неизвестное вещество, множеством кнопок и переключателей.       Обе руки Себастьяна были зафиксированы по разные стороны кушетки, чтобы они не упали. Ремни также охватывали его грудь и прижавшиеся друг к другу ноги. Тонкие трубки были прикреплены почти ко всему телу заключённого. На лбу Себастьяна выступила нервная капелька пота.       Одежда на нём была совсем не та, в которой он себя помнил последний раз. Вместо обычной уже заключённой робы был свободный белый халат с открытой спиной. Что всё это значит?! Усталости словно и не было, трезвость ума вернулась в мгновение. Страх окутал с головы до ног.       Себастьян был настолько охвачен паникой, непониманием и страхом, что не сразу заметил, как один из врачей пытается привлечь его внимание. Это был мужчина средних лет в голубом халате с чёрной рубашкой под ним. На лице у него была медицинская маска. Он помахал рукой перед лицом Себастьяна.Тот посмотрел на него непонимающе. — Прекрасно, что вы пришли в себя, Z-13, как раз вовремя. Я доктор Рутхлесс, с этого дня я ваш врач, и в моих интересах, чтобы вы дожили до конца эксперимента и чтобы всё прошло гладко. Я буду следить за вашим состоянием в ходе всего опыта. — Что... — Оу, точно. Примите мои поздравления, вы стали первым участником эксперимента по созданию органов водного дыхания у человека. В ваше тело через наноиглы будет введено ДНК разных морских существ: рыбы-удильщика, синего кита, морской змеи, белой акулы, некоторых видов угрей и... Далее по списку. Это длительный и, скажем прямо, болезненный процесс. Но не стоит беспокоиться, ваши показатели в норме, и, исходя из субъективных ощущений, вы должны справиться.       Ещё немного, и Себастьян точно свихнётся. Из всего сказанного он мало что понял, но суть вроде уловил, и он определённо против! — ...Это шутка?.. Какого, мать вашу, чёрта?! Я не давал согласие на проведение надо мной каких-то сраных опытов! Вы... — Ваше согласие не требуется, — холодно перебил его врач, сразу же продолжив: — Ваше присутствие здесь — знак того, что мы можем продолжать исследование.       Солас, скрипя зубами от ненависти, пытался скрыть свой животный страх за злостью. Он прошипел: — Развяжи меня, ублюдок.       Врач, потерявший интерес к разговору, подозвал своих помощников и покинул лабораторию. Себастьян кричал ему вслед, надеясь, что тот передумает и отменит своё решение. Но всё было напрасно.       Солас пытался освободиться, но быстро обессилел. Он был крепко связан и едва мог пошевелиться. Рядом не было ничего, что могло бы ему помочь.       То самое стекло напротив. Наверняка этот доктор сейчас сидит там и запускает механизмы пыток. Он видит ужас в глазах заключённого, понимает, что его ждёт, и знает, через что ему предстоит пройти. Но всё равно продолжает своё дело.       «Пожалуйста... Прошу, я не должен был оказаться здесь...» Возможно, никто не услышал жалобных просьб никчёмного заключённого, но ему хотелось верить, что его мольбы были услышаны и над ним смилуются.       Свет замигал. В первые секунды ничего не происходило, и это было очень подозрительно. Но вдруг раздался гул, затем — булькающие звуки, и что-то запищало прямо у заключённого под ухом. Он не хотел смотреть, поэтому зажмурился. От напряжения его грудная клетка резко поднималась и опускалась, ему не хватало воздуха.        Солас резко открыл глаза, стиснув зубы от боли. Тело пронзила куча иголок, вызывая нестерпимое жжение. Безумно хотелось сорвать с себя все эти трубки и сбежать, не обращая внимания на возможный риск быть застреленным. Лучше уж так. Краем глаза заключённый заметил, что по трубкам начала поступать странная жидкость — почти прозрачная, с голубоватым оттенком. Боже.       Как только жидкость попала в его организм, Себастьяну стало очень плохо. Заболела голова, всё тело словно охватила невыносимая тупая боль. Казалось, его вот-вот вырвет, а сердце готово было выскочить из груди. Узник не заметил, как его глаза закрылись, и он погрузился в бессознательный и очень неспокойный сон. Это только начало..?

***

      Как же тяжело дышать! Сколько часов уже это длится!? Сердце бешено колотится в груди, а тело пронизывает невыносимая боль, словно его пропустили через мясорубку и собрали заново. Дрожащими пальцами он впивается в ладони так сильно, что кожа сдирается до крови. Зрение затуманивается, он почти ничего не видит — перед глазами стоит голубая пелена, застилающая обзор. Из его рта медленно стекает бордовая кровь, расплываясь по подбородку и капая на уже не совсем белый халат. Он захлёбывается собственной кровью...       Поначалу он ещё мог кричать от боли, но теперь у него не осталось ни сил, ни возможности издать хоть какой-то звук. Он только беззвучно раскрывал рот в немом крике. Попытка вдохнуть воздух причинила Соласу новую волну боли. Кислород, словно огонь, обжигал горло и лёгкие. Горло резало изнутри, как будто его медленно надрезали кухонным ножом вдоль. Себастьян закашлялся хриплым кашлем. Даже от того, что он открыл рот, становилось неописуемо больно. Кашель застрял где-то в горле.        «Почему это происходит именно со мной? Когда это закончится?! Что со мной происходит? Так больно. Так страшно. Я не хочу закончить так. Я хочу домой... Я ХОЧУ ЖИТЬ!»       Кожа отслаивалась, и казалось, что по всему телу стекают тонкие красные ручейки. Кости ломались и растягивались, мышцы словно разрывали, а затем сращивали, и так несколько раз. Себастьян давно перестал чувствовать всё, что находилось ниже живота. Зато он прекрасно ощущал, как его зубы крошатся и словно вырываются из дёсен, как кожа лица разрывается на две части, а в левый бок как будто вонзили кусок арматуры.       В какой-то момент халат издал звук рвущейся ткани и порвался. Ремни тоже не выдержали и лопнули, а вместе с ними открепились все трубки. Обессиленный Себастьян повалился на пол. Послышался шум крушения аппаратуры, по комнате замерцал красный мигающий свет. Удивительно, но все чувства как будто исчезли. Не осталось ничего. Тяжело издав хриплый вздох, Себастьян наконец закрыл глаза и провалился во тьму.

*** 

      После эксперимента Себастьян долгое время находился без сознания. После того как его осмотрели, обработали и записали всю необходимую информацию, было решено, что держать его среди других заключённых может быть опасно. Его перевели в секцию с усиленным режимом изоляции. Для него подготовили изолятор и оставили там в расчёте на то, что через пару дней он придёт в норму. Интересно, неужели они думают, что после всего пережитого ему хватит пары дней, чтобы восстановиться?       Теперь в распоряжении Себастьяна есть огромное пустое помещение. В нём нет ничего, кроме огромного пространства с высоким потолком, которое больше похоже на ангар. Огромные стальные двери, несколько мощных ламп сверху и панорамное окно для наблюдения. За ним следят, наблюдая за каждым его действием, за каждой минутой и секундой...       Первую неделю он находился в бессознательном состоянии. Учёные полагали, что он близок к смерти, однако к концу недели он пришёл в себя. Очнувшись на бетонном полу, он потратил бесконечное количество времени, чтобы успокоиться... частично. Ещё пару дней он просто лежал, почти не двигаясь и не издавая ни звука. Тело всё ещё болело, и двигаться было тяжело. Его переполняли неописуемые чувства. Он не знал, как он выглядит, но был уверен, что это не он. Это было не его тело. Это было что-то другое... Странные ощущения от самого себя не покидали его ни на секунду. Что-то двигалось само по себе. Ноги... Он не чувствовал ног... Смотреть было страшно.       Хвост, жабры, плавники. Осмелевшись осознанным взглядом осмотреть себя, Себастьян потерял дар речи. Он определённо стал больше в размере, кожа вся как будто выцвела, стала больше чешуйчатой с серо-голубыми отливами. С правого бока, чуть согнувшись, неловко приживалось к животу перебинтованная третья рука. Также под бинтами оказался торс и правая сторона лица. Зубы заострились и стали больше похожи на акульи. Всё лицо в принципе стало иметь более рыбьи черты. Отросток на лбу со светильником напоминал рыбу-удильщика. Ну и, конечно, самое глобальное изменение — длинный хвост, заменивший ноги. Тяжёлый, неповоротливый, как им вообще управлять? Как ходить..? Себастьян вообще человеком-то теперь считаться может?! Нет.       Всё кончено, он больше не похож на человека. Он стал крысой для опытов. Чудовище. У него нет шансов выбраться отсюда живым или мёртвым. А если и удастся выбраться, ему больше не будет места среди людей и в этом мире. Его жизнь разрушена, его тело опустошено, а душа разбита.       В один день поведение заключённого стало очень агрессивным. Охваченный ненавистью, он начал наносить глубокие порезы когтями на полу и стенах. Всё дошло дальше обычного вандализма — он попытался распороть своё тело. Он кричал на весь комплекс и оставлял на себе глубокие раны, нанесённые своими руками. Сотрудники быстро отреагировали и остановили его. В ходе усмирения были ранены несколько человек, но без серьёзных последствий. Чтобы усмирить Z-13, на него надели широкую смирительную рубашку. После этого инцидента Солас несколько дней сидел и молча смотрел в стену. Себастьян был словно в трансе...       Попытки поговорить с испытуемым не приносили результатов. Он не хотел общаться с врачами, отводил взгляд, не проявлял никакого интереса, даже когда ему угрожали. Был приглашён специальный психотерапевт, но Z-13 и с ним не пошёл на контакт. Было решено оставить монстра в покое ещё на несколько дней.       Отомст͞ить͚ ͜л͞юͮб̽оͪй ц͟енͯой. ͮУͩбͪит͞ь. О̕свͨобод͟и͞т̑ь̀ся.       Через несколько недель Себастьян сообщил, что чувствует себя лучше, и было решено начать первые проверки. Ему измеряли его физическую силу, которая многократно превышала человеческую. Помещали в комнату с другими рыбоподобными существами, но никто из испытуемых не проявлял агрессии. Даже изоляторную камеру затопили, чтобы проверить, как он дышит под водой. В верхней части помещения открылись ставни, и через них вода быстро начала заполнять комнату. Как и ожидалось, Солас мог спокойно находиться под водой неограниченное количество времени. При этом разрабатывая свой хвост для управления движением. На суше Z-13 был более неуклюжим, чем в воде, или он просто старался таким казаться? Также можно отметить его улучшенное зрение, которое не размывалось, даже находясь под водой.       Исследования оказались весьма успешными, и через полгода учёные смогли довести эксперимент до идеала. Теперь в ходе изменения ДНК не было выявлено никаких побочных эффектов, деформаций тела или других проблем. Оправданы ли были все усилия, которые они приложили к Себастьяну Соласу?        Так прошёл год. Если верить доктору, конечно. Поскольку никаких новых сведений о Z-13 получить не удавалось, было решено поручить ему обслуживание подводной техники. Это было ужасно. Его постоянно забирали из камеры, заставляли погружаться в самые глубокие и тёмные уголки Урбаншада и выполнять ремонтные работы. Однако были и положительные моменты: с каждым погружением Себастьян узнавал всё больше о подводной технике, машинах, секретных ходах и других полезных вещах, которые могут пригодиться в будущем.       Ненависть к каждому сотруднику этой компании у Себастьяна повышалась с каждым днём. Хотелось разорвать их всех, заставить прочувствовать всё то, что они сделали с ним. Чтобы каждый из них пожалел, что родился на этот свет. Но подавать вида нельзя. Не сейчас...

***  

      Человек открыл дверь, приложив ключ-карту к считывающему устройству, и вошёл в помещение, которое было погружено во мрак. Он включил аппаратуру, взял в руки микрофон и, надев наушники, подошёл вплотную к панорамному окну.       Свет в изоляторе был выключен по просьбе находившегося здесь заключённого. Практически вся комната была заполнена чёрной водой. Отсюда она казалась бездонной.       Из воды показалась голова чудовища. Чёрные мокрые волосы полностью закрывали лицо, а фонарь на лбу был погашен. Три светящихся голубых глаза смотрели прямо на мужчину, словно пронзая его взглядом. От этого зрелища стало не по себе.       Приблизив микрофон, доктор без особого энтузиазма произнёс: — Z-13, как слышно?       Несколько секунд между человеком и монстром хранилось неловкое молчание. Как вдруг в наушниках прозвучал скучающий голос. — Что тебе опять надо? — Я с хорошими новостями. Твой ранг повышают до MR-P. Можешь это считать подарком на Рождество.       После этих слов Z-13 поспешно скрылся под водой, отчего мужчина немного опешил. Заключённый вынырнул на поверхность в непосредственной близости от окна. Его глаза загадочно поблескивали. — Вот так щедрость. С какой стати вам это делать?       Доктор чуть напрягся. Ему было известно, почему этому существу поднимают ранг, но был отдан приказ не просвещать Z-13 в эти подробности. Он не должен узнать, что с него сняли обвинения. Никому не нужны неприятности. — ...Я не знаю всех подробностей. Ну, если ты, конечно, хочешь остаться здесь в качестве монстра, с которым обращаются исключительно как с подопытным, то я могу это устроить.       Испытуемый подозрительно прищурился. — Хах, чувствуется, с повышением ранга ничего не поменяется. — Усмехнулся Себастьян, но, заметив серьёзный взгляд доктора Рутхлесса, умолк. — Ну раз настаиваешь...