3. Спокойствие

      Когда Железный Бык впервые услышал, что главой новоиспеченной Инквизиции и его почти-уже-начальством была выбрана рогатая наемница из Вало-кас, он сперва решил, что это чья-то несмешная шутка.       Васготка (после Сегерона – самое то для душевного успокоения, да-да). Магесса (здравствуйте, детские страхи, давно не виделись). Да еще из Вало-кас, возглавляемых той самой Шокракар, о которой в Бен-Хазрат если и вспоминали, то преимущественно матерно, потому что сложные случаи может любить кто угодно, но только не безопасники, отвечающие за покой и душевное равновесие демоновой прорвы народа.       М-да…       Короче, Бык был готов ко всему. Психическая неуравновешенность, непреодолимое упрямство или, напротив, холодная замкнутость и отчужденность, как у разговаривающей статуи, – все это было бы понятно и знакомо, на все это уже были разработаны свои модели поведения и способ общения, позволяющий одновременно не терять контакта с объектом, но и не вступать в чрезмерно близкие отношения. Даже вездесущая южная непосредственность была бы приемлема. Даже злость и (несправедливые) упреки…       Но в итоге ему пришлось столкнуться с… спокойствием.       Наверное, если бы ему пришлось описать Инквизитора одним словом, это было бы именно оно. Невозмутимость горы, на чьих склонах копошится человеческая мелюзга, а пролетающий мимо дракон кажется лишь доставучей мухой. Да, временами в лиловых глазах вспыхивали более яркие чувства, – но исчезали они столь же быстро, после нескольких глубоких вдохов, после чего Инквизитор Адаар с улыбкой раскланивалась с великой герцогиней Флорианной де Шалон или выслушивала очередных ферелденских послов, которым солдаты Инквизиции своими «несогласованными и чрезмерными действиями» отдавили очередную любимую мозоль.       Будучи потомком гордого и вспыльчивого народа – она проявляла удивительную сдержанность и стойкость. Будучи отмеченным Тенью магом, ближе всех находящимся к демонам, – почти не прибегала к своим способностям в повседневной жизни, даже костер предпочитая зажигать с помощью обычного огнива. Будучи главой огромной кучи народа, в которой все норовили ее разодрать своими бесконечными просьбами, требованиями и мольбами – она умудрялась находить время для каждого, и даже ни разу никого не взяла за горло и не сбросила со стены Скайхолда просто потому, что достали уже все, до самых печенок достали!..       Собственно, даже ее интерес к своей персоне Бык ощутил не сразу: Адаар ни словом, ни жестом не выдала ему своих чувств, так что лишь однажды, когда они оба вдрызг напились в таверне (кто бы что ни трындел, а выпивка у Кабо что надо!), и непривычно раскрасневшаяся леди Инквизитор провела по нему странно теплым взглядом, после чего произнесла свой дурацкий тост, который вполне можно было записывать в признания… Но тогда бесстрашный наемник мужественно сделал вид, что ничего не заметил, – а на следующее утро Инквизитор уже привела себя в порядок и, кажется, ничего не помнила о прошедшей ночи, тогда как Бык не знал, радоваться или злиться ему по этому поводу.       ...До момента, когда старый ошейник с надписью «Бен-Хазрат» сполз с его шеи, оставалось всего несколько дней. И еще чуть больше – до момента откровенности, когда она рассказала ему про своего Наставника и первый опыт общения с духами Тени. Про то, как укрощала пламя, горящее в своей душе, брала под контроль внутреннего зверя, ворочающегося под кожей. И, слушая ее, Бык невольно думал, что его безумие на самом деле – не такая уж большая проблема, пока эта потрясающая женщина смотрит на него своими удивительными глазами, в зрачках которых постепенно разгорается огонь желания.       Он еще, конечно, попытается научиться у нее спокойствию, непоколебимому как гора.       Но, пожалуй, не сегодня.